Авраамий палицын

Келарь Троицкого Сергиева Монастыря, сподвижник Минина и Пожарского, родился в Ростове близ села Иротасьева, постригся в монашество в конце XVI века в монастыре Соловецком, перешел оттуда в монастырь Троицкий,′ и сделан был там монастырским келарем, и вместе с тем настоятелем Московской Богоявленской Обители, принадлежавшей к Сергиевской Лавре. В мятежное царствование Шуйского, Са-нега, Лисовский, князь Вишневецкий и другие польские вельможи явились (23 сентября 1608 г.) под стенами Троицкого Сергиева монастыря с тридцатитысячным войском, и на другой день осадили оный. Авраамий был тогда в Москве, но дунией присутствовал в Лавре, ободрял осажденных письмами и посылал им защитников Год и четыре месяца, держали Поляки в осаде святую твердыню: она не только выдержала все нападения, но подкрепляла и Москву, осажденную Ляхами, доставляя туда, через посредство Авраа-мия, съестные припасы, военные снаряды и денежные пособия.—В 1609 г., когда вздорожал хлеб в Москве, и голод угрожал осажденным, Авраамий спас их от мятежа, отворив московские житницы Троицкого монастыря. В 1610 г., когда недостойные бояре и гнусные изменники лишили царства несчастного Шуйского, и впустили в Москву Поляков, Авраамий послан был, с митрополитом Филаретом Никитичем, в Польшу, для переговоров о преемничестве российского престола. Увидев, что переговоры не поведут к добру, Авраамий возвратился в Москву, где присутствие его было нужнее. Он нашел столицу, преданную на жертву злодеям: раздоры бояр предвещали конечную гибель царству русскому. Авраамий отправился в Троицкий Сергиев монастырь: там, с архимандритом Дионисием, молягиь у гроба Св. Сергия, прияли они твердое намерение спасти отечество. Они уговорили князя Тюменского, с двумя стами стрельцов и пятидесятые человеками слуг монастырских, идти на избавление Москвы: не надеялись столь малою силою одолеть могучого врага, но хотели только своим примером возбудить усердие в других. В тоже время писали они грамматы по все города, и молили граждан вспомнить отечество. По их воззваниям, собралось значительное число разных людей. Князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой, убежденный Авраамием, принял начальство над войском, и подступил к Москве. Авраамий был в рядах′ь ополченных; ободрял нх, предупреждал ссоры, мирил воевод и бояр, и сам участвовал в сражениях. Разбитые Поляки уступили Трубецкому Белый Город, но Китай и Кремль не сдавались. Нужна была новая помощь. Авраамий и Дионисий послали вторично грамматы в Казань и Низовые города, приглашая бояр и народ к общему восстанию: новия дружины присоединились к Трубецкому. Уже успехи Русских подавали А в-раамию надежду видеть Москву свободною : вдруг вспыхнуло возмущение в войске казацком. Мятежники убили двух воевод; прочие воеводы, опасаяс_ьподобной участи, отступили: одип Тру. бецкоии, с верною дружиною, оставался у стен Кремлевских. Осажденные вытеснили его из Белого Города. К довершению бедствия, свежее войско подкрепило Поляков, и гетман Ходкевич окружил Трубецкого. Русские терпели крайний недостаток в свинце и порохе. II в этом случае, предусмотрительность Авраамия и ревность Дионисия отвратили бедствие: стараниями их подвезены были съестные припасы и снаряды в стан Трубецкого, и в третий раз во все концы России разосланы увещательные грамматы — спешить на помощь погибающей Москве. Сими грамматамн подвигнуты были Минин и Пожарский. Но между тем, как полки русские собирались под знамена Пожарского, измена Заруцкого заставила опасаться новых неудач : скорая помощь была необходима. Авраамий отправился (1612 г.) к Пожарскому, и застал его въЯро-I славле. Келарь заклинал князя не медлить, и сам проводил его до Обители Си. Сергия. Архимандрит Дионисий встретил воинство русское, благословил крестом и окропил святою водою. 18 августа, Пожарский стоял уже под Москвою, но мятежные казаки, не получая жалованья, отказывались от участия в битве. Усердный Авраамий, не имея более денег, предложил им, вместо платы, утварь монастырскую, стихари и ризы, жемчугом унизанные, умоляя их, именем Бога и Святых Сергия и Никона, не отставать от верных сынов России. Устыженные казаки ничего не взяли, ии поклялись умереть или освободить Москву.22 августа закипела битва, и продолжалась три дня. Победа Русских была совершенная, и 26 августа стены освобожденного Кремля огласились именами освободителей отечества. Россия ожила, и юный Михаил воцарился, но польский королевич Владислав еще именовал себя царем московским, и скоро осадил Москву, но не мог взять ея, и приступил к Троицкому Сергиеву монастырю. Храбрые иноки явились на стенах с келарем Авраамием, итак удачно отразили Владислава, что он, потеряв надежду приобрести оружием престол русский, заключил с монастырем перемирие. Авраам сам описал эту несчастную и вместе славную эпоху Российской Истории. Две летописи его изданы вц178иг., в Москве, под заглавием: Сказание об осаде Троицкого Сергиева монастыря от Поляков и{ Литвы, и бывших потом в России мятежах. В 16И9 г. Авраамий, сохраняя звание келаря Сергиевской Лавры; перешел на житие в Соловецкий монастырь, и скончался там через семь лет, 13 сентября 1626 г. В сем мопастыре долго творилось ему поминовение. Ии. Д. Э.