> Энциклопедический словарь Гранат, страница 68 > Биржа

Биржа

Биржа. По определению Торг. Уст. (ст. 656), „биржи суть сборные места, или собрания принадлежащих к торговому классу лиц, для взаимных по торговле сношений и сделокъ“. Предметом биржевых сделок являются: 1) валюта (денежные знаки и заграничные векселя), 2) ценные бумаги, 3) учет векселей и размещение выпускаемых на рынок бумаг, 4) товары, 5) фрахтование судов и страхование. На Б. нет наличного товара, нет проб, нет указаний на конкретную партью товара. Б. заранее устанавливает сорта товаров, правила

1Q5

для договаривающихся, бумаги, допускаемия к торговле. Покупают, например, 100 акций общества N или 1.000 кип хлопка америк. миддлинг. Из всего количества акций острова или амер. миддлинга продавец обязан доставить какия-либо 100 акций, какия-либо 1.000 кип. На Б. торгуют заменимыми товарами, т. е. такими, которые могут быть доставлены в любой партии. Б. для торговли товарами называются товарными, причем иногда устраиваются особия Б. для отдельных товаров (мясная, хлопковая, хлебная и тому подобное.). На фондовых Б. производится торговля ценными бумагами, валютой, векселями и капиталами.

История Б. начинается собственно с того момента, как на рынок поступают валюта, векселя, ценные бумаги и в определенных сортах заменимые товары. В XIY—XVI вв. чувствуется уже необходимость в рынке для свободных капиталов, в облегчении международных денежных рассчетов. Еще раньше торг. монет. и векселями. Наиболее оживленная торговля шла в Нидерландах. В Брюгге перед домом купца van der Burse происходили купеческие собрания, откуда и пошло название—bourse, borsa, Borse. С появлением ценных бумаг и госуд. фондов создалась с XYI— XVII вв. биржевая торговля фондовых бирж. Товарные Б. развивались значительно медленнее, в виду трудности установления сортов товара; эти Б. начинают развиваться с начала ХВПИ в Новейшее время укрепило Б., создав товары определенного качества, бросив на рынок массу бумаг и определенные сорта денег. В России Б. возникли по инициативе Петра Великого. В настоящеевремя существует у нас около 70 Б., но лишь немногие из них имеют серьезное значение для торговли.

