> Энциклопедический словарь Гранат, страница 566 > Автаркия

Автаркия

Автаркия. Основные идеи А.— экономическое самоудовлетворение, независимость от других — встречаются уже у Платона и Аристотеля. Они, по существу, были против внешней торговли предметами роскоши, целью которой является исключительно нажива. Платон требовал, чтобы государство вело торговлю, ограничиваясь абсолютно необходимыми предметами, в то время как все, что возможно производить внутри страны, должно производиться местной промышленностью, которая в своюочередь по должна производить для экспорта. Это содержание А. отличается потому, которое вкладывается в данное понятие в настоящее время, как греческий городгосударство отличается от современных мировых империалистических го-, сударств. А. в смысле хозяйственного самоснабжения выражает также движение, характеризующее политику средневековых городов, подчинявших себе окружающие их деревни, затем— политику торгово-промышленного капитала на заре развития каиитализма, и стала боевым кличем финансового капитала в эпоху конца капиталистической стабилизации и подготовки новых войн за новый передел мира. Политика средневековых городов по отношению к деревне охарактеризована Марксом как политика экспло-атации деревни городом: «Если в средние века деревня эксплоатирует город политически повсюду, гдо феодализм пе был сломлен исключительным развитием городов, как в Италии, то город повсюду и без исключений эксплоатирует деревню экономически своими монопольными ценами, своей системой налогов, своим цеховым строем, своим непосредственным купеческим обманом и своим ростовщичеством» (Капитал, 1923, т. III, ч. 2, стр. 37). В этом и заключался смысл тогдашней торговой политики, стремившейся к сосредоточению торговли и ремесел в городах.

Политику городов продолжает торгово-промышленный капитал по отношению ко всей стране. Наиболее отчетливо проводил эту политику А. Кромвель в Англии в XVII веке. Принятый парламентом закон от 1 августа 1650 г. начинается длинным предисловием, в котором говорится, что парламент заботится о сохранении и развитии торговли и ремесел на пользу народа, о предоставлении работы бедным и о спасении их семей от разорений и нищеты. Далее, имея в виду, что правильно управляемые торговля и ремесла черезвычайно увеличивают силу и богатство, честь и благосостояние государства, в то время как неиормированная торговля вредит отдельным отраслям и даже в целом государству, парламент,чтобы предупредить убытки и вред, создает совет, который должен следить за тем, чтобы все, что в настоящее время может быть создано самой Англией, но ввозилось и чтобы английские продукты прибыльно продавались за границу.

«Ясно, — говорит по поводу этого постановления апглийского парламента Братнино в своей «Истории хозяйственного развития Англии» (Иена, 1927, т. M, стр. 217),— что созданием этого совета стремились добиться хозяйственной А., связанной с плановым регулированием сверху, чтобы по возможности быстро сделать Англию наиболее богатой и _ могущественной мировой державой».

Такие лее планы регулирования хозяйственной деятельности и создания своей промышленности развивали и другие страны (Кольбер во франции, Фридрих Великий в Пруссии и так далее). Молено сказать, что меркантилизм (смотрите) явился в известном смысле выражением автаркических стремлений, ио целью его стремлений были по существу не только защита своего рынка и развитие собственной промышленности, но и завоевание других рынков. Меркантилизм, как известно, стремился к активному торговому балансу, то есть к превышению вывоза над ввозом. «Согласно меркантильной системе, — говорит Маркс («Теория прибавочной стоимости», 1906, т. I, стр. 46),—существует только относительная прибавочная стоимость: что выигрывает один, то теряет другой. Следовательно, для капитала, взятого во всей его совокупности, внутри данной страны не создается никакой прибавочной стоимости. Она может возникать только в сношениях одной пации с другими. При этом излишек, который одна нация реализует для себя в спошепнлх с другими, выражается в деньгах (торговый баланс), потому что именно деньги представляют непосредственную и самостоятельную форму мировой стоимости». (,

К этому надо прибавить, что золото являлось необходимым орудием обращения, что пакоплонио золота давало возможность вести широкую международную торговлю, ставило, следовательно, страны, владеющие золотом, в особо благоприятное экономическое положение, нс говоря ужо о роли его в политической борьбе того времени. «Автаркические» стремления меркантилистов ио существу сводятся, следовательно, к тому, чтобы ограбить весь остальной мир, чтобы пажнваться за счет других народов.

