> Категория Военный энциклопедический лексикон, страница 62
Военный энциклопедический лексикон, страница 62
Морское министерство есть высшее управление, заведывающее всеми военными морскими силами государства и принадлежащими к ним береговыми сооружениями. Первоначально учрежденное в 1802 г., оно было подвержено впоследствии некоторым изменениям, и по Высочайше утвержденному проекту образования морского министерства, 8 апреля 1836 года, ныне его составляют следующия части: 1) Главный морской штаб Его Императорского Вешчества; 2) Адмиралтейств-совет; 3) Морской генерал-аудито-риат; департаменты: 4) Инспекторский;
5) Гидрографический; 6) Коммиссариат-ский: 7) Кораблестроительный; 8) Артиллерийский; 9) Строительный по морской части; 10) Аудиториатский; 11) Медицинский; 12) Канцелярия морского министерства с Черноморскою ди-визионною комиссией и 13) главное управление Черноморского флота и портов. В виде особых учреждений, состоят при морском министерстве:
морской ученый комитет и учебные заведения мореного ведомства. Его Ими. Выс. генер. адмир. управляет строевою и распорядительною частью морского министерства, непосредственно, на общих правах, постановлениями министрам присвоенными и морскому министру в особенности данными, а частью хозяйственною управляет адмиралтейств - совет, под председательством управляющого морским министерством, под высшим начальством и руководством Его И. Высочества генерал-адмирала.
Обязанности и права каждой из частей морского министерства описаны в особенных статьях. А. И. 3-
Морской кадетский корпус есть высшее морское военное учебное заведение, пз которого преимущественно флот комплектуется офицерами. Начало его, как и всего, относящагося до флота, положено Негром Великим, учреждением, 19 августа 1699 года, в Москве на Сухаревой башне, морского училища, под названием: школа математических и навцгацких наук. Потом, 1-го октября 1715 года, основано в Петербурге второе морское училище под названием морской академии, на 300 человек, воспитанники которой назывались морская гвардия. Окончив курс наук, они поступали в гардемаринскую роту, которая существовала отдельно от академии. 15 декабря 1752 года, морская академия и гардемаринская рота соединены вместе и из них образован Морской кадетский корпус, на 360 человек воспитанников, которые были разделены на 3 класса: первый класс состоял из 120 человек, и воспитанники его названы гардемаринами, а остальные два класса кадетами. В апреле 1762 года повелено было М. к. к. соединить с Сухопутным кадетским корпусом: но прежде чем фто повелевие приведено было в исполнение, императрица Екатерина И встуиив на престол, отменила его в августе того же года. В 1771 году, во время большого пожара, бывшего в Петербурге, сгорело здание, где помещался Морской кадетский корпус, и он был переведен в Кронштадт, где и остался до 1796 года. Император Навел I, вступя на престол, одним из первых своих указов приказал перевести Морской кадетский корпус в Петербург, в здание, в котором он и теперь находится. Число воспитанников в последующее время изменялось, и теперь, по последнему штату, положено 505 человек казенных и 100 пенсионеров, разделенных на пять рот, из которых одну составляют гардемарины. В Морской кадетский корпус поступают преимущественно дети флотских офицеров и дворян, внесенных в IV, V и VI части родословной дворянской книги. Курс наук продолжается шесть лет и состоит из кадетского или общого курса и гардемаринского, в котором преподаются, кроме общих наук и трех иностранных языков, все предметы, относящиеся до морского искусства теоретически и практически, от сплеснивания веревок до искусства предводительствовать флотами против неприятеля. Не говоря уже о порядке и нравстпснном воспитании, удобство помещения и чистота, отеческим вниманием в Бозе почившего Государя Императора Николая Павловича и исполнителями Ею воли, доведены до высшей степени совершенства. Ни одно подобное заведение в Европе не имеет таких богатых и разнообразных вспомогательных средств для образования искусных морских офицеров, как Морской кадетский корпус. Все науки не только преподаются теоретически, во изъясняются по точным и богатым моделям; на летние месяцы отправляются в море кадеты на судах корпусу принадлежащих, а гардемарины па флоте. Там на самом деие юные моряки видят и исполняют то, чтЬ зимою слышали в классах, и даются им разиичные поручения, при исполнении которых нужно янание дела, благоразумие и присутствие духа, необходимия для морского офицера. В военное время Гардемарины находятся на фдотЕ и участвуют в морских сражениях и других действиях. Сверх того, обучаются они Фронтовой службе, так-что каждый воспитанник, кончивший курс, может быть не только Искусным морским, но и хорошим сухопутным офицером.
Окончившие курс, в числе около 70 человек, ежегодно выпускаются на флот мичманами. Воспитывавшиеся в Морском корпусе и перешедшие потом в гражданскую службу пользуются правами и преимуществами, предоставленными воспитанникам высших учебных заведений.
В 1827 году при Морском кадетском корпусе учрежден офицерский класс, в котором из каждого выпуска до 10 лучших воспитанников продолжают курс наук, и по прошествии трех лет, выдержав экзамен, производятся в лейтенанты. До 1826 года в Морском корпусе также воспитывались артиллерийские кадеты и по выходе из корпуса, поступали в вюрскую артиллерию; их по штагу 1752 года иолагалось 30 человек, а после число их было увеличено до 60.
С 1816 по 1826 год с Морским кадетским корпусом было соединено училище корабельной архитектуры, из которого выпускали в корабельные инженеры, а также до 1826 года при корпусе находилась гимназия для образования учителей для корпуса. По случаю празднования 100-летнего юбилея корпуса, 15 декабря 1852 г. по Высочайшему повелению, издав: Очерк истории М. к. к., составл. капит. лвйт. (ныне подполковник) Ф. Ф. Веселого.
Д. if. 5.
Мортье (Mortier), Эдуард Адольф Казимир Иосиф, герцог Тревизский, маршал и пер франции, родился в 1768 году, в Камбре, и получил рачительное воспитание в доме отца своего, бывшего купцом в Камбре,. а впоследствии депутатом при генеральных штатах и председателем управления своего округа. Принимая живое участие в переворотах, воспоследовавших во франции в следствие революции, Мортье вступил, в 1791 году, капитаном в первый волонтерный- батальон Северного департамента, и показал свою храбрость в сражении при Киеврене, 29 апреля 1792 года, в котором была убита под ним лошадь. После этого Мортье принимал участие в сражениях при Жемаппе, Нсрвинденг и Гондшотенг (смотрите эти слова), а в июне 1794 года сражался при Флерюсе, был при снятии осады Мо-бежа ранен картечною пулею, но при. осаде Мастрихта снова распоряжался атакою Форта С. Петра. Под начальством Клебера, он участвовал в сражениях при Альтенкирхеае, ВильдендорФе и Фрндберге, овладел ЩвейнФуртом и в продолжение это-го похода командуя авангардом, отличался неутомимою деятельностью и быстрыми соображениями. В 1799 году, Мортье, назначенный бригадным генералом в Дунайскую армию, снова начальствовал ея авангардом и командуя 25 легкою полубригадою и 4 и 5 гусарскими полками с отдичицмь сражался при Аинтивгене и Штоккахе. 25 марта, в звании дивизионного генерала, он был переведен в армию-Массены, действовавшую в Швейцарии, где начальствовал 4 дивизиею, и со славою действовал под Цюрихом-против кориуса генерала Римского-Корсакова, а потом в Муттенско& долине. В марте 1800 года, Мортье, командовавший второю дивизией Днаии-ской армии, был отозван Первым консулом в Париж, дла принятия начальства над 15 и 16 дивизиями. После уничтожения Амиенского трактата он был назначен командовать
12,000 войска, собранными у Ыимвегена для занятия курфиршества Ганноверского. В апреле 1803 года, Мортье вступил в Ганновер, переправился в Мепииене через Эмс и 31 мая занял позицию у городка Вехта, против расположенной позади Гунты 18,О0О ганноверской армии. Фельдмаршал Вальмоден отступил за Везер и 3 июня в Зулинге, главной квартире Мортье, заключил договор, по которому ганноверские войска обязывались отступить за Эльбу и не действовать против французов до размена их пленными французами, находящимися в Англии. В полках оставлено бьи-ло е и полковия пушки, а остальные были сданы французам. Мортье, приняв на себя управление курфирше-ством. 5 июня перенес свою главную квартиру в Ганновер. Междв-тем договор, заключенный в Зулинге, не был одобрен ни английским королем, ни Первым консулом, и Мортье с 14,000 войска приблизился 3 июля к Эльбе, против Аауенберга, где стоял Вальмоден. французы, занимая позицию между Гицакером и Виновном, готовились - к переправе, но Вальмоден снова вступил в переговоры, но которым ганноверские войска были распущены, солдаты возвратились в свои дома, а е и лошади были сданы французам. Вскоре потом Бернадот сменил Мортье, а этой возвратился во Францию, где с особенною почестью был принят Первым консулом, назначен в число четырех начальников консульской гвардии и командиром ея артиллерии. В 1804 грду, Мортье был пожалован в маршалы франции, кавалером большого орла Почетного Легиона и начальником второй когорты этого ордена. В кампанию 1805 года, после .успешных действий под Ульмом, император поручил маршалу Моргье командование корпусом, с коим Мортье переправился в Линце на левый берег Дуная. 11 ноября он внезапновстретился с русскими войсками гене-- рала Кутузова цри Дирнштейпе (смотрите это слово), понес весьма значительный урон и только 13 числа прибыл в Кремс. Мортье пе участвовал в Аустерлицском сражении, во время которого отряжен был для прикрытия Вены. В 1806 году, он был председателем избирательной коллегии в Гардском департаменте и командовал осьммм корпусом армии, действовавшим против Пруссии Он занял Гессенское курФИршество, Гамбург и Бремен, двинулся в Шведскую Померанию и к Стральзунду, где, но неимению достаточных сил для осады этой крепости, ограничился ея обложением. 16 и 17 апреля 1807 года он разбил Шведов при Анкламе, 18 числа заключил с ними перемирие, по которому занял острова Узедом и Воллин и остался в наблюдательном положении позади р. Пее-вы. Вместе с своим корпусом отозванный в Пруссию, Мортье командовал левым крылом армии в сражении под Фридландом, few. это слово), в котором много содействовал к победе. В 1808 году, ему был пожалован титул герцога Тревизского, с 100,000 Франков ежегодного дохода, и поручено начальство над пятым корпусом, в Испании. Он содействовал осаде Сарагоссы (смотрите это), повел, после падения этого города, свой корпус в Кастилию, участвовал в сражении при Арцобиспо, 8 августа, и 19 ноября, под командою Св.иьта, сражался при Оканне. В 1810 году, находясь в Эстремадуре, Мортье уи рожал Бадаи-озу, вытеснии испанского генерала ла-Роыана, и разбил, 19 Февраля 1811 года, Испанцев при Геборе, следствием чего была сдача Бадаиоза, 14-го, и Кампо-Маиора, 21 марта. В половине 1811 года отозванный во Францию, Мортье, в походе 1812 года, ио-лучпл командование молодою гвардиею, и по вступлении в Москву ймл назначен губернатором этого города, а вночи на 23 октября, при оставлении Москвы. по приказанию Наполеона, взорвал часть Кремля. В продолжение отступления французов к Неману,-войска его участвовали только в сражении под Красным /|8 и /17 ноября. В 1813 году, Мортье, ошггь начальствуя молодою гвардиею, сражался при Аюцене, Бауцене, Дрездене, Вахау, Лейпциге и Ганау. В кампанию 1814 года, он с двумя дивизиями старой гвардии, находился первоначально в Бельгии, потом, при главной ар,мии Наполеона, командовал арриергардом во время отступления от Труа к Ножа-ну, и 11 Февраля участвовал в сражении при Монмирале. В марте месяце, еледуя вместе с Мармоном на соединение с Наполеоном к Арсису, оба маршала разбиты были превосходными силами союзников, под Фер-Шампеноазом, защищали потом Париж и после сражения при Монмартре, заключили капитуляцию, по которой вывели свои корпуса из столицы. 8 апреля, Мортье объявил себя на стороне временного правительства и Бурбонов; был потом, в звании уполномоченного, послан Людовиком XVIII в Лиль, где получил начальство над 16 военною дивизиею, и пожалован кавалером ордена Св. Людовика и пером франции. По возвращении Наполеона с острова Эльбы, Мортье поручено было командование резервною армиею, расположенною в Перонне. Отправившись в Лиль, он удостоверился в ненадежности находившихся, там ь войск и убедил короля оставить крепость. Но возвращении в Париж, Мортье был принят Наполеоном в число перов франции и ему поручено было охранение северных и западных ира-ниц франции. После вторичного восстановления правительства Бурбонов, Мортье, лишившись звания пера, назначен был членом военного суда над маршалом Неем, в котором с некоторыми другими судьями объявил незаконность приговора. В январе 1816
года он был назначен начальником 15 дивизии, в Руане, и в том же иоду избран членом налаты депутатов, в которой оставался до конца 1818 года. В марте 1819 года, возвращено было ему звание пера После июльский революции, король Аудовик Филипп пожаловал его великим канцлером ордена Почетного Легиона, и назначил послом в Петербург, а но возвращении оттуда, в марте 1834 года, военным министром и председателем советаминистров,—Маршалу Мортье, которого смерть щадила во многих походах и сражениях, суждено было умереть не в кругу своего семейства, а насильственною смертию, 28 июля 1835 года. В этот день Мортье сопровождал короляЛюдовика Филиппа при осмотре войск и национальной гвардии, собранных, для празднования июльских дней, на бульварах Парижа. Когда блестящая свита, сопровождавшая короля и ей трех сыновей, проезжала, после полудня, по бульвару дк Тампль перед Фронтом осьмого легиона национальной гвардии, внезапно послышался сильный выстрел адской машины, и посыпался град пуль. Король и принцы, в которых наиравлены были эти выстрелы, остались невредимы, но Мортье и еще 11 человек были на месте убиты, а 22 челов. ранены, из которых 4 вскоре умерли. Виновник этого злодеяния, Корсиканец, по имени Фиески, раненный при е нескольких стволов машины, был немедленно, схвачен. Тела убитых были поставлены в церковь С. Павла, и 5 августа, в присутствии короля, торжественно погребены в церкви инвалидов. В начале шествия везли гроб 14 летней девицы, а в конце— маршала Мортье. Б. Б. Г.
Мортира (iUorlier, Morser), (смотрите прибавление к×тому).
Морунген, город в Кенигсбергском округе королевства Пруссии.
Сражение 13 (25) января 1807 года
После сражения при Пуатуске (см.
вто), Наполеон приказал войскам своим, утомленным зимним походом, занять кавтонир-квартиры позади линии, образуемой городами: Пул-туском, ИИорпелем и Неииденбургом до левого берега Вислы; левофланговый корпус маршала Бернадотта растянут был между Эльбингом и Фроиига-фом. В самое это время маршал Ней, самовольно решившись подвинуться к Кенигсбергу, завал своим авангардом Шмменбейль и Гейльс-берг; главные его силы были у Бп-шоФШтейна и Морунгена. Генерал Бе-нингсев, получивший главное начальство над Российско-Прусскою армиею, (состоявшею, тагда из 80,000 войск), выступил (18 января) из окрестностей Ариса, в пяти колоннах, для атаки неприятеля. Колонну правого крыла составляло Пруссаки. Считая невозможным отрезать ИИся, отступившего между тем к Нейденбургу, Бенинг-сеа решился напасть на корпус Бернадотта. К сожалению, русский главнокомандующий остался два дня в Би-ииофштейне и прибыл не прежде 12 (24) числа в Гейльсберг. Бернадотт, вынужденный стянуть свои дивизии, поставил левофланговую в Прейсиш-Голлавд, дивизию правого крыла у Остероде, а третью у Заальфельда. Большая часть этих войск достигла назначенных им пунктов 12 января; часть французских войск, вступила 13 числа в Морунгев. и сам Бернадотт прибыл туда из Дрейсиш-Голланд. В самое это время авангард правого русского крыла, под, начальством генерала Маркова, приблизился к Морунгену, и держался упорно впереди селения Гфоргенталя до тех пор, пока не подошли остальные войска французской дивизии из Прейсиш-Голланд. Они атаковали правый фланг Маркова и принудили его оставить поле сражения с потерей 1000 человек Русского генерала обвиняют в том, что, слишком надеясьна свои силы, юн вступил в бой, имея иоаади оебя селение Георгенталь, образующее длинный дефилей. Граф Пален, с 9-ю эскадронами отряженный для рекогнос--цировки от левой ближайшей колонны князя Голицына, во время сражения, ворвался в лежащий в тылу французов городок Морувген, где захватил обоз маршала Бернадотта и потом безвредно отступил. Утром 14-числа Бернадотт отошел в Либемюль, и через три дня все войска Бернадотта расположились в Лббау (смотрите Прусско-Российско-французская война 1806— И807 годов). Б. Б. Г.
Москва, первопрестольная столица Российского государства, с судьбою которой соединяется и судьба России с начала XLV века. Политическое значение Москвы объясняется в статье Россия, а здесь рассматривается только судьба этого славного юрода, видевшего .под стонами своими Литву (1368, 70—71, 72), Татар Кипчатских (1237,. 1293, 1382,1408), Ногайских (1451), Казанских (1521), Крымских (1521, 41, 71, 72, 91), Поляков (1610—1612) и Наполеона (1812).
Название города заимствовано от реки Москвы, вытекающей из болота в Гжатском уезде, при селе Старкове, называемого калиновый мосток, почему Ходаковский и утверждал, что имя Москва есть сокращение слова мо-сткоеа или мастква. Страна эта принадлежала в XII веке Суздальскому или Владимирскому княжеству; тут было в древности несколько селений, принадлежавших боярину Степану Ивановичу Кучке; на месте московского кремля, в дремучем бору, жил отшельник. Когда и кем основана Москва, неизвестно; знаем только, что в 1147 году, 28 марта, здесь угощал Юрий Владимирович Долгорукий своего союзника, Святослава Северского. Тогда это был бедный суздальский город, ни кем незамечаемый, а через 200 лет (при Иоанне Калите) Мооква была уже столицей возникавшего Российского государства.
Летописцы в первый разя упоминают имя Москвы в 1147 году Они рассказывают, что при Всеволоде III, в 1176 году, она обращена в пепел рязанским кннзем Глебом; что в 1237 и 1293 Татары взяли и совершенно разорили ее; но стараниями умного и храброго Даниила Александровича Святого, она снова возникла из развалин. В 1326 году 4 августа, по совету св. Петра митрополита, Иоанн Даниилович Калита заложил здесь первую каменную церковь во имя Успения Богоматери; св. Петр остался в Москве, ятб имело важнейшия политические следствия, доставив сему городу религиозное первенство в целой Руси; а в 1328 году Иоанн Московский получил от хана Узбека престол великого княжества Владимирского. Тогда же построены были соборы Успенский и Архангельский, Кубовая стена вокруг города и возобновлен сгоревший Крем-ник или Кремль, бывший внутренней крепостью или, по старинному именованию, Детинцем (322).
При внуке Иоанна Калиты, В Димитрия Доиского, Москва претерпела два несчастия: мор и пожар (1364—1365), опустошивший большую часть города и Кремля, который тогда же заменен был каменным.
Нашествия Литовцев. В 1368 году великий князь литовский Олъгерд (смотрите фто имя), вступись за шурина своего, Михаила Тверского, вторгнулся в московские владения с полками литовскими и смоленскими; ударил близ Тростенского озера на великокняжеского воеводу Минина, истребил его рать, и жестоко опустошив места, по которым шел, подступил к Москве, где великий князь с братом, Владимиром Андреевичем,и знаменитейшими людьми затворился в Кремле. Три дня Оль-герд стоял под стенами, грабил церкви, монастыри, не приступая к городу: каменные стены и башни устрашали его, а зимние морозы не позволяли заняться трудною осадою. Довольный корыстью и множеством пленников, он удалился, хвалясь тем, чта Россия долго не забудет сделанных им в ней опустошений.
В 1370 году, Олъгерд, побуждаемый супругою, Юлианией Александровною Тверскою, предпринял второй поход на Москву, под предлогом отмстить Димитрию за нападение на владения союзника Литвы, князя Смоленского. Несколько тысяч земледельцев шли впереди литовской армии прокладывая ира-мия дороги; войско не останавливалось почти ни днем, ни ночью, и в исходе ноября приступило к Волоку-Ламскому, где начальствовал храбрый, опытный муж Василий Иванович Березуйский, верный слуга Димитриев. Три дня би-лись под стенами, и рать многочисленная не могла одолеть упорства осажденных, так-что Ольгерд, потеряв терпение, с досадою удалился от ничтожной деревянной крепости.
16 декабря Литовцы расположились станом близ Москвы; с ними был и князь смоленский Святослав. Они 8 дней разоряли окрестности, сожгли За-городье, часть посада и вторично не дерзнули приступить к Кремлю, где начальствовал сам Димитрий, между тем-как брат его, Владимир Андреевич, стоял в Перемышле с сильными полками, готовый ударить на Литовцев с тылу, а князь Владимир Димитриевич Провский вел к Мо-£кве рязанское войско. Ольгерд, устра шейный грозившей ему опасностью и обеспокоиваемый наступлением необыкновенно дурной погоды, стал требовать перемирия, которое и было заключено, но продолжалось только до 1372 года.
Набег Ольгердова брата Кестутия на Россию Прервал мирную связь между Литвою и Россиею. Престарелый Ольгерд хотел предупредить Димитрия, готовившагося наказать нашественника: зная твердо путь к его столице, он с многочисленным войском устремился к ней; шел, по своему обыквовевию, без отдыха, и соединясь с князем Михаилом Тверским близ Калуги, думал, что Москвитяне увидят его ва ИИокловеой горе, во неожиданно встретил войска, их, готовия к бою. Между ставами Русских и Литовцев находился крутой овраг и глубокая дебрь: ни те, ни другие не хотели сойти вниз, чтобы начать битву, и несколько дней миновало б бездействии, коим воспользовался Оль-герд для заключения мира. (См. Димитрий Донской).
После казни последнего московского тысячского, спорившего о своих правах с государем (1375), Москва увидела (1380) торжественное выступление русского воиинстза против Татар; осенью узнала о блистательной победе над Мамаем (смотрите Куликовская битва), а Чрез два года испытала новое бедствие.
Нашествие Татар. Хан Тохтамыш, в 1381 году, потребовал Димитрия со всеми князьями в Орду. Получив отказ, он вторгнулся в великое кня-ж’ество (1382) с грозным воинством, взял Серпухов и пошел прямо к Москве, откуда Дмитрий удалился в Кострому с супругою и с детьми, желая собрать там более войска, и надеясь, что бояре, оставленные им в столице, могут долго противиться неприятелю. По его отъезде, стало господствовать в столице мятежное безначалие. Народ не слушался бояр и тратил время в шумных спорах. Робкие хотели спасаться бегством; мужественные готовились умереть в осаде и силою останавливали первых, наконец, — убежденные представлениями людей благоразумных, что в Москве останется еще не мало воинов отважных, и что в долиовременной осаде всего страшнее голод,—позволили им удалиться, но, в наказание, отняли у них все имущество.
В сие время явился достойный воевода юный князь литовский, именем Остей, сын Андрея Ольгердовича, ноI сланный, как вероятно, Димитрием. I Умом своим и великодушием, столь сильно действующим в опасностях, он восстановил порядок, успокоил сердца, ободрил слабых и иршото-вил все к храброму отп: ру неприятеля. 25 августа легкие татарские войска обступили город, осмотрели укрепления и ввечеру, к преждевременной радости Москвитян, удалились от ю-рода.
Вь следующий день явилась главная рать, столь многочисленная, что осажденные ужаснулись. Сам Тохтамыш предводительствовал ею. Он велел немедленно начать иирнступь. Татары, осыпав стрелами защитников стены, приставили к ней лестницы; Россияне обливали их кипящей водою, били камнями, толстыми бревнами и к вечеру отразили. Три дня продолжалась битва; осажденные теряли многих людей, а неприятель еще более; ибо, нс имея стенобитных орудий, оп у иорство-вал взять город силою. П воины, и граждане московские, одушевляемые примером князя Остея, старались отличиться мужеством В чнел е героев летописцы называют одного су конника, именем Адама, который с ворот Флоровских застрелил любимою мурзу ханского. Видя неудачу, Тохта-мыш употребил коварство, досиойное варвара.
В четвертый день осады, 26 августа, несколько знатных Татар, подъехав к стене, изъявили желание вступить в мирные переговоры, уверяя, что хан немедленно удалииея от Москвы, если жители выйдут к нему сь дарами, и впустят его к сию столицу, осмотреть ея достоиамятностн. Два сына Димитрия Нижеюродского, Василий и Симеон, находившиеся в таТароком- войске, дали клятву, что хан сдержит слово и не сделает нм малейшого зла Москвитянам. Жители поддались в гнусный обман и о торили ворота; Остей вышел иервый из города и нес дары; за ним духовевство с крестами, бояре и граждане. Остея поведи в стан ханский—и там умертвили. Сие злодейство было началом других: поданному знаку, обнажив мечи, тысяча Монголов в одно мгновение обагрились кровию Россиян безоружных, напрасно хотевших спастись бкгством в Кремль; варвары захватили путь, и вломились в ворота; другие, приставив лестницы, взошли на стену. Бще довольно ратников оставалось в городе, но, без вождей и без всякого устройства, они не долго могли сопротивляться. Неприятель в остервенении убивал всех, без разбора звания, пола и возраста, опуская меч единственно для отдохновения и снова начиная кровопролитие. Церкви, царские чертоги и частные жилища были ограблены, а потом сожжены, причем, к вечному сожалению потомства, погибло множество древних книг и рукописей, и наша история лишилась весьма любопытных памятников. Потом, обремененные несметною добычею, наполнив трупами и развалинами город, варвары вышли отдыхать в поле, гоня перед собою тодиы юных Россиян, избранных ими в невольники. В один день погибли богатство и красота Москвы, остались только дым, пепел, земля окровавленная, трупы и пустия обгорелия церкви.
Димитрий восстановил Москву, так-что через 4 года она снова явилась главою государства.
При его сыне, Василие, последовало (1395) нашествие Тамерлана на Россию, которая тогда спасена была только чудным промыслом Божиим от неизбежной гибели (смотрите Василий Васильевич и Тамерлан), а через 13 лет Москва опять была осаждена Татарами. В 1408 году правитель Кипчатской Орды, хитрый Едигей (смотрите фто имя) стал готовиться к походу на Россию. Он уверял великого князя Владимира Дмитриевича в дружбе;сбор войск вазывал приготовлением к войне с
Тон IX.
Литвою, обманул таким образов и великого князя и юных гордых его советников и вдруг, неожиданно, устремился к Москве.
Василий, неготовый к обороне, це дерзнул на битву в поле ц сделал то же, что его родитель в подобных обстоятельствах г уехал с супругою и с детьми в Кострому, чтобы поднять север России на хищников и спасти Москву, защитниками коей остались дядя великого князя, Владимир Андреевич Храбрый, и братья Андрей и Петр. Надеялись на крепость стен московских, на действие своих пушек и на жестокую тогдашнюю зиму, неблагоприятную для осады долговременной. Граждане Московские роптали, что государь передает их врагу, спасая только себя и детей. Напрасно князь Владимир, украшенный сединою честной старости и славною памятью Донской битвы, ободрял народ своим величественным спокойствием в опасности : слабые унывали. Чтобы Татары не могли сделать при-мёта к стенам Кремлевским этот князь велел жечь вокруг посады, с сокрушенным сердцем запретив принять в Москву их обывателей, чтобы, от излишнего многолюдства, не произошел голод в крепости. Зрелище было страшно: везде огнев-ные реки и дым облаками; смятение, вопль, отчаяние! К довершению ужаса, многие злодеи грабили в домах, еще необъятых пламенем, и радовались общему бедствию.
Ноября 30, ввечеру, Татары показались, но вдали, опасаясь действия огнестрельных городских орудий. Декабря 1 пришел сам Едигей с четырьмя царевичами и многими князьями, стал в Коломенском, отрядил 30,000 в след за Василием к Костроме, и послал одного из царевичей, именем Булата, сказать Иоанну Михайловичу Тверскому, чтобы он немедленно шел к нему со всей его ратию, самострелами и пушкамя. Между-тем полки татарские рассыпались но областям великого княжения, грабили и сожигали города, убивали и пленяли жителей. Но Иоанн Михайлович поступил как истинный Россиянин и друг отечества: он гнушался мыслию способствовать гибели Московского княжения, хотя весьма опасного для независимости Тверского, и не прислал ни орудий, ни войска. Полки ханские, которые гнались за великим князем, также не могли настигнуть его. Не смотря на эти неудачи, вождь ордынский упорствовал взять Москву, если не приступом, то голодом и хотел зимовать в Коломенском. Но вести, полученные им о смутах, происшедших в то время в самой Орде, расстроило это намерение. Бдпгей положил отступить от вашей столицы; во желая казаться победителем, послал объявить московским начальникам, что соглашается не брать их города, если они дадут ему окуп.
Осажденные с радостью заплатили 3000 рублей и прославили милость Божию. Татары, отправив вперед добычу с обозом, 21 декабря, выступили из Коломенского и скоро удалились от пределов российских. Но следы этого ужасного вашествия остались надолго неизгладимы.
При сыне Василия, Василие Темном, (1451) Седи-Ахмет, хан Синей или Ногайской Орды, собрав сильное войско, потребовал от России дани, платившейся прежде кипчакским ханам. Великий князь шел встретить царевича Мазовшу в поле; восведав, что Татары уже близко и весьма многочисленны, возвратился в столицу, приказав князю Звенигородскому не пускать их через Оку. Сей малодушный воевода, объятый страхом, бежал со всЬми полками и дал неприятелю путь свободный; а Васииий, вверив защиту Москвы Ионе митрополиту, матери своей Софии, сыну Юрию и боярам — рассудил за блого удалиться к берегам Волги, чтобы ждать там городских воевод с дружинами.
Скоро явились Татары, зажгли посады и начали приступ. Москвитяне сделали вылазку, бились с Татарами до ночи и принудили их отступить. Не смотря на усталость, никто не мыслил отдыхать в Кремле : ждали нового приступа; готовились отразить его; но неириятель ушел ночью, взяв с собою единственно легкие повозки, а все тяжелое оставив в добычу осажденным. Татары, по сказанию летописцев, услышав вдали необыкновенный шум, вообразили, что великий князь идет на них с сильным войском, и без памяти устремились в бегство.
Государствование Иоанна 111 более всего возвысило Москву, не только свержением татарского ига, но и бракосочетанием московского великого князя с последней отраслию византийских императоров (1473). София Палеолог принесла Иоанну, в наследие от Греческой имиерии, герб двуглавого орла. Вместе с ним лучший вкус, библиотека иностранных книг, знание языков, сделались достоянием Москвы; явилась грановитая палата; Кремль украшен башнями; соборы поднялись величественно; сношения и торговля с Востоком и Западом усилились, в особенности покорением сильного,торгового Новгорода.Со всех сторон пришии поклониться государю московскому, просрть его любви и дружбы; даже император римский иослал развЬдать о Московском государстве, и тем возобновил взаимные сношения, которые были довольно часты в цветущее время Киева.
Но между-тем, кроме пожаров (1415, 1445, 1458, 1501), землетрясения (1446) ужасной бури (14 июня 1460), Москва опять, хотя и реже, видала врагов под своими стенами.
Нашествие Крымцев и Казанцев. В царствование Василия Иоаиновича, воинственный хан крымский, Махмет Гирей (см Крым), разбив на берегу Окн московскую рать, вместе с братом своим казанским царем Саппом, вторгнулись в сердце России (1521). Хищные -полчища их и союзного с ними атамана Дашковича (смотрите это имя) расположились под Коломною, опустошая все места, убивая, пленяя людей тысячами, оскверняя святыню храмов, злодействуя, как бывало в старину при Батые или Тохтамыше. Государь удалился в Волок собирать полки, вверив оборону столицы зятю, царевичу Петру и боярам.
Все трепетало. Хан, 29 июля, среди облаков дыма, под заревом пылаю-ших деревень, стоял уже в нескольких верстах от Москвы, куда стекались жители окрестностей с их семействами и драгоценнейшим имением. Градоначальники распорядили защиту, всего более надеясь на искусство немецкого пушкаря, Никласа. Снаряд огнестрельный мог действительно спасти крепость, но был недостаток в е. Открылось и другое бедствие: ужасная теснота в Кремле грозила неминуемою заразою. Предвидя худия следствия, слабые духом бояре вздумали обезть хана богатыми дарами: отправили к нему посольство и бочки с крепким медом. Опасаясь и нашего войска, и неприступных для него московских укреплений, хан согласился не тревожить столицы и мирно идти во-свояси, если великий князь обяжется грамма-тою платить ему давь; а Василий предпочел мирное избавление Москвы славным опасностям кровопролитной, неверной битвы. Написали хартию, скрепили великокняжескою печатью и вручили хану, который немедленно отступил к Рязани. Дашковичь советовал Махмет-Гирей обманом взять эту крепость; к счастию, в ней бодрствовал окольничий, Хабар Симский (смотрите Рязань), Он не поверил присланной к нему граммате Василия и прогнал пушечными выстрелами Татар, подступивших к стенам: они бежали и оставили в руках Симского постыдную хартью московскую.
Сожжение Москвы Крымцами в 4574 году. Гордый султан Селим хотел Астрахани и Казани, или того, чтобы Иоанн, владея ими, признал себя данником Оттоманской империи. Предложение, столь нелепое, осталось без ответа. Селим повелел крымскому хану, Девлет-Гирею, идти на Москву.
При наступлении весны, хан, вов всех своих улусников, тысяч сто или более, с необыкновенною скоростью вступил в южные пределы России. Иоанн IV имел тогда мало воеводь мужественных и войска исправного. Князья Бельский, Мстиблав-скиЙ, Воротынский, бояре Морозов, Шереметев, спешили, как обыкновенно, занять берега Оки, но не успели: Хан обошел их и другим путем приблизился к Серпухову, где был сам Иоанн с опричниною. Требовалось решительности, велпкоду шия. Царь бежал в Коломну, мимо несчастной Москвы, к Ярославлю. Столица оставалась без войска, без начальников; но воеводы царские с берегов Оки, не отдыхая, приспели для защиты—и чтб же сделалие Вместо того, чтобы встретить, отразить хана в поле, заняли оредместия московские, наполненные безчисленным множеством беглецов из деревень окрестных; хотели обороняться меж- ду тесными, бренными зданиями. Князь Иван БЬльский и Морозов с большим полком стали на Варлацовской улице; Мстиславский и Шереметев с правою рукою на Якимовской; Воротынский и Татев на Таганском лугу против Крутиц; Темник с дружиною опричников за Неглинною. На другой день, мая 24, в праздник Вознесения, хан подступил кь Москве и случилось, чего ожидать надлежало: он велел зажечь предместия. Утро было тихое, ясное; Россияне мужественно готовились к битве, НО видели себя объятыми пламенем: деревянные доны и хижины вспыхнули в десяти разных местах; поднялся вихрь и 4рез несколько минут огненное, бурное море разлилось из конца в конец города. Никакая сила человеческая не могла остановить разрушение. Народ, воины, в беспамятстве искали сиасения и гибли под развалинами пылающих зданий, или в тесноте давила друг друга, стремясь в го-род-Китай, но отвеюду гонимые пламенем, бросались в реку и тонули. Начальники уже не повелевали, или их не слушались; успели только завалить Кремлевские ворота, не впуская ни кого в сие последнее убежище спасения, огражденное высокими стенами. Татары хотели, но не могли грабить в предместиях: огонь выгнал ах, и сам хан, устрашенный этим адом, удалился к селу Коломенскому. В три часа не стало Москвы : ни посадов, ни Китай-города; уцелел один Кремль, где в церкви Успения Богоматери сидел митрополит Кирилл с святыней и казною. Арбатский любимый дворец Иоаннов разрушился. Людей погибло невероятное множество: более ста двадцати тысяч воинов и граждан, кроме жен, младенцев и жителей сельских, бежавших в Москву от неприятеля, а всех около восьми сот тысяч.
Главный воевода князь Бельский задохнулся в погребе на своем дворе; также боярин Михайло Иванович Вороной, первый доктор Иоаннов, Ар-нольф Авнзей, и 23 лондонских купцов. На пепле бывших зданий лежали груды обгорелых трупов человеческих и конских. Кто видел сие зрелище — пишут очевидцы — тот воспоминает об нем всегда с новым ужасом и молит Бога не видать оного вторично.
Девлет-Гирей совершил подвиг, не хотел осаждать Кремля, и с Воробьевых гор обозрел свое торжество, кучи дымящагося пепла на простран стве тридцати верст, — и немедленно решился идти назад, испуганный, как уверяют, ложным слухом, что герцог или король Магнус приближается с многочисленным войском. Иоанн, в Ростове, получив весть об удалении врага, велел князю Воротынскому идти за Ханом, который однакож успел разорить большую часть юго-восточных областей московских и привел в Тавриду более ста тысяч пленников.
