> Категория для убранных статей Военного лексикона, страница 1 > Ахульго

Ахульго

АХУЛЬГО, временное убѣжище Шамиля въ обществѣ Койсубу въ Сѣверномъ Дагестанѣ, на нравомъ берегу Андійскаго Койсу, верстахъ въ двухъ отъ сліянія его съ Аварскимъ Койсу. Онъ состоялъ изъ двухъ селеній — стараго и новаго Ахульго, расположенныхъ на огромныхъ утесахъ, раздѣленныхъ глубокимъ ущельемъ рѣчки Ашнльты; оба вмѣстѣ лежали на полуостровѣ, обги-баемомъ съ трехъ, сторонъ рѣкою Койсу. Верхнія площадки этихъ утесовъ, огражденныя обрывистыми утесами, съуживаются къ югу и примыкаютъ къ горамъ узкими перешейками. Отъ стараго Ахульго по берегу Койсу тянется горный хребетъ; надъ новымъ возвышается почти отвѣсно громадная остроконечная гора, вершина которой занята была Сурхаевою башней. Обрывы утесовъ къ рѣкѣ Койсу и къ Ашиль-тѣ изрыты множествомъ различной величины пещеръ. Въ одномъ мѣстѣ оба утеса сближаются между собою до того, что между ними устроено было сообщеніе по нѣсколькимъ бревнамъ. Подобная же переправа находилась

противъ Ахульго на рѣкѣ Ііойсу, прорывающейся тутъ между утесистыми берегами. Мѣстность вокругъ обоихъ Ахульго вообще неприступна, сурова и дика; горы каменисты и безплодны; во многихъ мѣстахъ низвергаются съ нихъ бушующіе потоки. Не взирая на естественныя препятствія, Горцы весьма хорошо обдумали и примѣрили къ дѣлу всѣ искусственныя преграды. Оба йерешейка, которыми старое и новое Ахульго примыкали къ окружающимъ горамъ, были глубоко перекопаны; надъ эскарпомъ находились каменныя сакли съ бойницами; противъ стараго Ахульго, гдѣ мысъ весьма узокъ, доступъ оборонялся только каменною постройкой, частію скрытою въ утесѣ; доступъ же къ новому Ахульго, болѣе широкій, былъ обороненъ двумя каменными постройками, соединенными траншеею, которыя обстрѣливали перекрестнымъ огнемъ единственный пунктъ, удобный для эскалады. Всѣ сакли Новаго Ахульго были укрыты отъ выстрѣловъ съ ноля, тогда-какъ на каждый пунктъ, сколько-нибудь удобный для дѣйствія русскихъ войскъ, могли быть направлены сотни выстрѣловъ.

Взятіе Русскими воіісками еа 1859 году.

Въ началѣ 1839 года, Шамиль, предводитель Мюридовъ, распространяя свое владычество но сѣверному Дагестану и смежнымъ съ нимъ областямъ, засѣлъ въ Ахульго со всѣми ближайшими къ нему и храбрѣйшими воинами, заложниками отъ покорныхъ ему племенъ и съ награбленной добычею. Болѣе 4,000 душъ обоего пола волею н неволею должны были раздѣлить участь Шамиля; изъ нихъ до 1,000 человѣкъ были вооружены п готовились умереть, но не сдаваться. Человѣкъ сто, йодъ предводительствомъ Али-Бека, заперлись въ Сурхаевой башнѣ; довѣренныя лица разосланы были въ разныя общества Дагестана для сбора новыхъ полчищъ.

