> Военный энциклопедический лексикон, страница 14 > Бородинская битва

Бородинская битва

БОРОДИНСКАЯ БИТВА, 24 — 26 августа, 1812 года. Почти с самого вторжения французов в пределы России, Наполеон старался вовлечь русскую армию в генеральное сражение, в надежде истребить ее огромностью своих сил,-но каждый раз, когда он готовился нанести ей решительный удар, она ускользала от него, и, отступая въ совершенном порядке, приближалась к средоточию своих способов. Между тем, во французской армии начинал уже оказываться недостаток въ продовольствии и других потребностях; осень приближалась, и солдаты, утомленные долгим походом, с нетерпением ждали мира, которого надеялись достигнуть победою; желание сражения бьило общим всей «французской армии, от императора до последнего солдата. И Русские, не привыкшие к продолжительному отступлению, и опечаленные успехами неприятеля, жаждали, не менее французов, боя, отъ которого генерал Барклай-де-′Голли решился уклоняться долее. Он готовился дать генеральное сражение при Царевом Займище; но, по прибытии нового главнокомандующого, князя Кутузова, сдал ему, is августа, пачаль-ство над войсками. Русские воины с восторгом встретили нового любимаго вождя, который только что, в войне с Турками, украсил седины свои свежими лаврами. Всеобщая надежда, что дела примут благоприятнейший, оборот, восстановила бодрость войск, и Кутузов, пользуясь таким расположением духа, готов был померяться силами с знаменитым своим противником; но открытая позиция при Царевом Займище была признана неудобною для сражения: положено отступить еще до села Бородина, в 9-ти верстах от Можайска; армия прибыла туда 22 августа.

Избранная здесь позиция (смотрите плана), пересекая за селом Бородиным большую Смоленскую дорогу, занимала протяжение с небольшим в пять верст, и простиралась вправо до небольшаго леса, близ впадения Колочн в Москву (по имени этой реки французы называют Бородинское сражение: «labatail-le do la Moscowa»), а влево до кустарников и леса, через который проходит старая Смоленская дорога, ведущая из Царева Займища через селе-нит Ельню в Можайск. Колоча, текущая от Полоцкого монастыря но правую сторону большой Смоленской дороги, пересекает ее, миновав село Бородино, и до впадения в Москву извивается но глубокому оврагу; крутыя высоты правого ея берега и несколько оврагов, поросших кустарником, делают эту часть позиции, до деревни Горок, на большой Смоленской дороге, почти неприступною. Центр позиции, против села Бородина, был также довольно хорошо прикрыт Коло-чей и ручьем Стонец; но влево отсюда местоположение не представляетъ почти никаких выгод. Цепь отлогих и голых холмов простирается от деревни Горок до большого кустарника, через который проходитъ старая Смоленская дорога. В средине разстояния между обеими дорогами лежить деревня Семеновская, при ручье того же имени, которого берега, при впадении его в Колочу, поросли мелким кустарником, удобным для помещения стрелков. Впереди Семеновской, с небольшим в двух верстах, лежит село Шевардино; между им и большим кустарником находится небольшой лес, а другой, гораздо обширнейший, сзади. Чтоб усилить сколько нпбудь Бородинскую позицию, приступили, уже но прибытии армии, к постройке нескольких укреплений. Лес на оконечности праваго фланга был укреплен тремя Флешами и засеками. На большой Смоленской дороге построили две баттареи: одну на высоком кургане, у деревни Горок, а другую, в 200 саженяхъ впереди, на скате высот правого берега Колочи. В середине расстояния между Горками и Семеновскою, выстроили на высоте большой люнет для 18 орудий, а на высотах, левее Семеновской, три Флеши. Наконец возле села Шевардина был построен, но не совершенно окончен, большой редут, чтоб с него наблюдать за движениями неприятеля, и действовать во флангъ но войскам, наступающим но большой дороге.