Нашествие Девлет-Гирея в 1672 году описано в статье Молоди и Мо-лодинская битва.
Последнее нашествие Татар на Москву в 1691 году. Крымский хан, Ка-зы-Гирей, подстрекаемый Шведами и Турками, вступил в южные пределы России со ста пятидесятые тысячами Крымцев, и пошел к Туле, обходя крепости, пи где не медля, не рассыпаясь для грабежа. Годунов, правивший тогда царем Феодором Иоанновичем и государством, поспешно отправил указы к воеводам всех степных крепостей, спешить к Серпухову, на соединение с князем Мстиславским; ибо, к несчастию, главное войско наше стояло тогда в Но-ве-городе и Пскове, наблюдая Шведов. Москва была объявлена в осаде; поручено блюсти дворец государев князю Ивану Михаиловичу Глинскому, Кремль боярину Дмитрию Ивановичу Шуйскому, Китай Голицыну. Белый-город Ногтеву Суздальскому и Мусе Туревину. 27 июня, по получении известия о быстром стремлении неприятеля к столице, велено Мстиславскому идти к Москве, чтобы перед ея священными стенами, в виду храмов и палат кремлевских, в глазах царя и царицы, за веру, за отечество, сразиться с неверными. Желая воспрепятствовать хану ввергнуть огонь и разрушение в недра столицы, как сделал Девлет-Гпрей в 1571 году, наши с удивительною скоростью укрепили предместие за Москвфю-реою деревянными стенами с цами, обратили монастыри в твердыни: Даниловский, Новоспасский, Симонов; назначили стан войску верстак в двух от города, между Калужскою и Тульскою дорогами; соорудили там досчатый подвижный городок, на колесах, и церковь св. Сергия, где поставили икону Богоматери, бывшую с Димитрием в Донской битве.
Июля 3, известили Феодора, что хан, перешел Оку под Тейповым, идет прямо к Москве; что передовой отряд его разбил воеводу князя Владимира Бахтеярова, высланного на Пахру с двумя стами пятидесятые детьми боярскими, и гнал до селения Биц. Тогда войско наше изготовилось к сражению; каждый полк занял свое место, не выходя из укреплений, и ввечеру приШла к ним вся дружина царская, под предводительством Бориса Годунова. Кто был душёю в совете, тому надлежало одушевить и воинов в битве за царство. Казы Гирей стал против села Коломенского, и с Поклонной горы обозрев места, велел своим царевичам ударить на войско московское. Многочисленная конница неприятель скаа спустилась с высоты на раввину; загремели все цы става, монастырей, Кремлевские, и сотни охотников из каждого полку с отборными головами, дружины литовские и немецкие с их капитанами, выступили из укрепления, чтобы встретить Крымцев, а воеводы с главным войском оставались в дощатом городке д ждали своего часа. Битва началась вдруг во многих местах, ибо неприятель, осыпанный пушечными ядрами, разделился, пуская стрелы и в схватке действуя саблями лучше на! ших; но мы имели выгоду, искусно! стреляя из ручных пищалей, стоя и нападая дружвее.
Сражение долго колебалось. С обеих сторон подкрепляли ратующих; но главные силы еще ие вступали в дело : Мстиславский, Годунов с царскими знаменами и лучшей половиною войска не двигались с места, ожидая хана, который с своими надежнейшими дружинами занял ввечеру, село Боробьево, и не хотел сойти с горы, откуда алчный взор его пожирал столицу, добычу завидпую, но не легкую. Ночью, по прекращении боя, хан собрал совет. Татары, устрашенные мужеством Русских, слыша пальбу беспрестанную, видя сильное движение между нашим станом и Москвою, и приписывая оное прибытью свежих войск из Новгорода и Пскова, решились бежать, и бёз отдыха в сутки достигли Оки, быстро преследуемые нашими воеводами. Хан, увидев передовую дружину Россиян, кинулся в Оку, бросив на берегу добычу, обоз и собственные возки царские; утопил множество людей своих и бежал далее. Легкие отряды Мстиславского и Годунова настигли задние полки его близ Тулы, разбили их, взяли 1,000 пленных с некоторыми знатнейшими мурзами; топтали, истребляли Крымцев в степях и выгнали из наших владений, где Казы-Гирей не успел злодействовать, и 2 августа прискакал на телеге, ночью, в Бахчисарай, с подвязанною, уязвленною рукою; а Крымцев возвратилось не более трети, пеших, голодных, так-что этот ханский поход оказался самым несчастнейшим для Тавриды.
На месте, где войско наше стояло в укреплении против хана, заложили каменную церковь,Богоматери и монастырь, названный Донскими, от имени святой иконы, которая была с Димитрием на Куликове поле и с Годуновым в Московской битве; а на случай нового приступа варваров к столице, защитили все ея иосады деревянными стенами с высокими башнями.
Чрез 8 лет созван был в Москв) собор и учреждено русское патриаршество (1589); по пресечении Рюриковой династии кончиною Феодора Иоанйовича (1398), Москва to всей Россией избрала Бориса Феодоровича Годунова (21 Февраля 1598 г.), видела смерть его (13 апреля 1605 г.) убийство юного феодора (10 июня 1605 г.), низвержение Дими-трин-самозвавца (17 мая 1606 г.), а через два дня (19 мая) провозгласила царем Василия Иоанновича Шуйского. При нем последовала —
Осада Москвы Болотниковым (смотрите зто имя) в 4606 году. Разбив царское войско в селе Троицком (в 50 верстах от Москвы), Болотников и Ляпунов (смотрите эти имена и статью Самозванцы в России), в октябре 1606 года, стали под Москвою, в селе Коломенском, торжественно объявили царя Василия сверженным, и вторично провозгласили Димитрия. Мятежники злодействовали в окрестностях, звали к себе бродяг, холопей; резали дворян и людей торговых, нразсыиались но дорогам, не пуская заиасов в столицу, ими осажденную. Василии, надеясь на скорое раскаяние этого жго сонма безумцев, медлил мщением и спокойно устроил защиту юрода, предместий и слобод; а народ и войско, видя неустрашимость государя, не теряли духа, но, но собственному движению, обязали друг друга клятвою в верности. Полководцы, князья Скопин ПЬйский, Андрей Голицын и Татев, расположились станом у Серпуховских ворот, для наблюдения и для битвы, в случае приступа. Высланные из Москвы отряды восстановили ея сообщение с верными городами, ближними и дальними, где должны были собраться сильные дружины для освобождения царя и столицы.
Тогда в Коломенском стане открылась важная измена. Болотников, называя себя воеводою царским, хотел быть главным; но воеводы, избранные городами, не признавали этой власти, требовали Димитрия от него, от Шаховского, не видели, и начинали хладеть .в усердии. Ляпунов ииервый удостоверился в обмане, и, стыдясь быть союзником бродяг, холопей, разков, явился в столице с повинною; а за Ляпуновым и все Рязанцы, Сунбулов и другие.
По остальные мятежники все еще упорствовали, укрепили Коломенский став валом и тыном, терпеливо сносили ненастье и холод глубокой осени; приступали к Симонову монастырю и к Тонной или Рогожской слободе, и были отражены. Наконец рать тверская и смоленская соединилась с московскою на Девичем поле; Василий вверил главное начальство двадцатилетнему витязю, князю Скопину Шуйскому (смотрите это имя), который свел полки в монастыре Даниловском, и мыслил окружить неприятеля в стане. 2-го декабря 1606 года, Болотников и Пашков встретили воевод царских: первый сразился как лев; второй, не обнажив меча, передался к ним со всеми дворянами и с знатною частью войска. У Болотникова остались казаки, холопы, Северские бродяги; но. он бился до совершенного изнурения сил, и бежал с немногими к Серпухову; казаки еще держались в укрепленном селении Заборье, и наконец с атаманом Беззубцевым сдалися, присягнув Василию в верности. Кроме их, взяли в бою столь великое число пленных, что оии не уместились в темницах московских, и были все утоплены в реке, как злодеи ожесточенные.
Чрез два года Москва увидела но-ваю Лжедимитрия, известного в истории под именем Тушинского вора, (смотрите статью Самозванцы в России) и подверглась новой четырехлетней осаде.
В начале июня 1608 года, Лжедимитрий с своими Ляхами и приставшими к нему Россиянами стал в двенадцати верстах от Москвы, на дороге Волоколамской, в селе Тушине, укрепил став свой, между реками Москвою и Всходною, валом и глубоким рвом, (следы которых видим и ныне), n жиал сдачи Москвы от голода и измЬны. Воеводы царские, князь Скопин Шуйский, Романов и другие расположились между Тушиным и Москвою на ХодынкЬ; за ними и сам государь, на (Иресне или Ваганькове, со всем двором и полками отборными. Столица оберегалась особенным засадным войском, которое, храня все укрепления от Кремля до Слобод, в случае нападения, могло одво спасти город. Но едва Марина признала самозванца своим мужем, измена вновь поколебала русское войско, а частью и народ. Ратники наперерыв целовали крест и Егангелие, клялися умереть за царя. а на другой девь толпами бежали в Тушино. С таким войском Василий не мог отважиться на решительную битву в поле. Он вступил со всеми полками в столицу, занял все улицы, стены, башни, земляные укрепления, а окрестности отдал во власть Тушивцам. В Москве несчастный царь нашел то же самое предательство и неустройство, как и в лагере; не было уже взаимной доверенности между государственною властью и подданными. Духовенство и бояре еще изъявляли к нему усердие; но Москвитяне колебались между царем и цариком, (так именовали второго Лжедимитрия) предавались то тому, то другому; за деньги снабжали стан Васильев и неприятельский хлебом и ем, пользовались общим злополучием и возникшим в столице голодом, для своего обогащения, и неоднократно пытались свергнуть Василия с престола. (См. статью Василий Иоаннович Шуйский).
В столь крайнем положении Москва была обрадована неожиданною вестию: что Шведы соединились с верными царю Дружинами Скопина Шуйского; что юный герой ведет их к столице и побеждает, а Шереметев приближается с востока. В то же время лазутчики, находившиеся в Тушине, дали знать, что Лжедимитрий (1609) решился одним ударом кончить войну, взять силою, чего долгb и тщетно ждал от измены и голода: Москву вместе с царем и царством. В этой надежде утвердил его пан Бобовский, который, прибыв к нему тогда из Литвы с дружиною удальцов, винил начальника вспомогательных польских войск, Рожинского, в слабости духа, уверяя, что Москва спасается единственно бездействием тушинского войска и неминуемо падет от первого дружного приступа. Лжедимитрий дал ему несколько полков. Хвалясь наперед делом славным, Бобовский устремился к городу; но царские воеводы не допустили его и до предместия: вышли, напали, разбили --= и Москва торжествовала свою первую блестящую победу; а скоро и вторую, еще важнейшую, наде всей Тушинскою силою. Сам Лжедимитрий, гетман Рожинский, атаман Заруцкий, все знатные изменники и бояре вели дружины на приступ (в день Троицы) и хотели сжечь Деревянный город; но Василий успел выслать в тыл их войско с князем Димитрием Шуйским. Неприятель быстрым движением вломился в средину царских полков, смял конницу и замешал пехоту; тут, с одной стороны, воевода князь Иван Куракин, с другой князья Андрей Голицын и Борис Лыков, уже известные достоинствами ратными, напали на изменников и Ляхов. Зачался бой, в коем, по уверению летоиисца, московские воины превзошли себя в блестящем мужестве, сражаясь, как еще не сражались до этого с Тушинскими злодеями, одолели, гнали их до Ходынки и взяли 700 пленников. Ужас неириятеля был так велик, что беглецы не удержались бы и в Тушине, если бы победители не остановились на Ходынке.
Самозванец усилился йовыми толпами казаков, вышедших из Астрахани, и еще имея тысяч шестьдесят или более сиодвижников — еще властвуя нлд знатною частью России,юис вой и западной, — тревожил нападениями слободы московские, между-тем как ляхские воеводы, Млоцкий и храбрый Лисовский (смотрите это имя), одержали победы над Рязанцами и Шереметевым. Москва узнала о том и смутилась; в то же время голод снова усилился, житницы Аврамиевы истощились, чернь снова начала бунтовать и осаждала даже дворец. Ыо в час величайшого волнения явился Безобразов с дружиною: сквозь разъезды неприятельские он благополучно достиг Москвы и вручил царю письмо q приближении князя Михаила. Царь велел чи-, тать оное всенародно, при звуке колоколов и пении благодарственного молебна во всех церквах. Исчезло отчаяние, сомнения и мятеж. Надежда на скорое избавление уменьшила и дороговизну с голодом.
Наконец, видя грозящую ему опасность, Лжедимитрий оставил Тушино и бежал (29-го декабря 1609 г.); 11-го февраля 1610 года выехала и Марина. Сапега принужден был победами Михаила снять осаду Троицкой лавры; воеводы царские заняли Старицу, Ржев и приступили к Белому; тогда буйные конфедераты не хотели уже медлить ни часу в стане, изъявили покорность гетману, который вывел их с рас-пущевнымизнамевами, при звуке труб и под дымом пылающого, им зажженного стана, чтобы,итти к королю. Изменники частью соединились с Ляхами, частью ушли к самозванцу и в Москву, надеясь на милосердие Василиево.
РоссГяне и Шведы, одни с веселием, другие с гордостию, вступили как братья, в освобожденную Москву. Царь велел знатным чиновникам встретить князя Михаила; народ предупредил чиновников, стеснил дорогу Троицкую, поднес ему хлеб-соль, бил челом за спасение государства Московского, давал имя отца отечества. благодарил и сподвижника его, Делагарди. Василий также благодарил обоих, со слезами на глазах, с видом искреннего умиления; но в душе его скрывалась уже зависть к доблестям племянника-героя. в котором он видел только опасного для себя соперника.
Князь Михаил, среди светлых пиров столицы, не уноенвмй -ни честию, ни славою, требовал указа царского довершить великое дело: истребить Лжедимитрия в Калуге, изгнать Сигизмунда из России, очистить южные пределы ея и успокоить государство. Неожиданная его кончина не допустила до такого конца благословеннаго; не в бедственное царствование Василия отечество наше должно было возродиться для величия! Он пал, и 17-го авгус- та 1610 года подписана московскими боярами граммата об избрании на русский престол Владислава Сигизмупдовича.
Поляки вошли в Кремль, как воины русского царя Владислава, и начали господствовать в ней, как воины польского короля Сигизмунда. Патриарх Ермоген благословил восстание Ляпунова, и наконец, в марте 1611 года, выступили к Москве: Ляпунов из Рязани, князь Дмитрий Трубецкий из Калуги, Заруцкий из Тулы, князь Лит-винов-Мосальскип и Артемий Измайлов из Владимира, Просовецкий из Суздаля; князь Федор Волконский из Костромы, Иван Волынский из Ярославля, князь Козловский из Романова, с дворянами, детьми боярскими, стрельцами, гражданами, земледельцами, Татарами и казаками; многочисленные дружины их шли бодро, но тихо — и сия (веролтно невольная, неминуемая по обстоятельствам) медленность имела для Москвы ужасное следствие.
19-го марта 1611 года, во вторник Страстной недели, восстание вспыхнуло в столице. В Китае-городе раздалась тревога; Гонсевский (смотрите это имя) прискакал из Кремля: увидел кровопролитие между Ляхами и Россиянами, хотел остановить, не мог, и дал во-jk первым, которые действовали на I ступательво, резаликупцов и грабили) лавки; жители Китая искали спасения в Белом-городе и за Москвою-рекою: конные Ллхи гнали, топтали, рубили их; но в Тверских воротах были удержаны стрельцами. Ёице сильнейшая битва закипела на Сретенке: там явился князь Дмитрий Пожарский. Он устроил дружины, свял пушки с башен и встретил Ляхов ядрами и ми; Иван Бутурлин в Яузских воротах, и Колтовский, за Москвою-рекою, также стал против них с воинами и народом. Бились еще в улицах Тверской, Никитской и Чертольской, на Арбате и Знаменке. Гон-севский подкреплял своих; но Россияне более и более умножались и стали повсюду теснить своих угнетателей. Тогда выступил из Кремля капитан Маржерете (смотрите ато имя), ободрил Ляхов своей неустрашимостию, и некогда лив кровь свою за Россиян, жадно облился их кровию. Битва снова сделалась упорною; многолюдство однакож преодолевало, и Москвитяне теснили неприятеля к Кремлю, его последней ограде и надежде. Тут, в час решительный, услышали голос: огня! огня! и первый вспыхнул в Белом городе дом Михаила Салтыкова, зажженный собственною рукою хозяина; сильный ветер раздувал пламя; жители кинулись тушить, спасать домы; битва слабела, и ночь прекратила ее, к счастию, изнуренного неприятеля, который удержался в Китае-городе, опираясь на Кремль. В следующее утро 2,000 Немцев, с отрядом конным вышли в Белый-город и к Москве-реке, зажгли их в разных местах и гнали народ из. улицы в улицу. В этой самый час прискакали к стенам Деревяннаго-города от Ляпунова воевода Иван Плещеев, из Можайска королевский полковник Струсь, каждый для вспоможения своим, оба с легкими дружинами, рав ными в силах, но не в мужестве.
Ляхи напали; Россияне обратили тыл — и вождь первых, сквозь пыл и треск деревянных падающих стен, вторгнулся в город, где жители, задыхаясь от жара и дыма, уже не хотели сражаться за пепелище, бежали во все стороны с имуществом и с семействами. Несколько сот тысяч людей вдруг рассыпалось по дорогам к Лавре, Владимиру, Коломне, Туле; вязли в снегу, еще глубоком; цепенели от сильного холодного ветра, и, смотря на горящую Москву, думали, что с ней исчезает и Россия! Один князь Дмитрий Пожарский еще стоял твердо, между Сретенкою и Мясницкою, в укреплении, им сделанном, бился с Ляхами, и долго не давал им жечь за каменною городской) стеною; но и он изнемог от ран и усталости и пал на землю. Верные ему до конца, немногие сподвижники взяли и спасли будущого спасителя России его отвезли в Лавру.
Москва горела четверо суток (19 — 22 марта)наконец пларя утихло и все сделалось пеплом. Поляки в Китае и Кремле грабили казну и сокровища царские, церковные и частных людей, делили их между собою, посылали к Сигизмунду, употребляли, вместо денег, на жалованье войску; рядились в бархаты и штофы; пили из бочек венгерское и мальвазию и, пьяные, резали друг друга. А русские изменники, их клевреты, праздновали в Кремле Светлое воскресение и молились за царя Владислава.
ВЬсть о бедствии Москвы, распространив ужас, дала и новую силу народному движению. Ревностные иноки Троицкой лавры послали к вей всех ратных людей монастырских, написали умилительные грамматы к областным воеводам и заклинали их угасить ея дымящийся пепел кровию изменников и Ляхов. Воеводы уже .не медлили. 26-го марта пришел,1япу-лов от Коломны, Заруцкий от Тулы, соединились с другими воеводами близь обители УгрешскоЙ, и 28-го марта дви-нудись к пепелищу московскому. Неприятель, встретив их за Яузскими воротами, скоро отступил к Китаю и Кремлю, где Россияне, числом не менее ста тысяч, но без устройства и взаимной доверенности, осадили шесть или семь тысяч храбрецов иноземных, исполненных к ним презрения. Ляпунов стал на берегах Яузы, князь Дмитрий Трубецкой с атаманом Заруцким против Воронйовского ноля, Ярославское и Костромское ополчение у ворот Покровских, Измайлов у Сретенских, князь Литвинов-Мо-сальский у Тверских, внутри обожженных стен Белаго-города. Тут с торжественными обрядами дали клгитву не чтить ни Владислава царем, ни бояр московских правителями, служить церкви и государству до избрания государя нового, не крамольствовать ни делом, ни словом, — блюсти закон, тишину и братство.
Осажденные дивились несметности Россиян и еще более умным распоряжением их вождей, то есть Ляпунова, который в битве 6 апреля стяжал имя львообразнагостратига. Россияне, втеснив неприятеля в крепость, ночью заняли берег Москвы и реки Неглинной. Ляхи тщетно хотели выгнать их оттуда, делали вылазки, имели выгоды и невыгоды в ежедневных схватках, но видели уменьшение только своих; во многолюдстве осаждающих урон был незаметен. Россияне надеялись на время; Ляхи страшились времени, скудные людьми и хлебом. Гонсевский, известив короля о сожжении Москвы и приступе Россиян к ея пепелищу, требовал скорого вспоможения, ободрял товарищей, советывался с Салтыковым — и тщетно старался склонить увещеванием и угрозами патриарха Ермогена, заключенного им в Кирпловскую обитель, чтобы он велел Ляпунову и сподвижникам его удалиться. Но и в русском стане ратныя- действия,
без общей цели, единства и связи, не могли иметь важного успеха. Тогда решились торжественно избрать начальника; но, вместо одного, выбрали трех: вернь.ие — Ляпунова, чиновные мятежники тушинские—князя Дмитрия Трубецного, грабители казаки —атамана Заруцкого (смотрите фти имена). Пришли подкрепления и подвозы из Казани и Смоленска, из областей низовых и поморских, но пришел также Санега с своими шайками и занял Поклонную гору, объявляя себя другом России. Ему не верили. Нр обольстив Россиян, Сапега ударил на часть их стана против Лужников; отбитый, напал с другой стороны, близ Тверских ворот; не мог одолеть многолюдства и ио совету Говсевского, стал грабить внутри России, чтобы отвлечь от Москвы осаждающих. Тогда же распространилась в русском станЬ весть о следовании к столице ноль-скато гетмана Ходкевича, действовавшего с успехом против Шведов в Ливонии. Ляпунов и товарищи его решились не медлить далее, изготовились в тишине, и за час до рассвета (22 мая) приступив к Китаю городу, взяли одну башню, где находились 400 Ляхов. Мизсто было важно: Россияне .могли оттуда громить пушками внутренность Китая. Гонсевский избрал смелых и снова отбил башню. В других местах Ляпунов и Трубецкой имели более успеха: очистили весь Белый - город, взяли укрепления на Козьем-болоте, несколько башень и ворот. Чрез пять дней сдался им и Девичий монастырь с двумя ротами Ляхов и пятью стами Немцев. В то же время Россияне сделали укрепления за Москвою-рекою и стреляли из них в Кремль. К счастью их, Сигизмунд, по взятии Смоленска, ничего не предпринимал для спасении храбрых защитников Кремля, а двинул только к Москве Ходкевича. Но еще до его прибытия Гонсевский успел погубить Ляпунова, бывшего дуе
шей русского восстания (смотрите Ляпунов) С погибелью умного вождя исчезло в русском стане и мужество и устройство; возобновились грабительства, смертоубийства; неистовые казаки, расхитив имение Ляпунова и других, умертвили многих дворян и детей боярских. Многие воины бежали из полков, думая о жизни более, нежели о чести; лучшие, благороднейшие искали смерти в битвах с Ляхами. В сие время явился Сапега от Переслав-ля; Гонсевский сделал вылазку; напали дружво и снова взяли все от Алексеевской башни до Тверских ворот, весь Белый-город и все укрепления за Москвою-рекою. Россияне везде противились слабо, уступив малочисленному неприятелю и монастырь Девичий. Сапега вошел в Кремль с победою и запасами. Хотя Россия еще видела знамена свои на пепле столицы, но чего могли ждать от войска, которого срамными головами оставались тушинский лжебоярин и злодей, сообщник Марины, вместе с изменниками, атаманом Просовецкймь и другими, не воинами, а разками и губителямие
Избавить Москву, а с ней и Россию, предоставлено было иным лицам: нижегородскому гражданину Минину и князю Пожарскому (смотрите эти имена). После кровавого боя 21 — 24 августа 1612 года (смотрите Московская битва)у гетман Ходкевич отражен от Москвы; через два месяца, храбрый полковник Струсь сдал Русским Кремль, 21 октября, а 21 Февраля 1613 года избран на царство юный Михаил Федорович Романов.
При нем, Москва увидела еще раз Поляков под своими стенами (смот. Московский поход); но все покушения Владислава остались тщетны: Россия восторжествовала. В 1672 тоду 30 мая, родился Петр Великий; 1682, 1689 и 1698 годы ознаменованы мятежами стрельцов (смотрите это слово). В 1707 году, около Кремля и Китая-города сделаны земляные укрепления; в 1708 году учреждена Московская губерния; в 1711 году учрежден в Москве сенат; в 1755 году, при Елисавете Петровне, основан Шуваловым, по плану4Ломоносова, московский университет. В царствованиеЕкатерины 11,1770 года, свирепствовала в Москве моровая язва. В царствование императора Александра, сентября2, Москва была занята французами, но 12 октября возвращена Русскими (смотрите московский пожар).
18-го апреля 1818 года ознаменовано реждением в древнем Кремле ныне благополучно царствующого Госусударя Императора.
22 августа 1826 г. совершилось в Москве коронование имиератора Николая 1.
(История государства Российского Карамзина;—Повествование о России, Арцыбашева; — Деяния Петра Великого. Голикова; — царствование Екатерины Великой, Лефорта; — сочинение Г. - Л. Михайловского-Данилевского о войне 1812 года). Н. В. С.
Московская битва, 2 — 24 августа 1642 года. Известия, полученные от князя Дмитрия Трубецкого, что гетман Ходкевич, с многочисленным войском и запасами, приближается к Москве, а казаки намерены оставить осадное войско, заставило князя Дмитрия Михайловича Пожарского (смотрите это имя), расположенного у Троицко-Сер-гиевского монастыря, спешить к столице для воспрепятствования неприятелям войти в нее. Он поспешно послал воеводу князя Василия Ивановича Туревина вперед, велел расположиться у Чертольских ворот, и сам двинулся за ним с Мининым, келарем Аврамием и всем войском. Архимандрит с собором, образами и крестами, провожали ополчение на гору Волкушу, где оно приложилось к иконам и пустилось далее к Москве.
Подходя к столице, соединенная рать расположилась ночевать при Яузе, за пять верст от города Трубецкой, встретив ее, сделал Пожарскому предложение соединиться в одном стане, но последний в согласился, от чего Трубецкой и казаки стада неблагоприятствовать квязю Пожарскому а его ополчению. На следующий день войско, подступив к Арбатском воротам, расположилось лагерем подле Беда-города, соорудило острог, окопалось рвом и, до гетманского прихода, едва успело в этом. День спустя, 21 августа, Пожарский отрядил разведывать о Ходкевиче по всем дорогам; наконец получиль весть, что гетман идет к Москве от Вязьмы, и соединенное ополчение начало готовиться к отпору. Ходкевнчь остановился на Поклонной горе; переправился на другой день через Москву-реку у Новодевичьяго монастыря и придвинулся к Чертольским воротам. Пожарский выступил против неприятелей; Трубецкой же, стоявший на другой стороне Москвы-реки, ирислал к вему просить себе несколько конных сотен, обещая ударит с другой стороны на врагов. Пожарский, не подозревая тут обмана, отправил к Трубецкому лучшия пять сотен. Между-тем у войска Пожарского с гетмановым завязался конный бой, от раннего утра и гораздо за полдень; ночпз стана Трубецка-го не дали Россиянам никакой помощи; Ходкевичь напирал всеми силами; Пожарский, не могши противостать конницею, приказал рати сиешиться. Битва началась жестокая, и Россияне едва могли противиться врагам. Сотни, посланные к Трубецкому, видя изнеможение своих, пустились, вопреки военачальнику, быстро в полки сподвижников и помогли им много. Четыре казачьи атамана из полков Трубецкого сделали тоже. Гетманскую рать, отраженную и понесшую великий урон, прогнали за Москву-реку; вылазку литовскую, сделанную из города, для очищения Водяных ворот, отбили и знамена у Поляков отняли; однако, ночью, пробрались от гетмана 600 человек гайдуков в город, откуда вышедпш поутру, взяли Георгиевскую церковь, за Москвою-рекою, я близлежащее укрепление. Гетман расположился сперва у Поклонной горы, а после у Донского монастыря
На рассветЬ 24 августа (1612), когда Ходкевичь, с запасами, сделал от Сетунп движение к столице, Трубецкой с войском остановился у Москвы-реки. Пожарский, став частью близ церкви Илии Обыденного, частью ва месте бывшего Деревянного города, выдвинул много сотень против неприятеля. Настала упорная битва, с утра иочти до часу за полдень. Увидев жестокое сопротивление от российских воинов, гетман ударил ва них всеми силами, смял, втоптал в Москву-реку и едва сам Пожарский устоял с своим полком. Казаки князя Трубецкого ушли к себе в став, взяли на пути укрепление, бывшее у Кдементьевской церкви, занятое вышедшими аз города Литовцами; во не получая помощи от сподвижников, вторично его бросили и клялись не выходить более на бой. Враги тем воспользовались, поставили обоз свой у Екатериненской церкви, наполнили ров пехотою, соорудили позади его станы, ввезла туда запасы и заняли опять укрепление. Ужас объяи воинов Пожарского; они отправили князя Дмитрия Лоиату звать келаря Аврамия, молебствовавшего на месте Ильинской церкви, в полки к себе, и поручили ему уговорить казаков, чтобы двинулись сражаться и не допустили неприятеля провезти запасы в город. Сопровождаемый многими дво-ряпами, келарь пришел к укреплению Клементьевскому, стал упрашивать и убеждать казаков, склонил их к новому участью в битве за отечество и православную веру. Казаки, стоящие за рекою у Никитской церкви, пустились в след за сподвижниками, и все дружно бросились на врагов, призывая имя святого Сергия Два ополчения, Трубецкого и Пожарского, соединившись вместе, напали также с обеих сторон на врагов у Екатерининской церкви; но кровопролитном бое, разорвали обоз противников; овладели припасами неприятельскими и, заняв укрепление, побили в нем всех литовских воинов: одних Венгров погибло 700 человек. Пехота российская залегла во рвы и крапивники, на пути, чтобы гетмана не пропустить в город. День склонился уже к вечеру, когда Минин, взяв с собою ротмистра Хмелевского с тремя сотнями дворян, перешел Москву-реру и остановился против Крымского двора, у которого находились две роты литов- ские: конная и пешая. Минин ударил на них; но оне, не дождавшись его, обратились в бегство к стану Ход-кевича; засевшая во рвах и крапивах, пехота двинулась туда же постепенно, а конница вся и гетман побегали из стана, покинув обозы с шатрами, в добычу Россиянам. Многие хотели преследовать Ходкевича, однако предводители удержали их, не пустили за ров Деревяннаго-города, и остановись тут, говорили: в один день не бывать двух радостей. Устрашенный Ходкевичь отступил к Донскому монастырю и Воробьевым горам; а поутру кинулся со стыдом прямо в Литву.
(Никоновская и другая летоппси; — Налицын; — Арцыбашев). Н. В. С.
Московская губерния (смотрите слово Россия).
Московское пленение и пожар в 1812 году
Московское пленение и пожар в 1812 году. После Бородинской битвы (смотрите это слово и статью Отечественная война), русская армия, под предводительством Фельдмаршала князя Кутузова, отступила к Москве. В военном совете, собранном 1 сентября в главной квартире армии, в д. Филях, после продолжительных обсуждений, было принято горестное, но необходимое решени: отдать столицу во власть неприятеля. Приказано было идти на Рязанскую дорогу. Милорадович с арриергардом должен был, по возможности, удерживать неприятеля, чтобы армия успела пройти через Москву; Винцингероде с отрядом — двинуться к Ярославской дороге. Тогда же князь Кутузов известил московского генерал-губернатора, графа Ростопчина, об оставлении столицы, что до тех пор таил от него.
В Москве вовсе не знали еще о произведенном над ней приговоре; не воображали, чтобы русское войско могло не сразиться за матерь городов русских, не искупить ее кровью, или не погребсти себя под развалинами. Правда, что с отбытием государя из Москвы, 19-го июля, многие стали вокруг себя оглядываться и заботиться о будущем; что начали уже тогда укладывать на барки казенные вещи и принимать разные меры на случай приближения неприятели, но для самой Москвы не предполагали опасности; никто не помышлял уехать из нея и вывозить имущество. Вскоре вид Москвы стал изменяться: на улицах двигались военные тяжести и артиллерия, приходившия из внутренних губерний, или отправляемия в армию; госпитали и частные дома наполнились раненными; везде встречались офицеры и ратника вновь Формирующагося ополчения. Взятие Смоленска огромило Москву, как-будто для врагов отверзся путь в столицу, которую начали оставлять жители высших сословий. Пала Вязьма; присутственные места и учебные заведения тронулись из Москвы в Казань; остался только сенат и воспитательный дом, заведение, которое, по. многочисленности и юным летам воспитанников, нельзя было вывести; на улицах всюду видны были отправлявшиеся казенные и частные обозьГ; в домах раздавался стук укладываемых вещей. Но и тогда Москвитяне не унывали: верили пламенным обнародованиям (или, как звали их, зфиш-кам) графа Ростопчина, обещавшим скорую победу, и дыша любовью к отечеству и ненавистью к врагам, требовали я, чтобы идти насмерть если бы в следствие сражения была нужно защищать Москву. Назначение Кутузова главнокомандующим армиями произвело в Москве общий восторг и возродило уверенность в скорую и решительную битву, а когда получено было известие, .что наши, под Бородиным, успели отразить неприятеля, то все толпились в храмы, служить благодарственные молебны.
Но радость была кратковременна. Скоро весть об отступлении армии достигла до Москвы. Не прошло трех дней, и жертвы Бородинского побоища начали двигаться в стены столицы. По улицам тянулись нескончаемые ряды повозок с ранеными, которых большей частью отвозили в Лефортовский дворец. Увеличилось число отъезжающих жителей; одного казенного имущества было вывезено на 65,000 подводах. В ночи с 30 на 31 августа, отправили в Нижний Новгород колодников, на которых потом Наполеон взвалил зажжение Москвы. Пустела столица, но оставшиеся в ней все еще бодрствовали, вооружались по возможности и готовились выступить по первому востребованию, на Три-горы, для подкрепления армии. Главными действовавшими в Москве лицами были архиерей, сенат и граф Ростопчин. Народ смотрел на них, ждал, что они станут делать, внимал проповедям первого, читал воззвания последняго, и не сомневался в помощи Божией и Угодников, покоившихся в святынях города.
Настало 1-е сентября. От раннего утра видели в Москве сооружение укреплений близ Поклонной горы, скопление у Дорогомиловской заставы войск, коими покрывалась вся окрестность; при закате солнца, зажглись бивачные огни. Все предвещало близкое сражение. Но в 8 часов вечера вручили графу Ростопчину следующее письмо от князя Кутузова: Неприятель, отделивший колонны свои на Звенигород и Боровск, и невыгодное здешнее местоположение, вывуждают меня с горестью оставить
Москву. Армия идет на Рязанскую дорогу. Посему покорно прошу вас прислать мне в этим же адъютантом моим, Монтрезором, сколько можно более полицейских офицеров, которые могли бы армию проводить через разные дороги на Рязанскую.
Исполнив повеление Фельдмаршала, граф Ростопчин приказал всем во-инрким командам и ведомствам выступить из Москвы, сняв предварительно караулы, что было сделано в 4-м часу по полуночи. Все подводы, какие толью можно было найти, употребили для цтвоза раненых и больных; полиции и пожарной команде велено было отправиться во Владимир; посланы чиновники разбивать бочки с вином на винном дворе и жечь на Москве-реке все барки с частным и казенным имуществом, которые не успеют уйти до вступления неприятеля. Тогда же удалились сенат и преосвященный Августин, взяв из Успенского собора Владимирскую Богоматерь, а из часовни от Воскресенских ворот Иверскую.
До зари, 2-го сентября, обозы и артиллерия вступили в Дорогомиловскую заставу; на рассвете последовали за ними пехота и конница. Войска шли в глубоком молчании, не теряли духа, не роптали, но на лицах заметно было огорчение, в рядах отзывался тихий, унылый говор. Большая часть лавок и магазинов были заперты; дома стояли опустелые. Миновав Коломенскую заставу, войска становились для привала по обеим сторонам дороги.