Чтобъ уничтожить опасное это скопище, была назначена экспедиція но плану Вііісочайше утвержденному, и для этого собранъ у крѣпости Внезапной отрядъ, подъ начальствомъ командовавшаго тогда войсками Кавказской линіи, генералъ-лейтенанта Граббе, изъ 9 баталіоновъ пѣхоты, 1-й роты саперовъ, 5 сотенъ линейныхъ казаковъ, милиціи и соотвѣтствующаго числа орудій, всего около 9,300 человѣкъ. Разсѣявъ первоначально непріятельскія шайки въ Чечнѣ, для обезпеченія своего тыла, отрядъ эготъ въ началѣ мая явился подъ Ахульго и 13 числа открылъ осадныя работы построеніемъ пяти баттарей: № 1-го на 2 орудія, на гребнѣ высотъ, ведущемъ къ старому Ахульго, для обстрѣливанія передней части новаго Ахульго; № 2-го на 2 горные единорога, на томъ же гребнѣ, только ниже и лѣвѣе первой батта-рен, для обстрѣливанія стараго Ахульго; № 3-го на 2 орудія, на высотахъ лѣвѣе ручья Бетлетскаго; № 4-го на 2 орудія, на горѣ къ югу отъ Сурхаевой башни, и № 5, на 4 горныя орудія, на высотахъ къ востоку отъ этой башни. Всѣ баттарей были выстроены изъ туровъ, наполненныхъ, за недостаткомъ земли, каменьями. Въ то же время, одолѣвая безчисленныя затрудненія мѣстности, войска занимались устройствомъ путей сообщенія между батта-реями. При всемъ томъ, силы и средства отряда были слишкомъ недостаточны для совершеннаго обложенія Ахульго и пресѣченія Шамилю свободнаго сообщенія черезъ Койеу съ сосѣдними обществами; для веденія же правильной осады не было ни орудій надлежащаго калибра, ни достаточнаго числа саперъ и инструментовъ.

Не менѣе затруднительна была доставка продовольствія и снарядовъ, которые надо было привозить на вьюкахъ изъ.Темиръ-Ханъ-Шуры, но кружной дорогѣ черезъ Зыряни и Цатаныхъ. Генералъ Граббе, устранивъ по возмож-

ностіі эти неудобства, нросидъ корпуснаго командира прислать въ Сѣверный Дагестанъ нѣсколько баталіоновъ изъ Самурскаго отряда, который въ это время счастливо окончилъ экспедицію заложеніемъ Ахты и взятіемъ Рутула. Три баталіона съ двумя легкими и двумя горными орудіями, были отправлены къ Ахульго, но онн могли прибыть еще не скоро; а между тѣмъ происки Мюридовъ, угрозы и обѣщанія Шамиля не остались безъ послѣдствій. Не только отдаленныя Дагестанскія общества, но и ближайшіе Андійцы и Гум-бетовцы начали вооружаться и частію двинулись къ Чиркату для уничтоженія тамъ моста, частію собрались въ Ихали. Силы этихъ горцевъ простирались свыше 3 тыс. человѣкъ. Въ ночь съ 18 на 19 мая скопище ихъ безпрепятственно направилось отъ Сагрит-лохскаго моста къ Ашильтѣ, заняло высоты надъ этимъ пунктомъ и начало тутъ укрѣпляться. Не предполагая непріятеля въ столь близкомъ и выгодномъ положеніи, генералъ Граббе намѣренъ былъ утромъ, 19 числа, произвести рекогносцировку противъ Ахульго. Горцы готовились нечаянно и съ тыла аттаковать осаждающій отрядъ; но они не умѣли воспользоваться всѣми выгодами своего положенія : до разсвѣта еще начали, по обыкновенію своему, пѣть стихи изъ Корана, а потомъ уже завязали перестрѣлку, которая дала возможность ближайшимъ войскамъ поспѣть на мѣсто боя. Горцы были аттакованы въ наскоро-сдѣлан-ныхъ завалахъ и послѣ самаго непродолжительнаго боя, бѣжали. Одновременно съ этимъ происшествіемъ, другая партія явилась у Чпркатскаго моста, но стоявшія тамъ двѣ роты, получивъ приказаніе разрушить его, отступили безпрепятственно къ отряду. На другой день, генералъ Граббе, не желая оставить непріятелей въ столь близкомъ сосѣдствѣ, двинулся съ частью отряда къ Сагрнтлохскомѵ мосту, раз