Русские .войска, собранные на полях Бородинских, состояли из первой армии генерала Барклая-де-Толли, которая заняла правый фланг и центръ позиции, и изъ» второй армии, князя Багратиона, которая составила левое крыло. По данной войскам диспозиции, оши расположились следующимъ образом. Па оконечности правого крыла, перед укрепленным лесом, стал 2-ии пехотный корпус, генерал-лейтенанта Багговута; возле него, уступом вперед, примкнув левымъ флангом к деревне Горкам, построился 4-й пехотный корпус, генерал-лейтенанта графа Остермана-Толстого, а за этим корпусом стал 2-й кавалерийский, генерал-лейтенанта барона Корфа. Эти три корпуса, составлявшиеправое крыло, состояли под начальством генерала от инфантерии Мнло-радовича; в резерве за ними находились: 1-й кавалерийский корпус, генерал-адъютанта Уварова, и девять казачьих полков, поискового атамана Платова. В центре позиции, противъ села Бородина, от Горицкого кургана до большого люнета, стоял 6-ии пехотный корпус, генерала от инфантерии Дохтурова, и за ним 3-ии кавалерийский корпус, генерал-лейтенанта графа Фон-дер-Иалена 2-го. На левомъ крыле 7-й пехотный корпус, генерал-лейтенанта Раевского, занял пространство от большого люнета до деревни Семеновской, имея позади себя 4-й кавалерийский корпус, генерал-маиора графа Сиверса. 2-я гренадерская дивизия (от 8-го пехотного корпуса, геперал-леиитенанта Бороздина) построилась за деревней Семеновскою, а сводная гренадерская дивизия, генерал-маиора графа Воронцова, заняла Флеши, построенные на высотах левее этой деревни. К левому же крылу армии принадлежали 27-я пехотная дивизия, генерал-маиора Неверовского (от 8-го корпуса) и 2-я кирасирская дивизия, генерал-маиора Дуки, которые были отряжены, под начальством генерал-лейтенанта князя Горчакова, для обороны Шевардинского редута. Здесь 27-я дивизия расположилась позади редута, имея на флангахъ кавалерию; три полка егерей засели на левом фланге в селе Доронине и около него в кустарниках; самый редут был занят 12-ю батарейны-ми орудиями. Главный резерв армии находился между сельцами Князьковым и Татариновым, и состоял изъ 3-го пехотного корпуса, генерал-лейтенанта Тучкова 1-го (1-я гренадерская дивизия, генерал-маиора графа Строганова и 3-я пехотная дивизия, генерал-лейтенанта Коновнпцына), из 5-го пехотного корпуса, генерал-лейтенанта Лаврова, в составь которого входили полки лейб-гвардии, и из 1-й кнрасиреной дивизии, генсрал-маиора Бороздина 2-го. Гл явный артиллерийский резерв, из ISO орудий, находился в деревне Псареве; главная квартира армии в сельце Татаринове. Вся линейная пехота была построена в день сражения в две линии, ио-батальонно, во взводных густых колоннах; кавалерия тоже в две линии развернутымъ фронтом. Все егерские полки были отряжены для занятия оврагов и кустарников, лежащих перед фронтомъ позиции, и леса, к которому примыкало правое крыло, а лейб-гвардии Егерский полк занимал село Бородино. Пять казачьих полков наблюдали вдоль берегов Волочи и Москвы, на оконечности правого крыла, а шесть полков, под начальством генерал-маиора Карпова, прикрывали оконечность левого крыла на старой Смоленской дороге. Вся российская армия простиралась до 120,000 человек; в томъ числе 7,000 казаков и около 10,000 ополчения; артиллерии было 640 орудий.