Утро этого печального дня застало ваш арриергард у Фарфоровых, заводов, в 10 верстах от Москвы. Когда французы двинулись вперед, он начал отступать медленно, а в полдень пришел к Поклонной горе. Неприятельские колонны потянулись в обход его, угрожая отрезать от города. Тогда донесли Милорадовичу, что артиллерия и обозы так сперлись к улицах, что стоят недвижимы.- Милорадович послал к Мюрату, командовавшему, неприятельским авангардом, офицера с письмом о пощаде больных и раненых, оставленных в городе, и велел сказать ему, что, если французы хотят занять Москву невредимою, то не должны наступать быстро, а дать нам спокойно выйти из нея, иначе наш арриергард будет сражаться в улицах до последнего человека и, вместо Москвы, оставит одне развалины. Мюрат согласился с условием, чтобы город был очищен в тот же день, и стал подвигаться по мере отступления Мило-радовича. В 10 часов утра Наполеон прибыл к своему авангарду, долго разговаривал с Мюратом, отобедал и поехал на Поклонную гору. Увидя Москву, он воскликнул : La voild done celle fameuse ville; и, промолчав несколько минут, присовокупил : ail ёиаии temps! Вокруг его гремели радостные восклицания воинов: Москва! Москва! Долго, но тщетно ждал Наполеон депутатов из расстилающейся у ног его необозримой столицы; потом приказал пушечным выстрелом авангардам всех корпусов тронуться. Мюрат пошел к Дорогомиловской заставе, Понятовский к Калужской, вице-король Италийский к Пречистенской и Тверской. За авангардами двинулись корпуса. Свет.померк от поднявшейся столбом пыли, и среди облаков ея понесся Наполеон к Москве, где остановился у Камер-Кол-лежского вала. Войскам велено было соблюдать строжайший порядок, кон-вице не слезать с лошадей. В Новинской части не встретили ни одного человека; то же опустение было на Арбате. Наконец узнали, от двух найденных. иностранцев, о выезде из Москвы дворян, духовенства, купцов, чиновников, и что в городе, кроме весьма малого числа простого народа, ни кого не осталось. Удивление неприятеля увеличивалось на каждом шагу, ио мере того, как по безлюдному городу приближался он к Кремлю. Там человек 500 вооруженных жителей занимали Никольские ворота и пути, ведущие к соборам и чертогам царским. Едва французы вступили в Кремль, как по ним открыли огонь. По приказанию Мюрата, поставили пушку и тремя выстрелами разогнали толпу.
В самое это время (около 5 часов по полудни) арриергард наш выходил из Москвы безвредно; кавалерия Себастиани, тянувшаяся на перерез Рязанской дороии, остановилась, по требованию Милорадовича, и пропустила свободно последния наши войска и обозы. Назначены были черты для передовых постов в 4-х версгах от столицы; арриергард стал у Вязовки; армия между селениями Нанки и Жилина; Винцингероде потянулся к селу Пешковскому, на Петербургской дороге, оставив небольшой отряд на Ярославской.
В Москве оставлено русских и иностранных пушек 156, более 80,000 ружей, карабинов, штуцеров, ов, слишком 60,000 белого я, 20,000 пуд а, 27,000 ядер и проч. Множество других запасов было сожжено или потоплено при самом вступлении неприятеля; также не успели вывезти более 1000 старинных русских, турецких, польских и прочие знамен, штандартов, булав и других военных доспехов и до 10,000 раненых, из которых весьма немногие спаслись от огня и голода. Что касается до числа жителей, бывших в Москве при нашествии неприятеля, то с достовервостью знать его нельзя. Приблизительно полагают, что их было не более 9,000.
Снова, но опять тщетно, ожидал Наиолеон у Дорогомиловской заставы депутатов из Москвы, с мольбою о пощаде и городскими ключами. Войска, стеснясь у ближайших застав, готовы были к торжественному вступлению; назначены губернатор столицы (маршал Мортье), комендант (гене рал Дюроеель), правитель губернии (Лесеепс); начертана прокламация к жителям; но посланные в город офицеры для отыскания бодр и московских властей привели только десяток иоселившихся в городе французов — гувернеров и промышленников. От этой мнимой депутации узнал Наполеон, что в Москве нет ни жителей, ни властей. Неожиданность дела поразила его и всю армию громовым ударом.
С негодованием выслушав приведенных к нему из Москвы иностранцев, Наполеон велел подвесть себе лошадь, скомандовал близ стоявшим войскам вперед и в голове конницы въехал в Дороюмиловскую слободу, где расположился на ночлег в обывательском доме. Скоро в За-москворечьи, в четырех местах, показался дым, а потом поднялось пламя, Предвестник того пожара, которому летописи веков не представляют подобного. Между-тем Мортье е частью гвардии занял Кремль и делал приготовления к приезду и безопасной жизни в нем имиератора; все вто производилось в тишине и порядке. Но когда пала ночь, начались своевольство и насильства. Войска, вошед в разные заставы без вожатых и квартирьеров, то произвольно занимали дома в виде казарм, то становились биваками на улицах; генералы и офицеры оставляли команды, избирая сами себе помещение; солдаты, изнуренные недостатком пищи и усталостию, врывались в лавки и магазины и, утолив голод и жажду, предавались всем порывам необузданных. граете#. Вдруг запылал москотиль-нын ряд, а в Китай-Городе распространился пожар, послуживший для неприятельских войск сигналом пуститься на грабеж.
На другой день (3 сентября), по утру в 11 часов, поехал Наполеон в Кремль. £два вступил он в чертог .царей ваших, как эапыиали гостиный двор и каретный ряд. К вечеру, оказавшийся в разных местах пожар, при поднявшемся порывистом ветре, соединился в одно неизмеримое огненное море. Гибли сокровища наук и художеств, запасы торговли и промышленности, памятники искусств и изобретения роскоши; горели церкви, общественные здания, древния палаты царей, патриархов, разрушались жилища мирных граждан. Яркий свет, разливавшийся в окна дворца, неоднократно прерывал сон Наполеона; он выходил на бн смотреть на сверкавшия волны. Пораженный зрелищем столицы, тонувшей в огне, он как бы невольно воскликнул: Какая черезвычайная решительность! что за люди! этоСкифы! Вся армия неприятельская, видя исчезающия вадежды на награду своих трудов и лишений, разделяла изумление вождя.
Пожар более и более приближался к Кремлю, куда начала падать головни; арсенал несколько раз загорался. Личная для Наполеона опасность ежеминутно увеличивалась, тем более, что зарядные ящики гвардейской артиллерии, расположенные на кремлевских площадях, подвержены были ам. Приближенные к Наполеону генералы упрашивали его выехать за город. Он долго их не слушал; наконец Бертье заметил: Если Кутузов вознамерится теиерь атаковать стоящия около Москвы войска, то ваше величество будете отрезаны от них огнем. Тогда только решился Наполеон исполнить общее желание, и 4-го числа, в два часа по иолудни, с трудом и величайшей опасностью пробрался по огненной земле, среди огненных стен, под огненным небом, в Петровский дворец.
Там он жил четыре дня; а между-тем несчастная Москва была позорищем неслыханных бедствий. Посреди пламени, продолжавшагося с прежней яростью до 8-го сентября, совершались разбои, грабеж, насильства.
Прошло болЬе сорока лет, а вопрос о причинах пожара московского еще не решение. Наполеон в своих бюлетенях отклонял от себя вину в сожжении столицы. Тоже самое подтверждал он несколько раз на уединенной скале Св. Елены. Книги, журналы, все типогравские станки, в 1818 году подвластные Наполеону, провозгласили зажигатслем русское правительство и орудием его выставляли графа Ростопчина. Неудовольствуясь этим отрицанием, Наполеон учредил даже в Москве коммисию, для суждения 26-ти русских простолюдинов, пойманных на месте, когда они зажигали дома; показания их и другия исследования доказали будто бы: что российское правительство, уже за три месяца предвидя падение Москвы во власть французов, готовило ея гибель. С этой целью оно привяло предложение английского механика Шмидта, (Немца Ленпиха), который, под видом соорудить для истребления неприятельской армии, огромный воздушный шар, стал выделывать на загородной даче, близ с. Воронцова, множество ракет, Фитилей и других Фейерверков; с этой целью выпущены были из тюрьмы до 800 преступников с условием поджечь город 21 часа после вступления французов, и высланы из столицы пожарные команды и полицейские начальства. Коммиссия приговорила 10 из мнимых преступников к смерти, а остальных к тюремному заключению, что и было немедленно исполнено.
Ложность их показаний и несправедливость ириговора ныне ясно доказаны. Хотя Лепиих действительно занимался с разрешения и под покровительством местного начальства, устроением вышеозначенного шара, но труды его вовсе не имели успеха, и шаре, инструменты и другия снадобья были отвезены в Нижний Новгород; туда же препроводили, как сказано выше, всех
Tout. IX.
колодников, под конвоем 10 полка ополчения;увезениеже пожарных труб из Москвы воспоследовало в следствие общей тогда принятой меры, по которой, при сближении неприятеля, отправлялись все присутственные места, архивы, казенные суммы и прочие во внутрь России. Известно также, что гиа сожжение Москвы не было дано ни Высочайшего поведения, ни приказа главнокомандующого, или графа Ростопчина, ибо до окончания совета в Филях никто не думал оставить столицу без боя, для которого сочраненГе Москвы и имевшихся в ней военных средств и заиасов было необходимо. Князь Кутузов и граф Ростопчин, (предмет особенной злобы Наполеона, и который, по пылкости и отважности своего духа и беспредельной ненависти к врагам отечества, был бы способен на такой отчаянный иоступок), торжественно от него отреклись и доказали свое неучастие в донесениях к Государю Императору. Нельзя также обвинять в сем происшествии Наполеона и его армикь Москва, главный предмет военных и политических видов завоевателя, была в то же время обетованною землей для истощенных, голодных его Войск. Итак, спрашивается-почему произошел пожаръе—Мы видели выше, что граф. Ростопчин, известясь в 8 часов вечера 1-го Сентября, от князя Кутузова о намерении отступить от Москвы без сражения, велел разбивать бочки с вином и .жечь коммисариатские и военные запасы в магазинах и на барках, неуспевших еще отплыть по Москве-реке. Эти меры приведены были въ/действие частью во мраке ночи, частью посреди всеобщого смятения, когда уходили полиция, военные команды и жители, улицы загромождены были обозами и над Москвою носилось зарево бивачных огней; в подобных обстоятельствах, беспорядки, пьянство и расхищение имуществ неизбежны,— оказались первые пожары; другие про-
10
изошли от патриотических чувство ваний Русских и врожденного в них свойства — скорее уничтожить чем уступить. Купцы и лавочники (прежде всех хозяева каретных рядов), не жедая, чтобы их товары и изделия достались францу зам, сами сожгли свои лавки и амбары. Когда Москва уже стала гореть в разных концах толпы неприятелей пустились на грабеж и скоро разрешение на то дано было самим Наполеоном всем войскам стоявшим близ города. К ним, без сомнения, присоединились бродяги русские и часть черни, оставшейся в Москве, стараясь вместе с неприятелем распространить огонь, в намерении с больше Д удобностью грабить в повсеместной тревоге. Напрасны были усилия некоторых французских генералов к утушению пожара. Выводимия ими команды разбегались и приставали к хищнцкам. Скоро забушевали жестокие ветры; всякое средство, всякое усилие рук человеческих к утушению огня, сделалось невозможным, я Москва изчезла посреди огня и дыма.
Три дна ировел Наполеон в Петровском дворце, потой (7 сентября) возвратился в Кремль. Пожар утихал, курились пепелища: громада зоЛы в окружности на 50 верст. Вместо улиц, тянулись безконечные ряды труб и печей. Роскошная, гостеприим-вая столица обратилась в бивак двадцати народов, где горели мебели, двери домов, оконные рамы. Вокруг, на мокрой соломе, на креслах и диванах, валялись солдаты и офицеры, другие разбивали уцелевшие погреба и пьяные таскали награбленную добычу, или продавали и выменивали ее за вещи маловесные и съестные припасы. В Кремле, для охранения Наполеона, употреблялись самия строгия меры осторожности: все ворота, за исключением двух, были завалены; вход запрещен для каждого Русского, под опасением смертной казни; веякий день наряжался в караул один гвардейский полк.
В таком расположении .ожидал Наполеон предложений о мире, но посланные от императора Александра не являлись, а письмо, отправленное ль Петербург с отставным гвардии каиитаном Яковлевым, осталось без ответа.
Между-тем пребывание Наполеона в Москве не положило конца неистовствам. Претерпевая во всем недостаток, войско искало под развалинами и пеплом продовольствия, обуви, теплой одежды, богатств, долженствовавших заменить обманутия надежды на блистательный мир, на спокойную, веселую жизнь в столице. Полки, находившиеся в Москве и стоявшие за заставами, пускаемы были для грабенса поочередно, по наряду, что называлось у них аииег ё la roaraude. Получив законное полномочие на грабеж, каждый делал, что хотел, никого не слушая; начальство не было в состоянии укротить преступления и ослушания; даже гвардия участвовала в этих беспорядках и за это неоднократно навлекла на себя гнев своего повелителя. Наконец, против грабителей ополчились Русские, оставшиеся в Москве, и погреба, подвалы, пруды, колодцы делались могиламц неприятелей. Не ранее 17 сентября могли разобраться в суматохе и учредить призрак управления, названный Муниципалитетом и главою которого был Лессеос. Но фто правление, составленное частью из иностранцев, частью из Русских, страхом и соблазном к тому склоненных, не имело силы и уважения у жителей и французского войска, и его действия и прокламации не могли восстановить безопасность и порядок.
Сколь ни ужасно было такое положение Москвы и неприятельской армии, однако же для Наполеона молчание Александра было грознее. Уже близ двух недель проходило с того времени, когда отправил он первое письмо к государю, но не имел еще не только ответа, даже обыкновенного из-веицения о получении письма. Тревожное недоумение тяготило Наполеона. Он видел приближение зимы и голода; видел свое безсилие бороться с огромною, всюду на него восстающей Россиею; видел опасность, которая грозила ему от расположения нашей армии у Тарутина во фланге и тылу французов, и решился просить мира. 22 сентября Лорпстон был отправлен к князю Кутузову с Формальными о том предложениями. Главнокомандующий наш объявил: что ему запрещено даже произносить слова : мор и перемирие; но отправил с князем Волконским письмо Наполеона и донесение о разговоре с Лористоном к государю; ответом было вторичное, строжайшее предписание не вступать с неприятелем ни в какие переговоры.
Положение французов в Москве делалось со дня на день опаснее. По мере, как русская армия усиливалась резервами, новыми наборами рекрут, ополчениями и казаками, по мере, как она в изобилии получала из внутренних областей все жизненные и военные ииригиасы, силы Наполеона уменьшались от недостатков всякого рода, от голода и болезней, неизбежных иоследствий распутства, беспорядок и неповиновения. В то же время Русские, войско и народ, повсеместно начали действовать наступательно; отряжены были легкие отряды для пресечения сообщений неприятельских, истребления его отдельных колонн, резервов и запасов; народ захватывал и беспощадно убивал французских курьеров, фуражиров и мародеров, зажигал селения и жатвы ири приближении неприятеля и стремился в ряды всеобщого ополчения. Безпрестанно доносили Наполеону, что солдат ей берут в плен и умерщвляют сотнями, что дороги от Москвы до Смоленска наводнены нашими партизанами; что каждый сноп хлеба должно искупать Не металлом, но ценою крови; что скудные запасы, найденные в Москве и ея окрестностях, истощены. К этим грозным известиям присовокупились изменения в воздухе. Долго длилась теплая осень, но к концу сентября заморозы становились по ночам чувствительны для оепривыкщих к холоду, легко одетых неприятельским войск; задули осенние ветры, выпал мелкий снег, предвестник неиогод, — и все еще не было ответа от императора Александра. t
Наполеон решился не медлить долее, и 1 октября начал готовиться к выступлению. Старой гвардии и корпусу Даву, стоявшим в МоЬкве и близ нея, повещено снаряжаться к походу; корпусам Нея и вице-короля прибыть из Богородска и Волоколамска; маршал Портье, с молодою гвардией и разными корпусными депо, должен был оставаться в Москве, располагаясь в Кремле, по церквам и монастырям, наскоро укрепленным. Больных и раненных отправили в Смоленск, куда потянулись также обозы с военною добычею, названною Наполеоном трофеями. Она состояла из уцелевших от пожара турецких и польских знамен, бунчуков, старинных досиехов, награбленного в церквах серебра и золота и снятого с колокольни Ивана Великого креста; но ни одна из этих добыч не перенеслась за Днепр, где все оне была потоилены, по приказанию Наполеона.
Когда отступление было решено и для него избран путь в Калугу, корпуса стали приходить в Москву. Наполеон смотрел их в Кремле, объявлял в приказах о производстве и пожаловании орденами, что всегда служило предвещанием скорого начатия-военных действий. 6 октября, после полудня, когда полки только-что пошли црремовияльным маршем, прискакал адъютант Мюрата с донесением, что на рассвете князь Кутузов сделал нападение на авангард его (см- сл.
Тарутино). Наполеон приказал войскам тотчас выступить из Москвы и на другой день отправился за ними. С этого времени победа покинула своего прежнего любимца и обратилась к императору Александру.
8-го октября Мортье получил от Наполеона, находившагося тогда в селе Троицком, повеление очистить Москву совершенно, вывесть сколько можно более раненных и идти через Кубинское на Верею. При выходе из столицы, он должен был зажечь Кремлевский дворец, казармы, все, еще уцелевииия казенные здания, выключая Воспитательного дома, о взорвать Кремль, к чему уже заранее делались приготовления. До получения маршалом этого предписания, то есть, в те два дня, когда он оставался в Москве, в ней царствовало гробовое молчание. Жителям запрещено было, под смертною казнию, подходить к Кремлю или собираться на улицах, по которым беспрестанно ходили многочисленные патрули; у застав поставлены были сильные посты португальской и другой пехоты; молодая гвардия занимала Кремль. Вскоре приблизился к Москве из Черной-Грязи отряд Вин-цингероде. Передовия его войска имели разные стычки с неприятельскими между Петррвским дворцем и .Тверскою заставою; казаки неоднократно прорывались в улицы и 24 Донца проскакала даже мимо Крёмля, по всему городу, до Серпуховской заставы. От них и от посланных в Москву,переодетых полицейских офицеров Вин-цингероде узнал, что французы подводят мины под Кремль. Желая, во что бы то ни стало, воспрепятствовать им в этом намерении, Винцингеро-де, без надлежащих мер предосторожности, поскакал (10 сентября) в Москву пригласить Мортье на переговоры, но был захвачен в плен и увезен французами. Последния войска их тогда же стали выходить из города, истребив понтоны, зарядные и ные ящики и другия принадлежности войск. В 6 часов по полудни тронулся Мортье с молодою гвардиею; за ней следовали сборные из разных депо команды и безлошадные кавалеристы. По мере того, как неприятели выбирались из города, русская чернь появлялась из подвалов и развалив, нападала на отсталых и запоздавших и грабила оставлённые французами дома. С наступлением мрачного вечера, буйство начинало утихать, как вдруг, в полночь, выстрелили из пушки, и раздался необычайный грохот; небо запылало багровым заревом; часть стен Кремлевских взлетела на воздух, горел дворец. Это были погребальные Факелы славы Наполеона.
Узнав о плене генерала Винцинге-роде, генерал-маиор Иловайский 4-й, как старший, принял начальство над отрядом и 11 октября вступил в Москву. Во всех частях ея продолжались еще безначалие, разрушение и пожары, зажженные неприятелем. Улицы и дома были покрыты мертвыми телами и па дал ищем; Кремль был подорван в пяти местах; дворец догарал; в подкопах его, разных монастырей и казенных зданий лежали бочки с ом и по временам слышны были небольшие ы. Но страх и беспорядок, господствовавшие в рядах неприятеля, и дождь, который лился во всю ночь, не допустили важнейших несчастий. В развалинах кремлевских стен найдено 42 пушки, 237 зарядных ящиков и 109 разного рода армейских Фур брошенных французами. Старинные русские орудия, находившиеся возле арсенала, также были оставлены, равно до 2000 неприятельских и 700 русских раненных и больных. Три дня продолжались еще пожары и грабеж, в которых участвовали также подмосковные крестьяне, по выходе неприятеля во множеств приехавшие в Москву, чтобы, в суматохе, захватить. недограбленное. Флигель-адъютант полковник Бенкендорф, назпачевный тогда комендантом города, расчел иначе: он приказал взваливать на возы их тела и падаль и отвезти за город в удобные для похорон и истребление места, чем избавил Москву от неминуемой заразы. Старанием и решительностью его восстановлены были, по возможности, порядок и безопасность; учреждены ярмарки с съестыыми припасами и одеждою, бежавшие жители возвращались тысячами. В третий день по вступлении наших войск, в большой церкви Страстного монастыря и в других, неоскверненных неприятелем храмах, торжественно совершены были литургия и благодарственное молебствие, и радостное рыдание молящихся смешалось с священным пением, пушечною пальбою и всеместным трезвоном колоколов.
До нашествия Наполеона считалось в Москве монастырей, церквей, казенных и частных строений .9,257; из них сгорело 6,496; все прочие более или менее разграблены. Потери, понесенные частными людьми, от пожара и грабежа, простиралось до Ь’3,372,000 рублей недвижимого и 165,854,000 движимого имения. К сему должно присовокупить огромные, но неизвестно до какой степени, простиравшиеся убытки в зданиях и движимости, понесенные дворцовыми, духовными, военными и другими казенными, и общественными ведомствами. Неизмеримо было поле разорения, но тем славнее было восстать Москве из иепла и угля. Сгоревшия здания воздвигнулись снова и промышленость развилась, храмы освятились и украсились; возрожденная столица еще -более возвысилась в глазах света. Москва пала, как жертва за искупление свободы полусвета. £я пламя,подобно заре, предвестнице ясного дня, осветило сте-вавший в цепях Запад, и знаменам Александра озарило путь к победам и спасению Европы.
(Из Описания Отечественной войны в 1812 году, генерала Михайловского-Данилевского.)
Московский поход, или нашествие Владислава на Россию, в 1607—1608 году.
Польский король Сигизмунд 111 не мог хладнокровно видеть разрушение властолюбивых своих видов на Россию в смутные времена самозванцев. Он расчитывал, что должно окончить дела свои с Россиею, пока сияиослед няя еще не успела оправиться от продолжительных войн и внутренних раздоров. Предлогами к разрыву могли служить притязания царя Михаила Феодоровича на Смоленск, переговоры его со Шведами и все еще продолжавшиеся на пределах русских и литовских частные наездничества и грабежи.
Сейм, собранный в Варшаве 26 апреля 1616, принял предложение короля и 4 июле окончательно постановил открыть с Россией войну, под главным начальством королевича Владислава, которому надеялись при сем случае возвратить утраченный престол Мономахов. Для вернейшого успеха предпринимаемых военных действий, и наблюдения за выгодами республики и за самим Владиславом, назначены были восемь важнейших сановников или коммисаров, которые находясь безотлучно при королевиче, долженствовали составлять его совет. Они получили тайное наставление, коим определялся срок окончания войны, назначалось числе отпускаемых на нее денег, предписывалось им стараться всеми силами кончить войну переговорами; но самое важное: если бы Владислав успел взойти на московский престол, то, не забывая своего края и родителей, долженствовал присягнут на,те условия, которые в собственно-ручном обязательстве обещал торжественно исполнит.
Командование войск Сигизмунд сначала хотел поручить. Жолкевскому, бывшему тогда на турецкой границе;
во как Жолкевский, под предлогом грозящей со стороны Турции опасности, отказался, то предводителем армии назначен был величий гетман литовский Ян Карл Ходкевич.
Весь 1616 год и начало 1617-го прошли в приготовлениях к войне, тайных сношениях с недовольными русскими боярами и Запорожцами; наконец, 5 апреля, юный Владислав (ему тогда было 22 года), получив торжественно от примаса Гембицского, в костеле Св. Иоанна, освященный меч и знамя, отправился из Варшавы к войску, собиравшемуся около Луцка. Сила его долженствовала состоять в 10,000 человек пехоты и конпицы; во часть их тогда-же была послана на подкрепление Жолкевского. В средине августа армия, сосредоточившись в Могилеве белорусском, потянулась к Смоленску, откуда Ходкевич с литовским полком двинулся к Дорогобужу и обложил оный. Бояре, начальствовавшие в Дорогобуже, Иван Ададуров и Федор Сумов, по малодушию своему, тотчас встунилр в переговоры, и 2-го октября сдали город, в который скоро потом прибыл Владислав с остальными войсками, торжественно, встреченный боярами, духовенством и жителями. Он целовал крест по русскому обыкновению, обещал всем свое покровительство и наградил бояр, из которых Ададуров стал под его знамена, а Сумов с гарнизоном воз-рратился в Москву. Владислав занял Дорогобуж частью своей пехоты и готовился, по совету Ходкевича, расположить армию на зимних квартирах; но скоро прибыли депутаты из Вязьмы с известием, 4то начальствовавшие там бояре, князья: Петр Пронский, Михаил Белосельский и Гагарин, оставив свой пост, отступили с войском, назначенным для освобождения Дорогобужа, в Москву. Дфиутаты просили королевича пожаловать в Вязьму, куда он и вступил 29 октября, послав вперед Шеина, Евдокимова, Вяземского и воеводу Евгельзея, привести городък присяге.
Здесь, говорят современные писатели, был иредел счастия Владислава. Комиссары советовали ему отправить немедленно отряд для взятия Можайска, составлявшего ключ устрашенной Москвы; но ропот и даже явный бунт в польском войске, неполучавшем жалованья и терпевшем вужду, холод и голод, принудили Владислава разместить армию по квартирам в окрестностях Вязьмы и ожидать денежных пособий из Варшавы. Для обеспечения армии, устроены были вокруг ея расположения укрепленные посты; самый передовой находился на дороге в Можайск у се л. Царево-Зай-мища и был снабжен гарнизоном под начальством полковника Рожиц-кого и Опаровского.
Русские, между-тем, стыдясь легких успехов Владислава, решились продать Можайск дорого: они усилили в нем гарнизон до 12,000 человек и самый город укрепили стенами и глубокими рвами. Начальствовавший в нем храбрый князь Борис Лыков, преданный царю, угнав, что Поляки в Царевом-Займище стоят оплошно и занимаются чаркою, ударил на них неожиданно, разбил наголову и обоих начальников взял в плен. В то же время знаменитый князь Дмитрий Михайлович Пожарский был отправлен с сильным отрядом в Калугу, для защиты этого города и присоединения к себе мятежных казаков Заруцкого, по р. Угре рассеянных, даровав им всепрощение. Владислав послал против По-жарского свирепия шайки Лисовчиков, под начальством Чаплинского, который с непостижимою быстротою, распространив везде огонь и опустошение, явился под Мещовском и овладел им и укрепленным его замком, потом, вместе с Шремсквм старостою, Оиаливским, покорил Козельск и, устроив городок в Томос
ш
мосваркове (в расстоянии одного перехода от Калуги), наносид черезвычайный вред Калужскому гарнизону. Не дюбя оставаться в долгу, князь Пожарский напал на Товарковский городок, где Поляки имели склады военных и продовольственных запасов, взял его и истребил все, чего не мог увезти с собою.
На левом крыле театра военных действий, город Бедой, находившийся во власти Поляков, поддался царю и был занят русскими войсками; но боярив князь Мещерский, преданный Владиславу, построил городок в пол-миле от Белого, откуда поисками своими наводил страх на жителей. Другие польские начальники, в особенности Соколовский и Якушевский, с своими шайками, разчали и вносили опустошения далеко во глубину Московского края.
Желая каким либо блестящим подвигом возвысить дух в войске, начинавший уже сильно упадать, гетман Ходкевич снарядил экспедицию в 2,500 человек отборной конницы, 150 человек пехоты и нескольких полевых орудий для внезапного нападения на Можайск. Владислав сам принял начальство над этим отрядом, и 8-го декабря, выступил из Вязьмы, исполненный блестящих надежд. Но цель экспедиции уже была известна Лыкову, который был готов к решительному отпору. Поляки не смели напасть на город открытою силою и, простояв одну, весьма морозную ночь без пищи на голом снегу, со стыдом возвратились в Вязьму.
Таким образом прошел 1617 год и наступил 1618. Поляки занимали главными силами Вязьму, имея вправо сильный отряд около Калуги, влево малые отряды к Белому; Смоленск составлял главную точку опоры. Москва была предметом всех их усилий. Она, кроме народной любви к отечеству и многочисленного войрка, располагавшагося в самом городе и окрестностях, защищаема была с фронта укрепленными иостами Можайском и Борисовым, а с боков—Калугою и Белым. Частные сшибки происходили беспрерывно, не давая значительного перевеса ни одной стороне. Все пространство, заключающееся, в нынешней Калужской и Смоленской губерниях, бедствовало и стонало.
В начале апреля, по приглашению польских коммиссаров, прибыл в Вязьму боярив Кондырев с дьяком Федором Степановым, предложить трехмесячвое перемирие с тем, чтобы вывели Поляков из России. Предложение не было принято и сейм разрешил продолжать войну, но с тем, чтобы она была непременно окончена в течение года, ем или трактатами. Для этой цели присланы из Варшавы и деньги, но в весьма недостаточном количестве.
Весною получены были известия, что войска, отделенные ппед началом войны к ЖолкевскомуГвЬовь присоединятся к королевичу, и что Запорожцы, подкупленные золотом, обещали вторгнуться в Россию.
В начале июля, польская армия потянулась средней дорогою, между Можайском и Калугою, к какому-то местечку Юркееву, откуда, после жарких и продолжительных споров между Ходкевичем и коммисарами, поворотило через сел. Кременское на Борисов. Замок Борисовский, как говорят польские писатели, бь;л выстроен из дикого .камня, вопреки обыкновению Русских, у которых большей частью укрепления делались из-дубовых брусьев и обсыпались зем-~ лею. Гарнизона в нем находилось 1,200 человек; в скором времени они усилены были из Можайска и Калуги свежими войсками и дружиною перешедшого к нам со стороны Владислава знатного боярина Конюха.
Поляки двинулись на приступ к Борисову, но два раза были отбиты и расположились на пушечный выстрел от города. 30-го июля, для прервавия сообщений Москвы с Можайскоы, они стали: Владислав с Ходкевичем и со всей конницей к стороне Рузы, под Лужицким монастырем; в средине между ними и Можайском пехота и артиллерия, а Лпсовчики в сторожевом отряде, за р. Москвою.
В след за этим прибыл из Калуги в Можайск князь Пожарский с 3-мя тысячами хорошого войска; городские укрепления были усилены, построен отдельный городок, и укрепленный стан. Обе враждующия армии стояли в виду друг друга, не начиная ничего важного. Малая война, производившаяся между ними, склоняла перевес на сторону Поляков. Наконец князь Пожарский с воеводами Лыковым и Маструом, усилив Можайский гарнизен, скрытно отступили к Москве. Борисов также был очищен и немедленно занят Поляками. Но голод, неполучение из Варшавы денег и воспоследовавшее от того новое общее восстание, препятствовали Ходкевнчу воспользоваться сими выгодными обстоятельствами. Поляки бросали лагерь целыми партиями и возвращались восвояси; разошлись целия хоругви: Корсиньского, Иилихты, Жура-винского о Опалинского; остались только Лпсовчики, высланные для добывания продовольственных припасов, 1,000 человек конницы и столько же наемной немецкой и венгерской пехоты. Гетман предложил оставить Можайскую позицию и расположиться между Калугою и Боровском, где край представлял более средств для поправления изнуренных остатков Владиславовой армии; но коммисары не соглашались, подтверждая свое мнение тем, что из годичного срока, назначенного королем и сеймом на сию войну, оставалось только уже четыре с половиною месяца, а войско обязалось служить лишь до декабря. Они настаивали двинуться смело к стенам столицы и храбростью искать счастия, которое некогда увенчало полным успехом Жолкевского.
Мнение коммисаров превозмогло. 16 сентября войско тронулось из-под Лужицкого монастыря, потянулось к Рузе, а оттоль к Звенигороду, где отдыхало в продолжение восьми дней и значительно усилилось откомандированными партиями и собравшимися с разных сторон мародерами С своей стороны, царь Михаил Феодорович собрал собор (9-го сентября), на коем решено было ((против недруга королевича Владислава стоять на Москве и над ним промышлять; распоряже-но где, в какой часГи города, каким войскам находиться, посланы воеводы в Ярославль и Нижний Новгород для собрания ратных людей.
В это время счастие неожиданно улыбнулось Владиславу : Малороссийский гетман, славный в истории Ко-нашевич Сагайдачный, взяв и опустошив Путивль, JiiBBbi, Елец, Шацк и Калугу, примкнул к армии с 20 т. казаков. Обрадованный Владислав перешел в Тушино, и расположился на том самом месте, которое прежде занимал Тушинский самозванец.
Начались новые переговоры; Поляки длили их, .в ожидании из Варшавы денег, а Русские в ожидании союзников своих, голода и хблода. Московские бояре, всегда гордые и медленные и коммисары долго спорили о месте переговоров, о титуле королевича и царя Михаила Феодоровича и о перемирии. Наконец Владислав, которого войско отдохнуло и еще усилилось, решился взять Москву силою, и для этого назначил ночь с 10-го на 11-е октября;
Войска польские на приступ разделены были следующим образом: к Арбатским воротам малтийский кавалер Новодворский, с отрядом ИиЬ-хоты, вооруженной топорами для вырубки палисада в предвратном городке, двумя пешими хоругвями с мушкетам, 20 человек с петардами для .излома ворот, 50 человек охотников в кирасах, и резервом из двух хоругвей Венгерцев и Немцев и всего полка Лисовчиков. К Тверским воротам назначались Неверовский и Прилунений с отрядом тоиороносцев, 200 человек мушкетеров, 20 петард и множеством товарищей роты Леснио-вольского и полка Казановского.’ В резерве этой колонны находились немецкая пехота Апельмана, 10,000 казаков и 6 хоругвей рейтаров. Сколько было войска с русской стороны, не известно, но из определений собора 9-го сентября видно, что на городские стены, ворота и прочие пункты, окружности назначалось 9,780 ч.; остальные войска были в резерве и сохраняли порядок в городе.
В назначенное время Поляки двинулись на приступ; но Русские, быв предуведомлены о сем через французских инженеров, находившихся в армии Владислава, приютовились к мужественной защите: они уёилили гарнизон у Арбатских и Тверских ворот; стены густо обставили пехотою с мушкетами и бердышами, и сделали новия насыпи. Новодворский, вломившись в предвратный городок, достиг-было до самых Арбатских ворот, но, прикрепляя къним петарду, был ранен. Русские сделали вылазку и врезались в неприятельские ряды; в то же время поражаемые из-за стен мушкетным огнем, Поляки держались до света, но, не получая помощи из своего резерва, отступили. При-сиуп к Тверским воротам еще менее был удачен; ибо лестницы оказались короткими, а Русские, рассеяв польских охотников, отняли две петарды. Впрочем, судя по потере Поляков, оба приступа не были отчаянные, ибо они лишились только 30 чел убитыми и более 100 ранеными. Потеря Русских была значительнее.,
После этого события, опять открыты были переговоры, 1-го ноября, под самыми стенами ‘ столицы, на берегу
Пресни, и опять длились без всякого результата. Русские уполномоченные: Федор Шереметев, Дмитрий Мсэец-кий, Артемий Измайлов, дьяк Болотников и писарь Сумов, более всего раздражались за напоминание прав Владислава на русский престол, отказали-в уступке Брянска и требовали заключения мира на 2d лет. Польские послы: епископ Каменецкий, А. Новодворский, Плихта, Собеский и канцлер Лев Сапега упорствовали в своих требованиях и соглашались только на 10-летпее перемирие. Ходке-вич, между-тем, не имея возможности, за недостатком продовольствия, держать войско в сборе на одном пункте и желая отмстить Русским за отражение Московского приступа, послал казаков и Лисовчиков к Коломне и далее, на Оку, громить селения и города. Во время этих грабительств погиб известный наездник Чаплинский, к общему сожалению Поляков. Главные неприятельские силы, расположенные биваками, под открытым небом, страдали от голода и морозов; воины, не получая жалованья, бегали. Наконец Владислав и Ходке-вич оставили Тушино и проииед с армией в стройном порядке под стенами столицы, откуда не было сделано ни одного выстрела, потянулись к Пе-реславлю-Залесскому.
Московские бояре, опасаясь, чтобы богатия Замосковские провинции не, подверглось тем же бедствиям, кои, испытали западные, просили Владислава возвратиться на старое место. Королевич не согласился, но стал между Троицко-Сергиевскою лаврою и Пе-реславлем, имея главную квартиру в Вогачеиой. Тут войска, тщетно потребовав удовлетворения деньгами, опять взбунтовались и с трудом могли быть успокоены. Литовские полки обязались ожидать только 10 недель выплаты жалованья. Здоровье гетмана слабело; военный совет решил: гет-I ману и Владиславу с частью армии отправиться на зиму в окрестности Вязьмы иии Смоленска, а другой части, с казаками и Лисовчиками, под начальством двух коммисаров,- внести в глубину государства огонь и опустошение, и тем принудить Русских кь миру. Но польские воины не хотели оставаться в России без Владислава, который, будучи этим доволен, совместно с гетманом, предлагал прервать переговоры и ожидать весны, чтобы возобновить военные действия. Свирепые казаки Сагайдачного и Ли-совчики снова начали разчать; они взяли и ограбили Серпухов и Калугу, вырезали часть жителей и принудили остальных бежать в Москву, куда собралась бездна подобных несчастных жертв.