билъ горцевъ и этимъ обезпечилъ свободное продолженіе осады; между тѣмъ Шамиль, пользуясь отсутствіемъ своего противника, произвелъ въ ночь, на 22 число, вылазку и успѣлъ разрушить часть осадныхъ работъ. Къ вечеру 23 числа возвратился Граббе и войска его заняли прежнія мѣста. Заложена была баттарея № 6-го на два орудія для дѣйствія по старому Ахульго, и начата тогда же двоііная крытая сапа. Сурхае-ва башня была окружена нашими передовыми постами : но такъ-какъ выдающееся положеніе ея чрезвычайно затрудняло всѣ дѣйствія осаждающихъ, го начальникъ отряда рѣшился овладѣть ею штурмомъ. 29 іюня съ разсвѣтомъ, баттареи открыли сильный огонь противъ башни, но, по прочности ея стѣнъ и свойству мѣстоположенія, не могли принести никакой почти пользы. Въ 9 часовъ утра начался приступъ и продолжался до самаго вечера; невозможное осталось невозможнымъ; при всей своей храбрости, войска должны были отступить съ значительною потерей. Со стороны Горцевъ погибъ одинъ изъ самыхъ ревностныхъ и способныхъ помощниковъ Шамиля— Али-Бекъ. 3 іюля, отрядъ былъ усиленъ прибытіемъ баталіона пѣхоты и четырехъ полевыхъ орудій; на мѣстѣ баттареи № 5-й устроена новая, для 5-хъ пушекъ, а 4 іюля началось бомбардированіе башни. IIа разсвѣтѣ 'непріятель произвелъ вылазку, и захвативъ часть саны, зажегъ ее, но подоспѣвшимъ резервомъ былъ прогнанъ и пожаръ потушенъ. За то вторичная попытка — овладѣть башней открытою силою опять не удалась; войска были отведены къ подошвѣ скалы и артиллерія одна продолжала свое дѣйствіе; она истребила большую часть оборонявшихъ башню Мюридовъ; оставшіеся въ живыхъ бѣжали ночью и башня немедленно была занята вами. Но-слѣ этого важнаго успѣха можно было обратить всѣ усилія противъ новаго

Ахульго, для обстрѣливанія коего устроены были слѣдующія баттареи : № № 7 и 8 на два и на четыре орудія съ восточной стороны, между Сур-хаевоіі башнею и Койсу, № 9 на четыре орудія, съ южной стороны на мысѣ между рѣчками Ашнльтою и Бетли, и № 10, на скатѣ высотъ лѣваго Фланга осады, блиндированная баттарея, обращенная противъ западной стороны.

Крутой скатъ горы, занятый Сур-хаевой башней, образуетъ къ сторонѣ новаго Ахульго два гребня, возвышающіеся одинъ надъ другимъ; они могли прикрывать расположенныя за ними войска отъ непріятельскихъ выстрѣловъ и тѣмъ позволяли вести осадныя работы ближе, къ передней части аула. Въ ночь, съ 14 на 15 число, цѣлая рота утвердилась на нижнемъ гребнѣ и устроены были прикрытые пути сообщенія. Такимъ образомъ—подступы, казалось, были доведены до того періода, когда слѣдуетъ произвести приступъ, тѣмъ болѣе, что съ нижняго гребня сойти можно было не иначе, какъ по приставленнымъ къ нему лѣстницамъ.

Между тѣмъ, 12 іюля, прибыло къ ат-такующимъ значительное подкрѣпленіе, ожидаемое изъ Самурскаго отряда. Генералъ Граббе назначилъ штурмъ 16 іюля. Въ этотъ день, въ 3 часовъ по полудни, войска двинулись тремя колоннами: правая съ нижняго гребня, йодъ жестокимъ непріятельскимъ огнемъ' спустилась въ ровъ и взобралась на непріятельское передовое укрѣпленіе; но за нимъ былъ еще второй, глубокой перекопъ, обстрѣливаемый перекрестнымъ огнемъ изъ двухъ скрытыхъ блокгаузовъ. Эго препятствіе, совершенно неожиданное, остановило колонну; офицеры ея были частію убиты и ранены, частію столкнуты въ кручу; войска до самой ночи оставались на небольшой площадкѣ подъ губительнымъ огнемъ. Средняя и лѣвая колонны, назначенныя для развлече

нія вниманія и силъ непріятеля, не могли ничего предпринять; и такъ съ наступленіемъ ночи всѣ войска возвратились на сборные пункты, потерявъ въ этотъ день до 150 чел. убитыми и 719 раненыхъ. Уронъ Горцевъ былъ гораздо менѣе и скоро пополненъ съ лѣваго берега Койсу, откуда Шамиль безпрепятственно получалъ подкрѣпленія и жизненные припасы. Послѣ веудачнвго приступа, 16 іюня, генералъ Граббе рѣшился пресѣчь это сообщеніе; силы отряда уже позволяли блокировать Ахульго съ обѣихъ сторонъ рѣки: оставалось только возстановить переправу.

