> Юридический лексикон, страница > Береговое право
Береговое право
Береговое право (Strandrecht, Jus litoralis или Jus naufiragii) занимает видное место, как в науке морекаго-международного, такъ и гражданского права. В морском международном праве, под «береговымъ» или «прибрежным правомъ» в древния времена, и даже еще въ средние века, разумели законное право жителей морекого прибрежья надъ всеми предметами, выбрасываемыми на берег морем или спасенными во время кораблекрушения и гибели судов. Это варварское право распространялось не только над неодушевленными предметами, как-то: обломками кораблей, товарами и прочие, но и над живыми людьми и надъ трупами умерших. Первых или убивали или делали невольниками, а со вторых снимали одежду, обирали все ценное, а бренные останки нарывали в землю. В некоторых случаях, один только выкупъ мог возвратить потерпевшим крушение свободу. Последняя мера в особенности часто практиковалась против иностранцев, которые вообще, по понятиям древних народов, считались бесправными. Во многих государствах прибрежные жители устраивали искусственные кораблекрушения посредством ложных огнеии, фальшивых сигналов и прочие В более гуманных странах «прибрежное право> выражалось наложением значительной подати на корабль, потерпевший крушение, под предлогом вознаграждения за содержание огней и спасительных станций вдоль морска-го прибрежья и вообще за причиненное кораблекрушением беспокойство.
Хотя еще римское законодательство весьма энергично восставало против подобного права (Corpus, juris nautici I, стр. и. 14ислед.), хотя затем и церковь и правительственные власти многочисленными указами и и предписаниями строго воспрещали грабеж кораблей, судов, товаровъ людей, потерпевших крушение, и за неисполнение этих предписаний виновные подвергались строгой ответственности, тем не менее, прибрежные жители продолжали свое варварское занятие и смотрели на него как на совершенно законное средство своего существования. Латераи-ский церковный собор 1079 г. назначил за подобные преступления отрешение от цервки и еще более строгия наказания за ограбление кораблей, потерпевших крушение, назначались в Rooles dOleron (ст. XXV и XXVI). Этн наказания в особенности касались лоцманов, которые, с корыстною целью, ставили суда на мель, и владельцев морского прибрежья, по наущению которых это преступление совершалось. Чтобы иметь понятие, с каким ожесточением относился закон к подобным преступлениям, приведем две статьи, устанавливающия степень наказания. «Если владелец морского прибрежья,—сказано в этих постановлениях,—будет настолько жесток, что примет под свое покровительство злыхъ лоцманов и будет пользоваться корыстною целью последних, то онъ должен быть немедленно посажен в тюрьму, все его имущество конфискуется и продается с публпчпого торга на возмещение убытков пострадавших лиц. По продаже имущества владелец привязывается к позорному столбу посреди двора своего дома, который затем зажигается со всех четырех концев и должен сгореть до тла. По прекращении пожара оставшиеся стены должны быть снесены и уравнены с землею, а на том месте, где была усадьба, устраивается на вечные нршша свиной рынокъ“. Другая статья (XXXI) гласит следующее: Бсш
после кораблекрушения спасенные люди сой дута на ближайший берег шь надежде на гостеприимство местных жителей, а последние будут настолько жестоки, безчеловечны и низки, что позволят себе убить этихъ несчастных, с целью завладеть их имуществом и деньгами, то местный владелец земли обязан немедленно таких людей арестовать и нодвергнуть их телесному наказанию, равно как конфисковать вее их имущество; затем этих людей следует броситр в море и оставить их там до тех пор, пока они не будут полумертвы и наконец, вынувъ из воды, убить их камнями,—подобно бешенным волкам и злымъ собакамъ.
Не смотря на такую строгость законов, «береговое право“ не потеряло своего варварского характера до конца ХУ столетия, чему служит докатательством одно место из уголовного кодекса Карла V, в котором сказано: «Во многих местах морского прибрежья корабельщики вводятся ночными огнями в недоразумения и ошибки, вследствие чего претерпевают кораблекрушения и подпадают затем под полную власть владельцев и жителей: поэтому постановляется, чтобы на будущее время, под страхом законной ответственности, подобные злоупотребления не имели больше места“. (Die peinliche Gerichtsordnung Kaiser Carls V, von 1532, art. 218). He будучи в состоянии бороться с этимъ укоренившимся злом, многие государства приобретали для своих подданных оеобия открытия пропускные письма, которые должны были гарантировать их корабли от прптязаний жителей морских прибрежий, в случае кораблекрушений. Только в XYI ет. более гуманные принципы проложили себе путь, хотя и весьма медленно. В настояще время вее цивилизованные нации смотрят на прибрежное право, в том емысле, в котором оно понималось в прежнее время, как на право варварское, право позорное. Только в случае оказания помощи при спасении кораблей, судов, людей с их имуществом во время кораблекрушения или другаго морского несчастия—местные жители морского прибрежья имеют право на некоторое вознаграждение за оказанное ими содействие при спасении, равно как и за сбережение спасенных вещей. Долгое время в некоторыхъ законодательствах удерживалось право правительства над известною частью спасенного имущества или еуммы, вырученной из продажи последняго, но теперь даже и этого права не существует. Вместо прежнего прибрежного права, законодательство установило только известное право на вознаграждение лиц за спасение кораблей, предметов и людей, равно как за сохранение и оказание помощи. Все потерпевшие крушение находятся теперь под непосредственным покровительством верховной власти правительств. Участь потерпевших кораблекрушение, имевших возможность спастись на ближайший берег, гарантирована многими договорами, в которых договаривавшиеся стороны определяли взаимность обязательств, в случае несчастия. В большинстве случав права и обязанности потерпевших кораблекрушение уравнены с правами и обязанностями местных жителей.