Против меркантилистов выступили физиократы, затем школа Адама Смита, классическая политическая экономия. Они прежде всего боролись против переоценки значения денег, как единственного выражения богатства (отрицая иногда всякое значение за деньгами). Они, далее, отрицали, что внешняя торговля может дать какие-нибудь выгоды. «Все торговые нации одинаково обольщаются тем, — писал в свое время Мерсы; дела Ривъср («L’ordre nature et essentiel dos societes politiquos», 1767,p. 545),— что они обогащаются от торговли, но — удпвнтельиая вещь — они все воображают, что они обогащаются ва счет других. Приходится согласиться, что этот мнимый барыш в том виде, как они era себо представляют, должен быть весьма чудодейственной вешыо, ибо, по их миопию, каждый выручает и никто но теряет». Того жо мнения держался и отец физиократов, Кенэ («Библиотека экономистов», стр 165). «Представления,— писал он,—которые образовались относительно обогащения посредством торговли одной страны в ущерб другой, есть лишь иллюзия, навеяннаязаблуждением». В том же духе вы-скааывался и Адам Смит: «Успели внушить пароду мнение, — писал он (кп. IV, гл. Ill, изд. 1886 г., стр. 324),— что благополучие его состоит в разорении соседей; поэтому каждая страна завистливыми глазами смотрит на благосостояние всех народов, находящихся с ною в торговых сношениях, и все, что составляет выгоду последних, считает за свои собственные потери. Торговля вместо того, чтобы вызвать естественное согласие и дружбу мелсду людьми, как и между пародами, стала обильным источником злобы и вражды» «Не может быть «сомнгщщ, в том, что это учение первоначально было внушено и распространено духом монополии» «Если благосостояние соседнего народа и может быть опасно в военном отношении, то в торговом отношении оно, несомненно, может быть выгодно» (там же, стр. 326). Эта либеральнопацифистская теория характеризовала, как известно, маичестерство, и Кобдеп, глашатай либерализма в Англии, прямо заявил: «Вводите принцип свободной торговли в международные отношения, и война между отдельными государствами будет немыслима, как мелсду отдельными нашими городами».

Заметим мимоходом, что па позиции бурлсуазных последователей манчестерской школы стоял Каутский, который в мелсдународных отношениях тоже не видел ничего иного, кроме меновых отношений, и от свободной торговли ожидал «царства мира и спокойствия». «Каутский,— писал Ленин -(Сочинения, т. XIX, стр. 162), — порвал с марксизмом, защищая для эпохи финансового капитала «реакционный идеал», «мирную демократию», «простой вес экономических факторов». Каутский на самом деле смотрел на внешние отношения глазами либерального демократа, а после мировой войнывместе с буржуазным либерализмом перекочевал в лагерь реакции. Надо к этому прибавить, что братья Кб-утского но партии улсе до мировой войны нередко защищали чисто империалистическую точку зрения (Гильдебранд, Шишюль, а во время войны — Лети, Куно и другие). Они открыто защищали покровительственную систему торговли, автаркические идеи, захват колоний и империалистическое господство Германии над миром.