Эти обстоятельства сделали Русских уступчивее. Московские послы, отправив виеред себя дьяка Полеева,. прибыли в польский стан. Деревня Деу-шва была назначена местом съезда для трактатов. 11-го декабря подписано было там перемирие, известное под названием Деулинского.
24 декабря армия Владислава тронулась в обратный путь, в свое отечество. Глубокие снега, жестокие морозы и совершенный недостаток продовольствия в оскудевших от продолжительных бедствий местах, по которым войско следовало, произвели в рядах его черезвычайные опустошения: дороги устланы были трупами людей и лошадей. Н. В. С.
Московское великое княжество. (См. статьи Москва и Россия. История).
Мостовое прикрытие. (Briicken-Schan-zen, Briicken-K6pfe,Tdtes des ponts). Так называются укрепления, располагаемия впереди моста, чтоб прикрыть его от действия неприятельской артиллерии и обеспечить по нем отступление.
Мосты можно рассматривать как такие дефилеи, которых фланги совершенно обеспечены от обхода, но открыты действию неприятельских выстрелов; поэтому главнейшия условия мостовых прикрытий должны быть., следующия.
1) Они. своим расположением, должны способствовать сильной обороне впереди лежащей местности. Для этого необходимы: взаимное Фланкирование линий и картечный огонь с укреплений тыльного берега или батарей, расположенных на островах. Огонь этих укреплений должен доставлять перекрестную оборону капиталям Мостового укрепления, обстреливать его внутренность и анФИлировать мосты, на случай, если не успеют развести их при отступлении.
2) Они должны, по возможности, закрывать мосты от неприятельских выстрелов. Поэтому выпуск мостовых прикрытий должен быть, так велик, чтоб лишить неприятеля возможности с своих батарей, иоме-щенных на Фланках, обстреливать мосты. Этой цели можно достигнуть, помещая мостовое прикрытие там, где река иредставляет к нам входящий изгиб, и где наш берег командует притивным берегом.
3) Они должны быть обезиечены от атаки с горжи, для чего крылья их примыкаются к самой реке, а рвы, если можно, наполняются водою.
4.) Их внутреннее пространство должно соразмеряться не только с величиною отряда, назначаемого для их обороны, но и с числом войск, которые должны через него проходить. Поэтому мостовое прикрытие может иредставлять или однси общее непрерывное укрепление, ила ряд отдельных укреплений, разположенных к взаимной обороне.
5) Число, величина, положение и прикрытие выходов,должны надлежащим образом соответствовать как наступательным действиям, так и отступлению. Мостовое прикрытие, составленное из отдельных укреплений, совершенно способствует движению войск большими массами; но если оно образует одно общее укреиление, то в нем необходимы, по крайней мере, два выхода, шириною от 5 до 8 саж., хорошо обороняемые расположенными перед ними, или позади их, лежащими укреплениями.
6) Головы мостов, примыкающия к берегу, на которых находится мосто-воф прикрытие, должны быть, для прикрытия отступления, обнесены земляными или деревянными редюитами, в виде Флеши или люнета, которые могли бы задерживать неприятеля, ;пока разведут мосты.
7) Более или менее, командующия высоты вблизи мостовых прикрытий могут затруднять расположение их. В этом случае высоты должны быть заняты укреплениями, а мостовое прикрытие снабжено в достаточном числе закрытыми строениями, блокгаузами или тамбурами, которые с выгодою могут послужить и для помещения обороняющагося отряда, если он долгое время должен быть в укреплении.
Мостовия прикрытия, будучи обнесены с тылу естественными препятствиями, делаются с горжи открытыми; именно, для обороны мостов употребляются все открытия укреиления. Самая выгодная Фигура мостового прикрытия есть треугольник: перед ним все пространство до самого рва можно защищать перекрестным огнем с тыльного берега.
Выбор и величина мостовых прикрытий зависит не только от местности, но и от числа мостов, соответствующого цели, для которой обеспечивается сообщение. Если избранное для переправы место составляет важный пункт в военном отношении, то расположение укреплений требует основательного исследования местности с точным соблюдением упомянутых выше условий. Их профили, равно фак и употребление разных вспомогательных средств, могут придать этим укреплениям характер временных укреилений; а если они должны служить для постоянного сообщения между обоими берегами реки, то их построение вступает уже в разряд укреплений долговременных.
Примером мостовых прикрытий могут служить проекты знаменитых в военной литературе и опытных в военном деле инженеров: Кормовтаня и Ронья. По идеям последнего из них, были построены французами, в 1809 г. мостовия прикрытия на Дунае между Асперном и Болингом. Тоже замечательны: мостовое прикрытие, построенное на Рейне в 1745 году при селении Нордгейме, близ Вормса, при отступлении французской армии, под начальством принца Конде, и усиле- вия мостовых прикрытий в Мангейме Австрийцами, в 1794. Между предводителями, которые употребили первоначально мостовия прикрытия, нужно упомянуть, что принц Пармский, уже в 1579 году, пользовался ими в Нидерландах. Я. Г. А.
Мосты. Под общим названием мостов, разумеются те искусственные пути, которые служат для сообщения через реки, озера, пропасти и рвы. Под названием военных мостов должно понимать те, которые устраиваются во время самого иохода, для непрерывного сообщения через реки, там, где нет готовых мостов. Как восстановление и Сохранение путей сообщения на операционных линиях весьма важно, то и наука о военных мостах заслуживает большого внимания
Употребление военных мостов принадлежит к самой отдаленной древности, ибо с-тех-пор, как начали вести войну, должны были подумать и о средствах преодолевать препятствия, которые нередко представляет природа для движения войск. Уже в вбенной истории древних упоминается о военных мостах: войска Семирамиды, при нашествии их на Индию, были снабжены удобо - переносимыми лодками, для иостройки мостов; Дарий, в войие со Скифами, наводил мосты. через Босфор и Дунай; Ксеркс, царь Персидский, перевел свою армию через Геллеспонт по двум .мостам, устроенным на судах; Александр Великий, во время своих походов, наводил мосты через многие реки; Аннибалb, во второй Пунической войне, построил мост через Тессино, подобный тем многим, которые Цезарь навел на Рейне и Дунае. Между последними заслуживает внимания мост на сваях, построенный у Кельна. Далее, Юлиан, в IV веке, в войне с Персами, несколько раз наводил судовые мосты на Тигре, Евфрате и других больших реках. Военная история новых времен заключает в себе много поучительных примеров употребления военных мостов. Во время войны Испанцев с Нидерландцами, военные мосты, различных устройств, были в большом употреблении. Самый замечательный из них был наведен, в 1585 году, через Шельду, Александром герцогом Пармским, под Антверпеном (смотрите это слово). ВъТрид-цати-летнюю войну мосты были наводимы на Рейне, Майне, По, Лехе, Одере, Гавеле, Эльбе, Варте, Изере, Дунае, Маасе и на многих других реках. В это время искусство устроения военных мостов сделало уже значительные успехи и большая часть участвовавших в этой войне возили с собою все мостовия принадлежности.
Карл XII часто пользовался мостами на плотах; между прочим, он устроил мосты на Двине (1701), на,Висде в Карпове и в Варшаве (1704).
История войн новейших времен заключает разнообразные примеры устройства и употребления военных мостов. Так, в 1795, 1796 и 1797 годах, французы наводили много мостов на Рейне; в 1809 г. на Дунае, в 1812 г. на Березину и других реках.
В Турецкую войну (1828) и в Польскую кампанию (1831) (смотрите эти статьи),
Русские строили весьма примечательные мосты на Дунае, у Сатунова, и Висле, у Осека.
Различное устройство мостов.
Всякий мост состоит из двух главных частей: из подпор и настилки. Подпорами, в военных мостах, могут быть : понтоньц cydafплоты, козлы, туры и проч.; оне употребляются, смотря по времени и способам, какими можно располагать, по местности и роду войск, для которых устроивается переправа. Иногда разнородные подпоры : суда, плоты и козлы, совокупляются в одном мосту, чтоб поверхность его была по возможности горизонтальною.
Для протока воды между подпорами моста оставляются большие промежутки, пролеты. Ширина их зависит от быстроты течения и от величины, груза, который должны выдерживать подпоры.
Все плавающия подпоры удерживаются на месте и обеспечиваются от волнения якорями, и двумя продольными канатами, протянутыми от одного берега к другому, служащими для сохранения прямого направления.
Настилка составляется из продольных брусьев или переводин (шириною не менее 5, а толщиною не менее 8 дюймов) и досок (шириною около 8, а толщиною около 2/а дюйм.). Доски прикрепляются к переводинам железными или деревянными гвоздями, либо положенными сверх досок по обоим концам их — пажилинами, прикрепленными к крайним переводинам скобами, или веревками с эа-крутнем, гвоздями или болтами. Ширина настилки до 2 саж.; число переводин определяется переправляемым-грузом; их - кладут ог трех, до шести на каждия две подпоры.
На всех вообще мостах выгодно делать перила. Они составляются из стоек, в отверстия которых пропускаются канаты, прикрепляемые к кольям вбитым в берегах.
Мосты соединяются с берегами посредством пристаней, состоящих из настилки на береговых лежнях и козлах, или на сваях, вертикально вбитых, иляна судах, привязанных канатами к берегу.
Мосты понт.е (смотрите Понтоны).
Мосты на судах. При переправах через реки, для устроения моста, можно пользоваться судами и большими лодками.
Их нумеруют в том порядке, в каком они должны быть расположены. Суда, поднимающия большой груз, назначаются к пристаням, а более высокие помещаются в глубокие места реки, где они осаживаются до надлежащей глубины баластом. Если борты судов низки или недовольно крепки, то на дгие судна устанавливается козел, или несколько стоек, которые снизу утверждаются в лежне подносами, а сверху связываются перекладиною, для поддержания мостовых переводин.
При надежных судах переводины кладутся прямо на четыре борта двух смежных судов и связываются с соседними переводинами скобами, болтами или веревками с закрутнем, а отнюдь не прикрепляются к бортам судов, чтоб во время качка не повредить тех и других.
Когда пристани устроены, суда и все необходимые материалы изготовлены, приступают к наведению моста: суда, или лодки, вводятся в своа места с верховой или с низовой стороны. В тихую погоду и на реках небыстрых, суда можно заводить на некоторое раз- стояние вверх по течению, и потом с осторожностью спускаться до своего места, удерживаясь посредством якорей или багров. При вводе же лодок против течения, оне притягиваются, посредством привязанных к ним канатов, людьмй, находящимися на пристани и на лодках, введенных уже в свои места.
Суда, ближайшия к берегам, удерживаются канатами, привязанными к кольям, вбитым на берегах; все же прочия удерживаются на якорях, забрасываемых с верховой, а на реках широких, и для предохранения моста от действия сильных ветров, и с визовой стороны. Для удержания же судов в параллельном между собою положении и в надлежащем расстоянии, ири реках, подверженных большому волнению, все суда связываются между собою канатами, продеваемыми продольно и крестообразно в кольца, вбития в борта судов. По мере установления судов в линии моста, и утверждения продольных брусьев, кладутся настилочные доски, начиная от- берега, и прикрепляются пажил инами.
Если приготовления к переправе могут быть сделаны при стечении двух рек, или позади какого-либо острова, то выгоднее наводить мост паромами (смотрите сл. паром), потому-что этим ускоряется на.
Мосты на судах представляют многие существенные выгоды : 1) строит их легко; 2) их можно употреблять на реках широких и глубоких; 3) они ‘могут служить для переправы всех родов войск.
Примеров употребления судовых мостов для переправ в военное время имеется очень много; между ними замечательны : мосты Ксеркса (480 г. до Р. X.) через Геллеспонт; мост на р. Шельде, устроенный Испанцами при осаде Антверпена (1585); мост, длиною 116 саж., наведенный Англичанами через р. Адур (1814); мосты, построенные Русскими : через реку Днепр, близ Переволочны, длиною до 500 саж., через р. Дунай (1828), близ креп. Исачки, до 300 саж. длины, остававшийся во всю Турецкую войну, и друг.
Мосты на плотах. Величина плотов соразмеряется с грузом, назначенным для переправы, предполагая, чтобы каждый плот поднимал груз вдвое более того, какой будет на нем помещаться при переправе. Исчисление основано на том гидростатическом законе, что груз, от которого одно бревно или целый плот совершенно погрузится в воду, равен объёму бревна или целого плота, умноженному на разность весаводы и дерева при одинаком объёме. На этом основании, когда Переправляемый груз известен, легко определить число бревен для илота: стоит только узнать, сколько раз груз, необходимый для погружения одного бревна, содержится в переправляемом грузе; частное покажет число бревен.
Шоты можно вязать и на берегу и на воде. Первый способ посиешнее; но за то бревна, уложенные первоначально на слегах, при спуске илота на воду, стремясь расположиться по относительному своему весу, могут разорвать свои связи. Второй же способ не имеет этого неудобства; но медленнее первого.
Длинные и узкие плоты предпочитаются прочим, потому-что они представляют менее сопротивления напору воды. Оттого при недостатке длинного и толстого леса, надобно короткие бревна сращивать.
Плоты со стороны течения составляются в виде исходящого угла.,Тол; стые концы бревен помещаются иро-тив течения (в голове плота): этот край плота более погружается в воду, потому, что стремление ея натягивает якорные канаты, которыми удерживаются плоты. Между бревнами плотов оставляются промежутки, для ослабления напора воды. Каждый илоть связывается двумя или четырьмя поперечинами по концам и на средине; оне х прикрепляются к каждому бревну железными или деревянными гвоздями, или веревками, охватывающими каждое дерево и миллиметроверечину. Па средния поперечины кладутся вдоль плота две или три подушки для переродив моста.
Плоты, приготовляемые у берега или спущенные на врду, вводятся в направление моста, против течения, последовательно один за другим. Между плотами оставляются пролеты, от 3-х до 10 Футов ширины. По мере наведения плотов, закидывают якори, соединяют плоты канатами, протянутыми иа-крест, и делают настилку, которой переводины прикрепляются к плотам веревками с закрутнем, а доски к переводинам латвинами. Пастилку надобно располагать ближе к хвосту плотов, чем к голове, по-тому-что якорные канаты, напрягаемые течением воды, наклоняют несколько эту сторону р воду.
В местах болотистых можно составить сплошной мост из бревен; вместо настилки, закладывают щели жердями, которые прикрепляются к бревнам пажилинами также из жердей. Иногда, для поддержания такого моста от погружения в воду, под края его подвязывают по одному ряду продольных бревен.
Мосты на плотах могут поднимать большия тяжести; они мало терпят от неприят. выстрелов; их можно употреблять и на реках малой глубины, по по большому сопротивлению, которое они представляют течению воДы, их редко употребляют на реках быстрых.
Употребление мостов на плртах подтверждается многими историческими примерами. Русские, при открытии Турецкой кампании в 1828 году, пользовались плотовыми мостами при переправах через Прут в Вадули-иса-ках, Фальчи и Скулянах. Также и в Польскую кампанию, 1831 г., плотовой мост был наведен через Вислу, близ Казимиржа, у Юзефова. При этой же переправе были употреблены паромы (смотрите это слово) из бочек, которыми, как в древности, так и ныне, часто заменяли, при недостатке других материалов, устои мостов.
Для устроения военных мостов можно также пользоваться ами, сши~
тыми из воловьих кож и наполнен-выми воздухом. КсевоФонт, описывая отступление Десяти Тысяч, говорит (в кн. Ill), что когда Греки должны были переправиться череп реку Тигр, и находились в затруднении: каким бы образом совершить эту переправу, один Родосский уроженец предложил составить мост из ов, сшитых из кож вьючного скота, следовавшего за армией.
Этот же способ употребил Александр Македонский, при переходе через р. Идасп, и Римляне во всех своих походах, почему и возили всегда при армии необходимое количество ов. В последнюю Персидскую войну и были употреблены Русскими при переходе через р. Аракс.
Мосты на козлах устроиваются только на реках небыстрых, не глубже бФут., при дне ровном, довольно твердрм и не песчаном. При глубине более 6 Футов установление козлов затруднительно. При грунте песчаном, стремление воды образует под ногами козлов ямы, почему мост получает наклонное и опасное положение.
КоЗлы составляются из иерекладины (до 16 фут. длины и 9 дюйм. толщины) и четырех ног (не менее 6 дюйм. толщины), врубленных в перекладину и скрепленных распорками.
Козлы устанавливаются постепенно один за другим, начиная от берега. Для установления первого козла, люди входят в воду; на него накладывается настилка, которой переводины прикрепляются к перекладине козла веревками или скобами. Установление вто-рого и следующих козлов производится уже с устроенного помоста: ко-’ зел спускается на лодку, подведенную к помосту, по двум наклонным переводинам, так, чтоб его перекладина лежала на переводинах, а ноги выдавались за край лодки, к той стороне, где он должен быть поставлен. После этого лодка отталкивается на всю длину переводин и людиспускают козел в воду. За неимением лодки, козел выдвигают на двух брусьях (под которыми подложен каток) до места, для него назначенного и потом вдруг опускают его в воду.
Козлы расстанавливаются один от другого от 12 до 16 Футов. При сильном течении привязывают их к сваям, вбитым в дно реки, или к закинутым якорям.
Мосты на козлах, хотя не столь прочны, как мосты на других подпорах, однакож они выгодны тем, что; 1) их можно строить скоро из некрупного .леса, и 2) они представляют малое сопротивление течению воды.
Для переправы небольших тяжестей, можно составлять козлы из перекладины и двух треног, из которых каждая связывается веревками или кручеными прутьями.
Примеры употребления мостов на козлах: Густав Адольф, в 1631 г., при переправе через р. Лех, в виду армии Тилли; французы, в 1812 г., при переправах через реки: Занад. Двину, Москву, Березину (смотрите слово) и другия.
Подпорами в военных мостах могут быть: на ручьях, болотах и вообще местах влажных — туры, а на реках неглубоких (от 4 до 5 Фут.) и при твердомъ~дне — телеги и роспуски.
Мосты, устроиваеМые по обгоревшим сваям и чре взорванные арки каменного моста. В военное время, не редко встречается надобность исправлять разрушенные неприятелем постоянные мосты, которые бывают — или деревянные на сваях, или каменные с арками. При сожжении или подорва-вив деревянного моста на сваях, может случиться что: а) сваи обгорят почти до поверхности воды, или Ь) концами своими будут выходить на несколько футов из воды, или — наконец с) сваи во-все не останутся на месте.
В первом случае, перебой свай можно подрубить под одну и ту жо высоту и. накрыть насадкою, в которую вставить над промежутками свай стойки, поддерживаемия подкосами, и связать их перекладиною, служащей основанием переводинам настильи.
Во втором случае, подрубают обгорелия части свай и сращивают их в поддерева с другими дополняющими частями, скрепляя стычки или железными обоймами, или заершенными болтами, или веревками с закрутвем.
В третьем случае, недостающия сваи дополняются вбиванием новых; иногда и весь перебой составляется из новых свай. При восстановлении моста на сваях, требуется лес больших размеров и много времени.
При исправлении разрушенного неприятелем каменного моста:
a) Если расстояние между устоями арки не велико, можно с одного края на другой набросить переводины для настилки, поддержать их козлом, постановленным в промежуток арки на дно рытвины или реки, если оно твердо, или в затопленное судно, если дно иловато, неровно, или в плавающее судно, если река глубока. При значительном расстоянии между устоями, число козлов можно увеличить.
b) Когда арки треснули в замке и не довольнб прочны для утверждения переводин, в таком случае можно по обеим сторонам расположить две стропильные связи, которых опорные точки были бы на разбутках свода, а на них утвердить два лежня для переводин настилки.
c) Переводины настилки можно поддержать подстрелинами, упирая их одним концом в устои, а другим в поперечный брус, расположенный в середине под переводинами. При широком отверзтии арки, можно под иереводины подложить подможные брусья (в Д длины всей переводины) и также подпереть подстрелинами. В обоих случаях надобно наблюдать, чтобы наклонение подстрелив с вертикальною линией составляло угол не более 60 градусов.
В случае вужды, через разрушенные мостовия арки, или через овраги и ручьи с крутыми берегами, можно строить мосты на капатахп. Самой простой канатной мость состоит из настилки, расположенной на канатах туго натянутых от одного берега до другого. Но более прочны висячие канатные мосты. Для устройства их устанавливаются па обоих берегах реки, или оврага, две рели, состоящия—каждая из двух стоек с перекладиною. Поперег реки, перетягиваются по релям два каната, и концы их закрепляются так, чтобы канаты образовали кривия линии. По всей длине канатов привязываются, в равном расстояний особия веревки, или веревочные ордо-наты, к концам которых прикрепляются поперечные брусья поддерживающие настилку. Опыты, произведенные в Лаоере 1823 г. и в Страсбурге 1824—1825- над висячими канатными мостами, оказались уловлетворитель-ными.
Употребление канатных мостов подтверждается историческими примерами: Людовик де ла Тремуль упоминает, в своих записках, что в сентябре 1515 г. Швейцарцы накинули через р. По, недалеко от Казале, канатный мост и переправили по нем свою артиллерию. При осаде Поатье, 1569 г. адмирал Колиньи перебросил на р. Клен канатный мост. В 1810 г. Англичане., за недостатком строевап леса, перекинули висячий канатный мост через взорванную арку Алькан-тарского моста на р. Taro. Этот мост, длиною в 14 саж. служил около месяца для переправы англ, войск. В том же году, в Португалии, построен генералом Тирле висячий канатный мост у Пуньеты, через овраг, шир. в 13 саж. Этот мост служил в продолжение трех месяцев.
К дополнению сведений о военных мостах могут служить след. сочинения : Douglas. Essai sur les principeset la construction des pools militaires, tra-duit de l’Anglais. 1824. — Drieu. Le guide de pontonnier. 1820. — Haillol. Essai d’une instruction sur le passage des гивиё-res et la construction des ponts militaires. 1835. — Birago. Recherches sur Исз equipages des ponts militaires en Europe. 1$45.— Памятная книга для инженерных и саперных офицеров, 1845.
Мосты йонгревофм, подвижные. Они состоят из мостовой настилки, поддерживаемой по средине вертикальными, и по концам откосными подпорками, упирающимися в ось, на концах которой надеты два колеса.
Такого рода мосты весьма полезны при атаке полевых укреплений, для схода в ров и для всхода на бруствер. При опытах, произведенных в 1836 г., 2-м саперным батальоном, подобный мост длиною в 3 саж. 5 Футов, а шириною в 1 саж., был построен 8 плотниками в 24 часа. 12 саиеров перекинули мост через ров в две минуты, и тотчас после этою 80 человек, в пЬлной походной аммуниции, перешли два раза по мосту, и в нем ее было замечено никаких повреждений. Ночью перебрасывали мост так же удачно, как и днем, и шуму во время зго движения было менее, нежели сколько произошло бы от движения, батальонвой колонны. В том же году, во 2-й саперной бригаде, постройка подобного моста была проще, и потому продолжалась не более ЗУ4 часов. Мост подвезли ко рву и перебросили через него только 4 человека.
Мост генерала Конгрева можно причесть к самым полезным и весьма счастливо придуманным снарядам, принимая во внимание опасность штур-мования храбро защищаемого полевого укрепления, коида штурмующее войско ня иначе может взобраться в укрепление, как спустившись сперва в ров и влезая йотом но эскарпу и крутости Тон IX.
бруствера, с трудом и в беспорядке, в виду неприятеля. Польза изобретения генерала Конгрева неоспоримо доказывается простым и прочным устроением моста, легкостью и тишиною его движения, с употреблением на это небольшого числа людей и мгновенным перебрасыванием моста через ров укрепления, после чего представляется войску совершенно удобный переход через ров.
Мосты перед выходами укреплений, для сообщения через рвы.
В полевых укреплениях, устройство мостов должно быть по возможности простое, соответствующее характеру самых укреплений, строимых в скорое время. В укреплениях, назначаемых для одной иехоты, и при узких рвах, мосты составляются из 3-х или 4-х досок, толщиною до 2/2 дюйм., положенных с одного края рва на другой; при верхней ширине рва более иуа-х саж.; доски поддерживаются одним или двумя козлами, составленными из перекладинъ! и двух тревог, из которых каждая связывается веревками, или кручеными прутьями.
Для провоза орудий мост устропвается из следующих частей: один или два козла, смотря по ширине рва, от 1‘/2 До 3 саж. состоящие из перекладины до 9 дюйм. толщины и до 14 фут. длины, С четырьмя врубленными в нее ногами, толщ. до 4-х дюйм. связанными внизу распорками из лат-вин, прибитых гвоздями; пять или шесть лежней, толщиною до 6 дюйм. в квадрате, а длиною тремя Футами более ширины рва; настилочные доски, толщ. от 2 до 2/а дюйм., прикрепляемия пожилинами к крайним перево-дивам. Измочаленный хворост или веревки служат для скрепления иажи-лин с переводинами.
Главное условие, при устройстве мостов в полевых укреплениях, остается всегда то, чтобы их можно было скоро разрушать и тем лишить не-
11
приятеля возможности воспользоваться ям для перехода через рвы, и снова восстановить их, чтоб не задерживать долго гарнизон, для сообщения его с внешней местностью. Для этих целей были, между прочими, предложены, так называемые, закатные и подъемные мосты. Первые состоят из двух переводин, соединенных но концам ионеречными брусьями. В переводинах сделаны пазы, в кото рых катаются железные или деревни-вия колеса, находящияся на концах железных или деревянных осей, прикрепленных снизу к мостовой настилки. Веревки, проходящия через кольца в крайних переводинах, служат для втаскивания настилки во внутрь укреи-ления; обратным же движением снова восстановляется сообщение.
Подъемные мосты состоят из полотна (мостовая настилка), поднимаемого противовесом, катающимся по криволинейным спускам, такого устройства, что, при движении полотна вверх, а противовеса вниз, сохраняется между ними равновесие при всех их положениях.
Иногда мост заменяется земляным перешейком, оставляемым во рву; но это опасное средство можно употреблять только при совершенном недостатке леса, или времени для устройства моста.
Сообщением через креиостные рвы служат деревянные мосты. Они состоят из двух частей, постоянной и подвижной. Первая, иримыкающая к контр-эскарпу, утверждается на нескольких рядах столбов, другая, иримыкающая к воротам, составляет подвижное полотно. Эта часть моста или поднимается к стороне ворот, или вдвигается в.самия ворота. В первом случае она называется подъемным мостом, а во втором подвижным. О различном устройстве подъемных Мостов, см. Инженерные записки, ч. IV и VI. Я. Г. А.
Мстислав имя многих князей Российских
Мстислав, имя многих князей Российских; за мечательнейшие из ни х были:
Мстислав Владимирович, герой XI века, прозванный храбрым и удалым, был сын Св. Владимира и получил от него в удел княжество Тмутара-канское. В 1016 году он помогал Грекам уничтожить державу Каганову в Тавриде, объявил (1022) войну Касогам (ныне Алты-Казоки, или шестиродные Абазинцы в Абхазии) и, убив в единоборств их князя, Ре-дедю, сильного великана, наложил дань на его подданных.
„ Уверенный в.своем воинском счастии, Мстислав не захотел уже довольствоваться княжеством Тмутара-канским, столь отдаленным от цветущих стран Днепровских. Он собрал подвластных ем Назаров, ов, и 1023 года пошел к берегам Днепровским. Ярослава не было в столице. Киевские граждане затворились в стенах и не ии) стили Мстислава, но Чернигов, менЬе укрепленный, принял его. Великий князь, усмирявший тогда народный мятеж в Суздале, сиешил в Новгород, набрал там войско, к которому присоединились также Варяги, под начальством знаменитого ихь витязя Якуна, в ыступил против властолюбивого брата, но был им разбить у Аиствева, на берегу Руды. Наконец сии два брата (1026) съехались у Городца, под Киевом, заключили мир и союз и разделили государство: Ярослав взял западную часть его, а Мстислав восточную; Днепр служил границей между ими, и Россия, десять лея терзаемая внутренними и внешними неприятелями, начала наслаждаться спокойствием, которое продолжалось до скоропостижной смерти Мстислава на ловле, в 1036 году. Ужасный для врагов, он славился милостью к народу и любовию к верной дружине, веселился и пировал с ней подобно великому отцу своему, следуя его правилу, что государь не золотом наживает витязей, а с витязями злато. Мстислав поднял меч на брата, но загладил жестокость, свойственную тои-дашвейу веку, великодушным миром с побежденным. Памятником его набожности остался храм в Тму-таракане, и церковь Спаса в Чернигове, в которой хранились кости Мстислава еще в Несторово время.
Мстислав Ростиславам, храбрый, один из отважнейших князей Смоленских, йотом герой Новгорода, жил во второй половине XII века.— Андрей Боголюбскгй (смотрите это имя), изведав гордость Ростиславичей, в особенности Давида и Мстислава, искал случая унизить оную, и за мнимое о-слушание его воли, велел им выехать из областей южных, а Киев отдал храброму Михаилу, княжившему в Торческе. Тихий Роман не спорил и возвратился в Смоленск; но его братья, Рюрик, Давид и Мстислав, снова встуиили (1073) в Киев, осадили Михаила в Торческе и заключили с ним особенный мир, уступив ему Переяславль, а себЬ взяв столицу Киев скую.
Андрей, собрал 50,000 своих воинов, усилии ь ихь дружинами всех подручных ему князей, и вручив предводительство Святославу Черниговскому, внуку Олега, велел ему изгнать Рюрика с Давидом, а дерзского Мстислава, более друиич его обидевшого, нривесть во Владимир. Войска вступили в Киев без сопротивления; ибо Рюрик удалился оттуда в Белгород, а Мстислав с Давидовым полком заключился в Вышгороде; сам же Давид уехал в Галич, требовать вспоможения оть Ярослава Владимировича. Святослав и более двадцати князей осадили Вышиород (смотрите это слово); стояли кодь ним девять недель, бились ежедневно, и наконец, устрашенные неожиданным прибытием Ярослава сь войсками, обратились во всеобщее бегство. Мстислав спешил довершить их расстройство, устремился на них из крепости, топил, пленял людей, взял стань неприятельский, орозы—и с того времени считался храбрейшим из князей российских.
В последствии времени Новгородцы предложили Мстиславу княжить у них. Он долго колебался, не желая расстаться с верными братьями и с южною своей отчизною, но наконец поехал искать славы на ином театре; ибо душа его, как пишут современники, занималась одними великими делами. Весь Новгород, чиновники, бояре, духовенство с крестами, вышли к нему на встречу. Возведенный на престол в Софийской церкви, Мстислав дал слово ревностно блюсти честь, пользу Новгорода,—и сдержал оное. Узнав, что Эстонцы (в 1176 году) дерзнули осаждать Псков и не перестают беспокоить границ, он в несколько дней собрал 20,000 воинов, прогнал Эстонцев, опустошил их землю до самого моря, и на возвратном пути усмирил (1180) в Пскове мятежных чиновников, нехотевших повиноваться его племяннику, Борису Романокичу. Готовясь к новому иочоду в Ливонию, он был внезапно сражен болезнию, и 14 июня 1180 года закрыл глаза навеки в объятиях неутешной супруги. Новгородцы и вся Россия долго величали этого храброго, всеми любимого князя, его красоту му жественную, победм, великодушные намерения для славы их отечества и младенческое добродушие, соединенное с пылкою гордостью сердца благородного.
Мстислав Мстиславич, удатпый (удалый, храбрый, счастливый), сын нредыдущого, свидетель первого нашествия Татар Он служил сперва у дяди своего, Рюрика Смоленского, прославил себя мужественною, упорною защитою Торческа, и принужденный выехать оттуда, получил от Смоленскаю князя удел Торонецкий. Зная, сколь память отца его любезна Новгороду, зная, что многие сановники и самый народ не любят там опеки
Всеволода 111, он смело предпринял воспользоваться их тайным расположением: вступил с дружиною в Торжок, пленил дворян Святославовых, и обещав Новгородцам восстановление прежней вольности, провозглашен князем Новагорода (1209).
В это время опасным соседом Новугороду явились Меченосцы (смотрите Ливония, Ливонский орден). Господствуя в южной Ливонии,чрыцари желали покорить и северную, вместе с Эстонией). Узнав, что отряды их грабят тамошних жителей, Мстислав Новгородский (1214) собрал 15,000 воинов, вместе с князем Псковским и Давидом Торопецким, братом своим, выстуиил в поле и доходил до самого моря, не встретив нигде Немцев, которые заблаговременно ушли назад, в Ригу; он потребовал дани с Чуди, осаждал Воробьим или Вер-иель, взял с граждан 700 гривен ногаталии и разорил многие окрестные селения.
От берегов Балтийских Мстислав Мстиславич поспешил к Днепру, отмстить Всеволоду Чермному за обиду князей Мономахова племени. Война скоро кончилась. Города отворяли ворота; два князя отдались в плен.
Возстановив порядок в южной Руси, Мстислав возвратился в Новгород; но скоро объявил жителям на вече, что дела опять отзывают его в южную Россию. Народ выбрал Ярослава Всеволодовича (1215), который начал управлять слишком строго. Начался мятеж, и Ярослав принужден был удалиться в Торжок, откуда стал притеснять Новгородцев, не допуская подвозить им хлеб. В то время явился в Новгороде Мстислав., Он требовал у Ярослава восстановление свободной торговли и выпуска задержанных в Торжке Новгородцев, но получил гордый отказ, объявил войну Ярославу и его брату и союзнику, вел. кн. Юрию II Всеволодовичу; разбитые в Липецкой битве (смотрите Ледова гора), они должны бьии уступитьстаршему брату, Константину, престол великокняжеский и освободить задержанных Новгородцев. Мстислав объехал всю область, и потом, к общему сожалению народа, снова уехал в Киев к своим братьям, иылая нетерпением отнять у Венгров Галич, древнее достояние России.
Польский государь Лешек Белый, поссорившись с зятем своим, венгерским королевичем. Андреем, за отнятие у него Ииеремышля с Люба-човым, искал в России союзников. Но его приглашению, Мстислав (1220) неожиданно напал на вельмож Андреевых, господствовавших на берегах Днестра. Они бежали в Венгрию, и Мстислав сел на троне Галицком; но, в угождение народу, желавшему возвращения Даниила Романовича, выдал за него дочь свою, Анну. Он старался также рохрапить союз с государем июльским, не смотря на то, что этой последний отнял у Даниила часть заиадпои России. Даниил искал управы силою, и снова завял эти области. Оскорбленный государь польский, считая Мстислава тайным наставником юного зятя, возобновил союз с Андреем Венгерским. Венгры и Ляхи, вступив в Галицкую землю, одержали победу над Димитрием, воеводою Мстислава, который, оставив зятя в Галиче, удалился к пределам Киевским, собирать там войско. Неприятели осадили Даниила в Галиче и, после храброй защиты, принудили его бежать к Днестру. -
Между-тем деятельный Мстислав изготовил рать свою, усиленную Половцами. Воевода Андреев, гордый богемский рыцарь Фильний, ждал Россиян в поле, но был разбит нд-голо-ву, и победители, превознося хвалами Мстислава храброго, называли его, но тогдашнему обыкновению, красным солнцем отечества.
Сей князь осадил Галич и вошел в него ночью, сделав подкоп. Венгры и Ляхи с юным князем Коло-маном заключились в укрепленном храме Богоматери, но через несколько дней, изнуренные голодом и жаждою, сдались. Мстислав уже не хотел слышать о милосердии : отправил Коломана в Торческ, а баронов венгерских с женами и детьми отдал, как пленников, своей дружине и Половцам, в награду за оказанное ими мужество.
Андрею, вошедшему между-тем на венгерский престол, удалось наконец заключить неожиданно выгодный для Венгрии мир. Мстислав, не желая передать завоевание Даниилу, согласился, чтобы, меньший сын Андреев, именем также Андрей, женился на его дочери; в приданое же отец назначил ей спорную Галицию. Следственно Мстислав освободил сию землю от иноплеменников единственно для того, чтобы добровольно уступить им оную, взяв, может быть, только меры для безопасности церкви греческой!
Слава Мстислава померкла в битве на Калке (см это слово). После первого нашествия Татар он лишился и прежнего счастия; остальные дни жизни его проведены им в беспокойствах и в раскаянии. Обманутый злобными внушениями Александра Бельз-ctcaro, он возненавидел-было доброго зятя своего, мужественного Даниила, союзника Поляков, и хотел отнять у него владение; имел продолжительные споры с боярами Галицкими и королем венгерским, войска которого, в союзе с Поляками, отняли даже у Мстислава Перемышль, Звенигород, Теребовль, Тихомль и осадили Галич. Но Даниил, верный тестю, убеждениями и хитростью удалил Поляков, а Мстислав разбил Венгров; король Андрей мог бы совершенно погибнуть, если бы вельможа Галицкий, Судислав, вопреки Даниилову мнению, не склонил победителя к миру и к исполнению прежних заключенных с Андреем условий, так-что Мстислав не только прекратил военные действия, и выдал дочь свою за королевича, но и возвел зятя на трон Галицкий, оставив себе одно ТИо-низье, или юговосточную область этого княжения. Скоро Мстислав раскаялся. Он считал себя виновным перед Даниилом; хотел собрать Половцев, изгнать Венгров и отдать Галич Даниилу, но не успев сделать того, занемог и преставился в Тор-ческе схимником (1228). Подобно отцу. заслужив имя храброго, даже ве-ликого, в последние годы жизни он был игралищем хитрых бояр и отчасти виновником первого бедствия, претерпенного Россией от Монголов.