Организация Б. основана на самоуправлении членов биржевого общества (Англия, С. Ш. Америки) или на законодательной регламентации (франция, Австрия, Германия). Русские Б. действуют на основании специальных уставов, представляющих биржевому обществу значительную автономию. В биржевой торговле могут приниматьучастие лишь члены Б., торгующие за свой счет или являющиеся посредниками по сделкам (биржевые маклера). Доступ на Б. для торговли весьма затруднен в Англии, Америке, франции. В России постановления отдельных уставов не особенно стеснительны: за исключением лиц, ограниченных въправо-и дееспособности, доступ на Б. открыт всем (некоторые Б. допускают даже женщин, чего нет на иностранных Б.). Устройство Б. требует разрешения правительства (министра торговли и промышленности). Содействие устройству биржевых учреждений принадлежит к ведомству городских общественных управлений. Каждая Б. получает особый устав; общого закона о Б. у нас не имеется (ср. ст. 657 Уст. Торг.). Русские Б. управляются биржевым собранием и биржевым комитетом. Биржевое собрание, состоящее из выборных (гласных) от всего биржевого общества, устанавливает правила биржевой торговли, ходатайствует перед правительством о мерах к преуспеянию торговли и промышленности, избирает биржевой комитет и должностных лиц биржи, рассматривает смету Б. и отчет биржевого комитета. Комитет является исполнительным органом. При биржах состоят биржевые маклера—оффициальные посредники при заключении сделок. Маклера эти имеют монополию по-среднич., особенно резко установленную во франции, но признанную и у нас (ср. ст. 1278—1279 Ул. о нак.). За правильностью действий маклеров наблюдают гоф-маклера и биржевой комитет. Биржевые аукционисты назначаются для продажи с биржевого аукциона товаров таможенного ведомства и частных. Биржевые нотариусы имеются при некоторых биржах „для свидетельствования и совершения актов, заключаемых собственно между иностранцами или между иностранными и российскими подданными“. При Б. состоят также корабельные маклера, диспашеры, присяжные браковщики. Только надлежаще допущенные лица в праве заключать биржевия сделки. Эти сделки делятся на кассовыя, немедленно выполняемыя, исрочные, ликвидируемия к известному сроку. Срочные сделки появляются уже в средние века и играют значительную роль на современных Б., открывая широкий простор для спекуляции. Продающий или покупающий по определенной цене товар на срок ждет, что в действительности произойдет понижение (baisse) или повышение (liausse) цен, и спекулирует на то, что разница будет в его пользу. Многочисленные разновидности срочных сделок сводятся к двум типам: 1) сделки твердия и 2) сделки условные (с премией). В первом случае исполнение сделки для сторон обязательно по точному ея смыслу При условных сделках, контрагент в праве за уплату известной премии стать по своему выбору и по заранее условленным ценам продавцом или покупателем (стеллаж), в праве вовсе отказаться от сделки, или потребовать сдачи или принятия двойного, тройного и так далее количества бумаг или товара (кратные сделки). При сделках с премией риск, очевидно, меньше, чем при твердых срочных сделках. Значение срочных сделок—регулирование цен во времени и на разных рынках (смотрите арбитраж)-, эти сделки обеспечивают от риска, обусловливаемого неожиданным колебанием цен. Но срочные сделки служат также для спекуляции, и в отдельных странах (особенно в Германии) значительно затруднены законом. Борьба эта ведется в разных странах с XVI столетия, но сравнительно безуспешно; гораздо действительнее оказывается ограничение доступа на Б. и к биржевой спекуляции—публике, слепо идущей за недобросовестными спекулянтами, не знающей ни предмета сделок, ни причин колеб. цен.—Знакомство с бумагой или товаром столь необходимо и трудно, что даже профессионалы биржевики стремятся обеспечить себя от наиболее грубых ошибок. На всех Б. существуют особые органы, ведающия допущение бумаг или товаров на биржу. Задача этих органов—установление того обстоятельства, что допускаемые к биржевой торговле предметы удовлетворяют известнымформальным требованиям. Допущение товара обусловливается известным уровнем его качества и тому подобное. Сложнее обстоит дело с бумагами. Учреждение, желающее ввести бумагу на Б., ходатайствует об этом перед соответствующим органом Б. Ходатайство должно быть подкреплено рядом данных, характеризующих предприятие, которого бумаги вводятся. За верность представляемых и сообщаемых данных о вводимых в биржевое обращение бумагах устанавливается имущественная ответственность лиц, ходатайствующих о допущении бумаги. По нашему закону (1902 год), лица, давшия неверные сведения о бумагах, обязаны возместить приобретателю разницу между первоначальным и настоящим курсом бумаги, или же приобрести ее от него по первоначальному курсу. Дача заведомо ложных сведений о бумаге с корыстной целью должка караться уголовным законом.—Вопрос о допущении бумаг на Б. относится к ведомству биржевых органов, но правительство всюду (кроме Англии и

С. Ш. С. Америки) имеет возможность оказывать давление на Б. в смысле допущения или недопущения какой-либо бумаги. Само собой разумеется, что правительственные бумаги допускаются на отечественные биржи безо всяких формальностей. Бумаги иностранных держав допускаются обычно по предварительному соглашению с м-ром финансов.—Ликвидация биржевых сделок производится следующим образом. Сделки кассовия исполняются сдачей товара или бумаги немедленно или же в краткий (1-3-дневный) срок. Цена предметов точно обусловлена, а вопрос о качестве товара или годности доставляемых бумаг (целость их, наличность купонов и тому подобное.) определяется биржевыми обычаями. Возникающие о качестве и других моментах сделки споры разрешаются арбитражными комиссиями биржи или особыми биржевыми судами. Обычно, эти комиссии или суды, учреждаемые при Б., разбирают возникающие споры и недоразумения по существу дела, решения их считаются окончательными и обжалованию