Это превращение либералов в защитников покровительственной системы и империализма намечалось уже у Милля. Как ученик Рикардо, он еще высказывается против пошлин и государственного регулирования торговли: «Запрещать ввоз или устанавливать иошлипы, по допускающие его, — писал Джин Стюарт Милль («Основания политической экономии», 1896, стр. 809),—значит делать труд и капитал страны менее успешными в производстве, чем они были бы без этого, и причинять потерю, равную разнице между трудом и капиталом, необходимыми для внутреннего производства товара, и трудом и капиталом, требующимися длянроизводства тех вещей, за которые этот товар может быть куплей за границей». Однако, Милль допускал уже весьма существенные исключения из этого общего правила, и первым его исключением являются покровительственные пошлины для молодой страны, которая устанавливает их временно в надежде ввести в стране вполне подходящую к ее условиям промышленность (стр. 814). Милль, следовательно, допускал «воспитательные пошлипы», как и Лист. При этом оп исходил из соображений, что разделение труда мелсду странами в основном определяется естественно-географическими условиями, что, как мы знаем, иевсфио. Во всяком случае, он считал допустимыми покровительственные пошлины в тех случаях, в которыхесть вполпо осповатсльпая уверенность, что поощряемые этими мерами отрасли промышленности спустя некоторое время будут в состоянии обходиться без них. Дальнейшим исключением для Милля является, как для истинного бурлсуа, «интерес национального продовольствия и национальной обороны» (стр. 812). Он, как впрочем и Смит, оправдывал политику Англии, направленную на создание своего флота. Он был только против пошлин на хлеб, так как отрицал возможность «единовременной войны со всеми нациями мира». Странно полагать, рассуждал он, «что вся страна, далее мало защищенная со стороны моря, может быть блокирована подобно городу или что производители пищи не так лее будут стремиться удержать за собой выгодный рынок, как мы но лишиться их хлеба».

Опыт мировой войны научил бы Милля другому. Во всяком случае современные сторонники А. могут ужо с полным правом ссылаться па Милля, теоретика свободной торговли. Так легко бурлеуазиый либерализм переходит в империализм нашего времени. Современные сторонники А. могут возразить либеральной школе еще то, что последняя исходила из положения, будто весь капитал и все количество рабочих заняты в каждой данной стране. Весь вопрос сводился для нсо к тому, «давать ли занятно одному или другому классу нашего народа», то есть той или другой группе промышленников. Между тем, узкий базис потребления при капитализме но дает возможности исиользо-ватьполиостыокапитал внутри страны, который поэтому и уходит за границу. В настоящее время, когда свирепствует всеобщее перепроизводство, как раз этот момент является решающим. Если отгородить свой рынок, то возможно дополнительно некоторую часть капитала вложить в хозяйство.

Ясно, что либеральная теория Смита, Милля и так далее оказывается несостоятельной.

Па самом деле вопрос, однако, сводится не к этому. Свободная торговля, покровительственная система или А. — все зависит от того, что дает капиталу большую или меньшую прибыль, что доставляет ему более или менее могущественное положение на мировом рынке. При вполне свободных условиях товарообмена между странами «внешняя торговля не оказывает влияния на отношения стоимости» (Капитал, т. II, стр. 44G). Однако, капиталы, вложенные во внешнюю торговлю, все же могут дать более высокую норму прибыли, так как, — писал Маркс (Капитал, изд. 1923 г., т. Ill, ч. 1-я, стр. 218),—

«во-первых, здесь идет конкуренция с товарами, которые производя гея другими странами при меноо благоприятных условиях производства, так что более поредовая страна продает свои товары выше их стоимости, хотя дошовло конкурирующих стран. Поскольку труд болео передовой страны оаоииваотсл нрп этом как труд болоо высокого удольного воса, норма прибыли повышается, потому что труд, по оплачиваемый как труд болоо высокого качества, продается как таковой. То лее самое моле от имогь место по отношению к той стране, в которую отправляются товары и на которой получаются товары; имоп-по. такая, страна отдют опещостплеппог.) туда in imtura болео, чем получает, и всо-такп получает при этом товары дешоило, чом сама могла бы произвочить. Совершенно так же, как фабрикант, утилизирующий по-воо изобротопно пределе, чом оно вошло во всеобщее употребление, продает дошовло своих конкурентов и, и смотря на то, выше индивидуальной стоимости своих товаров, то есть сравнительно болео пысокую производительную силу примечаемого им труда он использует как прибавочный труд. Оп ро-ализуог, таким образом, лобавочпую прибыль. С другой стороны, что касается капиталов, плодюпных в колошшх и так далее, то они могут давать болоо высокие нормы прибыли, так как вследствие болоо низкого развития порма прибыли вообщо стоит вышо, а при условия применения рабщл, кули и тому подобное. стоит вышо и эксплуатя труда».

