> Энциклопедический словарь Гранат, страница 67 > Библейская критика

Библейская критика

Библейская критика. Первые зачатки критического изучения библейских книг появляются в эпоху гуманизма и реформации, когда мывстречаем отдельные критические замечания к некоторым библейским книгам у Лоренцо Валлы, Карлыцтадта, Эразма, и когда Лютер провозгласил свой первоначальный принцип основания веры на свободном исследовании священного писания. Но начало систематических критических исследований в этой области относится к XVII в Прежде всего критическому исследованию подвергается еврейский текст В. 3. (работы франц. протестантского богослова Капеллюса, 1624 и 1650). Б. к. Гоббса в „Левиафане“ ставит уже вопросы о числе, древности, цели, авторитете и толковании библейских книг, т. е. почти все те вопросы, которыми занимается современная Б. к. При критическом исследовании В. 3. наиболее важным оказался вопрос о пятикнижии, которое приписывалось традицией Моисею; как известно, пятикнижие долгое время считалось основою, нормою для всего В. 3., и от того или иного решения вопроса о нем зависело решение всех вопросов, связанных с еврейской историей и историей ветхозаветной литературы. Начатое Пейрерием и Спинозой (конец XVII в.), исследование пятикнижия продолжалось в XVIII в Гердером (поднимавшим вопросы также о других произведениях ветхозаветной литературы) и Астрюком, положившим начало современному разделению пятикнижия на составные части, и в XIX в было закончено трудами, главным образом, трех ученых: де Ветте, установившего (1805) дату Второзакония, Графа (1866) и наконец Велльгаузе-на, который окончательно установил состав пятикнижия и книги Иисуса Навина („Composition des Hexateuchs“, 1-ое изд. 1866) и время происхождения отдельных частей („Prolegomena zur Geschichte Israels“, 1-ое изд. 1878, есть русск. пер.). Результаты получились поразительные: так называемым Моисеево иерократическое законодательство оказалось стоящим не в начале, а в конце истории Израиля, было введено в действие только Езрою после плена в 40-х годах V века до Р. X. Такой же разработке былиподвергнуты все другия книги ветхозаветной литературы, определены более или менее точно даты их происхождения и состав; из наиболее неожиданных открытий укажем, например, на открытие нового великого пророка эпохи плена, которому принадлежат гл. 40—55 кн. Исаии, на установление послепленного происхождения почти всех псалмов, кн. Екклезиаст, Иова и Даниила. В результате оказалось, что за исключением, быть может, кн. Судей, Второзакония, Песни Песней и некоторых пророков, ни одно произведение ветхозаветной литературы в теперешнем виде не восходит в допленную эпоху; самия древния книги были редактированы в эпоху плена, прочия — после плена. Некоторые составные части теперешних книг, однако, очень древнего происхождения и свидетельствуют о том, что древняя израильская литература была очень богата. Работа Б. к. в области В. 3. дала возможность построить на твердом научном фундаменте историю евреев (Штаде, Велльгаузен, Гуте, Ренан, Винклер и лр.) и историю еврейской литературы (Гункель и Будде) и разрешить вопросы об истории различных редакций текста В. 3. Критическое изучение Н. 3. началось также в XVII в., причем первый заслуживающий упоминания исследователь, Ришар Симон (1678), работал также в области исследования текста Н. 3. Первым исследователем Н. 3. с литературной точки зрения был в ХВПИ в Михаэлис, который впервые поднял в своем „Введении в божественные писания Н. 3.“ (1750) вопросы о подлинности книг Н. 3. Естественно, что критические исследователи начали Н. 3-ом и усерднее всего занимались вопросом об евангелиях; но вопросы, связанные с евангельской литературой, оказались такими запутанными, что до этих пор еще идут споры относительно многих довольно важных деталей. Критическое изучение евангелий привело к заключению, что произведения евангельской литературы надо разделять на две группы: на первия три евангелия, близко согласующияся друг с другом (т. наз. Синоптики), и евангелие Иоанна, стоящее особняком. Вопрос об источниках, взаимоотношении и последовательности синоптиков впервые поднял Лессинг (1778), из последующих исследователей можно назвать Гизелера, Грисбаха, Штраусса, Гильгенфельда, Пфлейдерера, Гольц-мана и Вейсса. Главный результат исследования синоптиков заключается в том, что они появились не ранее конца I века по Р. X., и что ближе всего к первоначальным записям стоит ев. Марка. Особый богословскотеоретический характер ев. Иоанна доказал впервые Баур (1844), имевший своим предшественником Брет-шнейдера; он же доказал, что это евангелие не могло быть написано ап. Иоанном; последующие критики завоевали мнению Баура господство. Из других вопросов, поднятых новозаветной критикой, любопытны вопросы об Апокалипсисе Иоанна (смотрите) и о литературе посланий, среди которой оказались древнейшия и подлинные произведения новозаветной литературы, именно, восемь посланий ап. Павла. Огромная работа была произведена новозаветными критиками для установления правильного текста новозаветных произведений, а также в области языка, которым написаны книги Н. 3.; изданы специальные грамматики и словари.—Б. к. зародилась и расцвела главным образом в Германии, среди немецких протестантских богословов; все основные вопросы в области Б. к. были подняты и разрешены в Германии. Но ея влияние распространилось во вторую половину XIX в ученых кругах франции (Ренан, Ревилль, Шан-тепи-де-ла-Соссэй), Англии (Драйвер, Чейни, Робертсон Смит, Карпентер), Америки, а в настоящее время и России (кн. С. Н. Трубецкой, Ф. Ф. Зелинский и др.); с целью популяризовать у нас результаты работы Б. к., после 1905 г. сделаны переводы наиболее крупных трудов в ея области (Ренана, Штраусса, Ревилля, Велльгаузена и др.) и предпринята систематическая серия брошюр и небольших книг под загл. „Религия

185

и церковь в свете научной мысли и свободной критики11 (изд. „Пирамида“, под ред. Н. М. Никольского). См. обзоры истории библейской критики в „Введенияхъ“ в литературу Ветхого и Нового Завета, Корнилля, Влеека, Гольцмана, Юлихера и др. Специальных работ по общей истории Б. к. еще не существует, есть обзоры истории только отдельных вопросов. П. Никольский.