(История государства Российского, Карамзина; — Повествование о России, Арцыбашева; — Летописи.). Й. В. С.
Мудуполлам, деревня близ Порто-Ново в южпои Индии, в провинции Карнатике, в Мадрасском президентстве, замечательно по сражению 1 июля 1781 года, называемому также битвою ири Порто-Ново.
Гейдер-Али, султан Мизорский, с самого 1774 года, с переменным счастием, вел отчаявную борьбу с Англичанами, которые, будучи развлечены восстанием Соединенных штатов в Америке, не могли содержать значительного войска в Мизоре. В начале 1781 года английский генерал-лейтенант Кут (Coote) открыл кампанию в раввинах Карнатика. Армия его, собранная у Мадраса, состояла из 7,400 человек, в числе которых было 5,000 Сипаев (смотрите слово) и 62 пушки. Гейдер-Али остановился в 200 верстах от этого города, близ Аркота. В Феврале Кут отправился к восточному берегу реки Куддалора и стал там ожидать прибытия английской эскадры, под начальством Эдуарда Гюга (Hugucs), которая пришла в конце июня к Порто-Ново, близ Куддалора. Тогда генерал Кут решился сделать нападение на Чилумбрум. Но едва он успел совершить это предприятие, как Гей дер Л ди со всех сторон окружил его лагерь и принудил готовиться к решительной битве. Войско судтана состояло и в 50,000 коянипы, 30,000 регулярной пехоты, двух эскадронов французских гусар, одного батальона европейских ренегатов и 47 полевых орудий. Сверх того, к Гейдер-Али присоединились еще воины мелких князей, от него зависевших, так что сила его армии доходила до 100,000 человек Они расположились по обширному пространству, ва песчаных холмах, вершины которых были уставлены батареями. Чрез присоединение английских моряков, войска Кута возвысились до 8,000 человек. 1 июля, в 4 часа утра, он двумя колоннами выступить из Порто-Ново к Куддалору. Первая колонна, предводительствуемая генералом Мун-ро, состояла из трех европейских1 полков, шести батальонов Сипаев, одного европейского эскадрона, двух драгунских полков, сформированных из туземцев, и 13 пушек) во второй. под начальством генерал-маио-ра Стюарта, находилось 4 бат. Сипаев и 26 полевых орудий. Один батальон Сипаев, 2 драгунские полка и 300 человек Мараттской конницы были назначены для охранения парка.
Толпы иррегулярной конницы Гей-дер-Али первия кинулись на Англи-чан .и собственным множеством прикрыли их от выстрелов своей артиллерии. Английские колонны, осыпанные тысячами ручных ракет, смело двигались на неприятеля. Конница Гейдер-Али внезапно обратилась назад и шесть батальонов открыли огонь по Англичанам. Генерал Кут принял несколько влево, но все-таки не мог избегнуть их выстрелов, которым особенно подвергалось левое крыло его. Три раза гренадеры Гейдер-Али, предводительствуемые французскими офицерами, атаковали Англичан, и столько же раз Англичане, не без труда встащив несколько шестгиФунтовых пушек на вершину холма, опрокидывали своих противников. Так же безуспешны были нападения индейской пехоты и конницы на артиллерийский парк, помещенный в арриергарде. Первая ашлийская колонна, стоявшая в равнине и составлявшая правое крыло, с 10 до 3 часов выдерживала сильный огонь ненеприятеля. Генерал Му про, с согласия главнокомандующого, уже приготовлялся ударить с Фронта на артиллерию Гейдер-Али, как в это самое время Кирам Саид, предводительствуя корпусом конницы, устремился на левый фланг Англичан; но он был убит, и всадники его рассеялись. Мизорская пехота усиливалась отстаивать пушки, которые наконец нзпты были Англичанами; между-тем английская пехота овладела холмами и преследовала неприятеля до Чилумбрума. Только близ этого места Гейдер-Али успел привести в некоторый порядок свою армию. Кут двинулся к Куддалору и провел ночь в деревне Мудуполлам. Англичане потеряли только 71 европейских, 80 черных офицеров. 80 европейских рядовых и 50 Сипаев; 4,000 индейских трупов покрывали поле сражения. М. П. С.
Музыка военная была в употреблении у самых древнейших народов, и летописи доказывают, что4 войска пх шли в сражение при звуке инструментов или воинских песней. Так например: Египтяне и имели барабаны и литавры, Греки лиры, дудки или Флейты и рога, Германцы Стучали ем по щитам и пели боевия и Роландовы песни (Shlacht, Rolands Gesang); тоже самое делали Славяне и другие народы. Римляне, лучшие наставники в ратном деле, употребляли большие о малые рога (buccinae) и трубы (luhae). Различные звуки и напевы этих инструментов служили также, в пылу битвы и при движении войск, вместо сигналов и командных слов. В средния времена музыка ииочти совсем вывелась при войсках, которые преимущественно состояли в коннице; шум двигающихся, покры тых латами лошадей и людей, заглушал бы ее. Она снова начала являться, в конце 15 столетия, в пеших итальянских и брабантских вольницах Авантюрьеров и Брабансонов (смотрите эти слова); потом у французов, которые имели при своих дружинах (бандах) даже скрыпачей. Крестовые походы познакомили Европейцев с большими барабанами, бубнами и различными гремящими инструментами, которые уже давно были в употреблении у. восточных народов. В начале 18-го столетия военная музыка была еще очень проста; она состояла обыкновенно при мЬхоте из барабанов и Флейт, при кавалерии из тр)б и литавр. французские драгуны употребляли свойственную Шотландцам волынку. Мало-tio-малу введены были гобои (но которым. стали даже называть музыкан тов, гобоистами), кларнеты, Фаготы и прочие По мере умножения и усовершенствования музыки, явилась роскошь. Прежде для полного хора требовалась 10 — 15 музыкантов; ныне хоры со ставляются из 30, 60 о более человек с различными духовыми деревянными и медными инструментами, с барабанами, бубнами, тарелками, полумесяцами, или так называемою турецкою и янычарскою музыкою, в весьма богатой одежде г с особыми капельмейстерами и прочие Независимо от этих больших или полковых хоров, имеется при,каждой роте, эскадроне и батареи определенное число музыкантов, (барабанщиков, Флейщиков, горнистов, трубачей).
Музыкальные сигналы. Во время войны начальники часто приходят в затруднение передавать приказания отдаленным частям войска с надлежащей скоростию. В развернутом строю, а ем более в рассыпном, где не слышно командное слово и не всегда - можно переслать приказание фланго-
j вым отрядам, в особенности почув. ствовали необходимость сообщать приказания посредством звуков барабана, труб и рожков. (См. слово сигналы).
Мулен-о-Шевр, деревня в Вандее, при которой произошло дело 9 октября 1793 года, между французскими роялистами и республиканцами. Республиканская Рошельская армия, числом 20,000 челов., под начальством Шальбо, сосредоточившись у Брессюра, двинулась к Шатильону, и около полудня, в лесу, близ селения Мулен-о-шевр, атаковала войско Вандейцев, предводительствуемых Лескюром, ШтоФле, Борепером и Ла-Рош - Жакленом, еще не совершенно излечившимся от ран своих. Шальбо, после живой перестрелки, пошел на Вандейцов, которые, стоя у леса за ручьем, мужественно встретили своих противников и, не взирая на свою малочисленность, сначала оттеснили их на всех пунктах; во вскоре Вестерман с одною бригадою республиканцев обошел правое крыло Вандейцев, ударил на них с тыла, и обратил их в бегство.
М. П. С.
Мунда, укрепленный город в южной, нагорной стране Римской провинции, Hispaoia baetica, с знаменитым и великолепным храмом Цереры. Нынешняя деревня Мунда лежит в Гранаде, недалеко от прежде бывшего города. Полагают, что древняя Мунда была на том месте, где ныне находится город Rooda Иа vieja,
Сражение Юлия Цезаря с Кнеели, сыном Помпея, 47 марта, 45 до Р. X. (по др. 46 г.), в 709 году по построении Рима.
Зная превосходство Цезаря в полевых битвах, и наученные судьбою отца, сыновья Помпея—Кней и Секст— Всеми мерами старались удерживать противника осадами и маневрами. Цезарь, преследуя своих неприятелей с неизменною твердостию, принудил ихнаконец к решительному сражению, под стенами Мунды. Утром 17 марта, Кней расположил на высотах Мундских 13 легионов в боевом порядке, поместив на одном крыле конницу, 6,000 человек легких и столько же вспомогательных войск. При подошве высот протекал ручей, который, неровными и болотистыми берегами своими, затруднял приступ к позиции. Цезарь стоял на равнине, имеятолько 80 когорт и 8,000 человек конницы. Любимый его 10-й легион занимал правре крыло, а 3-й и 5-й с конницей и маврскими вспомогательными войсками, левое. Воины Цезаря нетерпеливо желали битвы, в надежде окончить оною междоусобную войну. Позиция, занимаемая Кнеем, казалась неприступною. Цезарь, чтобы выманить его на равнину, придвинул войска свои к ручью и остановился, ожидая движения противника. И в самом деле, Кней, почитая бездействие Цезаря малодушием, спустился с высоты. Началась упорная битва; первое нападение Помпейцев был так стремительно, что легионы Цезаря начали колебаться. Бще никогда победа не была для Цезаря столь сомнительною. Неоднократно бросался он в самую жестокую сечу, и заклинал своих ветеранов не предавать его в жертву детям. Он сам сознавался впоследствии, что во всех прежних битвах своих сражался для победы, а под Мундою.— за свою жизнь. Пример и слова обожаемого полководца снова воспламенили мужество войска. Неприятель, сильно терпел от стрельбы легкой пехоты; 10-й легион, известный своим мужеством, так неутомимо теснил левое его крыло, что Кней, опасаясь нападения во фланг, двинул туда, в подкрепление, один легион. Наконец случай решил сражение в пользу Цезаря. Аабиеп (смотрите фто) послал сильный отряд кавалерии, для преследования Нумидийцев, сражавшихся в войсках Цезаря. Заметиввто движение, Цезарь воскликнул: бегутъ! и быстро ударил с воодушевленными легионами на изумленного неприятеля; натиск конницы довершил победу. Кровопролитие было ужасно. Войско Помпея скрылось в стенах города; тысячи трупов образовали вал вокруг стен его. В числе 30;000 человек, пали на месте битвы военачальники: Лабиев и Барр сь 3,000 римских рыцарей. Потеря Цезаря состояла в 1,000 убитых и 500 раненных. Побежденные потеряли 13 орлов и все значки. Кней Помпей. с небольшим отрядом всадников бе-жал-было к озеру, но, встретив повсюду приверженцев Цезаря, принужден был укрыться в горах, где был найден и умерщвлен. Секст Помпей, дождавшись конца сражения в Кордубе, обратился в бегство и счастливо прибыл в Иберию Цельти-ческую. Цезарь приступил к осаде Кордубы, а легат его, Фабий Максим, овладел городом Мундою, и пленил сильный гарнизон, пытавшийся пробиться сквозь неприятеля.
Casar de be Но hispan. cap. 27. — Dio Cassius, kh. 43.
Мунро (Munro), бома, родился 27 мая 1761, был сын куоца в шотландском торговом городе Гласгове, воспитывался в тамошнем высшем училище, где и оказал большие успехи. Одаренный от природы предприимчивым духом и сильным телосложением, он решился искать счастия на военном поприще. Мувро вступил в службу Ост-Индской компании в 1779 г., сражался в следующем году против Гейдер-Али, участвовал во всех значительнейших событиях войны с 1780 по 1784 год, и сделался любимцем своих начальников за оказанные им храбрость и благоразумие. По окончании войны, он посвятил свои досуги, в течение четырех лет, к познанию страны, в которую судьба его привела, изучил основательно тамощвий язык и всс, что касаиось до Индии, как будто предвидел; в каких отношениях он будет впоследствии находиться к этой стране. Вскоре загорелась новая вой на, в которой Типпо-Саиб, достойный преемник Гейдер-Али, начальствуя Мараттамй, сражался, хотя и несчастливо, но мужественно против Англичан. Он принужден был уступить несколько земель, в том числе область Барамал, управление коей поручено было Мунро. Семь лет продолжались его занятия в этой провинции; новая война с Мараттами опять вызвала его в поле и к отличиям, после чего он занимался преобразованием и управлением провинций Ка-нанеи и Низам, уступленных Англичанам в 1800 году, и благоразумием и твердостью своей превозмог все препятствия ко введению нового порядка вещей. Безпрерывные труды имели однако вредное влияние на его здоровье; после 28-ми-летнего отсутствия, он возвратился в Европу, где, в 1814 году, женился. Еще раз суждено ему было вступить на покинутое поирище: его назначили председателем коммиссии, которой поручено было исследовать и привести в систему судопроизводство в Ост-Индии, и вместе с тем, в случае возможности, предоставить туземцам участие в управлении. Новая война с Мараттами в третий раз вызвала Мунро к военной деятельности. Но окончании ея, он сложил с себя звание военачальника и возвратился в Англию, где, однако, оста-валсялшпь немногие месяцы, ибо был послан губернатором в Мадрас. Мунро хотел уже давно оставить государственную службу, и принял губернаторство лишьпотому, что надеялся, под управлением министра Кэннинга, на либеральную администрацию. В 1823 году подал он в отставку, и три года спустя, по окончании войны с Бирманами, повторил свою просьбу. В 1827 году он предпринял путешествие по преобразованным им прежде провин циях; на пути в Путтиконда застигла его холера, от крторой ов в тот же день (6 июля) умер. Мадрас воз-двигнул в честь его памятник. (Mi-lit. Conver. Lex.). А. Ш.
Мурадал, Эль-Пуфрто де Мурадаль, горная теснина в Сиерра-Морене, между Новою Кастилией и Андалузиею.
Сражение 12 августа 1212 года.
Мегемет-аль-Наср, царь Марокк-ский, при вступлении своем на престол, должен был бороться с восставшими против него племенами в американских его владениях. Усмиривши их, он вознамерился овладеть снова теми провинциями в Испании, которыми обладали прежде его предки. Для этого вступил ов на полуостров с 600 т. человек войска. Христианские короли: Наваррский, Кастильский и Арагонский заключили между собою оборонительный союз. Войско Арабов было гораздо многочисленнее; но христиане имели лучших полководцев. Архиепископ Толедский, дон Родриго, отправился в Италию и во Францию и представил опасное положение Испании так убедительно, что собрал войско, состоявшее из 50,000 человек пехоты и 12,000 человек конницы. В Кастилии все взялись за е; дон Педро M, король Арагонский, явился с 20,000 пехоты и 3,500 всадников. Сборным местом христиан был город Толедо. По соединении своем, они выступили под предводительством Альфов-са, короля Кастильского, овладели приступом крепостью Малагов и взяли Калатраву. П|)и Аларкосе присоединился король Наваррский, дон Санчо VI, к Кастильцам, которые тогда двинулись к Сиерре-Морене. Мегемет-аль-Наср занял все проходы к этим горам, в намерении голодом принудить противников своих к отступлению, либо напасть на них с выгодою, если ови устремятся вперед. Соединенные государи и собранный ими военный совет долго не знали на что решиться. Вдруг явился к Альфонсу пастух, и преиожил провести армии безопасно в горы, по дороге, ему одному известной. Король послал двух офицеров с пастухом, чтобы исследовать эту дорогу, по которой войско и отправилось. Сначала она имела противное от гор направление, иочему Арабы нолаиали, что Испанцы отступали из трусости, или но недостатку сьестных припасов. Христианское войско, однако, продолжало идти по указанному имь пути, который вел их то по крутым горам, то по глубоким долинам. Натовец открылась перед ними на горных высотах об ширная равнина, где они и окопались. „ Арабы хотя в были поражены внезапным появлением своих врагов, но приготовились тотчас к сражению. Испанцы, нуждаясь в отдохновении, остались два дни в своем лагере, но 12 августа (ию другим известиям 16 июля) выступили на бой. Диего Лопес-де-Гаро начальствовал передовым войском; Гонсальво-де-Нуньец—глав ною армиею; короли находились в резерве. Арабы разделили армию свою на четыре части; горы и долины были ими покрыты; вход в лагерь заперли железною цепью. Альфонс и А ль-Наср ободрили своих воинов речью, после чего оба войска двинулись вперед. Центр христианской армии начал нападение, и был подкрепляем королями Наваррским и Арагонским. Три раза атака была отбита; казалось да же, что Христиане намеревались бежать. Разгневанный Альфонс хотел устремиться сам на врагов, но ар-хиепискои Толедский остановил его, иредставив ему, что упасть всего войска зависит от сохранения его особы. В это время Диего Лопес-де-Га-ро подкрепил центр, который, ободрившись, снова ударил на Арабов и обратил их в бегство. По испанским известиям, которым мы следовали, их собственный урон простирался до 25,000, а неприятельский до
180,000 человек Альфонс писал к папе, что найдено было столько стрел и к, что христианское войско, оставшееся на поле сражения еще два дня,.не более половины их издержало на топливо. Испанцы называют это сражение при Ванос-Толозе или при Лас-Навас де Толоза, Арабы же—сражением-при Акебе или на полях Гисн-Алакаба. Три дня спустя, христиане взяли Бпльхес, Бальней и Толозу, осадили после того Убеду, но принуждены были снять осаду. Мегемет-аль-Наср возвратился в Африку, чтобы собрать там ь новое войско и попытаться еще раз вторгнуться в Испанию.
Л. Ф. М.
Мурад I, обыкновенно Амурах, турецкий султан, по прозванию Газис (герой), один из величайших государей Османов, вступил по смерти отца своего, Орхана или Урхана, на престол, в 1359 году (по турецкому летосчислению в 761 году геджры). Старший его брат, Солпман, был первый, вторгнувциийся с турецкими войсками в Европу, в 1355 году. Амурат помышлял о распространении завоеваний Соломина, в чем ему много помогало слабое управление греческого императора Иоанна Палеолога I. Сначала султан отнял у Греков Фракию и соседственные земли, йотом взял ГАллиполи, Демотику и Адрианополь, куда он перенес свою столицу.—это важное событие случилось в 1362 году. Мурад был основателем того войска, которое, под именем Янычар (смотрите это), долгое время было опорою, но часто и жасом османских монархов. Из Адрианополя султан двинулся в Македонию, разорил прибрежную его часть, переправился через Галлипольский пролив, и разбил как князя Булгарского, так равно десио-та Сербии. По взятии Фереса он помирился с сыновьями деспота и женился на их сестре, Впоследствии он заключил союз с императором в Константинополе, который отдал ему сына своего феодора, в заложники.
Амурат покорил нижнюю Мизию, в нынешней Анатолии, усмирил несколько мятежных пашей и приказал выколоть собственному своему сыну глаза, потому-что он сговорился с сыном греческого императора свергнуть вооруженною рукою отцов своих с престолов. Несколько времени спустя, он был вовлечен в войну с владельцем Сербии, Лазарем, и был убит в сражении на Коссовом поле, 15-го июня 1389 года (смотрите статью Кос-сово поле). А. М.
Мурад или Амурат II, турецкий султан, был преемником отца своего Моххамеда I, в 1421 году. Для ослабления его, Греки признали в то же время султаном Мустафу, сыра Бая зетова, который овладел турецкими владениями в Европе, и переправился в Азию; но Мурад разбил его, и взяв, скрывавшагося в Тоганумские горы, МустаФу, приказал его удавить в своем присутствии. Чтобы отмстить греческому императору, он обложил Константинополь, но принужден был отступить. Против него поставили второго Мустафу, облеченного в сан султана, но он подвергся участи своего предместника. Тогда Мурад покорил Феснию, купленную Венециянцами у императора Андроника, вторгся в Караманию, осаждал безуспешно Белград и принудил князя Боснийского сделаться его данником. Князь Албанский Иоанн Кастрио-та, должен был покориться той же участи, и выдать ему пятерых своих сыновей в заложники; четверых старших он приказал отравить, но младший, знаменитый Кастриот (смотрите слово) успел освободиться и отмстить за злодейство. После этого Мурад хотел овладеть Семиградским княжеством; но тамошний полководец, Иоанн Гупиад Корвин (смотрите слово), разбив Турок, был избран вождем союза христианских государей против Турции, и одержал такие успехи над Мурадом, что последний принужден был заключить перемирие и союз с венгерским королем Владиславом на определенный срок. Владислав, по наущению Юлиана, легата папы Евгения IV, нарушил этот договор и взялся за е, до истечения срока. Мурад быстро собрал свое войско и Одержал, 10 ноября 1444 года, близ .Варны (смотрите Слово), победу, в которой Владислав был убит и войско его обращено в бегство. Говорят, что в сражении при Варне, султан, видя, что воины его начинают колебаться, вынул из за пазухи договор. заключенный с ним Христианами, и восклицал : Иисус Христосъ! еслй Ты в самом деле Бог, как говорят твои поклонники, то отмсти им за преступление их против Тебя: ибо они нарушили договор, в исполнении которого они клялись Твоим именем. В следующем году, он одержал блистательную победу над Гуниадом, стоившую последнему до 20,000 человек Между-тем Скандербек, вступив во владение землями своего отца, несколько раз разбил Турок и принудил их снять осаду с Крои, тогдашней столицы Албании. Мурад, взбешенный этой неудачею, решился, во чтб бы то ни стало, отмстить слабому, но геройскому своему противнику. Он отказался от прежнего своего намерения — удалиться в Малую Азию и там окончить свою жизнь в покое, снова принял правление государством и употребил силу и хитрость, чтобы истребить Скандербека, но тщетно; Албанский витязь всегда одерживал верх над многочисленными полчищами неверных. Наконец, султан, с сильною армией подступил к Крое; но там ожидала его смерть. Досада о неудаче — овладеть городом, произвела на него апоплексический удар, окончивший жизнь его 11 Февраля 1451 года. Он царствовал 30 лет и умер 75-ти лет от-роду. (Milit. Couvers. Lex.). А. М.
Мурза (См. Мирза ).
Мурома, одво из древних местных имен нынешней Европейской России : так называлось племя, жившее на Оке, при впадении еп в Волгу, и построившее город Муром. Карамзин думал, что вто были Финны, смешавшиеся с Русскими Словянами; они уже находились в зависимости от Рюрика. — В начале XI века, тут возникло особое, независимое княжество, основанное вместе с Рязанским, изгнанным из Чернигова Ярославом Святославичем (смотрите Черниговское княжество); впрочем, хотя Муром был уделом Рязанским, однакож Муромские князья более зависели от великих князей Владимирских, нежели от Рязанских. По недостатку в силах и близости к Татарам, Муром почти запустел; обновителем его был современник Симеона Гордого, Юрий Ярославич Муромский (1351). Он был изинан своим родственником Феодором Глебовичем (1355). Суд в Орде решен ханом Джанибеком в аользу Феодора, которому во власть отдай и противник вместе с правом на княжество. Смертью Юрия прекратился род Муромских князей. Сын Димитрия Донского, Василий, мирно присоединил (1392) Муромское княжество к Москве, как подарок хана Тохта-мыша. Н. Jе. С.
Муртен, город области того же имени, в швейцарском кантоне Фрей-бурге, с 1350 жителей, лежит на небольшой возвышенности при южном берегу Муртенского озера, на ровном месте, окруженном деревнями, плетнями и лесами.
Сражение между соединенными Швейцарцами и Карлом Смелым, герцогом Вургундским, 21 июня, 4476 года.
После несчастной битвы при Гран-соне (смотрите это), Карл Смелый, собрав остатки своего войска в Женеве и Лозанне, в мае 1476 года, хотел овладеть Муртеном и напасть на Фрей-бург и Берн, по занятии которых, надеялся нокорить всю Швейцарию. Но вместо того, чтббы оставить для наблюдения за городом Муртеном небольшой отряд, Карл сделал и здесь ту же самую ошибку, как и при Гран-соне, то есть, приступил к осаде со всеми своими войсками, и таким образом потерял драгоценное время. Только 10 июня достиг он Муртена, где находился тогда знаменитый Адриан Бубенберг, с 1600 чех. гарнизона. Город был окружен стенами с башнями и обведен двойным рвом, с внешпими укреплениями. Уверенный в мугкестве гарнизона и верном сохранении клятвы — сражаться до последней капли крови — Бубенберг не велел запирать городские ворота в продолжение всей осады. Герцог Бургундский обложил город; к северу от Муртена, близ Монтельё, стоял граи Ромон с 12,000 войска, наблюдая за дорогами, по которым можно было ожидать приближения Швейцарцев; к югу, при Мейрп и Гренге, находился брат герцога, Антон, с
30,000 войска, имея за собою озеро, и наконец, с4 восточной стороны города, на плоской возвышенностифа-онг, расположен был сам герцог с 27,000 войска, ббльшую часть которого составляла кавалерия. Огнем 80 орудий пробиты были во многих местах стены города, но гарнизон мужественно отразил пристуиы в 4-й и 10-й день осады, (примем Бургундцы потеряли несколько тысяч человек), и тем дал время Швейцарцам прибыть на освобождениеМур-тена. Незаметно он герцога, они расположились близ Ульмица, против левого его фланга, на 3 часа перехода от лагеря, и намеревались не только разбить, но и уничтожить неприятеля; для сего, оставя небольшой корпус для наблюдения за граФом Гомоном,— известным слабостью Характера и неспособностью предводительствовать войском,— они хотели, миновать Мур-тев, напасть всеми силами на самого герцога Бургундского, обойти правое крыло его, окружить и оттеснить к озеру. Силы Швейцарцев и их союзников состоя ли в 30,000 человек пехоты, из которых 3000 вооружены были аркебузами и арбалетами, 11,000 человек копьями, а остальные аллебардами, секирами и мечами; конницы было 4000 челов., большей частью с Рейна и из Австрии. Главнокомандующим войсками союзников был, по мнению некоторых писателей, герцог Лотарингский Рене, по другим — граф Освальд фон Тирштейн и рыцари : Гертер, Галльвиль и Вальдман. Утром 11 июня, союзники выступили против неприятельского лагеря. Авангардом, состоявшим из 1000 человек копеищиков и стрелков, с небольшим числом орудии, начальствовал рыцарь Ханс фон Галльвиль, покрывший себя славою при Грансоне; за ним следовал герцог Лотарпниский с австрийскою и лотарингскою конницею, а позади его главное войско, состоявшее из швейцарской и немецкой пехоты, под начальством Ханса Вальд-мана и Вильгельма Экстера. 1000 избранных воинов охраняли знамена кантонов. Впереди центра везли 10 орудий. Арриергард стоял из одних Швейцарцев, под командою Каспара фон Гартенштейна. И здесь, как и перед Грансонскою битвою, герцог Бургундский не имел никаких сведений о приближении неприятеля. Он намеревался уже снять свои лагерь и искать противника, но внезапная тревога на Форпостах, атакованных швейцарским авангардом, заставила его поспешить приготовлением армии к бою. Бургуидские войска заняли позицию между КурлеФоном и Гренгом, к длину около 4000 шагов. В центре стояла пехота, по 16 человек б ряду, под начальством принца Оранского и графа Кревкёр; левое крыло составляли Итальянцы, под начальством принца Антона; иравым крылом, состоявшим из лучшей кавалерии, командовал сам герцог. Артиллерия размещена была по всей линии; 40 орудий, расположенных в укрепленной ба гарей, защищали правое крыло. Швей-, царцы, задержанные сильным дождем, не могли раньше полдня выйти из Муртенского леса к КурлеФону. Нетерпеливый герцог хотел уже возвратиться в лагерь, но вдруг передовые его посты были атакованы Швейцарцами, укрепившимися между тем молитвою. Швейцарцы преимущественно устремились на правый фланг Бургундцев. Не смотря на потерю в людях от артиллерии, (которая, впрочем, как и при Грансоне, действовала дурно), они обошли укрепление, ворвались в него с горжи и взяли орудия, которые тотчас были направлены против неприятеля. Занятие этого поста предвещало победу. Швейцарцы решились отрядить немецкую конницу за Крессиерские высоты, для воспрепятствования отступлению Бургундцам, а сами стали готовиться к общей атаке. Она была замедлена нападением бургундской кавалерии правого крыла ня противостоящую швейцарскую, которая была рассеяна и скрылась за своим резервом; начальник его, рыцарь Гартенштейн двинулся немедленно вперед, удержал натиск всадников и принудил их отступить. За этим последовало общее нападение Швейцарцев на центр неприятеля. Бургундцы сражались отчаянно, и победа колебалась долгое время. Хорошо расчитанная атака бургундской конницы, под предводительством опытного Сомерсета, обещала даже герцогу большую пользу; но смерть-храброго Сомерсета лишила мужества его войско : нападение было отбито и Карл сам отказался от победы. С
3,000 всадников и значительною частью пехоты он бежал к ВиФлисбургу, и прибыл туда прежде, нежели отряженная к сему пункту немецкая конница успела заградить ему иуть. Победоносные Швейцарцы, подкрепленные Муртенским гарнизоном, ударили. тотчас на левое бургундское крыло, и обратили его в бегство, ири чем до
10,000 человек погибли в волнах озера. Опасаясь корпуса графа Ромона, еще невступавшего в дело, Швейцарцы преследовали только за Муртенъи но Ро-мон, вместо того, чтобы помочь герцогу, бросил пушки и обозы, и также обратился в бегство. Потера Бургундцев, по показанию швейцарских писателей, простиралась до 30,000 человек, в числе которых было 1500 графов и рыцарей; окрло 200 орудий, множество знамен и штандартов, и до 2000 палаток достались в руки победителей. Швейцарские и союзные войска потеряли только от 400 до 500 убитыми и 600 ранеными. Они похоронили мертвия тела Бургундцев в глубоких ямах, пересыпая их известью, для скорейшого тления, а впоследствии перевезли кости в особо для этого выстроенную часовню при Морлахе, где латинская и немецкая надписи передали потомству дела отцев. При вторжении французов в Швейцарию, часовня фта была разрушена (2 марта, 1798 года) одним изь полков, состоявшим большей частью из Бургундцев. В 1820 году собрана была сумма в 6000 Франков, для сооружения на этом месте обелиска в иамлть знаменитой победы при Муртене. Ба-рант, в Bistoire des dues de Bourgogne утверждает, что Швейцарцы были сильнее Карла, и что последний, имел толькб от 8 до 10,000 убитых. (См. J. в Muller, Gesch. der Schweiz. Eid-genosseu. — Подробнейшее же изображение итого сражения заключается в Gesch. d. Kriegswesens d. MiUelalters, in d. Handbibl. f. Offic. 1. Bd. 2 Ablh. — План сражения см. в Kauslers Atlas, 3 Lieferung.). A. X.
Мур (Moore), Сир Джонс, сын врача; родился в Гласгове в 1761 году и 15 лЬт оть-роду вступил прапорщиком в 51-й пехотный полк, с которым, он сражался, в Северной Америке. В 1783 году он оставил службу, в 1788 году возвратился в ирежний свой полк; в 1793 году был с ним в Гибралтаре, а в 1794 г. в Корсике. За отличные действия во время осады Кальви и при штурме Форта Морелло, Мур был пожалован в генеральс - адъютанты, а в 1795 году назначен командиром бригады в корпусе французских эмигрантов. В Феврале 1796 г. Мур, получив командование друюю бригадою, отплыл в Вест-Пндию, для соединения с генералом Аберкромби, и много содействовал завладению островом С. Луки, куда назначен был губернатором; но в августе 1797 года, для поправления своего здоровья, возвратился в Англию. Во время беспокойств в Ирландии, находился там под командою генерала Джонстона, отличился в сражении при Нью-Россе, и разбил 6,000 и корпус инсургентов при ВексФорде. В июле 1799 года Мур сопровождал герцога Иоркского в походе в Голландию, где получив несколько ран, принужден был возвратиться в Лондон, но в следующем году участвовал в экспедиции генерала Аберкромби в Египет. Вторично раненый при Абукире, он оставался некоторое время в Розетте, потом участвовал в осаде Каира и во всех действиях до самой капитуляции французской армии, которую сопровождал до места ея отплытия. По возвращении в Англию, Мур был пожалован кавалером ордена Бани, и когда, вскоре,потом, французы угрожали высадкою на берег Великобритании, он был назначен начальником корпуса, собранного в Кенте. В 1805 году, с производством в генерал-лейтенанты, получил он главное начальство в Сицилии, а в 1808 г. приказано было ему, с 10,000 корпусом, отправиться на вспомоществование Шведов, в войне с Россией). 7 мая Мур высадил свои войска в Готенбурге, но не мог согласиться с упрямым и вспыльчивым королем Густавом Адольфом IV, и возвратился в Англию. Корпус его, послан был в Португалию, куда прибыл в августе 1808 года. В самое это время заключена была капитуляция в Цинтре, в следствие которой разбитая при Вимейре французская армия, сев на суда, возвратилась во Францию Когда генералы Дальримпль и Гарри Бу-вар оставили службу, Мур получил главное начальпво над амишскими войсками в Португалии; ему приказано было отправиться в Испанию, где, кроме корпуса английского генерала Сира Давида Берда (15,000 человек), должна была соединиться с ним Северная испанская армия. Мур двинулся к Саламанке, но не будучи подкреплен Испанцами, возвратился в Португалию на соединение с и енералом Г one, который шел к Мадриду; а между тем генерал Берд должен был поспешно идти в Ко-руниу. Из перехваченного, 14 декабря, письма, Мур узнал о сдаче Мадрида и о движении французского корпуса к Талавере-де-ла-Рейна, а маршала Суль-та с 16,000 человек, в Галицию. Казалось, что быстрым движением возможно было разбить Сульта, предоставленного собственным его силам. Мур, подстрекаемый убеждениями британского посланника и нетерпеливым желанием войск снова сразиться с французами, решился на это предприятие против своего убеждения. Онь соединился, 21 декабря, с сиром Д. Бердом в Торо и условился с испанским генералом маркизом де-ла - Романа, чтобы он с 10,000 войска двинулся против правого крыла неприятеля в то время, когда сам Мур, переправившись выше Салданья через Key, станет наступать со всеми силами. 23 числа, когда конница его наткнулась на авангард французов, а армия следовала пзь Вильяда и Сахагуна в Каррион, получено было известие, что Наполеон совершенно изменил распределение своих войск; что корпус, находившийся в Талавере, идет в Саламан ку; что 35,000 человек, под личным предводительством императора, выступили 22 числа, из Эскурияла в Беневент, и что усиленный корпус маршала Сульта направлен через Леон к Асторге. Эти распоряжения ясно обнаруживали намерение французов окружить британскую армию, в следствие чего Мур решился отступить в Галицию. Преодолевая величайшия трудности в непроходимых почти дорогах и при ощутительном недостатке продовольствия, армия достигла, 5 января, Луго и остановилась в этом месте с намерением укрепиться. Между тем Наполеон, немогший настигнуть Бритаицев у Асторги, возвратился во Францию. Маршал Ней оставлен был в Леопе с 18,000 человек, а маршалу Сульту сь 23,000 войска поручено было следовать за армией Англичан. Дальнейшее промедление могло иметь пагубные последствия и потому Мур решился очистить Галицию, сев на суда в Корунне. На марше туда войска претерпели величайшия бедствия и понесли бы, вероятно, еще сильнейший урон, но Сульт, узнав о их отступлении только спустя 10 часов, не мог быстро преследовать. Но прибытии в Корунну, 11 января, у Мура оставалось только 5,000 человек под м. Нотеря Англичан состояла из 7,000 чел, 5,000 лошадей и разного рода запасов и амуниции. 16 числа воспоследовало упорное и кровопролитное сражение под Корунною (смотрите слово). Англичаие, мужественно отбив нападения Сульта, успели сесть на корабли, во Мур был убит; ядро оторвало ему левое плечо; он был отвезен в Корунну, где.через несколько часов у мере, на 48 г жизни. Благодарная Англия почтила его заслуги, воздвигнув ему один памятник в церкве С. Павла, а другой в отчизне его, Глаогове. Брат его, Иаков Мур, в сочинении своем ((История иоходовь английских войск в Испанию изложил подробное описание его действий на Пиренейском полуострове. Б. Г.
Муса, Ибт-Насейръг один из знаменитейших арабских полководцев первых времен изма. В начале VIII века он довершил покорение северной Африки для халифа и положил основание завоеванию Испании Арабами (смотрите Испания). П. С. С.
Мусинг есть вый желвак, вплетенный в веревку, для того, чтобы она, продетая в петлю, им задержалась,- как на штаге; или для того, чтобы, навиваясь на что-нибудь, не скользила, как на кабаляринге.