Таким образом, Маркс указал па возмолсиость получения добавочной

2Д1

прибили от внешней торговли с малоразвитыми странами, чем и объяснил стремление индустриальных страп к торговле с малоразвитыми. При юс подстве полной свободы торговли такое положение устраняется, однако, конкуренцией между странами на рынках отсталых стран и приводит в конце концов к уравнению и снижению нормы прибыли. «Закон стоимости в его т птергациональном применении,— говорит Маркс (Капитал, т. I, сгр. Е>42), — претерпевает изменения еще более значительные благодаря тому, чю на мировом рынке более производительный национальный труд принимается в расчет как более интенсивный, пока конкуренция не принудит более производительную нацию понизить продажную цепу ее товара до его стоимости».

Отсюда и стремление капитала ограничить конкуренцию и создать себе монополию на этих рынках малоразвитых стран, путем ли экспорта туда хсапитала, получения концессий или превращения этих стран в свии колонии.В эпоху монополистического капитализма неэквивалентность обмена между промышленно развитыми и отсталыми странами становится правилом, так как в эту эпоху конкуренция хотя и не исключена, по всегда в той или иной мере ограничена. Вот почему Ленин подчеркивал, что в эпоху империализма идет экс-млоатация горсткой богатых стран всей ос1ального населения мира: «Горстка богатых стран,-писал он, развила монополии необъятных размеров, получает сверхприбыль в количество сотен миллионов, если не миллиардов, «едет на спине» сотен и сотен миллионов населения других стран, борется между собой за делелс особенно роскошной, особенно жирной, особенно споко. ной добычи». «В этом | ак раз экономическая и политическая суть империализма» (Ленин, 1-е изд. Соч., т. XIII, стр. 333 и 477—478).

Так понимает международные отношения эпохи империализма и Сталин: «Усиленный вывоз капитала в колониальные и зависимые страны; расширение «сфер влияния» и колониальных владений, вплоть до охвата всего земного шара; превращение капитализма во всемирную систему финансового порабощения и колониального угнетения горстью «передовых» стран гигантского большинства населения земли,— все это, с одной стороны, превратило отдельные национальные хозяйства и национальные территории в звенья единой цепи, называемой мировым хозяйством, с другое стороны —раскололо население земного шара на два лагеря: на горечь «передовых» капиталистических стран, эксплоатнрующ )Х и yi пехающих обширные колониальные и зависимые страны, и на громадное большинство колониальных и зависимых стран, вынужденных вести борьбу за освобождение от империалистического гнета» («Вопросы ленинизма», 10 изд., стр. 16, или т. XXVII настоящего Энцикл. Слов., повтори, изд., 50).

То разделение труда, которое установилось между странами в настоящее время и которое названо «мировым хозяйством», основано «на сам и наглой эксплуатации и самом бесчеловечном угнетении сотен миллионов населения обширнейших колоний и зависимых стран» (И. Сталин). В этом весь смысл современных стремлений к созданию обширных держав и замкнутых хозяйственных единиц.

Таким образом устанавливается совершенно новое разделение труда мелау странами.