Нѣсколько дней прошло въ рекогносцировкахъ. Рѣшено было устроить переправу выше Ахульго противъ Чир-ката. Для отвлеченія вниманія горцевъ отъ этого пункта, сдѣланы были демонстраціи устроить мостъ въ разстояніи не болѣе ружейнаго выстрѣла отъ стараго Ахульго, а между тѣмъ въ лагерѣ но ночамъ приготовлялось все необходимое для возстановленія прежняго Чиркатскаго моста и проведенія туда дороги. Въ ночь, съ 1 па 2 августа, построена тамъ баттарея и перевезены матеріалы; къ вечеру 3 числа три роты утвердились на лѣвомъ берегу Койсу, устроивъ ретраншаментъ. Къ полудню, 4 числа, мостъ былъ оконченъ, и хотя былъ не оченъ проченъ, но могъ служить для переправы пѣхоты и горныхъ орудій. 4 числа два баталіона съ Аварскою и Мехтулинскою милиціями перешли его, выгнали непріятеля изъ Чир-ката и расположились прямо противъ Ахульго, довершивъ такимъ образомъ его обложеніе.

Занятіе нашими войсками лѣваго берега Койсу было тяжкимъ ударомъ Шамилю. Въ самомъ Ахульго не было почти безопаснаго мѣста отъ выстрѣловъ, даже спускъ за водою былъ подверженъ огню нашихъ постовъ лѣваго берега. Духъ горцевъ упалъ и всѣ усилія Шамиля — возбудить дагестанскія

общества къ возстанію, остались безуспѣшны.

Съ пашей стороны сдѣланы были нѣкоторыя измѣненія въ расположеніи баттарей: на нижнемъ гребнѣ противъ новаго Ахульго, была устроена батта-рея № 11 на 4 мортирки и два горныхъ орудія; нѣсколько лѣвѣе, на прикрытомъ пути, батгарея № 12, для четырехъ нолевыхъ орудій, бывшихъ прежде на мысѣ между Ашильтою и Бетли. На мѣстѣ прежней крытой баттареи выстроена новая № 13 на 4 орудія, для дѣйствія противъ передовыхъ укрѣпленій новаго Ахульго и бросанія гранатъ въ ущелье между обоими утесами. Самая важная работа состояла въ устроеніи крытой галереи отъ нижняго гребня къ контръ-ѳскарпу новаго Ахульго. Нѣсколько разъ горцы предпринимали вылазки, изъ которыхъ одна даже удалась, всѣ другія были отражены, но тѣмъ не менѣе работы подвигались весьма медленно. Такъ прошелъ цѣлый мѣсяцъ съ 16 іюня но 16 августа.

Положеніе Шамиля было таково, что ему оставалось только сдаться; поэтому онъ нѣсколько разъ предлагалъ генералу Граббе условія, которыхъ тотъ не могъ и не долженъ былъ принять. Переговоры тянулись четыре дня: ясно было, что Шамиль хотѣлъ только продлить оборону. Наконецъ, 16 числа, было объявлено Шамилю, что если къ ночи онъ не выдастъ, въ залогъ покорности, сына, то на другой день будетъ произведенъ приступъ, къ которому тотчасъ же были сдѣланы всѣ распоряженія. Диспозиція была оставлена почти въ томъ же видѣ, какъ и въ первый разъ; войскамъ приказано было сосредоточиться на сборныхъ пунктахъ ночью, чтобы начать приступъ съ разсвѣтомъ. Главная колонна ворвалась въ передо-довое укрѣпленіе, встрѣтила тѣ же препятствія, но въ этотъ разъ удержалась, потому что саперы успѣли перетащить нѣсколько туровъ и у*тро-ить ложементъ. Мюриды только упорно