А. И. 3.
Мускрон, (Muskron, Moeskroren), городок в восточной Фландрии, на дороге из Лилля в Куртре.
Сражение 28 и 29 апреля, /794 года.
Внезапное вторжение Пишегрю во Фландрию воспрепятствовало соединению главных сил союзников, расположенных при Аандреси (смотрите это), с войсками остававшимися во Фландрии. Положение их сделалось столь невыгодным, что нужно было употребить величайшия усилия для спасения, по-крайней-мере, Менена. Генерал Ван-генгейм, уже несколько месяцев занимавший, с 1,000 человек Гановерцев, пост при Мускроне, принужден был (28 апр.) французами оставить его, и поспешно удалиться к Доттиньи. Генерал Бертень, с 4,000 французов, стал на высотах Мускронских; генерал Су гам, с 20,000 человек, иошел в Куртре, оставив при Шаллуене
5,000 человек; Моро осадил Менен (смотрите это). Отступившие к Доттиньи Гановерцы былииусилены 8 батальонами и 4 эскадронами, и под командою графа Ойенхаузена, приступили снова (28 апр.) к Мускрону. Атака ведена была двумя колоннами, из которых одна шла прямо на Мускрон, а другая гораздо левее, на Герсо (Hersaux), для занятие дороги в Лилль. Первая колонна встретила сильный отпор; но когда другая колонна, завладев слабо защищаемою деревней Герсо, приступила к городу с южной стороны, тогда Бертень отступил к Туркоэвю (Тоигсоип), и преследуемый конницею, потерял 5 пушек, 1 гаубицу и несколько зарядных ящиков. В тот же вечер Фельдцейгмейстер граф КлерФЭ (Clervayt) принял главное начальство над этим корпусом союзников, состоявшим тогда из 10,000 человек. Он занял высоты Мускро-на, и, 30 апреля, намеревался идти к Менену. Но накануне этого дня Су-гам, возвратясь из Куртрф, напал на него с 20,000 войска, подкрепленными отрядом Бертеня. Хотя близость и превосходство французов были известны КлерФЭ, однакож он медлил оставить свою, ни чем не прикрытую и удобообходимую позицию, как полагать должно, обманутый слабостью и нерешительностью первых нападений французов. 29 апреля положение союзников сделалось сомнительным, ибо со всех сторон получено было изве-: стие, что сильные неприятельские колонны наступают справа и слева. КлерФЭ начал отступать; но, обойденный французами, корпус его пришел в такой беспорядок, что принужден, был оставить 23 орудия в ру ках неприятеля и потерял до 2,000 человек. Это несчастное сражение решило участь Менена, который сдался после храбрейшей защиты (смотрите Миии-tairisebe Denkwiirdigkeiten. 4 Vol. — Gu-schichle der Kriege in Europa. 3 Bd.).
5. ff.
Мусин-Пушкин граф Валентин Платонович
МУСИНb-ПУШКИНb, граф, Валентин Платонович, сын сенатора графа Платона Ивановича, пострадавшего вместе с Волынским, родился 6 дек. 1735 г., и на 5-м году разлучен с отцем, сосланным в Соловецкий монастырь. Воспитанный дома, он, на 13 году, (1747) записан в гвардию; участвовал в войне с ИИруссиею; пожалован камер-юнкером Екатериною II, в день ея коронования (1762), будучи тогда секунд-ротмистром конной гвардии; через 7 лет произведен в действительные камергеры (1769); служил
(1771) во второй армии, под начальством теста споего, князя Долгорукого, завоевавши!о Крым; награжден за храбрость в разных сраженияхъ орденами : Св. Георгия 3-го класса и Св. Анны; прекратил мятеж в Воронеже (1774),. куда послан был съ одним пехотным полком, двумя карабинерными, 3-мл эскадронами дра гун и 10-ю гусарскими; получил въ день торжества мира с Турками (1775) орден Св. Александра Невского, будучи генерал-поручиком; пожалованъ генерал-аншефом (17S2), генерал-адъютантом (1783), вице-президентом Военной коллегии и кавалеромъ ордена Св. Апостола Андрея Первозванного (1786), членом совета (1787), сохранил носимия им звания по самую кончину императрицы Екатерины II, и в это время дважды предводительствовал Финляндскою армией противъ Шв.едов (смотрите Шведская война 1788 и J789 г.); Мусин-Пушкин умел съ малыми силами удержать завоеванныя крепости и земли, но действовал слишком нерешительно, почему и не увенчал себя никаким особенным блистательным подвигом. Между-темь государыня препроводила к нему за первую кампанию орден Св. Владимира 1-й степени (1789), за вторую, в день мирного торжества, алмазные знаки Св. Андрея и золотую шпагу с такими же украшениями (1790 г.). Град“ Мусин-Пушкин был взыскан и императором Павлом I, который возвел его в достоинство шефа кавалергардского корпуса (1796) и генерал-фельдмаршала (1797), и пожаловав ему 4,000 крестьянъ в день своего коронования. Он скончался в Москве, 8 июля 1804 года, на 69 году от рождения, и погребен въ Симонове монастыре, где супруга его соорудила придел во имя св. мученика Валентина. Он имел черезвычайно доброе сердце, был обходителен и отличался благородным образом мыслей, видным ростом и красивой наружностью до самой старости. Ему сле-Гоиит. IX.
дует стоять более на ряду с искусными царедворцами, нежели с вождями. Л. П. Ии.
Мустафа-Байрактар, турецкий верховный визирь, сын крестьянина, родился в средине прошедшого столетия в Разграде; сам занимался сначала земледелием, потом торговал лошадьми и наконец поступил в войско Ру-ицукского наши. Он отличился в войне против возмутившагося Насвана-Оглу, и однажды своеручно отнял знамя у неприятеля, почему и получилъ прозвание Байрактар, то есть зиаме-носец. В 1804 г. был сделан Ру-щукскнм нашею, командовал, в 1806 году, корпусом войск против Русских ии отличился в маловажном деле при Мнсагиб-Кию. В следствие возмущения янычар, окончпвшаи оси низведением с престола султана Селима III ии казною верховного визиря, Байрактар сделался главнокомандующим войсками на Дунае. Он поспешил заключить перемирие с Русскими, двинулся к Адрианополю и занял Константинополь. Там он отрешил отъ должности муфтн ии улемов, которые участвовали в восстании -28 июля 1808 года, и обложил сераль, требу а возвращения престола Селиму III. ИИосл I; краткого сопротивления, он вломился в ворота, но на пороге нашел тело, только-чго умерщвленного султана. Баии-рактар этим не был остановлен; он освободил Махмуда II, юного брата МустаФЫ IV, из рук подосланныхъ уже убийц, и возвел его на престол, заключив Мустафу в темницу и предав казни всех его сообщников. Благодарный Махмуд наградил Бай-рактара саном верховного визиря. Оиь ревностно занялся улучшением полиции в Константинополе, снабжениемъ города жизненными припасами и уничтожением янычар, которых намерен был разделить по вновь сформированным тогда регулярным войскам. Янычары взбунтовались (10-го ноября), разбили пизирьское войско и
Г 2
проникнули в сераль, где Байрактар, приказав умертвить Мустафу IV, заперся в пороховой башне и, при вторжении в нее янычар, взорвал себя на воздух, вместе со множествомъ врагов. (Pierers Univers. Lex.).
МУСb, бывший матросом, потом гражданином в Голландии. Во время пребывания своего в Саардаме, Петр Великий особенно полюбил его и, пригласив ехать в Россию, избрал капитаном корабля, на котором намерен был прослужить все степени морской службы. 60-тп пушечный корабль, построенный Негром В. в Амстердаме, отправлен был в Архангельск, под командою Муса. Окончив путешествие, Петр прибыл в Россию и будучи в Архангельске, явился к Мусу, приняв звание каютного юнги. После долгого изумления, умиленный Мус приказал царю взлесть на мачту и развязать парус: отважность Петра в,исполнении столь трудной при волнении работы заставила Муса трепетать за жизнь государя. Но когда он заметил, что царь остался доволен, то велел ему подать себе трубку; потом принести из каюты бутылку вина. Взглянув тогда на Петра, ожидавшего новых приказаний, Мус призадумался, посмотрел пристально на монарха, и красноречивая слеза привязанности и умиления оросила мужественное лицо его. Он поднял кубок и воскликнул: «Да здравствует величайший из царей I» Впоследствии Мус-и,
пособлял Петру В. строить в Воронеже военный корабль, по образцу голландских. А. П. И.
МУТИНА (нынешний Модена, в герцогстве того же имени). Город ссии, как полагают, был построен Туе-цийцами, потом завоеван Галлами, у которых отняли его Римляне, после кровопролитной победы, одержанной, 184 года до Р. X.′ консулом Мерулою над Бояпами. Мар кг. Антоний (смотрите эго имя) осадил, 44 года до Р. X. в Му-тине противника своего, Децима Брута, по был разбит соединенными силами Октавиана и консулов Гирция и Нансы, которые оба пали в сем сражении. Скоро потом заключен былъ тут второй триумвират между Антонием, Октавианом и .Иепндом. (Pierers Universal-Lexicon).
ГЛУОТЕНСКАЯ ДОЛИНА (Muolla-Tlial). По переходе через гору Сан-Готард и взятии Чертова моста, Суворов дошелъ до АльторФа. Там он убедился въ невозможности проникнуть в кантонъ ПИвиц иначе, как Муотенскою долиною, куда вели тропинки, проходимыя для одних охотников. Небольшая его армия, одолевая уже Неимоверные труды, опасности и лишения, снова должна была бороться ежедневно с природою и неприятелем. Дожди превратили ручьи в порывистые потоки, крутыя стези сделались еще скользистее; солдаты шли босиком; лошади и лошаки почти все пали; снаряды и припасы истощились; авангард должен былъ почти везде прорываться силою, а вскоре и арриергард был угрожаем нападением. Нужна была редкая сила воли, чтобы не упасть духом при этих обстоятельствах. В самое же это время распространились первые слухи о поражении Корсакова и Гоца, об отступлении Иелашпча и Линкена (смотрите Цюрих, Jumna и Моллисв). Су-I воров приказал 16-го (27) сентября | авангарду двинуться к Муотенской до′ лине. Весь переход составлял не боиее 15 верст, но был так затруднителен, что шедшие впереди 500 спешенных казаков употребили на него 12 часов, дивизия князя Багратиона 20 часов, а вся армия 60 часов. 11о узким тропинкам и мостикам, черезъ пропасти, едва можно было пройти но одиначке без чужой помощи : растянутые батальоны должны были на удобных местах вновь останавливаться и собираться; в тылу раздавался гулъ сильной пальбы, которою провожалъ Лекурбърусский арриергард. Подтверждение несчастных для Русских и Австрийцев событий на Лиммате и Линте, побудило Суворова отказаться от намерения пробраться в кантон Шпиц; он приказал войскам выступить, 19-го, через Клёнскую в НижнююЛинт-скую долину, но оставил в Муотен-ской генерала Розенберга с 5,000 человек в арриергарде.
17 (28) сентября Массена вступил с дивизией Мортье (7,000человек) в Швнц, приказав бригаде Луазона следовать туда же. 19 (30) была сделана рекогносцировка по Муотенскоии долине, вследствие которой узнали, что Суворов с главными силами уже находится на Линте. Массена решился атаковать на другой день Розенберга, который с 8-ю батальонами, расположенными в две линии, занимала, всю ширину Муотенской долины. французы повели атаку 8-ю тысячами человек всякого рода войска. Русские отразили решительно первый натиск, потом, сами бросились в штыки и дрались съ отчаянною храбростию. французы такъ были поражены этой неожиданною атакою, что обратились назад и ииь величайшем беспорядке отступили къ Швнцу, оставив на месте 5 нушекь и 2,000 человек убитыми и. взятиями въ плен. Этот изумительный успех, При столь невыгодном положении Русских, должно приписать необыкновенной их храбрости и самонадеянности Массены, который углубился в доливу, не заняв предварительно высоты.
Розенберг, ио назначению своему, не мог воспользоваться приобретенными успехами, остался еще день в долине, а 4 го октября прибыл ь к Глару-су. (См Швейцарский поход Суворова). (Milit. Convers. Lex.). А. М.
Мухаммед II, султан турецкий, родился 1430 г. вступил на оттоманский престол в 1451 г. по кончине отца, Амурата II, и умерщвлении брата Ахмета. Утвердив сначала все договоры, ′заключенные его предшественникомъ с другими державами, он стал заниматься планом к окончательному покорению Восточной империи, взятиемъ Константинополя. Осада этого города на суши и на море началась в апреле 1453 года и уже 29 мая исчезло имя Византийского государства (смотрите Л’он-станвшнополь). Му хаммед перенес туда свою резиденцию, восстановил разрушенные стены, построил известные Дарданельские замки (смотрите Дарданеллы) и поступил кротко и великодушно с новыми своими подданными. В 1454 году он вторгнулся в ′Сербию, овладел Островицем, но не могъ взять Семендрию и возвратился в Адрианополь. Турецкий корну с в 32,000 человек, оставленный на Мораве, под начальством Фнрус-Бека, был разбит
Сербами.Мухаммед заключил с ними мир, но въеледующем году возобновил поенные действия и зпвоевалъихъ столицу, Нововербу. В 1456 г. Мухаммед, с 160,000 войска и 300 пушками, предпринял осаду Белграда, но 22 го июля принужден был снять ее, после величайшей потери в людях и орудиях. (См. Белград). За то оп покорил, в 1458 г., часть Морей, Патрасъ и Афины, а в 1460 г. и всю остальную Грецию, но не мог завоевать Албанию, обороняемую героем Насцприотом (см. это имя), и в заключенном в 1461 г. мире, должен был признать независимость ееии страны и Эпирра. Воиина, начатая с Генуэзцами за присоединение Галаты к Турецкой империи, кончилась взятием султаном Амасры; въ этом же году он разрушил последний престол Комневов, въТ-рапезонте; в 1462 г. покорен был острова. Лесбос, а весною 1463 года предпринятъ поход в Боснию, которая, по взятии крепости Бабица-Оршак и главнаго города Яйца, покорилась Мухаммеду. В след за этим Венецияне объявили ему войну. Луиджи Коредано предводительствовал их флотом, Бертольдо Эсте сухопутными силами. Весь Пело-поннез восстал на Турок. Коредано взял замок Ватнку, соединился съ Эсте в Наполн-дн-Романья, и после покорения Аргоса, приступил к укреплению Коринфского перешейка; но приближением Махмута-Пашп с сильною армией принужден был отступить. Турки снопа овладели Аргосом и опустошили горною часть Морей, принадлежавшую Венециянам. Весною 1464 г. преемник Коредано, Орасто-Джустпнь-ани, высадился на острове Лесбосе, но не мог взять Мнтилен ии переплылъ къНегропонту.где скоро потом умер; последовавший ему в предводительстве флотом, Сигизмунд Малатеста, после тщетной осады Спарты, возвратился в Италию. Начальник сухопутныхъ войск, Яков Барбариго, разбит былъ Омар-Беком при ИТатрасе и Каламате, между-тем как турецкий флот завоевал острова Имброс, Фазос ии Соркофрасель. В 1466 г. Мухаммедь сам вступил в Караманию, союзную с Венециянамн, овладел Кавалою и Копией и победою у Карамапа разрушил сие государство, существовавшее 166 лет. За то все усилия султана покорить Албанию были уничтожены геройскими подвигами Скандербека. Въ 1470 г. Мухаммед предпринял завоевание Ииегроионта. 12-го июля крепость этого имени была взята и гарнизонъ безчеловечно умерщвлен. В то же время (1470 — 1472) Венгрия, Кроацил, Каринтил и Стирия неоднократно подвергались опустошительным нашествиям Османов. Поход 1475 года въ Молдавию был менее, счастлив; а въ 1477 г. не удались осады Лепанта и Трои. Скоро потом Турки, под предводительством Омара, вторглись въ Фриуль, разбили венецианского полководца Норелло и жестоко разорили равнину между реками Иизонцо и Т.альа-менто. В течение 1478 года Мухаммедь подчинил своеq власти Трою, Скутари, Дривосто и Алессио, заключил, въ 1479 г., мир с Венециянамн и в томъ же году предпринял нашествие на Венгрию, которое кончилось сражением при Кенгеря-Мезе (смотрите это слово). Трсх-месячная тщетная осада Родоса была последнее военное действие Мухаммеда: он умер 3-го мая 1181 г., во время приготовления к новому походу, покорив в свое царствование две империи (Византийскую и Трапезундскую), королевства Сербии, Боснии и Албании в Европе; Кастемуни и ииараманию в Азии, острова Негропонт, Кефалонию, Лесбос, Лемнос, Тенедос, Имброс и Фазос и более 200 городов (Milil. Conver. Lexicon). Б. .1. II. 3
Мушкель, есть деревянный молоток, употребляемый при обделке и накладывании такелажа на место и при кан-Форивании кабаляринга. Л. И 3.
Мушкетер. мушкетерами назывались солдаты, вооруженные мушкетами О времени и месте первого их сформировании историки Несогласны. В войсках Карла V, при каждом значке или роте пехоты было по десяти мушкетеров, которые всегда находились впереди строя, получали ежемесячно по ИО гульденов жалованья, и пользовались особенным уважением. Впоследствии число их было увеличено до 15 человек. Во время похода герцога Альбы в Нидерланды, хорошие мушкетеры почитались столь важными, что каждый из них получал жалованья по 4 червонца в месяц и имел слугу, для ношения за ним мушкета. Мушкетеры скоро введены были во всех армиях, и мало-по-малу заменили в них прежних гакенщиков (Hacken-schiilzen)t так-что, в начале ХУ И столетия, пехотные войска состояли только из копейщпков и мушкетеров; последние сперва составляли только половину числа людей, но когда убедились в пользе их, то число это воз-расло до 2/з всего войска; таков был состав врйск в продолжение всей Тридцатилетней войны. Впоследствии Шведы сделали изменение. Густав Адольф, особенно уважая огнестрельное е, облегчил значительно-мушкеты, и с тех пор подпорки или вилки сделались невужными. В, конце XVII столЬтия нынешния заменили мушкеты, сперва во франции, а вскоре потом и во всех других армиях. -
Еще должно упомянуть, что до французской революции и в царствование Людовика XVIII и Карла×часть французской гвардейской пехоты, составленная исключительно из дворян, именовалась королевскими мушкетерами (Mousquetaires du Roi) и роты ся различались цветом мундира — Mousquetaires gris, bleux, rouges etc.
(Hoyers Geschicbte der Kriegskunst).
Э. R.
Мушкетон. Так, по мнению неко торых писателей, назывались сперва небольшия орудия, бросавшия ядра от 20 до 28 дотов. Впоследствии стали давать сие название особому роду карабинов конницы, который отличался от обыкновенных тем, что широкий ствол его оканчивался в виде продолговатой воронки, посредством коей рассыпал заряд (10— 12 небольших нуль) на довольно значительное пространство. В 1760 году Австрийцы воли первую шеренгу своих кирасирских полков мушкетонами, и сохранили их до 1809 года, хотя другия войска давно уже перестали употреблять их, по недальному полету и слабому действию этого я.
Мушкет, старинное огнестрельное е в пехоте, которого свинцовая весила 4 лота, а потом 3 и 2 лота. Стрельба производилась в начале посредством Фитиля, а потом замкл. Это е весило до 15 фунтов, а поэтому каждый мушкетер, для удобного ношения и действия, имел подушечку на иравом плече, и так называемую вилку для прицела, да сверх ь того, особенный, изобретенный Голландцами, фНти.иыиик из желтой или белой жести. В последствии мушкеты весили только 10 фунтов. Э. К.
МЕНДЗИРЖЫЦb. небольшой город Сед-лецкой губернии царства Польского, у соединения речек Жны и Кржны, на шоссе из Варшавы в Брест Литовский, которое на этом месте делаетъ большой изгиб к югу. Кроме шоссе, отходят из Мендзиржыца большия дороги : к северу, в Лосице и Сар-нак, к, югу, в Радзин и Парчев, к востоку в Ломазы, и оттуда, какъ через Гощу в Воден, так и черезъ Пещац в Терасполь и Брест. В шести верстах за городом но шоссе къ Бресту лежит на возвышении, позади болотистого ручья, дер. Рогозница.
Дела при с. Кринках и г. Мепдзир-жыне, 46 и 47 августа 4S54 года.
В то время, когда главная русская армия, под начальством Фельдмаршала графа Паскеянча-Эриваиского, приближалась к Варшаве со стороны Ловича, новый польский главнокомандующий генерал Круковецкий отрядил два корпуса на правый берег Вислы, чтобы разбить находившиеся там рус- ские войска, и заняв пространство до Седльца и Плоцка, доставить в Варшаву жизненные припасы, в которых начал оказываться чувствительный недостаток. Первый корпус,подъ начальством Ромарино, состоял изъ двух пехотных дивизий (Серавского и Белинского) и четырех бригад кавалерии, (всего до 20,500 ч. с 42 орудиями), и должен был напасть но Брестскому шоссе на генерала барона Розена; другой корпус, составленный из одной кавалерийской дивизии с ея артиллерией и несколько пехоты, йодъ начальством Лубенского, направился в Плоцкое воеводство против слабаго отряда генерала Дохтурова.
Войска генерала барона Розена рас-ноложсныбыли тогда следующим ь образом : корпусная квартира и главная часть корпуса в Дембевельках, имея передовой эшелон в Олшаве; авангард генерал-лейтенанта Головина в Милосне, с передовыми постами подъ Прагою, в Зержене и Карчеве, для содержания сообщения с отрядом генерала Герштенцвейга, когоро′му поручено было строить мост у Гуры-Кал-варин. Сила корпуса (£4 и 20 пехотная дивизии, 2-я бригада 6-й уланской и два полка казаков) не превосходила 10,000 человек с 42 орудиями; сила авангарда (четыре полка 7-й и один 25-й пехот-ноии дивизии, 1-я бригада 6-й уланской и 2 казачьи полка) доходила до 6,500 ч. при 22-х орудиях. Генерал Розенъ имел предписание выманить сколько можно более неприятельских войскъ из Варшавы и отступать потом къ стороне Седльца, или же содействовать атаке Варшавы нападением на Прагу.
10-го августа Ромарино вышел из Праш и поворотив через Саскую-Кем-пу на Зержен и Ииарчев, выгнал, а частью и захватил в плен, стоявшие там русские отряды; из Карчева оннаправился через Осецк, и Гарволин к Зелехову, в обход левого фланга барона Розена, которыии отступил меж-ду-еемь в Надушив и за р. Костр-жпн, а генерал Головин в Мнинск. Получив верные известия о направлении Ромарино, 6-й корпус и авапгардъ его двинулись 13-го числа к Латовичу и Сточку, чтобы атаковать мятежников с фланга; но узнав от посланных к Зелехову партии о превосходстве их сил и стремительном наступлении к Лукову, в тыл русского корпуса, барон Розен поворотил къ Розе и проселочною дорогою через Грен-жсвку достиг, 16-го августа в полдень, до ′села Кринки в то самое время, кагда Поляки вступали в Луков. Авапгард Головина остановился въ Кринках для удерживания дальнейшого наступления Ромарино; Розен съ главными силами корпуса продолжалъ отступление свое к Мевдзпржыцу, оставив однакоже эшелоны в ВЬрж-ннках и Высокине.
В 6 часов вечера Поляки выступили из Лукова против авангарда Головина, которыии, ие смотря на то, что был вчетверо слабее неприятеля, хладнокровно ожидал их у опушки леса, лежащого против селения Кринки. Пехота стояла в самом лесу; Татарский уланский полк и казаки были па правом фланге; 2 эскадрона Польского уланского и два батальона Муромского пехотного полков в резерве. Неприятель, открыв дело сильною канонадою, устремил три полка кавалерии на напгь правый фланг, но был остановлен мулиеством Татарских улан и, подоспевших на подкрепление их, двух батальонов 13 и 14 егерских полков, которые отбили три отважные атаки польской конницы. Между-тем начало темнеть и авангард отступил в совершенном порядке к Вержцикам, где был подкреплен тремя полками 6-го корпуса. Поляки напирали стремительно с фронта и в то же время старались обойтиавангард слева, направляясь лесами на Видовы; но были открыты и удержаны бросившимся туда с охотниками 48 егерского полка генеральнаго-штаба полковником бароном Зедде-лером и последовавшей за ним бригадою генерал-маиора Фези, причемъ сам Ромарино, предприняв рекогносцировку в темноте ночи, едва не былъ взят в плен. Потеря нашего авангарда простиралась до 20 офицеровъ и 450 нижних чинов, но он не лишился ни одного орудия, или другаго трофея, хотя был несколько раз окружен неприятельскою конницей и принужден пробиваться штыками.
17-го августа по утру, 6-ии корпус расположился в позиции у Мепдэир-жыца. Генерал Головин занималъ самый город и устроенные по ту сторону речек батареи; 24-я и 25-я дивизии стояли между Варшавскимъ шоссе и дорогою к Маньи; впереди их проходила глубокая канава; конница была сосредоточена на нравомъ крыле. Позиция,эта, неприступная с левого фланга, довольно сильная с Фронта, вовсе не была прикрыта справа. Ромарино не замедлил воспользоваться этим обстоятельством. Он занял барона Розена Фронтальными атаками, а между-тем послалъ сильную колонну влево на Манье и Ко-шерикн, чтобы обойти 6-й корпус и стать в тылу его у Рогозниц, чему не мало способствовало лесистое местоположение и изгиб шоссе. Генерал барон Розен, во исполнение предписания Фельдмаршала — не вступать в дело с превосходным в силах неприятелем, — начал отступать, когда донесли ему о занятии Ро-гознпцы мятежниками. Он отправилъ туда генерала Вернаховского с Волынским и Замосцким пехотными, 45 егерским и Волынским уланским полками, но они были стремительно атакованы, приперты к болоту и частию разсеяны, частью истреблены гораздо сильнейшим неприятелем; генерал
lie pua ховек i ii, uoj копни к граф Ору рк, многие штаб и обер-офицеры и до
1,000 че.т. нижних чинов были взяты в плен и захвачена часть обоза. Въ то же время дивизия Серавского ударила на Мендзиржыц и всю линию 6-го корпуса, но была отбита убийственным огнем русской пехоты и артиллерии. К вечеру Розен, пндя прямую линию отступления пресеченною неприятелем, обратился через Мнрозин и Козлы к Ломазам, куда прибыл 18 числа, а на следующий депь, через Пе-щац, достиг Тирасполя. Генерал Голопин держался несколько часов въ Мендзиржыце и потом пошел за главным корпусом. Поляки преследовали слабо и 19-го августа достигли только до Пещаца. 20-го числа они заняли авангардом своим Малашевпчп, откуда, ночыо на 21-е число, небольшой летучий отряд пробрался даже в Тс-располь, и встревожив 6-й корпус, отступил как и все силы Ромарино к Биале и далее к Седльцу. Там получено было известие о падении Варшавы, которое Ромарино, без сомнения, ускорил опрометчивым своимъ наступлением до Бреста. (См. статью Польская война 4S51 года).
В. J. И. 3.
Мера, величина, служащая для определения друиих величин одного с ней рода. Так например: сутки, час, минута и прочие суть меры, служащия для измерения времени; дюйм, фут, сажень и проч. меры пространства; золотник, Фунт, пуд и прочие меры весов. Подобным образом в каждом роде величин находятся свои меры. Выбор меры KaKoron6q рода величин совершенно произволен; но стараются избрать такую, которая бы была постоянна и не могла изменяться от времени или обстоятельств, и притом могла бы удобно измерять все другия величины того же с ней рода. Если выбор одной меры, какого-либо рода величин, сделан, то другия меры составляют некоторую. определеннуючасть этой нормальной меры, или состоят из гиескольких величин этой меры. Так обращение земли около пси дает постоянную и неизменяемуЮвМеру времени—сутки; 24 часть суток составляет час— другую, меньшую меру времени; а 365 дней дают год—новуио большую меру времени. За нормальную меру иространствапринимают во франции десяти-милионную часть дуги парижского меридиана, простирающейся от полюса к экватору, и называют ее метром. Эта мера, как видно, происходит от нормальной меры, представляемой вам природою, именно от четвертиокружностиземного меридиана, которая постоянна и неизменна. Тысячная часть метра, или миллиметр, составляет меньшую меру пространства. —У нас за нормальную меру пространства принимается фут, которого определяется отношение к метру и, следовательно, отношение к четверти окружности земного меридиана От Фута происходят уже другия меры пространства или линий, например: 12 часть Фута будет дюйм, а 7 Футов составят сажень. Меры поверхностей или квадратные, происходят от мер пространств или линейных мер, например: квадратный Фут будет квадрат, у которого каждая сторона равна Футу. Меры вместимостей также получают посредством линейных мер, например: куб, которого сторона один Фут, может составить нормальную меру вместимостей или кубическую меру. Для определения нормальной меры веса может служить количество перегнанной воды, заключенное в известную кубическую меру, например в кубический Фут. От этих нормальных мер, через простое раздробление или умножение их, получают другия, меньшия или большия меры. Помощию этих нормальных мер можно уже определить нормальные меры и для величин другого рода. Например: нормальная мера вещественных монет должна состоять изопределенного по весу количества ня-вестного металла. С. И. 3.
Местничество, как и самое слово означает, было состязание, рассчет о праве на места и должности по службам военной, придворной и гражданской. Это право основывалось не на личных способностях, плп знаменитых заслугах состязателей, но на старшинстве должностей целого рода и поколения; а от того часто самый неспособный воевода, имея предков и родственно ков, которые занимали высшия должности, по правилам местничества, брал преимущество перед тем, кто не имел подобного рода архивных доказательств на свое предпочтение.
Первые следы местничества встречаются при Димитрии, Донском, возвысившем Москву; совершенно же развилось оно при Иоанне 111 (1), размножилось при сыне его Василие, и соделалось настоящим государственным учреждением при Иоанне Грозном, который письменным законом указал оному правила и пределы.—Можно ли (пишет Бутурлин) осуждать в беспечности и послаблении государей, отличившихся необыкновенною дальновидностью и черезвычайпою твердостию, часто доходившей даже до лютостие Не должно ли, напротив того, полагать, что государи сип сами желали введеиия местничества, не без важных на то политических причин, которые даже и угадать не трудное Стоит только вспомнить, что главнейшим государственным делом того времени было водворение единодержавия, начатое уже покорением князей удельных. Для упрочения оного, нужно было уничижение их потомков, и московские государи, с свойственною им проницательностию, избрали для этого орудием местничество. Как служба в московском войске была первою обязанностью покоренного удельного князя, то неминуемо он должен был находиться под начальством боярина, коему вверено было войско. Сию случай-ную подчиненность старались обратить в постоянную. Есть врожденное чувство, даже и в наше время в сердцах не совсем угасшее, но коему сын знатного сановника считает себя выше сына чиновника, поде начальством отца его служившого. Основываясь на сем, местничество постановило правилом, что когда кто начальствовал над кем, то сын начал- ствовавшего не может без позора находиться на службе ниже сына того, кто был подчинен отцу его. Таким образом в новоучреждаемои в XVI веке аристократии для подавления прежних знатнейших родов, Квашнины, Бутурлины, Воронцовы, Шереметевы и многие другия дворянские Фамилии, вступили на высшую степень достоинства перед князьями Долгорукими, Лобановыми, Гагариными и прочими потомками Рюрика. В сем положении могли ли сии еще мечтать о правах своих па престол великокняжескийе
Местничество было учреждение довольно мйогосложное. Воинские и придворные должности разделялись на разные степени достоинства. Так например: первый воевода большого полка, то есть главнокомандующий, почитался степенью выше первого воеводы правой руки, а этой степенью выше первого воеводы передового полка, и следственно первый воевода большого полка был уже двумя степенями выше первого воеводы передового полка и так далее. Также не все сыновья одного отца пользовались одинаким старшинством. Напротив Того, если взять в
пример двух отцев А и Б, из которых у А было три сына В, Г и Д, а у Б также три сына Е, Ж и 3 и ноло-
А Б
жить, что Л был выше Б одною степенью, то В будет иметь преимущество одной же степени над Е, двух степеней над Ж и трех над 3; Г будет равен Е, одною степенью выше Ж, и двумя степенями выше 3; .наконец Д будет одною степенью ниже Е, равен Ж и одною степенью выше 3.— Легко себе вообразить, что в многочисленных семьях рассчеты сии производили довольно запутанности, и часто лишали правительство возможности употреблять людей по мере их дарований. Но сии неудобства, хотя и действительные, были преувеличены писателями, всегда и без всякой разборчивости охуждавшими местничество.В важных случаях, где государственная польза требовала более иметь в виду настоящее достоинство лиц, чем воспоминание о заслугах предков, царь останавливал действие местничества, приказывая служить без мест. Тогда никто не мог отказаться поступить под начальство к тому, над кем имел старейшинство, но за то такого рода случаи записывались в разрядах с отметкою, чтобы оными никогда не руководствоваться, а считать их действиями небывалыми и, следственно, оставлявшими всех чиновников при прежнем их старшинстве. Хитросплетенный механизм этого глубокообдуманного учреждения действовал так удачно, что одного века достаточно было для довершениа унижения княжеских родов без всяких самопроизвольных и угнетательных мер.
За то—каждое знаменитое для государства событие: торжественные праздники, царские выходы и царские столы, церемониалы при представлении посланников и проч. влекли за собою споры, неудовольствия, судебное разбирательство ио местничеству. Случалось, что когда государство гибло от нашествия неприятельского, воеводы спорили о старшинстве. За неправильное местничество их сажали в тюрьму; выдавали головою, где обвиненный должен был униженно присить прошения у обиженного, и не вставать до тех иор, пока он, не вычтя ему всех своих неудовольствий и оскорбле-ний, не поднимет его и не скажет: повинной головы и мечь ие сечет; Бог тебя иростить! били батогами, взыскивали безчестье в пользу обиженнаго; сажали в железа, наказывали кнутом, ссылали в Сибирь.
В местничестве скрывается одна из главнейших причин наших неудач в древних войнах. Воеводы, получив назначение к походу или нападению на неприятели, не тотчас приступали к выполнению сего, но первоначально справлялись с своими разрядами, случаями, не подчинялись ли они таким воеводам, которых предки, или они сами, в меньших должностях бывали. В противном случае, открывались жалобы, неудовольствия, переписке; дело длилось, а неприятели не дремали. Предразсудок ь этой так был силен, что многие соглашались скорее лишиться жизни, нежели поступить иодт начальство к тому, который по местничеству не имел на сие права, говоря: что отраднее им будет умереть, нежели выполнить эту волю царскую; что назначение сие Обезчестит не только их самих, но весь их род и поколение, и затем в это же время просили суда и обороны на того, кому они подчинялись, или с которыми сравнены по службе.
Борис Федорович Годунов, удостоверившись опытами, в продолжение двух предыдущих царствований, о беспорядках происходивших от местничества, при вступлении своем на Российский престол, приказал поместить, между прочим, в избирательном акте, учиненном, 1598 августа 1: Чтобы как кому государь царь и великий князь Борис Федорович всея Руси, на своей государеве службе и у всякого дела где кому быти велит, так тому и быти; и боярам, приказным людям и дьяком, в разрядных и в земских делех кручины не приносиити ни которыми деды, ни которою хитростию.
Но несмотря на столь положительное и ясное изложенное отрицание от прав по местничеству, бояре и воеводы продолжали спорить об оном, и Борис Федорович должен был неоднократно заниматься разбором их распарей.
Со встуиления на российский престол благословенного домаРомановых, предразсудок этой начал понемногу уничтожаться Царь Михаил Федорович положил основание к тому, как видно из соборного деяния об уничтожении местничества ипопеления: чтоб, во всех его царских делах, для лучшого устроения и согласия, быти палатным и всяких чинов людям без мест.
То же самое повелел царь Алексей Михаилович в войне с Поляками и Шведами, но между-тем оставалось еще обширное поле, по другим службам и назначениям, охотникам до счетных дел удовлетворять мелочное самолюбие производствами оных. Наконец царь Феодор Алексеевич, чтоб положить конец сему злу, соборным деянием, в 7190 (1682) году, уничтожил метнйчество, приказав разрядные книги и дела по местничеству предать сожжению, а в замен того повелел составить в разряде родословные книги.
(Русский исторический сборник, изд. московским обществом истории, т. II,-СудебникъТатищева;—Древняя российская вивлиофика; — Акты археогра-Фичес. экспед.;—История смутного времени). Н. В. С.
Местность. Под этим названием обыкновенно разумеют поверхность какого-либо земного пространства со всеми многоразличными ея видоизменениями. Наука о местности (Terrain-Lehre), имеющая целью исследование местных свойств и влияния оных на военные действия, вообще разделяется па две части, из которых одна, заключающая в себе исследование в военном отношении местных свойств края, в главных чертах, называется военною географией (см слово); а другая, входящая в подробное объяснение видоизменений местности, именуется топографией (смотрите слово).