Разделение труда, которое установилось в период свободной торговли, совершенно отличалось от того разделения труда, которое существовала в период монополистического капитализма. Раньше производитель в отсталых странах подчинялся толькостихийному давлению рынка; в эпоху монополистического капитализма капитал непосредственно предписывает форму и способ производства, насильно препятствуя индустриализации колониальных стран. В нынешнюю эпоху ьонпа капиталистической стабилизации и развала мировохозяйствен-пых отношений аграрные страны лишены возможности продолжать свое производство, так как их лишают рынков в промышленных страпах. Ясно, что аграрные страны вынуждены бороться против своего закабаления финансовым капиталом. Не должны ли,—опрашивал Маркс в своем письме Анненкову (там же, стр. 286),— межа,у iTi родные от ношения изменяться вместе о изменением разделения труда. Р в люционные движения в колониальных странах достигли такого напряжения, «что великие державы стоят перед опасностью потери своего тыла, то есть колоний» (Сталин, Вопросы ленинизма, 1926, стр. 369).

Как современные империалисты толкуют А., видно лучше всего из высказываний шведа Киеллина и В. Зом-барта. Ей ллчп в своей работе «Государство как живой организм» (Dor Staat als Lebensform) пишет: «А. является решением экономической проблемы — срединой между сверх-кулыурпй и колониальной культурой, так что важнейшие потребности страны могут быть удовлетворены собственными рессурсами. Относительно замкнутая и уравновешенная область производства и потребления, кото| ая на случай необходимости может существовать при закрытых Дверях. Но все пожирающая промышленность но соответствующая торговля с вытекающей отсюда зависимостью от заграницы, по и по слишком большое преобладание сельского хозяйства за счет остальных потребностей культуры, а гармоническое сочетание и взаимное дополнение обеих областей хозяйства, такчто разнообразные потребности высококультурного народа не насилуются». lie трудно видеть, что эго мечты мелкого буржуа небольшой страпы, боящегося слишком большого развития крупного капитала, разоряющего мелкое и сроднее производство,— мечты, подогретые последней войной, когда экономическая блокада играла огромную роль в борьбе за мировое господство.

Зомбарт в своей брошюре «Будущность капитализма» (перепечатана и сборнике «Под маской планирования», Москва, 1933), говоря о необходимости «планирования хозяйства», выстунаот также за «разумную» А., понимая под этим словом «целеустремленное, планомерное регулирование и междугосударствоппых хозяйственных актов из национального центра». «Я считал бы, — говорит он далее,—что А. в материальном отношении имеется уже и таком обществе, которое но находится в совершенной зависимости от сношения с другими пародами, то есть но вынуждено заниматься внешней торговлей для поддержания своего существования, а вывозит и ввозит но своей собственной воле то, что оно захочет». Зомбарт следующим образом объяспяет цель А.: «Мыдолжны заботиться о том, чтобы не попадать в такое иоложопио, которое впоследствии может оказаться для нас опасным».

Как известно, теоретической основой автаркических стремлений явился так называемый «закон падения доли экспорта в хозяйстве страны», который установил тот же Зомбарт. Пот возможности останавливаться па опровержении этого «закона». Ми дали анализ этой проблемы в ряде наших работ, между прочим в последней работе: «Борьба за рынки после мировой войны» (1934, стр. 16). Стоит отмстить, что Зомбарт в той своей работе, в которой ои устанавливает

2W

Этот злополучпый «закон», а именно «Германское хозяйство в XIX веке», сам доказывает невозможность А. для Германии. Он пишет: «Когда говорят о самоснабжении продуктами своей почвы, думают о хлебе и о скоте, служащем для питания, и в этом смысле указывают на то, что повышением урожайности можно добиться увеличения производства па одну пятую и так далее Этому противопоставляю следующие соображения: чтобы получить в стране то количество конского волоса, которое Германия ежегодно ввозит, необходимо убивать каждый год 1 миллион» лошадей или /, существующего поголовья» (в 1932 г. в Германии было даже только 3,4 млн. лошадей.

М. Сп.). Точно так лее необходимо было бы увеличить поголовье крупного рогатого скота на 60 млн. голов, чтобы удовлетворить потребность хозяйства в колее и шкурах, между тем как за годы I860—1907 поголовье скота увеличилось всего па 5 млн. Далее, Германия имела в 1910 году 7,7 млн. овец (в 1932 г.—2,3 млн. М. Сп.). Чтобы удовлетворить всю потребность в шерсти, Германии необходимо было бы держать 100 млн. овец, а если заменить хлопок шерстью, то надо разводить 300 млн. овец, то есть больше, чем имеют вся Европа и США вместе взятые.