Генерал-лейтенант Коновницын, который с ариергардом оставался у деревни Гридневой, был агтакованъ там 23 августа,после полудня,королемъ Неаполитанским (Мюратом), но удержал свою позицию до ночи, и потомъ отступил в совершенном порядке к Полоцкому монастырю. Па другой день Коновницын, угрожаемый обходом справа, должен был отступить к Бородинской позиции, где и занялъ назначенное ему место в линии общого расположения войск. Неприятель продолжал наступать тремя колоннами, по был скоро останов иен цущечною пальбою из Шевардинского редута, и ружейною из оврагов и кустарников правого берега Колочи. Увидевъ занятую Русскими укрепленную позицию, Наполеон убедился, что ему хотят противопоставить здесь ) норное сопротивление. Чтоб лучше обозреть русскую армию, и выиграть пространство для развертывания своихъ сил, он почел необходимым завладеть Шевардпнскнм редутом. Король Неаполитанский, со своей кава-лерией и с пехотною дивизией Ком-пана, перейдя Колочу, овладел, в 4 часа но полудни, селом Дорониным, и в то же время корпус князя Понятовского, следовавший по старой Смоленской дороге, выступив из Ельни, оттеснил русских стрелков изъ занимаемого ими кустарника. По взятии Доронина, 61-й линейный полк былъ послан на приступ к редуту, которым и овладелъ′с разу; но русская пехота 27-й дивизии бросилась опять на потерянное укрепление; здесь завязался самый жестокий бой; редут три раза переходил из рук в руки, но наконец остался за французами. Князь Багратион, узнав, что неприятель напал в превосходных силах на отряд князя Горчакова, повел къ нему в подкрепление 2-ю гренадерскую дивизию, генерал-маиора принца Карла Мекленбургского, и в 8 часов вечера, хотя начало уже смеркаться, приказалъ сделать на редут новое нападение. По взирая на отчаянное сопротивление неприятеля, редут был взят, 61-ии линейный полк почти весь истреблен, а кавалерийскими аттаками отбито у неприятеля 7 орудий. По отдаленности Шевардинского редута от главной позиции русской армии, нельзя было надеяться без больших пожертвований удержать его и на другой день, и как притом цель его построения была уже выполнена, то главнокомандующий приказал ночыо оставить у крепление, и отвести войска на главную позицию, где 27-я пехотная дивизия стала за Флешами, занятыми сводною гренадерскою, а 2-я кирасирская за 2-ю гренадерскою. Оставленное укрепление было тотчас занято французами.

Следующий день обе армии провели в приготовлениях к бою и в обозрениях. Наполеону не трудно было убедиться, что, при венристуниоетп; правого крыла позиции Русских, должно было главные удары направить налевое. Кроме выгод, которые представляло здесь местоположение, он мог, в случае успеха, оттеснить русскую армию в угол, образуемый реками Колочей и Москвою, и отрезать ее от Москвы и южных губерний. Можно даже полагать, что если бы Наполеон, следуя простым правиламъ тактики и стратегии, стал с самаго начала действовать с большей решимостью и с значительнейшими силами против левого фланга Русских, и обходить его по старой Смоленской дороге, то Кутузов был бы- принужденъ оставить позицию свою без боя. Но этим Наполеон не достиг бы своей цели, и русская армия осталась бы опять невредимою, между тем какъ он желал и надеялся истребить ее превосходством своих сила, и однимъ решительным ударом положить конец войне. Поэтому он предпочелъ главными силами аттаковать с фронта левое крыло русской армии, противъ центра действовать оборонительно, а правое крыло наблюдать только легкими войсками. По данной того же числа французской армии диспозиции, Понятовскому,′ с корпусом ИЮЛЬСКИХb войск, приказано было наступать но старой Смоленской дороге, и стараться обойти левый фланг Русских. Даву, с тремя пехотными дивизиями 1-го корпуса, Ней, с 3-м корпусом, и Жюно, с 8-м (из вестфальскихъ войск), должны были, эшелонируясь справа, аттаковать с Фронта левое крыло русской армии; для подкрепления их был назначен король Неаполитанский с кавалерийскими корпусами ИИансути, Монбрёна и Латур-Мобура. Все эти войска были расположены на правом берегу Колочи. Вицекороль Италийский, с 4-м корпусом, с кавалерийским корпусом генерала Груши и с двумя пехотными дивизиями корпуса Даву, должен был действовать против центра Русских, и расположился на левом берегу Колочи, близ впадения в нее ручья Войны; акавалерийская дивизия Орнано, перейдя этот ручей, стала у села Беззубова, на оконечности левого фланга, противъ правого русского крыла. Старая и молодая гвардия Наполеона, составлявшия главный резерв армии, расположились близ села Фомкнна, откуда на другой депь перешли к Шевардннскому редуту. Как на правом фланге, против высот Семеновских, так и падевом против Бородинских, было построено наскоро несколько укреплений.—О числе французских войск, участвовавших в Бородинском сражении, показания военных писателей весьма между собою несогласны: генерал граф Толь, основываясь на официальных документах, отбитыхъ у неприятеля во время бегства его из России, считал во французской армии 185,000 человек и до 1,000 орудий артиллерии; но большая часть иностранных писателей, следуя французским бюллетеням, полагает въ неё только от 130,000 до 140,000 человек и с небольшим 600 орудий артиллерии.