Различные свойства местности оказывают постоянно влияние, как в отношении к общим соображениям, обнимающим собою значительные пространства, так и в отношении к тактическим действиям, имеющим круг более ограниченный. Влияние местности оказывается, как на способ ведения войны, так на ход и результаты военных действий; из того явствует необходимость внимательного и многостороннего изучения как общого характера местности театра войны, так и частных ея видоизменений. Действия великих полководцев всех времен отличаются искусным применением к местности. Местность есть самая полезная книга для военного человека -г- говорит Ллоиид. Знаменитый автор-полководец, эрцгерцог Карл, основывает все правила ведения войны преимущественно па зависимости военных соображений и действий от конфигурации и свойств местных предметов.
Различные средства, для получения ясного понятия о местных свойствах стран, в разные эпохи служивших театрами военных действий,
состоят: во t-х, во внимательном изучении военной истории; во 2-х, в немногих военногеограФИческих описаниях театров войн; в 3-х, в военных обозрениях края, производимых в мирное время, либо в тылу действующей армии. Военные обозрения не только могут ознакомить с частными свойствами какой либо страны, но и дать понятие о постоянных законах конфигурации местности. Но все эти средства весьма недостаточны для того, чтобы дать подробное понятие о всех местных предметах, могущих оказывать влияние, па тактические действия: в этом отношении, ни военно географические описания, ни самия подробные топографиче ские карты не могут считаться достаточными, и потому необходимо поверять и дополнять их посредством рекогносцировок (смотрите слово), производимых в то самое время, когда предполагается приступить к исполнению действий Д/. M, Б.
Местность. Всякая местность имеет свой отличительный характер. Главные предметы, означающие его, суть: неровности, воды, поросли, поселения.
Разсматривая каждый из этих предметов в особенности, мы видим что, кроме различия, существующого между означенными родами их, есть еще другое и весьма значительное, зависящее от частных свойств этих предметов.
А) Неровности |
|2)
Иоа) Местоположение гористое выпуклости и
| Ь) | волнистое | |
|
с) |
холмистое | |
|
d) |
плоское4’ |
5. а) долины впадины |16) лощины и Jc) овраги в d) рытвины ё Ие) ямины и котловины f) балки.
текучияа) большия реки б) малия реки или речки с) ручьи
Ущёлия, про-g ходы между горами и ска-И лами и др.
на них: мосты, броды и вообще всякие переправы.
В) Воды
И2)
3)
стоячияболотаа) моря £) -озера с) прудыа) в отношении грунта иб) в отношении порослейих (дно песчаное и дно иловатое /покрытия осокою их) мхами
} лозою
I )) лесом
С) Поросли
|
леса |
а) по роду J |
лиственные хвойные (красные) мешаные (черные) |
|
д) по качеству I |
густые и дремучие редкие молодые старые | |
|
кустарники j |
а) собственно кустарники |6) лесные кустарники | |
| 1 1) собственно | самия се-1 ления |
/а) города Ь) местечки с) села и деревни (d) отдельные здания |
1 примеч. каменные, де-и ревянные. | |
|
D) Поселения |
2) сообщения |
иа) большия дороги |д) малия дороги (с) тропинки |
г —тьь !!и Иииопы
земли Iс ВЬ,Г0НЬИ
зем и Id) пустыри, сады, огороды и проч.
Все же предметы, представляемые местностию, обозначаются на аланах посредством рисовки, следовательно для точнейшого выражения оных., рисование или вычерчивание этих предметов должно быть сколь можно более систематическое. Для этого изобретены и утверждены в генеральных штабах армии особые условные знаки (смотрите это) для изображения вод, лесов, селений и проч. Относительно же изображения на планах неровностей место положения, существуют различные системы ситуации. Самая употребительная из них, принятая и у нас, есть система Лемана. (См. Леман и его система ситуации). Б. Л. И. 3.
Место в морском языке имеет следующия значения: 1) место сражения есть часть моря, где происходило сражение между флотами; 2) место корабля на карте есть точка на море, где корабль, по наблюдениям или по счислению, находится; 3) войти в место, удержать место в линии — значит следовать или находиться за тем кораблем, за которым предиисано от адмирала держаться; 4) садить или тянуть веревку до мЬста, значит тянуть столько, сколько нужно для совершения какого-либо действия, и тому подобное.
А. И. 3,
Месяцеслов морской или АСТРОНОМИЧЕСКИЙ, есть собрание таблиц, в которых помещают различные элементы, относящиеся до небесных светил, как например прямое восхождение, склонение солнца, луны и проч. разстояние луны от избранных светил и прочие, для различных моментов каждого астрономического дня в продолжение целого года. Эти элементы служат вспомогательным средствомъ при определении географического положения места на море и на земле по астрономическим наблюдениям. Для мореплавателя подобной месяцословъ необходим и важен, как важна его безопасность; а потому в настоящее время этн месяцословы составляются с величайшей точностью и полнотою за несколько лет вперед, хотя еще не прошло столетия от появления первого, весьма краткого и ограниченнаго подобного месяцеслова. Морской месяцослов, издаваемый у нас при гидрографическом департаменте морска-го министерства, принадлежит к числу лучших подобного рода изданий.
С. И. 3.
МЕСЯЦb, двенадцатая часть года. Название месяцев,употребляемое теперь во всех европейских державах, перешло от Римлян. При Ромуле годъ состоял из 10 месяцев, по 30 дней в каждом. Первый месяц был посвящен Богу воины и назван (Маг-tius) март, второй (Aprilis) апрель, т. е. солнечный или нагревающий, третий (Maius) май, месяц старцев, четвертый (Junius) июнь, месяц юношей; остальные назывались но порядку : (Quintilis) пятый, (Sexlilis) шестой (September) седьмоии, (October) восьмой (November), девятый и (December) десятый.
Преемник Ромула, Нума Помпилий, видя несообразность счисления времени
ft
с временами года, прибавил еще два месяца, непосредственно перед siap-том, и посвятил первый Богу мира — Янусу, назвал его (Jatiuarius) январь, а второй установил для жертвоприношении и назвал его (Febfuarius) и>ев-раль или жертвенный. Нума-Помшилий положил считать в марте, мае, пятом и осьмом ио 31 дню, а в прочих по 30.
Юлий Цесарь, сделав исправление календаря, произвел и в числе дней месяцев также перемену,именно: положил считать по 31 дню, начиная съ первого через месяц, то есть в январе, марте, мае, пятом, сентябре и ноябре было тогда но 31 дню, а в прочих но 30, исключая Февраля, который в високосном году имел 30, а въ простом 29 дней.
Римский сенат, в честь своего императора Юлия, назвал пятый месяц июлем. Во время Августа Цесаря, Римъ счел уже обязанностью посвятить месяц имени этого императора: шестой месяц назвали августом, и желая, чтоб этот месяц ни в чем не уступал Юлиеву, положили его в 31 день, отняв отъФевраля один дснь,так-что в високосном году Февраль сделался в 29, а в простом в 28 дней. Числительные имена последних четырехъ месяцев обратились в собственныя Чтобы не было сряду трех месяцевъ но 31 дню, положили считать в сентябре и ноябре ио 30, а в октябре и декабре по 31 дню. Теперь мы употребляем эти самия названия месяцевъ и с тем же числом дней; но предки наши, Славяне, месяцы называли сообразно времени года; так например: январь—сечснь, Февраль — лютый, март — березозоль, апрель—тра-вень, май — цветень, июнь — чернец, июль — липец, август — серпень, сен-тнбр—бресень или рввень, октябрь— паздериши, ноябрь —листопад, — декабрь — грудень или студень. С. И. 3.
МЮЛЬБЕРГb, юрод в Мерзебург-ском уезде, в Пруссии, па реке Эльбе.
Сражение 24 апрели 1547 года.
КурФИрст Саксонский, ландграф Филипп Гессенский ии многие другие князья, как защитники Протестантской религии и члены Ш.чалькальденского союза (смотрите это), были вовлечены в войну съ императором Нарлом V. В 1547 году курфцрст вторгнулся в области герцога Морица Саксонского (смотрите это имя), — протестанта, но из политических видов принявшего сторону императора,— овладел Гроссенгаиином, но должен был снять осаду Дрездена. Император и брат его, Фердинанд, король римский, с невероятною но тогдашним временам быстротою, собрали при Эгере 35,000 войска, н, соединившись с герцогом Морицом, расположились в позиции на реке Дне, между Ломачем и Мюгельном. Кур-Фирст, узнав, что неприятель действительно к нему приблизился, перешел Эльбу у Чейленберга и, 21 апреля, велел сжечь за собою мост. 23 числа, он привел в Мюльберг свою ослабленную побегами армию (всего около 10,000 человек), а между-тем иоии-ско императора, закрытое туманом, достигло Стрелы. Мгла рассеялась, иимперские всадники, высланные на рекогносцировку, заметив за Эльбою неприятельские Форпосты, и небольшие конные отряды, защищавшие разобранный мост, завели с ними перестрелку. Легкая венгерская конница и испанские аркебузиры бросались на помощь своему авангарду, и Испанцы из своих длинных пищалей открыли такой сильный огонь, что Саксонские Форпосты обратились в бегство. Безпечный курфнрст в это самое утро присутствовал при отправлении Божественной службы в своем лагере. Получив наконец достоверное известие о приближении императорской армии, он решился выступить в Виттенберг и отправил вперед к Ло-хауерскоии степи (Haide) часть пехоты с тяжелыми орудиями и обозом. Съ небольшою частью своей кавалерии онъ намерен был удержать неприятеля. Между - тем несколько псиаискихъ смельчаков, взяв свои мечи в зубы, переплыли реку, овладели несколькими судами и привели их на левый берег. В то же самое время один мельник, из мщения к воинам курфиирста, накануне отнявшим у него лошадь, указал солдатам герцога Морица брод через Эльбу. Немедленно 1,000 всадников перешли по нем реку и двинулись к Мюльбергу. Вслед за ними переправились император,братъ его фердинанд, герцоги Мориц и Альба, Филипп де-Ланнуа, Антоний де Толедо и Батист Сппнола с остальною конницею; пехота с артиллерией перешла по снова наведенному мосту. Карл V, не дождавшись ея, кинулся с одною конницей при воинском крике : «Святой Георгий, Бургундия и Испания!» на армию курфир-ста, которая в превосходной позиции стояла в трех милях от Мюдьбер-га, примыкая тылом к Лохауерско-му лесу; Фронт ея был прикрытъ болотами и ямами, наполненными водою. Словами: «Слово Божие пребудетъ от века в векъ!» курфнрст возбудил свое войско к упорному сопротивлению. У него был недостаток в пушках, которые оп отправил ише-′ ред; но пехота его производила столь сильный огонь, что первия атаки императорской конницы не имели успеха. Скоро однакоже саксонские стрелки истратили свой порох, и когда герцог Мориц, воспользовавшись этим, снова атаковал их, онн могли про-тивоставить ему весьма слабую оборону. Конница курфиирста первая стала отступать и привела в беспорядокъ свою пехоту, императорская кавалерия стремительно бросилась на своих противников, и Саксонцы, рассеянные на отдельные толпы, обратились въ бегство. Полковник Рекродт собралъ несколько отрядов пехоты и оказалъ мужественное сопротивление превозмогавшему неприятелю, но наконец вместе с прочими ускакал в Виттенберг. Ииурфиирст был настигнутъ легкими имперскими всадниками в Швейцарском лесу, близ селения Ки-бииь, и после упорной обороны, получив рану, должен был сдаться шталмейстеру Морица, Тило фонъ Троттё. Сам король Фердинанд засвидетельствовал, что если бы все сражались подобно курфирсту, Штерны потерпели бы поражение.Курииринцъ с 400 человек достиг Виттенберга. 17 знамен, 9 штандартов и вся тяжелая артиллерия была трофеями победителей: многие саксонские вожди, и между ними герцог Эрнст Брауншвейгский, попали в плен. Число раненых и убитых неизвестно. Нмперцы, после трехдневного отдыха, двинулись къ Виттенбергу, который 23 мая сдался им на капитуляцию. Эта битва имела великое влияние на Саксонию : она отд елила ее от Шмалькальденского союза. Достоинство курфиирста было передано герцогу Морицу, т. е. перенесено въ младшую, поныне царствующую линию Саксонского дома. M. 11. С.
Мешок земляной, Sandsack, sac jerre, сшивается из холста; по наполнении землею, завязывается шнуромь и получает размеры : в длину 2 ф; в диаметре Г,Д ! его вес от 40 до 45 фунтов.
Мешки с землей назначаются: а) для устройства брустверов на местности каменистой, (на каждую куб. саж. от 300—350 мешков); в) для одежд крутостей в местах безлесных и песчаных, за недостаткомъ дерна или другого материала, (на каждую кв. саж. от 12 — 20 мешков); и с) для составления бойниц но скату бруствера, укладывая мешки так чтобъ два мешка с наложенным на нихъ третьим мешком, составили отверстие около 6 дюймов, (на каждую погонную сажень 9 мешков). Р. Г. А.
МЮЛЬГАУЗЕНb, город в Верхнсрейн-ском департаменте.
Кавалерийское дело, 29 декабря 1674 иода.
После сражении при Энзисгейме (смотрите это слово и статью нидерландские войны), обе враждебные армии стали на канто-вир-квартирах. Имперские войска, под предводительством курфиирста бранденбургского, заняли пространство между Рейном и Вогезскпми горами, от Кольмара до Бельфорта; французы, под начальством Тюреноя, квартировали в Нижнем Альзасе. Тюреннь вознамерился, в течение зимы, выгнать своих противников из канто-нир-квартир, и, после движения вдоль но западному протяжению Вогезскпхъ гор, пошел с 18,000 войск к Бельфору в тыл Имперцев, которые, узнав о приближении его, собрали часть своей армии и обложили Брейзах, а потом отступили к Энзисгеииму. 29-го декабря Тюреннь от Бельфора двинулся к Мюльгаузену; но в быстромъ марше мог привести с собою только три кавалерийские бригады. Близ Мюль-гаузена он напал на 3—4,000 имперской конницы, которая, прикрывая отступление своей пехоты, стояла на правом берегу Иля. Тюревнь, перейдя вту реку в брод, немедленно атаковал неприятеля. Имперская конница, после храброго сопротивления, была рассеяна; часть ея пустилась к Энзисген-му, а другая к Базелю. Число убитыхъ и раненных было весьма незначительно; Немцы потеряли пленными-20 офицеров и 300 нижних чинов. Имперский нолк Порции, числом 900 человек, оттесненный к Бранштадену, черезъ два дня, по прибытии туда французской пехоты, сдался военнопленным.
M. Я. С.
Мюльдорф, город в Баварии, в Изарском уезде, на Инне.
В 1257 году Оттокар, честолюбивый король богемский, стремившийся к обладанию Германией», воспользовался раздором сыновей Оттона, герцога баварского, Гевриха и Лудвига, и вступил в Баварию. Силы герцога Лудвн-
Tou» IX.
га были маловажны; Генрих, находившийся в то время на Рейне, не был расположен защищать своего брата. Оттокар, овладев Нейбургом на Инне и Шардингом, со всей своей армией приблизился к Ландсгуту. Тогда Генрих, для спасения отечества забывший семейную вражду, с сильнымъ войском поспешил соединиться съ братомь. Баварцы, одушевленные примирением своих государей, двинулись против Богемцев, и у МюльдорФа, после жестокой битвы, обратили ихъ в бегство. Деревянный мост у этого города подломился под бежавшими, и великое число Богемцев погибло въ реке. Оттокар немедленно заключилъ мир с своими противниками.
Сражение при Мюльдорфе, известное в истории также поди именем сражения при А.чпфинге, 2S сент. 1322 года. По кончине императора Генриха VII (24 авг. 1313) были избраны двумя противными партиями на германский престол герцог Лудвиг баварский, который и короновался в Бонне, и герцог австрийский Фридрих Красивый, венчавшийся в Ахене. Не взирая на дружбу, с самого детства сопрягавшую этих двух родственников, ни один из них не был расположенъ отречься от короны. Целия восемь лет свирепствовала война; наконецъ счастие начало обращаться на сторону Фридриха; у Лудвига, ненавидимого братом его Рудольфом, было мало войск, между-тем-как противник его былъ деятельно поддерживаем своим братом Леопольдом, храбрым и опытным в военном деле; герцог Леопольд собрал в Швабии, Альзасе и северной Швейцарии многочисленное войско, с намерением перейти Лех; герцог Фридрих, возобновивший союзъ с Карлом Робертом Аникуйскнм, королем Венгрии, и усилившись дружинами брага своего, Фридриха Кроткого, и епископа Зальцбургского, перешел, в половине сентября 1332 года,
Инн, близ МюльдорФа. Армия его со-
13
стояла вз 2,500 рыцарей и 30,000 пехоты. Фридрих вознамерился выждать своего брата Леопольда, чтобы превосходством сил подавить противника. Но присоединение графа ЛИонтфо-ра к партии Лудвига удержало Леопольда на пути. Занятый осадою Мопт-форскпх замков, он не успел въ назначенное время прийти к Леху; а гонцы его, отправленные к Фридриху, были задержаны в Фюрстеифельде монахами. Это спасло Лудвига: к нсмв стали подходить постепенно его союзники: Иоанн король Богемский, квр-Фирст Балду ин Трирский, герцог Генрих Нижне-Баварский, и проч. и онъ двинулся к Мюльдорфу, чтобы ударить на Фридриха, прежде соединения его с братом. Баварскою армией предводительствовал опытный в военномъ деле Франконский рыцарь Зеиифридъ Швеиперман. Вечером 27 сентября. Баварцы расположились на равнине Блаксфсльд, между Инном ц Иленом, у селений Мссслингь и Неифаре, протянув правое крыло за АмпФпнген. Ме сто положение благоприятствовало пла- I ну Швеппермава отбросить правое крыло Австрийцев на левое, оттеснить их от единственного места переправы через Пин при Мюльдорфе и′отбросить к лесу при Газельбахе и Гауне, между-тем-как Баварцы, въ случае отступления, могли направиться к Ландсгуту и Фрейзингу,откуда ждали также подкрепления. 11а левом фланге поместились Богемцы, предводительствуемые королем Иоанном; за ним, во второй линии герцог Генрих съ нижне-баварскими воинами, в центре баварские нордгаузские рыцари, и городские дружины, преимущественно мюнхенские; на нравом крыле стал рыцарь Конрад Байербрунн с вспомо-хательными верхне баварскими и другими имперскими войсками. Альбрехтъ Риндсмауль, шурин Швенперманна. и бурграФ Нюренбергский предводительствовали особенными отрядами. Первый должен был ударить на самого короля Фридриха и стараться захватить его в плен, а другому приказано было, с 600 рыцарей, наблюдать на правом берегу Изсна за ходом битвы и в надлежащее время кинуться в тылъ неприятеля. Эти рыцари носили австрийские гербы и знамена, чтобы удобнее обмануть противников и заставить ихъ думать, что это давно ожидаемое войско Леопольда. Король Лудвиг сталъ в центре у главного знамени. Войско короля Фридриха было разделено на четыре корпуса.′ Сам он, покрытый драгоценными, блестящими латами, предводительствовал центром, составленным ил немецких рыцарей его партии. Австрийские и штнрийские войска образовали другие два корпуса, изъ которых одним начальствовали храбрыя братья, Вальдзе, другим — маршалъ ИИиллихсдорФ, держа в мощной своей руке главное австрийское знамя. При нем находились также брат Фридриха, Генрих Кроткий и Генрих Герц-Тирольский и Каринтийский. Левое крыло состояло из войск архиепископа Зальцбургского и епископов Нассауского и Лапонтского. Венгерские, куманские и булгарские легковооруженные всадники и стрелки из лука прикрывали правое крыло и рыскали перед Фронтом. Король Фридрих, не взирая на неблагоприятные предзнаменования, надеясь на свою храбрость и воинскую славу, желал битвы. Сражение началось 28 сент. на самом рассвете. Куманы и Булгары, но своему обычаю, с диким криком устремились на Богемцев и,сражаясь то вблизи, то издалека, убегая и снова нападая, нанесли пм значительный урон. Не менее блистательна была атака австрийских рыцареии; Богемцы, после мужественного сопротивления, принуждены были отступить за Изен; сам король Иоанн с трудомъ спасся из рук маршала Пилдихсдор-Фа, а Лудвиг был выручен из плена одним лишь мужеством мюнхенскихъ хлебников. НИвепнерманн, посредством захождения, поставил Фронт
j-Иивого крыла таким обрапом, что пыль и солпечвые лучи стали мешать его противникам: но это не остановило их. Фридрих, сражавшийся съ изумительною отважностию, собственною рукою поразил более пятидесяти врагов и думал, что и сам король был в числе умерщвленных имъ лиц. В это мгновение между лесистыми высотами, в тылу Австрийцев, появился бурграФb Нюрнбергский. Австрийцы, считавшие его за герцога Леопольда, допустили его очень близко подойти к рядам своим, и вдруг панический страх овладел воинами Фридриха, когда бурграФb стремительно на них ударил. В страшном беспорядке кинулись они на другой берегъ ИИзена, причем погибли многие тысячи Австрийцев и Венгерцев. После сечи, продолжавшейся 10 часов, сражение прекратилось. Герцоги Генрих А встрийский и Генрих Каринтийский, множество лучших дворян австрийских, штн-рийекпх и зальцбургских сдались победителям близ того места, где ныне возвышается замок Цангберг. Еще четыре человека бились с отчаяппымъ мужеством: король Фридрих, Гекторъ ТравтмансдорФ, ГепльвигъВурмбрандъ и маршал ИИиллихсдорФb. Но вскоре, покрытые ранами, захвачены были и эти храбрые ратоборцы. Фридрих, взятый в плен Рнндсмаулем, вручилъ свой меч бурграфу Нюрнбергскому. Лудвиг весьма радушно встретил его и сказал: «Братец, мне весьма приятно видеть тебя среди нас.» Место побоища, между Нзеном и Инном, было покрыто 5000 убитых с обеих сторон, более 1400 рыцарей было взято в плен победителями. Одних Траут-мансдорФов было убито 25 человека.
Недостаток в деньгах и съест-ных припасах и близость Леопольда принудили победителей на другой же день оставить поле сражения; они через Эттинг пошли к Ландсгуту и Регенсбургу. Войско Леопольда, узнавъ о поражении Фридриха, разбежалось.
Пленный король \ октября был отвезен в Траусниц, близ Наббурга, и получил свободу только в И325 году. Лудвиг на месте битвы соорудил часовню, еще и ныне известную подъ именем часовни Швеппер.нанновой, а храбрых своих сподвижников наградил богатыми дарами. (Milit. Corners Lex.). M. П. С.
МЮНСТЕРb, главный город губернского округа того же имени и прусской провинции Вестфалии, находится при незначительной речке Аа, (смотрите Пруссия); был прежде окружен двойными валами и рвами и имел цитадель, называемую Брилле, построенную епископом Бернгардом фон Галенем, для усмирения города; в 1765 году укрепления все срыты,-а 1767 года вода изъ рвов проведена в р. Аа. До 1803 года Мюнстер был столицей особого самостоятельного епископства.
обложение 1554 и 1535 г.
Начавшаяся в первой половине XVI столетия реформация расстроила умы многих людей, непонявших ея цель; возродились разные расколы, которые отступив от главной идеи реформации. позволили себе различные истолкования Священного Писания и распространили мнения свои часто не надело церкви, но и на государственные постановления. От этого произошли разного рода беспорядки, как например восстание крестьян в юго-западной Германии и др Самый опасный из всехъ тогдашних расколов была секта Лна-баптистовв, (смотрите слово) нашедшая въ Нидерландах и в северо-западной Германии множество последователей. Два предводителя этого раскола, называвшие себя пророками, Иоанн Маттиас, булочник изд> Гарлема, и Иоаннъ Бокольд или Бепкедьс, портной изъ Лейдена, переселились в Мюнстер, бывший тогда столицей епископства того же имени, но вместе с тем и имперским вольным городом, упра-ваяемым буриомистром и собственным сенатом. Пророки незаметноввели, из соседних провинции, своих сообщников в Мюнстер и вскоре так усилились, что ночью в Феврале 1534 года, овладели арсеналом, ратушей и городом, откуда главные духовные чины, дворянство, магистрат и все благоразумные граждане, как католики, так и протестанты, удалились. Пророки учредили новый образ правления, избрали некоего Книипердолинга и еще одного из своих последователей в бургомистры; а главное правление поручили Маттиасу, который, впрочем, одарен был и умом и мужеством. Он не упускал ничего для укрепления Мюнстера яаплучшим образом и воспламенения жителей к отчаянной обороне. Епископ мшвстерскиии, графъ франц фон Вальдек, также не былъ празден; ему удалось собрать значительное число войск и в мае 1534 г. начать обложение города. Маттиас сделал с избранною дружиною вылазку, овладел частью епископского лагеря, произвел ужасное кровопролитие и возвратился с огромною добычею. Ослепленный первою своей удачею, явился он, на другой день, с копьем въ руке, перед собравшимся пародом и объявил, что он, чувствуя себя вдохновенным свыше, выступит с малочисленною дружиною, подобно Гедеону, для гюбиения злочестивых. Тридцать человек, которых он вызвал поименно, ни сколько не колеблясь, последовали за ним, и ни один изъ них не воротился. Смерть пророка хотя и уасаснула жителей Мюнстера, но Иоанн Лейденский явился передъ народом и снова воспламенил его, но Боиольд не имел мужества своего предшественника. 21-го июня провозгласили его царем Сионским, нотому-что Мюистера называли тогда новым Сионом. Вскоре оказалось, что войско епископа было недостаточно для усмирения мятежного города; чины германско-рейнских округов открыли въ Кобленце сейм, к которому присоединился также курфирст саксонский,
Иоанн Фридрих. В следствие этого выступили 300 всадников и 3,000 пехоты на помощь епископу, под предводительством графа Ульриха фонъ Оберштеиина, который принял на себя управление осадою. Опытный полководец увидел тотчас, что успех приступа на сильно укрЬнленныии городъ был сомнителен; попытка овладеть Мюнстером посредством измены не удалась; итак, должно было ограничиться лишь тесным обложением города. Мало-по-малу оказался в немъ недостаток в съестных припасах, но оборона продолжалась с неутомимою деятельностию, в надежде скорой помощи из Голландии, где секта Анабаптистов была очень сильна; но произведенное там возмущение посланными из Мюнстера было усмирено, и мятежники истреблены. Между-тем въ Мюнстере нужда возрасла до высочайшей степени; наконец, 13 июня, съ помощию нереметчика, служившего проводником, некоторые из осаждающих прокрались ночыо в город, отворили изнутри ворота и, но кровопролитном сражении на улицах, Мюнстер был взят. Царь Сионский, канцлер его Крехтинг и, переименованный из бу ргомистров в палачи, Книн-пердоллиинг были в числе пленных; их возили на показ по соседствен-ны.м германским провинциям, в железных клетках, а 13 Февраля 1536 г. казнили.
Осада в И759 году.
Герцог Фердинанд Брауншвейгский, разбив, 1 августа 1759 г.. французовъ близ Миндена, предпринял овладеть снова Мюнстером. Он послал с берегов Лана (Lalin), 22 числа, брауншвейгского генерала Пмгофя с 6,000 чсл. для осады этого города, а 25-го отрядил туда еще несколько конныхъ полков. французский полководец, маршал Контад, узнав о том, поручил маркизу Армантьеру идти в ИИиж-нерейнские провинции, принять начальство над некоторыми прибдижиющи-
much из франции полками, усилиться частью гарнизонов Безеля, Дюссельдорфа и других Прирсйнскихь городов, и иттн в помощь Мюнстеру. Имгоф, по причине дурных дорог, прибыл к Мюнстеру только в конце августа, и 3 сентября начал осадныя работы; но узнав, что маркиз Ар-мантьср 4 сентября достиг до Бор-кена, он поспешно снял осаду и отступил к Теллнгту. французы воспользовались этим случаем для подкрепления города свежим войском и съестными припасами, и 12 сентября через Дюльмсн возвратились к Кес-Фельду. Имгоф снова стал блокировать Мюнстер, но, не получая подкрепления от герцога Фердинанда, не мог предпринять что-либо решительное; 27 сентября удалось снова Арман-тьеру доставить множество припасовъ в город, и отступить к Везелю. Им-гоф, усиленный свежими войсками, последовал за ним, оставив для блокады полковника фон Редена с 3-мя батал. и 1 эскадр. Осажденные сделали в ночи с 17 на 18 октября вылазку, напали на часть этого слабого корпуса и взяли 4 офицеров и 123 человек в плен. В начале ноября пришла осадная артиллерия из Липпштадта; также прибыл граф Липпе-Бюкебург для управления осадою; в ночи с 8-го на 9-е открыли траншеи. Комендант мужественно оборонялся и произвел несколько удачных вылазок. Маркизъ Армантьер ноказал-было вид, что хочет атаковать Нмгофэ, но 20-го снова отошел в свой лагерь. Следствиемъ этого было, что комендант генералъ Район в ночи с 20 на 21 сдал город, получив свободный, выход съ гарнизоном. Армантьер удалился за Рейн, а Имгоф последовал за нимъ до самого герцогства Бергского, где собрал контрибуцию, а потом занялъ зимния квартиры. (Milit. Convers. Lex.).
А. М.
МЮРАТb, Иоахим, король Неаполитанский, родился в Бастиде Фронтаньсре,
в Лотовом (Lot) департаменте, 25-го марта 1771 г., был сын трактирщика в Кагоре и назначен к духовному званию; но многие шалости, сделанныя им в молодых летах, заставили его вступить в военную службу. Онъ начал ее в 12 егерском полку рядовым и дослужился уже до унтер-офицерского звания, когда был отставлен за ослушание, и оставался в совершенном бездействии, пока ему удалось попасть в новоучрежденную конституционную гвардию Людовика XVI. Здесь он вступил в сообщество съ Якобинцами, и перешел в егерский полк, где вскоре произведен в офицеры. После многих неприятностей, наконец удалось ему определиться адъютантом к генералу Бонапарте, и с этого времени счастие его было упрочено. Романическая его отвага и приятная наружность, впрочем, украшенная часто с изысканным убранством, обратили на него внимание армии, и главнокомандующий дал ему лестное поручение представить директории 20 взятых у Австрийцев и Сардинцев знамен (в мае 1796 г.), что доставило Мюрату чин бригадного генерала. По возвращении своем, онъ много содейстповал.предводиеельствуя кавалериею, победам при Ровередо и Рпволн. В 1798 году, сопровождалъ своего полководца в Египет, и вскоре приобрел, блистательною своею храбростию, такую знаменитость, что Мурад-Бей находил для себя в сходстве их обоих имен, весьма много лестного и что, когда при тщетномъ покушении французов взятьСен-Жан-д’Акр приступом, отстрелили съ шляпы Мюрата султан, паша Акрский сохранял его, как главнейший троФей победы. Мюрат выручил крепкий замок ЛаФФель и разбил Турокъ при горе Фаворе (16-го апреля 1799 г.′. По возвращении армии в Египет, онъ разсеяла, несколько арабскихъ′ племен, а при Рамание, двукратно раненый, ре-и шил сражение в пользу французов,
взяв собственными руками сына Каирского паши в плен. Главнокомандующий назначил его дивизионным генералом и взял его с собою в Европу. После переворота 18 брюмера, в котором Мюрат показал себя верным сподвижником Бонапарте, онъ женился на его сестре. Королине, и сопровождал Первого консула в Италию. Командуй авангардом, он былъ первым при переправах через Сезию и Тессино, вступил в Милан и взялъ Ниаченцу со всеми магазинами и 2,000 человек гарнизона. За подвиги свои при Маренго Мюрат получил почетную саблю. В 1801 году, он выгнал Неаполитанцев из Церковной области, заключил перемирие с королем Обеих Сццилиии и посетил Неаполь, где ему от правительства предлагали ордена и важные должности, от которыхъ он отказался. В 1804 году Наполеон, возсев на престол франции, пожаловал Мюрата маршалом империи, наименовал принцем французского императорского дома, и дав ему большой крест Почетного Легиона, назначил, в походе 1805 года, начальником кавалерии. Он разбил 8-го октября Австрийцев при Вертингене, взял 18-го числа генерала Вернека се 16,000 человек в плен и вступив 13-го ноября, въ Вену, где ему удалось быстротою и хитростью овладеть большим мостомъ на Дунае, в самое то время, когда Австрийцы готовились сжечь его. Наполеон приказал ему двинуться Форсированными маршами на перерез дороги Русским, отступавшим тогда изъ Кремса к Брюну. Мюрат догналъ их при Го.иабруне (смотрите это слово), но остановился, обманутый хитростью русского главнокомандующого, генерала Кутузова; а когда после строгого выговора, полученного от Наполеона, снова атаковал храбрый арриергардъ князя Багратиона, то не успел разбить его. За то он покрыл себя лаврами в сражении при Аустерлице (смотрите это). Следствием этих подвиговбыло возвышение маршала в сан великого герцога Бергского. В кампании 1806 года великий герцог, опять начальствуя кавалериею, переправился близ Заальбурга через Заалу и содействовал Иенской победе. На другой день после сражения он обратился к Эрфурту и взял этот важный город на капитуляцию. Мюрат управлял после того-преследованием отдельных прусских корпусов, и въ короткое время сдались войска принца Гогенлоге близ Нренцлау и Иассевалка и Блюхсровы близь Любека. В то же время генерал Ласалль, с отрядомъ кавалерии, взял Штетин, и Наполеон иисал Мюрату: «Так-как вы берете крепости кавалериею, то мне можно будет распустить своих инженеров и перелить свою осадную артиллерию.» С привычным мужествомъ он действовал в сражениях при Нрейснш-Эйлау и Гейльсберге, и взялъ Кёнигсберг. По заключении перемирия, Мюрат сопровождал Наполеона при замечательном свидании монархов на Немане и возвратился с ним в Париж. Не долго он наслаягдалсп спокойствием; император сделал его главнокомандующим армии, имевшей тайное назначение подчинить Hcuauito французской власти. Мюрат беспрепятственно вступил в Мадрид, 23-го апреля 1808 года; но 2-го мая того же года вспыхнуло в столице возмущение и великий герцог принужден былъ употребить силу. Он пытался всеми средствами успокоить умы, но уже было поздно : пламя восстания на французов распространилось по всему королевству. Между-тем Карл IV уступил права свои в пользу Иосифа Наполеона, бывшего до этого королем Неаполитанским, и император отдалъ упраздненное королевство Обеих Си-цилий Мюрату, который, не прежде сентября 1808 года, вступил в новыя свои владения. Он был принят легко воспламеняющимися Неаполитанцами с величайшим торжеством, оправдал ожидании своих подданных, царствовал кротко, но твердо, и много споспешествовал к восстановлению внутреннвго норадка и устройства. Законы были везде приводимы в исполнение, оищестиеннан безопасность обеспечена и эта земли наслаждалась при нем благосостоянием, сколько возможно было при тогдашних обстоятельствах. Мюрат ознаменовал первые дни своего царствование блистательною экспедицией, на неприступный островъ Капри, взятый генералом Ламаркомъ (смотрите это имя) с малыми силами, у Англичан. Напротив того, предприятие на Сицилию, в 1810 году, не удалось, но, как кажется, не столько по вине Мюрата, сколько по тайному противодействию французского кабинета, которого цель в этом случае но сие время еще неизвестна. Это однако произвело между Наполеоном и Мюратом некоторое разногласие и холодность; последний хотел принудить состоявшихъ в его службе французов, принять присягу на подданство ему, но император обнародовал декретом, что Неаполь есть лишь часть великой империи. Это публичное объявление зависимости Мюрата еще более возбудило его против Наполеона, и многие изъ его окружающих сомневались, чтобы, при начале войны с Россиею, он принял в ней участие. Старое господство императора над душою Иоахима и, вероятно, собственное желаиие прославиться — победили. Король отправился с 10,000 воинов к армии Наполеона и снова оказал себя в этой достопамятной кампании смелым неустрашимым воином, сражался при всехъ случаях с обыкновенною храбростию, но иногда, как ианрпм. под Краснымъ (смотрите это) и с опрометчивостию, и почти всегда командовал авангардом. Рыцарское его благородство и отвага внушали уважение даже в его противниках
Когда же французы принуждены были бежать из России, тогда Наполеон, ии оставив армию, передал главное начальство (5-го декабря 1812 г.) королю Неаполитанскому. Мюрат не могъ удержаться на Висле и оставил сам, 17-го января 1813 года, в Познани армию, начальство над которой перешло к вице-королю Евгению. Истинный повод скорого отбытия Мюрата неизвестен; полагают, что придворные козни, равно как и опасение вторжения Англичан в Калабрию, его к тому побудили. Он поспешил обратно въ Неаполь и вступил в тайные сношения с австрийским двором, последовал однако приглашению Наполеона снова явиться на военном поприще. В сражении под Дрезденом, он начальствовал правым крылом французов, отрезал часть армии Швиир-ценберга и нанес ей жестокий уронъ (смотрите Дрезден). Под Лейпцигом онъ показал себя достойным своей славы, но оставил, спустя четыре дня после сражения, армию, под предлогом набрать новия войска для Наполеона, въ самом же деле для приготовления себя к отпадению от него. Мюрат заключил, 11-го января 181 и г., с австрийским уполномоченным Неиипнергомъ наступательный и оборонительный союз, которым ему обеспечено было обладание Неаполем. Он принял даже участие в военных действияхъ против вице-короля италийского (ш. статьи: Немецко-Российско-французская воина 1815 и французская война !8Нг.); но заметив потом, что на конгресе монархов в Вене на него смотрели не слишком благосклонно, поспешилъ в Неаполь и стал усиливать свою армию. Когда Наполеон возвратился с острова Эльбы, Мюрат опрометчиво принял его сторону и объявил войну союзникам. В Римини ои издалъ прокламацию, в которой .назвал себя освободителем народов Италии и обещал им конституцию. Сначала предприятие его имело успех; его принимали везде с радостию; австрийские силы.в Италии были слишком малочисленны, чтобы сопротивляться; но скоро положение дел изменилось. Два отряда его армии были разбиты, близъ Пистои, генералом Нюжапом, и отступили с такою скоростию, что и Мю-рат должен был очистить Болонью и направиться к Анконе. Английская эскадра осадила этот город, а Австрийцы последовали за Мюратом по пятам. При Толентино (смотрите это) произошло сражение, 2-го мая 1815 года, против австрийского корпуса Бианкн. Два дня продолжался бой; Иоахим сражался с удивительною храбростию, но присоединение ИИенпперга к Бианкн решило сражение. Отступление Неаполитанцев скоро превратилось в беспорядочное бегство. Мюрат, передав генералу Караскозе остатки своей армии, поспешил в Неаполь и старался одушевить народ провозглашением конституции; но все было тщетно. Онъ выехал из Неаполя 19-го мая, чтобы отправиться в Гаэту, где находились его жена и дети. Английский корабль не допустил его пристать къ берегу. Тогда он переплыл в ИИшию, а оттуда во Францию, и вступил на берег в Канне. Наполеон однако отказал ему, за прежнюю измену, принять его к себе. Несчастный Мюрат, после Ватерлооской битвы, скитался в южной франции, не зная, на что решиться, и находясь часто в опасности быть захваченным. Он не последовал данному ему совету сдаться Австрийцам, ибо его тешили слухи о происшедшем будто бы в его пользу восстании в Калабрии. Наконец онъ принужден был спасаться на челноке в Корсику, ибо тулонская полиция положила награду на его голову. Здесь заложил он свои брпддьянты и нанял 200 солдат и шесть кораблей, чтобы сделать нападение на Неаполь. В это время явился посланный отъ австрийского императора с паспортами ц обещал ему спокойное пребывание в австрийских владениях. Иоахим однако все еще надеялся, что
Неаполитанцы восстанут в его /пользу. Он отправился, 28-го сентября 1815 г., к берегам Калабрии, куда и прибыл 6-го октября с одним только кораблем, ибо остальные были рассеяны бурею. 8-го октября он вышелъ на берег, близ Пиццы, только с 30 человеками, но был немедленно атакован превосходными силами и после отчаянного сопротивления взят въ плен. 13 октября, военный суд приговорил его к смерти, как нарушителя народного спокойствия, и приказал в тот же день расстрелять его. Миррат умер с тем же рыцарскимъ мужеством, которым ознаменовалъ он себя в продолжение своей жизни. (Alilil. Convers. Lex.). А. М.