Глашатаем Л. в настоящее время является фашизм. Не только германский и итальянский выступил под этим знаменем, но даже Мосли и Англии является ярым защитником А., хотя меньше всего Англия в состоянии удовлетворить свои потребности собственным производством и ограничиться собственным рынком. Впрочем, фантом А. не долго плйшл умы фашистских хозяйственников. В настоящий момент, когда пишутся эти строки (весной 1934 года), во всей буржуазной Германии стоит один вопль о потерянном рае, то есть — о рынках иколониях. Германский министр народного хозяйства Шмитт выпустил брошюру, в которой он резко высказывается против стремления к А., указывая на то, что Германия нуждается в иностранном сырье и что, если искусственно разорвать нити, связывающие Германию с остальным миром, то это означало бы смерть важнейших отраслей промышленности, крайнюю безработицу, полное расстройство хозяйственной жизни, не исключая и сельского хозяйства. 19 апр. в Гамбурге собрались представители германского финансового капитала на совещание иод лозунгом «внешняя торговля — сродство уменьшения безработицы».

Как признает и Шмитт, производственная способность германских предприятий далеко превосходит собственные потребности и приспособлена к работе на экспорт. До войны Германия вывозила 26,5°/0 своей промышленной продукции. В 1931 г.— 32,2%. Многочисленные отрасли хозяйства вывозят еще гораздо большую долю своей продукции. Потребность во внешних рынках настолько сильна, что даже министр земледелия Дарре, который явился по существу главным защитником А., вынужден был на специальном собрании, устроенном в Берлине с иностранными дипломатами, заявить о том, что политика А. привела к ухудшению положении широких масс населения.

Из всех промышленных стран мира США считают страной, которая могла бы больше, чем другие страны, замкнуться в свою скорлупу. Однако, исследования конъюнктурного института Германии (специальная тетрадь № 25) показывают, что и США ввозят значительное количество продуктов, которые не могут быть произведены в самой стране (13 проц. всего ввоза). Остальной ввоз объясняется или отсутствием такой продукции, которая могла бы быть, по которая считается невыгодной, или недостаточностью собственной продукции, отчасти (10,2%) отсутствием специальных сортов и качеств того или ипого товара. Важной, однако, что и в США рост производственного аппарата давно обогнал рост потребления внутри страны. II США теперь стоят перед серьезной проблемой усиления экспорта, па что направлена политика Рузвельта последнего времени.

В отношении сельскохозяйственных товаров вопрос стоит несколько иначе. Подпить производительность земли и труда в этой области не представляет собой особенных трудностей, и в основном почти все страны могли бы удовлетворить свои потребности по крайней море в съестных припасах. По этому мешают высокие производственные расходы, благодаря черезвычайному росту ренты в промышленно развитых странах. Можно, конечно, отгородить свой рынок от конкуренции других стран и заставлять свое население платить втридорога, как это делается в настоящее время, когда цены на хлеб в европейских странах в два-три раза превышают цены на мировом рынке. Точно так же черезвычайно резко повышены цены на другие сельскохозяйственные продукты. По тем самым повышается общий уровень цен, поднимаются производственные расходы и для промышленных товаров и оелабляотся конкурентная способность этих стран на мировом рынке. Более того, лишая путем А. аграрные страны возможности экспортировать сельскохозяйственные продукты в промышленные страны, последние тем самым подкапываются иод корни своих рынков, так как аграрные страны лишены возможности покупать промышленные продукты. Если А. имеет еще известный смысл, то только в отношении аграр-1

/&°

А» v

| БИБЛИОТЕКА]

I имени /

пых стран, которые вводят у себя промышленность, желая развивать свои производительные силы. По и в отношении этих стран А. но может быть понята в смысле полного отграничения от мирового рынка, так как и им необходимо вывозить свои аграрные продукты, которыми они покрывают необходимые для них промышленные продукты в виде средств производства.