«

не подлежат, если обеими спорящими сторонами предварительно было выдано письменное на то согласие. При исполнении срочных сделок является прежде всего необходимым установить основание для рассчетов между сторонами, т. н. ликвидационный курс. В известный момент надлежащий орган Б. устанавливает курс, по которому сделки per ultimo (на последнее число месяца) или per medio (на средину месяца) должны быть ликвидированы. Если этот курс равен, например, 85, то купивший по 90 принимает бумаги с потерей для себя или просто платит продавцу по 5 руб. разницы на штуку; если, наоборот, кто-н. продал бумагу по 82, он должен сам купить ее по 85, а отдать по 82, или просто заплатит покупателю по 3 р. разницы на штуку. В виду того, что каждый биржевик заключает ряд сделок с разными лицами на различных условиях, ему в моменты ликвидации приходится рассчитываться по многим сделкам со многими лицами. В конечном счете, он, быть может, обязан принять всего только каких-нибудь сто штук бумаги или заплатить несколько сот рублей разницы, и потому для упрощения рассчетов по сделкам они сосредоточиваются в ликвидационных кассах, устраиваемых при Б. Эти кассы по зачете взаимных требований своих членов устанавливают, кто должен кому и какую сумму денег (или какие бумаги или товары). Если биржевик не хочет или не может ликвидировать сделки, то он может пролонгировать (продлить) её. Если, например, он купил по 82, рассчитывая в срок приема на курс 85, и если вместо повышения наступило понижение, скажем, до 79, то ликвидация сделки даст ему убыток. Тогда он находит капиталиста (например, банк), принимающого за него бумагу по 79, но тут же обязующагося поставить ему эти бумаги к следующему ли-квидационому сроку, например, по 83. Эта операция (репорт) делается в раз-счете, что бумага повысится (выше 83) и барыш покроет с избытком плату за ссуженные банком деньги. Если, наоборот, продана бумага по 80

в рассчете на понижение до 78, и. если вместо понижения наступило повышение до 82, то биржевик находит лицо, сдающее за него бумаги по 82, и тут же покупающее у него те же бумаги по 78 (депорт). Здесь—спекуляция на то, что понижение все-таки наступит и барыш спекулянта покроет с избытком плату за пользование бумагами. Таким образом, не имея к сроку денег или бумаг для ликвидации, биржевик оттягивает сделку до того момента, когда ликвидация ея даст ему прибыль в виде разницы в его пользу.—Ясно, что всеразсчетыосновываются здесь и при кассовых сделках на курсе, и поэтому установление курса (котировка) имеет большое значение. Котировка бумаг и товаров лежит на обязанности котировальной комиссии. Существуют различные системы котировки, но наиболее целесообразной следует признать ту, при которой средний курс устанавливается в связи с количеством товара по сделкам, совершенным по той или другой цене. При установлении среднего курса, для котировального бюллетеня несущественно, что были небольшия сделки, допустим по 85, 89 и 88; важно, что происходили громадные обороты по 86—87. Курс не должен устанавливаться в виде средней арифметической: он является скорее средней динамической. Ясно, как важно то или иное установление курса, как необходимо гарантировать котировку, соответствующую действительности. Котировальная комиссия основывает выводимия ей для бюллетеня цены на сведениях маклеров, через посредство котор. заключаются сделки. В этой комиссии на многих Б. Европы (между прочим и в России) участвуют правительственные комиссары. Биржевая котировка является основой массы сделок с товарами и бумагами, совершающихся вне Б., и правильное, добросовестное ведение ея необходимо в интересах всего народного хозяйства. Кроме Б., признанных законом, существует еще терпимая спекуляция биржевого характера: наряду с „паркетомъ“ существует „кулисса“. Кулисса имеет.

иногда большое значение, но сделки, совершающияся ея дельцами, не могут быть названы законными биржевыми сделками. Обороты совершаются здесь без соблюдения форм, установленных для признанной законом биржи. Кулисса вместе с паркетом является местом биржевой спекуляции, против которой неоднократно восставали, как против „язвы“ народного хозяйства. Для борьбы с биржевой игрой прибегали иногда даже к лишению судебной защиты прав, вытекающих из биржевой сделки: при предъявлении иска об уплате разницы ответчик мог защищаться возражением о ничтожности сделки, как игры (Spieleinwand). Однако эта мера шла лишь напользунедобросовестным спекулянтам, добросовестные же игроки исполняли сделки из чувства чести и боязни биржевого суда. В России срочные сделки, заключенные между членами Б., пользуются судебной защитой (ср. ст. 98 и 99 Уст. СПБ. Б-и); запрещены только срочные сделки с золотой валютой. Несомненно, что такими мерами нельзя искоренить биржевую спекуляцию. Эта спекуляция необходима при современном хозяйственном строе: благодаря ей размещаются бумаги новых предприятий, госуд. фонды, благодаря ей создается в каждом биржевом собрании связь данного места с мировым рынком, производятся автоматически международные рассчеты (смотрите след. ст.). Борьба должна направляться не против биржи, а против тех недобросовестных банкиров и биржевиков, которые вовлекают постороннюю, не деловую публику в игру на бирже разными „циркулярами“, объявлениями и „бесплатными брошюрами“.