’ В Германии, до времени своего объединения, не только каждое прибрежное государство германской империи, но даже и каждая полоса прусского морского прибрежья, имели свои особенные законы и обычаи касательно порядка, соблюдаемого при спасении потерпевших кораблекрушение. Так как многие из этих законов и обычаев, не подходя подъ современные требования цивилизации, нередко вводили германскую империю в крайне неприятные недоразуыения и столкновения, то в 1874 году, после совершившагося германского объединения, в интересе международной и национальной торговли и в интересах обществ морского страхования, все частные прибрежные законы, существовавшие в каждом мелком государстве, были отменены и введен один общий прибрежный закон, вошедший в «Положение» обти управлении германской империею.
Вледствие этого в собрании торговых законов, действующих в германской империи, изложены правила, как следует поступать при спасении людей и сбережении предметов, спасенных во время кораблекрушения., равно как и предметов, выбрасываемых па берег и утонувших на дне морском, или таких, владельцев которых невозможно найти, и, наконец, о порядке публичной продажи найденных вещей.
Что же касается до русского законодательства, то оно, в отношении берегового права, с ранних пор оказалось гуманнее самих цивилизованных государств Европы. Гуманный взгляд русского народа на «береговое право» имеет своим источником древнейший памятник нашего законодательства. В «Договоре русских с греками при киязе Олеге в 911 году», в 8 главе, сказано: «Если корабль греческий будет выброшен ветром на чужую землю и случится при этом кто нибудь изъ русских, то они должны охранять корабль с грузом, отослать его назад на землю христьянскую, провожать его через всякое страшное место, пока достигнет места безопаснаго: если же противные ветры или мели задержат корабль на одном месте, то русские должны помочь гребцамъ и проводить их с товарами поздорову, если случится тут близко земля греческая. Если же беда приключится близ земли русской, то корабль приводят в последнюю, груз продается, и вырученное Русь принесет в Царьград, когда придет туда для торговли или посольством. Если же кто на корабле том будет прибит, или убить Русьюг или пропадет что нибудь, то преступники подвергаются строжайшему наказанию». (Перевод Соловьева по инатьевскому списку). В XIII столетии русское законодательство считало нужным гарантировать потерпевших кораблекрушение от хищничества прибрежных жителей и от конфискации груза в пользу прибрежного владельца и с это цельюв «Договоре смоленского князя Мстислава с немецкими городами в 1229 г.» вновь подтвердило «Договор Олега с греками 911 г.» только съ следующими дополнениями: «Затонувший товар хозяин вытаскивает на берег при помощи своей «дружины»: если лсе потребуется посторонняя помощь. то хозяин пусть нанимает людей при свидетелях нз тех, которые присутствовали при этомъ» (ст. 44). Этот закон установлен е одной стороны для того, чтобы после не было притеснении человеку, потерпевшему несчастье, а с другой,—чтобы он сам не отрекея после, посуливъ во время бедствия большую цену. Этот древне-русский гуманный взглядъ на береговое право проник и в наше современное законодательство. Въ пашем Уставе торговом постановлены подробные правила об этом предмете. Все спасенное от крушения объявлено неприкосновенным и состоящим под особой защитой Высочайшей власти(ст. 1136).Каждый российский: подданный, особенно же в службе военной плп гражданской состоящий, обязан помогать терпящим крушение или гибель и прилагать крайнее старание о спасении того, что только спасти возможно (ст. 1187). Все спасенное должно быть, со всяким попечением и тщанием, сберегаемо я сохраняемо в удобных и безопасных местах, дабы от худаго смотрения, или небрежения, не могло быть повреждено плп истреблено. Никто не имеет права прпсвоивать себе нп малейшей части спасенного, или найденного на берегу, но должен объявить о том местной полиции (ст. 1138). Все найденное и спасенное отдается под караулъ местных жителей при участии таможенного начальства и пограничной стражи (ст. 1148 и 1149). Все описывается и относится для хранения в таможню (ст. 1152 и елед.). Затем все способствовавшие к спасению и сбережению получают право на награду, соразмерно цене спасенного, большей или меньшей близости от берега и большему или меньшему значению спасенных частей корабля (1160 и след.). Если хозяева сами не удовлетворят требования, то вещи продаютея с публичного торга (ст. 1178 — 1186 и след.).
В смысле же гражданскою права, под «береговымъ» или «водянымъ» правом разумеют право владения и пользования берегами рек и озер, прилегающих к участкам поземельных владельцев, а равно и правовия отношения, установленные законом, относительно пользования берегами рек или озер, составляющих собственность, не единичную, а государственную или общественную, или же многих частвых владельцев. Этп законоположения изложены в нашем «Своде» гражданском, под рубрикою «о праве собствеинссти» (разд. П гл. I; т. X, ч. I, в ст. 426—429; 434, 487—444 и в 109 Уст. сельек. хозяйства). В дополнение к положительному законодательству о «береговом нраве“ наша кассационная практика выработала несколько положений, бросающих яркий свет на те недоразумения, которые возникают от неясности или неточности редакции положительных законов, касающихся «берегового права». Эти положения изложены в решениях сената: № 448—1868 г., А» 325—1869 г., 27, 173
823—1873 г. и так далее