А. понимается часто в смысле создания больших колониальных государств. Однако, даже такая страна, как Великобритания, владеющая самыми крупными и богатыми колониями мира, по в состоянии ограничиться исключительно торговлей со своими владениями. В 1933 г. ввоз Великобритании из колоний составил всего 36,9 проц. всего ввоза, а вывоз туда—44,6°/р всего вывоза. франция покупает в своих колониях только 20% своего ввоза и вывозит туда 31,5% своего вывоза. Следовательно, и колоссальные колонии по решают проблемы А. Лозунг А., выброшенный фашистами, только ширма для борьбы за внешний рынок, за высокую прибыль предпринимателей, а главное — оправдание хозяйственной подготовки в мирное время к новой войне.

Проблему равновесия производства и потребления в отдельных странах и в отдельных крупных областях, как и плановость всего хозяйства, может разрешить только. социалистическая организация производства, которая но знает противоречий, раздирающих капиталистическое хозяйство. Международное разделение труда, которое установится между социалистическими хозяйствами, будет носить характер добровольного, основанного на обоюдном интересе товарообмена без всякой экенлоатацпи какой бы то ни было страны. Это будет но А., а истинное международное разделение труда.

Литература. Вопросами А. усиленно занималась публицистика последних лет, поскольку фашисты выступили со яркими защитниками и в ней стали видеть выход из кризиса. По существу оти проблемы трактуются во всех работах, посвященных вопросам торговой политики. Но и специально об А. появилось в последнее время огромное число работ, в особенности в журналах и газетах. Укажем только на некоторые из них. Фашистские работы: Fried F., «Ubergang znr Autarkic», а также ого статьи в журнале «Dio Tat» за 1932 г.; «Doutschlandg Sclbstversorgung», her. von Л. В. Daniclcik, Miinchcn, 1932,—большое число статей но различным областям народного хозяйства Германии, которые должны доказать, что Германия м жет перейти к Л.; //. Laum, «Dio gegehloagcno Wirfcachafi», Tubingen. 1933 — большой труд, рассматривающий проблему с «социологической» точки зрения (точка зрения автора д< статочно характеризуется тем, что оп считает рабочего тоже капиталистом, а марксизм—превращенным капитализмом; Л. дли пего борьба против крайностей за сохранение среднего сословия). Из работ и р г и в и и к о в А. отметим: «Autarkic, Schrif-ten dos Veroins fur Sozialpolitik», 1932; «Autarkic, fiinf Vortriigo von Karl Brand, W. Kulcen, 1Г. Gcrloff, B. Lbh, K. Lange“, 1932 (обращает на себя внимание статья Герло(|а, в которой автор П|Ямо ставиг вопрос: «или производство для рынка и па основе законов рынка,. ли производство для общества, но тогда через общество и при посредстве общественных средств произволе на»; сам он высказывается за нечто среднее); Kulcvburg, «Groggramnwirt.gchaft und Autarkic»; Be-ckcrati, «Autarkic oder internationalo Zua unincnar-beit». Из журнальных статей отметим: Fr. Вoffmann, «Weltwirtaehaftsarchiv», 1Г32, за октябрь, и черезвычайно остроумную статью лондонского «Экономиста», «Miinchhau9cn in Autarkigtan», 1934, or 13 января. Критическую оценку современных автаркических вожделений монополистического капитала можно дать тол>ко на основе учения Ленина об империализме («Сочинения», т. XIX) и Сталина о послевоенном каин ализме («Вопросы ленинизма»), а также постано-клемии Коминтерна («Послевоенный капитализм в освещении Коминтерна», Паргиздат, 1932).

М. Спектатор.

Автогенная сварка, см. резка и сварка металлов, XXXVI, ч. 1, 297/304.