МЮФФЛИНГb (барон), Фридрих Кард Фердинанд, прусский Фельдмаршал, родившийся 12 июня 1775 г. в Галле, где отец его служил в гарнизонных войсках. В 1790 году, он, въ звании юнкера, отправился в походъ в Силезию, а в 1792 г. против французов. В этих кампаниях он обнаружил свои глубокие познания въ разных науках, особенно по части геодезии. В 1798 г. Мюффлинг содействовал полковнику Лекоку при межевании Вестфалии и при приведении въ лучшее состояние управления графства Минденского и Равенсбергского. В 1803 иоду он вступил поручикbм в пехотный полк rpaua Вартенслебена и под руководством Цаха участвовалъ в межевании Тюрингии. В следующемъ году, в чине капитана, он был переведен в генеральный штаб. Во время кампании 1806 года, Мюффлииигъ находился в корпусе герцога Веймарского, впоследствии перешедшого подъ команду Блюхера, и после сражения при Любеке употреблен при заключении Ратткауской капитуляции. В 1809 году, получив увольнение из прусской армии, он вступил в службу герцога Веиимарского, членом так называемаго тайного совета, в котором занимался делами по части юстиции, Финансов,
церковного и государственного управления. Но служа другому государю, Мюф-флинг не переставал действовать в пользу Пруссии, тайно и явно утверждая, что Германия и Европа до этого не насладятся спокойствием и счастием, доколе франция не будет усмирена. В 1813 году, после воззвания короля прусского к его народу, он явился в его армию, участвовал в битве при Люцене, был произведен в подполковники, а после сражения при Гай-нау в полковники. 11о прекращении перемирия, в августе 1813 г.,′ Мюф-флинг, назначенный генерал-квартирмейстером Силезской армии, был тамъ первым лицем после главнокомандующого Влюхера и начальника штаба Гнейзенав. За Лейпцигское сражение его произвели в генерал-маиоры, а по заключении мира, Мюффлинг былъ назначен начальником штаба при генерале графе Клейсте, командовавшем прусскими и саксонскими войсками на границах франции, а по возвращении Наполеона с острова Эльбы, отправлен к герцогу Веллингтону, для облегчения сношений его армии с прусскою. После битвы при Ватерлоо, при-шедши с союзными войсками к стонам Парижа, Мюффлинг, вместе съ одним английским иитаб-ОФиицером, заключил с маршалом Даву конвенцию, на счет очищения столицы отъ французских войск и был назначенъ губернатором Парижа. Но заключении второго Парижского мира, он остался в главной квартире герцога Веллингтона при союзной армии, расположенной во франции. Пользуясь спокойствием, Мюффлинг снова предался своим любимым занятиям и в 1820 году определил астрономически широту между Дюнкирхеном и горою Зееберг, близъ Готы. В 1818 году он находился на Ахенском конгрессе, откуда с дипломатическими поручениями был отправлен в Брюссель. В 1820 г. назначенный начальником главного штаба армии, он воспользовался выгодамисвоего положения для определения тригонометрической сети от Берлина до Одера, а оттоле по Силезии до австрийских границ, где сеть эта примкну-та была к таковой же, проведенной туда из Вены. В следствие его неутомимых занятий было также распространено триионометрическое обмеже-вание восточных прусских провинций до Вислы и присоединено к триангуляции через Дерпт в С. Петербург. С неменыпим усердием Мюффлингъ действовал и на других стезях наукъ и, возбужденные его примером, офицеры прусского генерального штаба, в последнее время, издали много отличных карт и ученых сочинений. Произведенный в генерал-лейтенанты, Мюффлпнг, в 1829 году, отправился в Константинополь, но делу посредничества между Россией и Турцией. На дороге отъ′ Смирны к Скутари, едучи верхом в жаркое время года, он был поражен солнечным ударом, и в весьма болезненном состоянии приехал в Константинополь, но нсе-такп с успехом исполнилъ свое поручение. Возвратясь в Пруссию, Мюффлинг, назначенный командиромъ 7-го корпуса, сопровождал в Петербург принца Альбрехта прусского, 1832 года был произведен в генералы от инФантерии; 1846 г. в Фельдмаршалы и назначен членом государственного совета. Умер в 1850 г. Он был почетным членом российской императорской военной академии. Сочинения МюФФлинга: «Операционный план прусско-саксонской армии» (1806 года). —«Замечания (Marginalien) к правилам высшого военного искусства для австрийских генералов.» (Веймар. 1808 г., второе издание 1810 года). — «Прусская кампания, в 1813 году,» (Бреславль, 1813 г.; вторая часть, Лейпциг, 1815 года). — «Пособие для изучения военной истории 1813 и 1814 годов.» — «Поход Силезской армии.» (Две части. Берлин 1814 года). «Разсуждение о важнейших войнах и сражениях.»(Бер нин, 1823 года). —«Стратегии Наполеона 1813 года.» (Берлин, 1827 года). — Aus raeioem Leben (посмертное сочинение). М. II. С.
Мясная и винная порция. Войска, сверх обыкновенных предметов продовольствия, получают от провиантского ведомства мясную и винную порцию. Каждая мясная порция состоитъ из /а <и>унта говядины, которая, въ случае необходимости, заменяется также /s <и>унт. солонины или /4 Фунтомъ ветчины, а во время постов /, фунта рыбы. Винная же порция состоит изъ одной чарки горячого вина, которыхъ в ведре полагается 80. Всем строевым нижним чинам мясная и винная порция производится но три раза, а нестроевым по два раза в неделю. В мирное время отпускаются войскамъ на иорции деньги, по рассчету и местному их расположению и по ценам, ежегодно Высочайше утверждаемым, но каким именно войскам и в какое время эта порция положена, подробно объясняется в особо установленной на этот предмет табели. В г, военное же время, каждый солдат, с выступлением войск за границу, получает, кроме определенной в империи дачи провианта, винную и мясную порцию но установлению, то есть строевые нижние чины три раза, а нестроевые два раза в неделю. Впрочем, на усмотреиие главнокомандующого предоставляется, для сбереяиения или ободрения войск: а) открыть довольствие винною и мясною порциями прежде выступления за границу на сборных пунктах, и б) вместо определенного числа дней, производить за границей обе эти .порции, или одну из них чаще, при трудных движениях армии. К. Г. Ор
Мятлев, Василий Алексеевич, русского, флота адмирал, с молодых лет поступил в морскую службу и с 1708 года, находясь в галерном флоте, нередко получал от Петра 1 особенные поручения; в 1720 г. он был произведен в лейтенанты. До окончании Шведской войны, Мятлев отправился с канитан-командороЬи Госселером для построения судов, необходимых для Персидского похода. Возвратясь в Петербург, он некоторое время присутствовал в академической экспедиции. В 1730 г. произведенный в капитаны 3 ранга, назначен начальником мореходного училища в Москве, на Сухаревой башне, где оставался два года. В 1733 году определен капитаном над Архангельским портом, где, под сго надзором, снаряжена экспедиция лейтенантов Муравьева и Павлова к устью реки Оби. По отбытии контрb-адмирала Бредаля, в 1735 году, из Архангельска, Мятлеву велено исправлять должность главного командира. В пятилет-нее управление Архангельском он устроил порт, и его можно считать основателем тамошняю адмиралтейства. В 1740 году произведен Мятлев в обер-интенданты бригадирского ранга и вскоре назначен в интендантскую экспедицию адмирал-тейств-колдегии, а в 1743 году, по прошению, уволен от службы с чином контр-адмирала.
В 1752 году Мятлев снова принят в службу, произведен в генерал-лейтенанты и назначен губернатором Сибири. Под ей ведением состоялась вторая камчатская экспедиция; но разные непредвииимия обстоятельства помешали приведению в исполнение многих предположений и только некоторые из них были выполнены. Однако Мятлев, управляя этим отдаленным краем, сделал весьма много для него пользы. Он постановил иравила вольным гиромышлепникам, плававшим к Алеутским островам; доставил им способы строить прочные суда; исходатайствовал им казенных штурманов; учредил в Иркутске и Нерчинске морские школы, в которых образовывались и геодезисты. По его представлению, постановлено определять начальниками в Камчатку и Охотск искусных морских офицеров, с тем, чтобы не оставаться таир долее пяти лет и по возвращении удостоиваться повышения в чинах. В 1757 году Мятлев произведен в адмиралы корабельного флота и вызван в С. Петербург. В этом году он находился в походе под начальством адмирала Мишукова и имел на корабле вице-адмирал-ский флаг, а по отбытии Мишукова к Карлскроне, крейсеровал около прусских берегов. По возвращении из похода, адмирал Мятлев продолжал службу в адмиралтейств-коллегии и скончался в 1762 г. А. if. 3.
Набат. Так в старину называли в русских войсках огромной величины медный барабан, возимый на четырех, одна к другой привязанных, лошадях. Били в него восемь человек. Каждый воевода имел по одному такому набату и потому под встречающимся в старинных русских актах и летописях словом: набат, должно иногда разуметь целый полк.
Наблюдательные корпуса и армии
Наблюдательные корпуса и АРМИИ; ПОСТЫ, ПОЗИЦИИ и проч. (Observations Corps, Posten, Stellungen u. s. w.).
Для управления стратегическою обо-, ровою (смотрите Оборона) необходимо осведомиться заблаговременно о направлении и времени наступательного движения главных неприятельских сил. Трудно получать о том надлежащия сведения посредством рекогносцировок, патрулей и летучих отрядов, ибо неприятель, вероятно, не пропустит их через свой авангард; и потому иногда должно употребить на то более значительное число войск и заставить ими противника выказать свое намерение и развернуть свои силы на тех пунктах, которые, в этом отношении, имеют для нас особую важность. Войска, назначенные к достижению этой цели, именуются — наблюдательными или обсервационными. Смотря по обстоятельствам и местности, они могут состоять из полка, бригады, дивизии, целого корпуса, и даже армии, с увеличенным числом легкой кавалерии.
Наблюдательными постами называются небольшие отряды, имеющие в меньшем виде то же самое назначение, как и наблюдательные корпуса.
Наблюдательными армиями — армии, собранные на границе государства для наблюдения политических и военных действий соседа.
Наблюдательными позициями — позиции, на которых армия располагается более с целию наблюдать за движениями неприятеля, нежели принять сражение. Б. J. И. 3.
Набор войск. Различные роды набора войск в древности и в средних столетиях нами описаны в статьях : Армия, Греческое и Римское военное искусство, Феодальные войска, Ландскнехты и др.; остается упомянуть о системах укомплектования нынешних армий. Оне суть: вербование, набор рекрут, вызывание охотников, народное ополчение и конскрипция.
В конце средних столетий и до французской революции, вербование было главным средством, которым по-,
поднялись ряды почти всех западо-европейских армий. В Тридцатидет-вей и последовавших за ней войнах вовсе не знали другого средства. Войска Фридриха В. бодее чем в поло-вину состояди из вербованных поддат, и даже, до наших времен со-ставдядись из них цедия армии (например английская), подки и вольные корпуса. Для вербования уполномочивались особые офицеры, которые или.име-ди постоянное местопребывание в городах и округах, как в собственном государстве, так и вне оного, иди, странствуя с одного места к другому, старались деньгами и обещаниями склонить к поступлению в военную службу годных к тому людей, без разбора наций, сословия и ремесла. Ярмарки, сельские праздники, питейные и игорные дома были главными поприщами этих вербовщиков, нередко прибегавших, для достижения своей цели, к обманам, насильствам и другим непозволительным средствам, и, с своей стороны, обманывавшим уполномочившия их начальства. Но не смотря на эти злоупотребления и недостаточность вербования в соразмерности с многочисленностью армий, оно казалось менее отяготительно для народонаселения, чем все другие способы набора войск; ибо трудолюбивые граждане, или земледельцы, охотнее платили требующиеся для этого денежные оклады, нежели жертвовали личною своей свободою; торговля, ремесла и хлебопашество не лишались множества нужных к их процветанию рук, а напротив того, очищались от праздной сволочи, которая, помощию военной дисциплины, обращалась к полезной деятельности. Притом вербованием облегчалось составление войск из старых, обученых и опытных солдат; потеря же Вb людях в военное время мало была чувствительна для государства и легко вознаграждалась золотом. Но за то этой образ укомплектования, пополняя войско бродягами, чужестранцами и негодяями, делал его малонадежным, в особенности во время трудных или неудачных походов, недостатка денег для выдачи жалованья и других лишений; он требовал усиления строгости и наблюдения за солдатами, чтобы ограничить, по возможности, -их побеги и, наконец, не соглашался с степенью образованности в Европе и с понятиями о народности и любви к отечеству. По этим причинам вербование в новейшее время вышло из употребления во всех почти армиях, кроме английской и наемных швейцарских войск.
Рекрутский набор состоит в призывании к военной службе некоторых классов народа, с освобождением от этого других, привилегированных.Он был введен, скоро после Тридцатилетней войны, когда, при постепенном усиливании армии, опыт Доказал, что нельзя комплектовать их, и, тем па-че, сформировать новия посредством одного вербования. Дия рекрутского набора иные государства разделены на особые округи или кантоны, из которых полки постоянно получают нужное для себя количество людей, (так называемая кант.ая система); в других же государствах берут рекрут по числу мужеского народонаселения и потом уже разделяют их по полкам, как ёто делается у нас fcM. Рекрутские наборы в России). Кант.ая система, начавшаяся, в первой половине ХВ11И столетия, р Австрии и Пруссии, имеет следующия невыгоды: она вредит утверждению единодушия в армии, разделяя ее, по народам, на многие, иногда весьма несогласные между собою части, и в случае большой потери в людях какого-либо полка, отягощает округ его рекрутскою повинностию, несоразмерною с другими кантонами. Но за то она стесняет и упрочивает в полках узы сотоварищества, способствует соревнованию в мужестве и других воинских доблестях и позволяет пополнять каждый род войска наиболее способными к нему людьми. Тогда можно, ваирим. назначить кантонами для егерей и легкой пехоты страны лесистия и гористыя, для легкой кавчлерии степи и земли, богаиия лошадьми; состаолять тяжелую конницу из хлебопашцев и ямщиков, морские вкипажи из прибрежных жителей и тому подобное.; к тому же кантониая система есть выгоднейшая для пространных государств, не требуя лишнего раздробления и передвижения рекрут и увольняемых в отпуск иля отставку солдат; она тогда только окажется неудобною, когда правительство имеет причины не надеяться на преданность обитателей каких либо областей.
Вызовом охотников еще менее, чем вербованием, можно удовлетворить потребности в людях в, наших многочисленных армиях. Этот способ набора войск обыкновенно употребляют во время великой опасности и общого энтузиазма в народе; но по миновании опасности восторг охлаждается, а надобность в рекрутах нередко увеличивается.
То же самое можно сказать и о народном ополчении, которому мы посвятим особия статьи (смотрите Народная война и ополчение). Посредством его, без сомнения, можно набирать в короткое время большия массы одушевленных защитников отечества, во трудно будет повторять несколько раз эту насильственную меру или образовать из ополчившихся ратников хорошия войска; разве правительство решится переформировать их в регулярные корпуса; или распределить по существующим уже войскам, подобно тому,как это было сделано во франции с национальною гвардией (см это слово). Конскрипция есть возложение обязанности служить в войске на все народные классы и сословия. Род конскрипции уже был известен древним Грекам и Римлянам. французская революция снова ввела ее в употребление. Распространившиеся тогда понятия о личной свободе и равенстве не допускали ни привилегированных классов, ни косвенных Мер набора войск. Место вербованных солдат и обязанных к военной службе вилиций заступили так называемые подвижные батальоны национальной гвардии и народные волонтеры (volontaires nationaux). Они не подучали от правительства ни жалованья, ни одежды, и за то, в кампаниях 1792 и 1793 годов, неоднократно делались жертвами голода и недостатков; по изгнании же врагов из пределов франции, толпами разбегались по домам. Линейные полки снова принуждены были прибегнуть к вербованию и вызову охотников; но эти средства вскоре оказались недостаточными, и национальный конвент убедился в необходимости прибегнуть к новой, прочной системе укомплектования войск. Декретами 23 августа и 7 сентября 1793 г. все французы, мужеского пола, под оиасением лишения прав гражданства, должны были вступить в национальную гвардию, и прежнее позволение, нанимать вместо себя людей (remplagants), было уничтожено. Неженатые люди от 18 до 25 летнего возраста (около 1,000,000 человек) тотчас же были отправлены в армию; прочие оставались в распоряжении правительства. Когда первый разряд этих новобранцев прибыл к своему назначению, тогда, другим декретом конвента, причислили его к линейным войекам и составили из обоих полубригады; частные реквизиции национальной гвардии продолжались до 1798 года, когда, повелением директории, от 5-го сентября, окончательно введена была так называемая военная конскрипция (conscription militnire). Бонапарте, по достижении достоинства Первого консула, утвердил ее, но, желая приобресть расположение богатых классов народа, снова стал допускать замещение. В этом виде конскрипция продолжалась и во время империи, но лихоимство французских правительственных мест нередко превращало ее в настоящий торг людьми.
Конскрипция скоро сроднилась с народностью французов, и только в последние годы царствования Наполеона,— когда неудачные войны и огромные потери влекли за собою беспрерывные новия требования в людях, — начали ее ненавидеть.
Пруссия, в 1813 году, также узаконила систему конскрипции во всем ея пространстве и силе, и обязана ей возрождением своих войск и энергией всей военной и даже гражданской администрации. Воинская точность и любовь порядка сделались достояниями всех сословий. Б. J. И. 3.
Навагинский форт, одно из числа малых полевых укреплений,построенных на восточном берегу Черного моря, в земле непокорных ских ев. Оно подвергалось, в продолжение весны 1840 года, непрерывным нападениям этих полудиких племен; но они всегда были отражаемы. Однажды, пользуясь темнотою ночи и шумом бури, незамеченные часовыми,окружив НавагинскийФорт, внезапно бросились к нему с лестницами и крючьями, овладели частью вала и ворвались в укрепление. Начальник его, храбрый капитан Подгурский и поручик Яковлев встретили их с частью гарнизона, но были изрублены на месте; солдаты же ударили на ев в штыки и опрокинули их за вал. С равным успехом продолжался жаркий бой на всех других атакованных Фасах укрепления. В нем приняли участие даже и больные, по собственному побуждению оставившие лазарет. К рассвету, после трех часов боя, укрепление было очищено от неприятеля, оставившего в нем значительное число убитых и раненых. А. П. К.
Наваретта, НАЯРД, незначительный город в Испании.
Сражение 3 апреля, 4567 года. Борьба
Петра Жестокого Кастильского с Генрихом Транстамарским побудила союзников их, Англичан и французов, послать в Испанию вспомогательные войска. Переговоры, начатые_пред-водителем Англичан, знаменитым Черным принцем, (смотрите слово), были безуспешны; должно было решить дело ем. Обе армии разделены были небольшою речкою Наяриллою, протекающей через Наваретту и впадающей в Эбро. -Англичане терпели недостаток в продовольствии; а потому французские полководцы, Бертран дю Гек-лен и маршал Оденгам, советовали королю Генриху оставаться в оборонительном положении, отбивая у неприятеля подвозы и стараясь лучше победить его голодом, нежели вступить в сражение с храбрейшими рыцарями того времени. Но в это самое время возвратились в лагерь два брата короля, Дон Телло и Дон Санчо, разбив отдельные отряды Англичан под начальством Фомы Фельтона и брата его, который пал в сражении. Этот успех воспламенил Генриха, он объявил маршалу, что имеет непреодолимое желание померяться силами с принцем Валлийским, и не уйдет без боя. Утром 3 апреля войско Генрихово, разделенное на три корпуса, переправилось чреЗ Наяриллу и бросилось на Англичан, выступивших к нему на встречу. Тяжелая конница герцога Ланкастерского и Джона Чан-доса с одной стороны, с другой дю Геклена и маршала Оденгама, первая вступала в бой. Между тем-как она упорно сражалась и еще не решено было, на которой стороне будет перевес, принц Валлийский с Дон-Педром Кастильским и наместником наваррскаю короля, Мартином де-ла-Кара, атаковали второй корпус Генриховой армии, которым начальствовали оба его брата. Дон Телло, более других поощрявший короля к сражению, бежал при виде Англичан, а за ним и 2,000 его всадников. Этим бег-I ством пехота лишилась прикрытия с фланга и вскоре была изрублена кон-вицей каптала Буха, герцога Эпернона и сира Клиссона, предводившего дружиною Бретанцев. В самое это время принц Валлийский атаковал короля Генриха. Бой был упорный: три раза Генрих возобновлял нападение с своими расстроенными уже войсками; по пехота его, составленнная-из городских милиций и вооруженная однеми пращами, не могла долю противиться превосходным английским стрельцам аз лука, и в числе 60,000 человек бежала в совершенном расстройстве; за ней последовала легкая конница; один корпус дю Геклееа продолжал сражаться. Англичане совокупно ударили на французов, прорвали ряды их и убили или взяли в плен большую часть храбрых врагов. В числе пленных были: дю Геклен, Оденгам и более 60 знатных особ. Тела 560 всадников и около 7,500 челов. пехоты покрывали поле сражения, не считая утонувших в Эбро во время бегства. Непосредственным следствием одержанной принцем Эдуардом победы было возвращение Петру Жестокому венца Кастилии. (Milit. Convers. Lex.). Б. Б. Г.
Наварин (Neocaslro), укрепленный город на юго-западном берегу Морей, к северу от Модона, с 3,000 жителей. Старый Наварин, в древности Пилос, столица Нестора, лежит к северу от нового города. Гавань На-варинская, лучшая в Морей, имеющая 10 верст в окружиости, и в которой может поместиться более
1,000 кораблей, образуется бухтою, узкое устье коей защищается островом Сфактерией (Сфагиа) и горами, окружающими бухту с севера и северо-востока, с крепким нагорным замком — старый Наварин. Глубина гавани достаточна для самых больших линейных кораблей, а грунт ея совершенно надежен. Укрепления города состоят из четырех бастионов и цитадели.
Во время предпоследней борьбы Греков съТу рками (смотрите в статье Греция, отделение новейшая ея история), Наварин был поприщем многих важных военных происшествий. В 1821 году, греческий генерал Тииюльда, служивший под начальством Дмитрия Ипсиланти, занял Наварин по капитуляции турецкого гарнизона; но 23-го мая 1825, юрод принужден сдаться Ибрагиму-паше в следствие бунта Мо-реотов, подкупленных Колокотро-нием.
Наваринское морское сражение. В Наваринском заливе происходило морское сражение между соединенными флотами русско-английско-французским с одной стороны, и турецко-египетским с другой (8) 20 октября 1827 года.
(4) 16 апреля 1827 года, уполномоченными России, Англии и франции, подписан был в Санкт-Петербурге, и 6 июля, утвержден в Лондоне договор, по которому положено было принять меры, для защиты жителей Морей от неистовств Турок и Еииптян под начальством Ибрагим-паши В следствие этого союзные державы послали в Средиземное море свои эскадры. Русскою, состоящей из 4-х кораблей и
4-х Фрегатов, начальствовал ковтр-адмирал граф Гейден, английскою, изе 3-х кораблей и 4-х Фрегатов,
1-го корвета и 3 бригов — вице адмирал Кодррнгтон, а французскою, из
3-х кораблей, 2-х Фрегатов и 2-х корветов—контр-адмирал Риньи. Но соединении, в начале сентября, английской и французской эскадр у южных берегов Морей, вице-адмирал Код-рингтон, как старший в чине, принял начальство над союзным флотом, который немедленно обложил Наваринскую гавань; там находился турецкий и египетский флот с десантным войском, привезенным туда 22 августа.
Начались переговоры, к следствие которых Ибрагим паша согласился остановить неприятельские действия про-тпв Греков до тех пор, пока получатся ответы из Константинополя и Александрии; флот его должен был оставаться в гавани. Полагаясь на эту конвенцию, почти все суда союзников удалились от Наварина; часть британской эскадры отправилась в Мальту, для исправлений, а французская к Мило, за провцзиею, и только два Фрегата остались перед Наварином.
Лршь только соединенные эскадры удалились, Турки два раза пытались выдти из залива, чтобы усилить гарнизоны Патраса и Миссолунг; но английский адмирал с Фрегатами пресек им путь и, не смотря на превосходство сил противников, принудил их возвратиться в бухту.
К 3 (15) октября союзные эскадры, к которыц присоединилась тогда и русская, снова собрались перед Наварином, с вамерение&вь, во что бы тр ни стало, остановите неистовства Египтян и Турок в злополучной Морей, инструкция, полученная Кодрингтоном из Лондона, с своеручною надписью главноначальствующого над великобританскими морскими силами, герцога Кларенского (впоследствии короля Вильгельма IV): Вперед, Эдуардъ! разрешила его употребить силу. Различные средства были предпринять союзниками, чтобы убелить Ибрагима в несправедливости его действий; но ни что не имело успеха; наконец начальники союзных эскадр, собравшись 7 (19) октября на адмиральском корабле Азиа решились войтц в Нараринскую бухту и принудить Ибрагима отказаться от дальнейшого разорения Греции. На южной оконечности острова Сфэк-терии Турки ицелп укрепленную бата-рер, защищавшую вход в бухту; другая батарея, расположенная Щ северном конце острова, обстреливала самую рухту; у Наварина, обороняемого сильными укреплениями с 125 орудиями, стоял египетский лагерь.
Во 2-м часу по полудни 8 (20) октября сделан ббид сигнал с корабля
То и г IX.
Азия приготовиться к сражению, и соединенный флот, построившись в две колонны, направил путь свой в На-варинскую бухту. Наветренную или правую колонну составляли английские и французские суда, а подветренную или левую—русские.
Около двух часов, передовой корабль Азия подошел ко входу в бухту, и крепость на матером берегу молчала, не смотря, что он проходил от нея на ный выстрел. Турецкие и египетские суда были расположены, в виде полумесяца, в Несколько линии; передовую линию составляли линейные корабли, а меньшия были расположены против интервалов передней; брандеры находились на концах полумесяца. Боевой порядок Турок имел ту невыгоду, что большие корабли, расположенные слишком тесно, не могли удобно маневрировать и мешали стоявшим за ними судам при-нять участие в битве. Турецкий флот состоял из 7 линейных кораблей, 17 Фрегатов 26 больших корветов, 11 бригов и 5 брандеров, что, вместе с 40 транспортами, составляло около 100 судов, с 2,000 орудий, из которых на 84 и 74 пуш. кораблях было на каждом Но 4 орудия, могущия бросать мраморные ядра в 10 дюймов в диаметре и в 3 пуда весом.
Азия, войдя в бухту, стала на якорь подле линейного корабля, на котором развевался флаг турецкого капитана Капудан-Бея, имея с левой стороны двухдечный Фрегат, с флагом Моха-рем-Бея, начальствовавшего египетскою эскадрою. Английские корабли, Ге-ноанАльбион,следуя за адмиральским, стали в одну линию с ним. В наветренной части неприятельского флота находились четыре египетские корабля, которые были предназначены для русского адмирала; остальные сударусского флота должны были расположиться в самом углублении залива, так, чтобы линейные корабли примыкали к линейным английским, а фрегаты ста-
14
ли за вини. французские суда, предводимия Фрегатом Сирена, под Фиатом адмйраиа Риньи, расположились ва правой стороне английских; Фрегат Армида должен был лечь с левой руки, при входе в бухту, подле него три английские Фрегата; Фрегат Дартмут, один корвет и три брига наблюдали за движениями брандеров.
Приказано было не начинать пальбы до тех пор, покаТурки не откроют огонь.
Хотя турецкий флот и батареи были совершенно готовы начать сражение, однако они не делали ни малейшого покушения препятствовать Англичанам в занятии назначенных им мест. Дартмут стал подлебрандеров, и заметя движение ва одном из них, послал на шлюпке лейтенанта Фицроя, требовать, чтобы брандеры удалились от якорного места соединенных эскадр; но как только шлюбка стала приближаться к брандеру, с него открыли ружейный огонь, и Фицрой был убит с несколькими гребцами. Тотчас начали палить с Дартмута и французского адмиральского фрегата по турецкому судну, чтобы прикрыть шлюпку, которая возвратилась к своему Фрегату. За этим последовал выстрел с корабля турецкого адмирала по парламентарной шлюпке, посланной адмиралом Кодривгтоном, и скоро все соединенные эскадры открыли огонь по Туркам.
Азия, проникнув между флагманами Капудан-Бея и Мохарем-Бея, меткими выстрелами до того взбила их, что они должны были удалиться за линию под ветер. Сражение тогда сделалось общим: вскоре загорелись два брандера, третий взлетел ва воздух, а четвертый был потоплен.
Б самом в начале битвы русская эскадра находилась между батареями ва берегу и на острове Сфактерия, которые открыли по ней перекрестный огонь. Корабли ваши не отвечали, полагая, что союзный флот обойдется без кровопролития и заняли, назначенные им места. Около 3 часов английский адмиральский корабль Азия, прогнав двух своих противников, стал терпеть много от судов второй турецкой линии, выстрелами коей была сбита у Азии бизань мачта. Альбион также подвержен был соединенному огню нескольких кораблей; один из них навалил на Альбион и хотел его абордировать, но сильным картечным огнем принужден был оставить свое намерение; мичман с Альбиона отрубил у турецкого корабля канат — и он, объятый пламенем, продрейфовал мимо и скоро взлетел на воздух. французский корабль Бреславль, увидя, что русский флагманский корабль Азов весьма много терпит от неприятеля, сражаясь в одно время против пяти военных судов, поспешил к нему на помощь, а Азов, в свою очередь,. много помогал Азии. Когда корабль Могарем-Бея,. от перебитого шпринга, поворотился кормою к Азову, то 14 орудий с левой стороны немедленно были на него направлены; а когда в его констапельской сделался пожар, то картечный огонь с нашего флагмана не дозволил его потушить —и корабль Могарем-Бея также взлетел на воздух. Азов сильным своим огнем потопил еще два большие Фрегата и корвет, сбил 80 пушечный корабль, который сел на мель, и после был сожжен Турками, и истребил двухдечный Фрегат Тагир-паши Тунисского. Корабли Гангут, Иезекииль и Александр Невский также меткими выстрелами много сделали вреда неприятельским судам. Турецкий Фрегат, сражавшийся с кораблем Александр Невский, спустил флаг; экипаж его на другой день был отправлен на берег, а Фрегат потонул. На корабле Иезекииле капитан 1-го ранга Свинкин был ранен при Замом начале сражения, но во все время оставался на верху, придерживаясь рукою за снасти.
Пределы статьи не позволяют описывать подробного действия каждого судна особенно; довольно сказать, что соединенные эскадры действовали как бы принадлежа к одной нации. Так капитан Хрущов, командир Фрегата Константин, взял на бакштов английский бриге, который, имея много повреждений и без якорей, был в большой опасности. В продолжение че-тырехчасового боя, из огромного турецко-египетского флота, сражавшагося без искусства и порядка, но с величайшим ожесточением, остались один корабль и 15 мелких судов; остальные потоплены, брошены на мель или сожжены. Во время самого сражения взорвало между судами соединенных эскадр 13 турецких больших судов, а на другой день еще 18 развой величины. Потерю в людях со стороны Турок надобно полагать от шести до семи тысяч человек. Адмиральские карабли соединенных эскадр потерпели более других судов; английский и французский флагманы потеряли бизань-мачты, а у корабля Азов все мачты получили значительные повреждения. На соединенных эскадрах убито Русских 59, Англичан 75, французов 43 человека; ранено Русских 198, Англичан 272, француэов 187 человек, всего убито и ранено 834 человек
В награду за столь блистательный подвиг начальники эскадр и капитаны судов были щедро награждены всеми союзными державами. Вице-адмирал Кодрингтон получил орден Св. Георгия 2-го класса, орден Бани большого креста и Св. Аудовика, контр-адмирал граф Гейден произведен в вице-адмиралы и пожалован кавалером Св. Георгия 3-го класса, английским орденом Бани 2-й степени и французским Св. Людовика 1-й степени. Контр-адмирал Риньи пожалован в вице-адмиралы и получил русский орден Св. Александра Невского с бриллиантами и английский командорский орден Бани. А. И. 3.
Наварра, королевство в Испании. География его (смотрите Пиренейской полуостров).
История, Древнейшая и средняя история Наварры содержится в статьях Баски и Испания, равно как история той части этой страны, которая, по завоевании, в 1512 году, Фердинандом Арагонским, была присоединена к Испании. Меньшая половина Наварры, лежавшая на северной стороне Пиренейских гор, осталась во владении сестры последнего короля наваррского, Франциска Феба, Катерины, которая была в супружестве за Иоанном Альбретом, графом Беарнским. Сын Иоанна, Генрих 11 (до 1555), тщетно старался, в союзе с францией, возвратить исианскую Наварру; он был изгнан из нея Карлом V. Супруга Генриха, Маргарита Валуа, сестра французского короля, Франциска И/дмла Дочь Иоанну, которая вступила в брак с Антоном 111, герцогом Бурбон-еким и Вандомским. Их сын Ген рих III, а по вступлении на французский престол — IV, присоединил навсегда небольшое свое наследственное королевство к франции (1589), короли коей с тех пор и до революции назывались королями франции и Наварры. (См. франция), Б, h, Я. 3,