Литература. Шершеневич, „Курс Торгового права“, том II (М. 1908); Невзоров, „Русские биржи“ (4 тома, 1898—1901). Статьи „Borsenwesen“ и „Borsenrecht“ в „Handworterbuch der Staatswissenschaften“, 3 изд.

В. Ндельсон.

ЭкономическаярольБ-и. Б.,это высшее проявление современной хозяйственной культуры, представляют собою ринки для торговли заменимыми товарами.

Только рассматривая Б., как рынки, можно определить их экономическое значение, оценить надлежащим образом их достоинства и недостатки.

В меновой экономике связь между отдельными хозяйственными единицами устанавливается на рынках; от характера последних — их экстенсивности и интенсивности, большей или меньшей организованности —зависит жизнь всего хозяйственного организма. Назначение свободного (не монопольнаго) рынка состоит в том, чтобы наилучшим образом приспособить друг к другу, уравновесить спрос и предложение товаров. Для нормального течения хозяйственного процесса цены—результат рыночного соревнования—должны обладать относительной устойчивостью; их образование должно, по возможности, быть свободным от различных случайных комбинаций местного и временного характера. Современная организация обмена ставит своей целью достижение именно такого эффекта. По мере развития хозяйственной жизни периодические рынки (ярмарки) все более отступают на второй план перед постоянными; этим уже нивеллируются в значительной степени случайности рыночной конъюнктуры, происходящия от более или менее обильного подвоза тех или других товаров, от состава продавцов и покупателей в данный момент. Однако, и обыкновенный постоянный рынок страдает в том отношении, что цены товаров определяются все-таки их наличною массою, на месте купли-продажи. Большей эластичности достигает рынок в том случае, если хотя бы часть торговых сделок может заключаться не в такой грубо-конкретной форме: если, например, достаточно представление пробы, образца товара. Само собою разумеется, это мыслимо лишь для продуктов известного типа, вещей родовых, заменимых (хлеб, шерсть, хлопок и тому подобное.). Если обмен такими товарами приобретает постоянный характер и совершается в крупном масштабе, то — вместо конкретных образцов—могут при сделках фигурировать идеальная товарная единица, абстрактные образцы; в этомслучае мы имеем дело с Б. в тесном смысле слова, Б. современной.

Здесь товарное обращение как бы абстрагируется, отрывается от своей материальной основы: конкретно товар, который покупают и продают и стоимость которого, очевидно, является одной из равнодействующих сил в процессе установления рыночных цен,—может находиться за десятки тысяч верст от места сбыта; может быть, в данный момент он еще не существует, а только производится и ожидается. Не трудно видеть, что при такой организации рынка до известной степени ослабляется влияние на цены условий места и времени: спрос на товар может удовлетвориться привлечением к обмену всех доступных районов мирового хозяйства, представляется возможность учитывать не только наличные, но и ожидаемые запасы благ. Отдельные национальные и местные хозяйства начинают жить общей жизнью, хозяйственный процесс становится длительным, непрерывным. Благодаря этому, достигается известное уравнение цен в пределах мировой экономики и относительная их устойчивость. Очевидно, что Б-м принадлежит в современном хозяйстве, лишенном планомерной общественной организации, высшая регулирующая роль—наиболее целесообразного приспособления общественного предложения к общественному спросу товаров. Правда, не все товары могут быть предметом биржевых сделок, а лишь заменимые; однако, к числу последних принадлежит значительная часть сырых продуктов, являющихся объектом массового потребления (например, хлеб), и средств производства (например, хлопок); кроме того, как будет показано дальше, круг таких товаров постоянно расширяется по мере дальнейшей концентрации обмена и по мере роста массового производства—в зависимости от успехов современной техники. Важное регулирующее значение принадлежит не только твердым биржевым операциям, но и чисто спекулятивным (смотрите предыд. статью): какие бы внешния формы ни принималаздоровая биржевая спекуляция, по существу—дело всегда идет об уменьшении риска для контрагентов, о его перераспределении между участниками обмена и—следовательно—о возможно более экономной затрате капитала и лучшем удовлетворении хозяйственных потребностей.