держались въ капонирѣ или закрытой саклѣ, обстрѣливавшей перекопъ. Охотники бросились впередъ поодиначкѣ но самому краю обрыва. Въ это время Шамиль, потерявъ уже надежду удержать новое Ахульго, выставилъ бѣлый флагъ, въ знакъ покорности, и немедленно выслалъ сына. Потеря наша хотя также была значительна, но гораздо менѣе, нежели въ первый разъ: она состояла изъ 102 убитыхъ и 455 раненыхъ и контуженныхъ. Болѣе сутокъ горцы убирали тѣла убитыхъ. Въ особенности огорчала Шамиля смерть Сур-хая, его дѣятельнѣйшаго помощника. Всѣ Мюриды стали уговаривать его согласиться на требованія русскаго начальства. 17 августа начались переговоры, для ускоренія которыхъ исправлявшій должность начальника штаба отряда, генералъ-маіоръ ІІулло имѣлъ личное свиданіе съ Шамилемъ, 18 августа, въ самомъ Ахульго; но Шамиль никакъ не хотѣлъ принять нашихъ условій; надо было снова взяться за оружіе. 21 августа положено возобновить штурмъ. Всѣ усилія выбить Мюридовъ изъ закрытой сакли остались тщетными; наконецъ ночью саперы рѣшились устроить мину, высѣкая галерею въ сплошномъ камнѣ. Но въ ту же ночь Шамиль приказалъ своимъ • Мюридамъ очистить новое и перейти въ старое Ахульго, а самъ съ семействомъ своимъ удалился въ одну изъ пещеръ надъ рѣкою Койсу. На разсвѣтѣ 22 числа войска очистили всѣ траншеи и завалы и вскорѣ нроникнулн до самаго селенія, гдѣ еще оставались горцы, неуспѣвшіе переселиться въ старое Ахульго. Тутъ завязался отчаянный бой, въ которомъ принимали участіе даже женщины. Вскорѣ на новомъ Ахульго поставлено было два горныхъ единорога для дѣйствія по старому, гдѣ оказалось необыкновенное смятеніе: часть горцевъ еще не успѣла спуститься въ ущелье и тѣмъ показала путь нашимъ войскамъ'. Храбро бросились опи вслѣдъ

за непріятелемъ, а между тѣмъ средняя колонна, шедшая ио рѣчкѣ Аишль-тѣ, стала подниматься съ другой стороны. Къ двумъ часамъ по полудпп оба Ахульго были заняты нами съ потерею 150 человѣкъ убитыхъ и 494 раненыхъ. Но и тогда дѣло еще не было кончено: цѣлую недѣлю продолжалось истребленіе горцевъ. Насчитано было болѣе 1,000 непріятельскихъ труповъ: въ плѣнъ взято 900 человѣкъ. Съ каждымъ днемъ открывались новыя убѣ іЕнща горцевъ, и забираемы были новые плѣнники. Часть войскъ была занята очищеніемъ всѣхъ подземелій и пещеръ, другая разрушала взятыя укрѣпленія. Къ 29 августа всѣ работы были окончены; въ Ахульго не оставалось ни одного Лезгина, но предводителю нхъ, Шамилю удалось спастпсь.

Осада Ахульго принадлежитъ къ числу тѣхъ подвиговъ, которые грѣшно было бы оставить въ забвеніи. Каково бы ни было значеніе ея въ исторіи кавказскихъ войскъ, она составитъ одну изъ блистательныхъ страницъ въ лѣтописи русскихъ войнъ. Государь Императоръ, желая увѣковѣчить память этого подвига, наградилъ всѣхъ сподвижниковъ генералъ-адъютанта Граббе медалью съ надписью : «за взятіе Ахульго».

Желающимъ ближе ознакомиться съ этоіі замѣчательною экспедиціей, мы рекомендуемъ превосходное сочиненіе полковника Генеральнаго Штаба Д. А. Милютина: «Описаніе военныхъ дѣйствій въ Сѣверномъ Дагестанѣ въ 1839 году». С. Петербургъ, 1850 года.

К. А .1-г, 2-й.