Если обратить внимание на колоссальные обороты, совершаемые в пределах современного мирового хозяйства, станет очевидно, что последнее не может обойтись без услуг, оказываемых Б-ами: хаотическое передвижение массы скопленных капиталов и выработанных продуктов было бы черезвычайно дорогим и создавало бы беспрерывные хозяйственные потрясения. Во что обошлась бы простая оплата экспорта и импорта в различные страны, если бы Б. своими вексельными операциями не предоставляли контрагентам весьма дешевого и удобного способа ликвидировать свои обязательствае Безпрерывное передвижение массы благородных металлов из одной страны в другую и обратно влекло бы за собой постоянное колебание цен и лишило бы прочного фундамента самую идеальную денежную систему. Вместо этого, изменения международной рыночной конъюнктуры отражаются лишь на колебаниях вексельных курсов, устанавливаемых Б-ами. Как могли бы свободные денежные рессурсы найти себе выгодное приложение, если бы отсутствовали своеобразные рынки—фондовия Б., где идет торг ценными бумагами, частного и публичного характерае На Б. выясняется всесторонне доходность различных предприятий, кредитоспособность учреждений и государств; обнаруживается недостаток капиталов в одной области и констатируется их излишек в другой. Чем более национальные богатства принимают текучую форму бумажных ценностей, мобилизируются в фондах („фондовый капитализмъ“), тем больше становится регулирующее значение фондовых Б.: современные эмиссионные операции немыслимы без содействия Б. Это значит, что без них оказалась бы невозможной та поразительная концентрация капиталов, которой отличается современная хозяйственная культура и которая столь могущественно повысила производительность человеческого труда. Б.—одновременно и результат, и стимул экономической централизации. Оне являются центрами, откуда рассыпаются приказы во все уголки мировой экономики; в свою очередь, оне отражают на себе всякие изменения в различных частях хозяйственного организма. По настроению Б. можно судить о состоянии хозяйства в данный момент, о положении его различных отраслей, о ближайших перспективах. Б., действительно, является барометром хозяйственной жизни.

Из предыдущей статьи известно, что товарные Б. развивались медленнее фондовых. Причины этого явления—вполне ясны. Капиталы в денежной и фондовой форме суть такие товары, в которых свойство заменимости достигает высшого напряжения и прежде всего учитывается. Эволюция торговли на исходе среди, и в начале новых веков вызвала появление на рынках значительного количества векселей, которые вскоре составили объект оживленных биржевых спекуляций. Развитие акционерной формы предприятий и появление государственных фондов (войны и другия политич. события XVI в.) создало новые виды заменимых ценностей, на которые охотно затрачивается свободный денежный капитал. Что же касается товаров в тесном смысле снова, то круг их заменимых сортов не мог быть вначале настолько широким, чтобы представить достаточно обильную пищу свободным капиталам. В первую очередь выдвигаются привозные, в особенности экзотические продукты, качество которых не было слишком разнообразно, как, например, перец, кофе; сюда присоединяются сельди, хлеб, спирт. Для того, чтобы товарные Б. могли успешно развиваться, необходима более высокая ступень хозяйственной культуры: усовершенствованные пути сообщения, допускающие быстрый и дешевый подвоз товаров; устранение пережитков натурального хозяйства, исключающого массовый сбыт; развитая техника, создающая массовое производство строго определенных образцов. Чем однообразнее делаются хозяйственные приемы изготовления товаров в различных странах, тем более расширяется круг заменимых объектов торга; а это находится в зависимости от успехов экономической централизации. Поэтому, хотя товарные Б. во многих городах возникают одновременно с фондовыми, но, по своему значению, долго уступают последним. Напр., в Амстердаме, кот орый с конца ХВИИ-го ст. сделался международным рынком, немногим биржевым товарам противостояли в XVIII в до 80 ценных, котировавшихся на Б., бумаг. Б-ам легче было заняться сначала размещением свободных капиталов, чем выравниванием спроса и предложения товаров.

Если современный капитализм не может существовать без помощи Б., то отсюда нельзя делать вывода, что все проявления биржевой жизни—нормальны и необходимы. Б., как и другие элементы антагонистической формы хозяйства, имеют свою оборотную сторону: наряду со здоровой спекуляцией, оне открывают возможность проявляться и крайне вредному спекулятивному азарту, жажде нажиться в своеобразной биржевой игре, а не на почве хозяйственной деятельности. Зная, насколько масса падка на легкую наживу, биржевые дельцы образуют группы для игры на повышение или понижение каких-ниб. бирж. ценностей (ажиотаж). Путем демонстративных скупок и распространения различных заманчивых слухов, „повышатели“ взвинчивают, например, цену какой-либо бумаги, доводят ея стоимость до размеров, совершенно не соответствующих действительному положению дела, многократно налсиваются, а затем поспешно сбывают бумаги с рук, предоставляя легковерной публикерас-плачиваться за свое увлечение; „понижатели“ обратными средствами достигают падения бумаг, скупают их за безценок и затем приобретают большия состояния, играя на „повышение“. Естественным результатом такого злоупотребления общественным доверием, такой эксплуатации дурных инстинктов массы, является биржевая паника, общее потрясение хозяйства, от которого менее всего страдают главные виновники бедствия. Более двухсот лет тому назад (1688 г.) испанец Ж. де-ла-Веза написал классический трактат о биржевой спекуляции, прекрасно поясняющий и современную действительность. Спекулятивный процесс, говорит он, „и черезвычайно полезен, и в высшей степени мошеннический; он и крайне замечателен, и еще более подл; он—черезвычайно сложен, обширен и требует массы серьезных знаний, и в то же время он—арсенал всевозможных плутовских проделок; он, наконец, кладезь полезных вещей и вместе с тем все же очаг неимоверных бедствий Страсть к наживе, разжигаемая тысячами искусственных приемов, во времена особенно благоприятных народно - хозяйственных конъюнктур, доводит массы до дикого опьянения успехом, и когда этот успех затем неминуемо сменяется разочарованием, тогда всеми овладевает панический страх: разумные в нормальное время люди превращаются в преступную толпу, способную на самые омерзительные поступки“.

Капиталистическое хозяйство неоднократно переживало тяжелые биржевые кризисы; для примера упомянем о „черной пятнице“ (23 сент. 1869 г.) в Соединенных Штатах С.-Ам., „Венском крахе“ 1873 г. и биржевой панике в Америке в 1907 году Каждая повышательная тенденция в экономической конъюнктуре связана с более или менее разнузданной биржевой спекуляцией; последней питается так называемым „грюндерство“. Чем менее материальные условия хозяйственной жизни (состояние торговли и промышленности) соответствуют накопившимся свободным денежным рессурсам, тем более почвы под ногами у нездоровой спекуляции. Мыслимы разнообразные меры борьбы со злоупотреблениями биржевого характера (лучшее средство—культурный подъем всего общества), но все оне остаются паллиативами, так как корень зла лежит в самой организации хозяйства: общественный процесс производства и обмена регулируется не общественным, а частным порядком, в игре сталкивающихся между собою частных интересов. Если на почве биржевых спекуляций и создаются болезненные эксцессы, то все же Б. остаются высшими руководителями современной хозяйственной жизни, необходимым элементом капиталистического хозяйства, его неотъемлемой составной частью.

Литература. Ценные указания по ранней истории бирж наход. в труде В. Ehrenberg’a, „Das Zeita.lter der Fugger“, I und II В.; его же, „Die Fondsspeculation unddieGesetzgebung“; Lotz, „Technik des deutschen Emissions-geschafts“ (1890); H. G. Emery, „Speculation on the Stock and Produce Exchanges ’ in the United States“ (1896); Wieden-feld, „Die Borse, in ihrer wirthsch. Funktionen und ihrer rechtlichen Ge-staltung“ (1898); Ulrich, „Die bond. Stock-Exchanges“ (1902); Bob. Milles, „Die Pariser Borse“ (1903); Fr. A. Wiener, „Die Borse“ (1905); Obst, „Geld-, Bank- und Borsenwesen“ (1908).

M. Бернацкий.