Кутузов, приметив сосредоточение сил неприятельских против леваго крыла своей позиции, и проникнув намерение Наполеона обойти его по старой Смоленской дороге, отрядил туда изъ резерва генерал-лейтенанта Тучкова 1, с 3-м пехотным корпусом и с

7,000 Московского ополчения, под начальством генерал-лейтенанта Маркова. Тучков расположил свой корпус перед деревней Утицей в четыре линии, а четыре егерские полка рассыпал вправо но кустарнику, для занятия промежутка, около версты шириною, который оставался между его войсками и левым крылом главной позиции. В полдень 25 числа Кутузов, чтобъ приготовить воинов своих к великой битве, приказал носить по всеии армии чудотворную икону Богоматери, взятую из Смоленска. С благоговением преклонив колени, русские воины возсылали теплия молитвы к Вседержителю и испрашивали благословении своему оружию, подъятому для спасения отечества. Поседевший в боях полководец, объезжая ряды нх, напоминал им, чего от них ожидаютъ Государь и Россия, и никогда рвение к бою в такой многочисленной армии не было единодушнее, пламеннее. Наполеон, с своей стороны, в сильномъ дневном приказе, напоминал солдатам прежние их подвиги, и не скрывал, что только победа может имъ доставить изобилие, хорошия зимния квартиры и скорое возвращение в отечество. В ночи на 26 число французы поставили правее Шеварднна две бат-тарси, каждую из 60 орудий, чтобъ действием их способствовать аттаке своих колонн. Наполеон, тревожимый опасением, чтобы Русские не оставили опять своей позиции, провелъ ночь почти без сна, и уже в два часа по полуночи прибыл к занятому 24 числа редуту, близ которого ии оставался почти во все время сражения. Около шести часов утра солнце, поднявшееся из густого тумана, ярко осветило всю окрестность. «Это солнце Аустерлицкое! воскликнул Наполеон,—п приказал начать сражение.

Понятовский, вступив на старую Смоленскую дорогу, двинулся противъ корпуса Тучкова. Дану, поддерживаемый огнем из 120 орудий, пошел къ высотам Семеновским, а вице-король Италийский приказал Дельзону напасть на село Бородино. Тучков, после упорного сопротивления, должен былъ оставить деревню Утицу, и отступить влево на вbисоту за Утицкою равниною, с которой открыл сильную пушечную и ружейную пальбу, и тем остановилъ дальнейшие успехи неприятеля. Обе стороны равно понимали, что высоты при деревне Семеновской были ключом позиции Русских; французы с особенным жаром аттаковалн построенныя здесь укрепления, а Русские защищали их с черезвычайным ) иорством. Первия аттаки Дану были отраженыс совершенным успехом; две дивизии его корпуса (Бомпана и Дессе), которыя, по выходе из леса, должны были нерестроиваться почти под картечными выстрелами русских батта-реии, понесли ужасную потерю, и два раза были прогоняемы обратно в лес. Бъ" часов, ИИеии, покровительствуемый большою баттареею, построенною близ ь Шеварднна, вступил на левый флангъ корпуса Даву и нападение на укрепления было возобновлено. Русская артиллерия и пехота встретили неприятеля жестоким картечным и ружейным огнем; но это не остановило французов, и они, бросившись в промежутки укреплений, ворвались с тылу в одну изъ Флешей. Торжество их было однако непродолжительно : дивизии графа Воронцова ии Неверовского ударили па неприятеля в штыки, и, с помощию

4-го кавалерийского корпуса, прогнали его с большим уроном. Между-темъ князь Багратион приказал генерал-лейтенанту Тучкову 1, для подкрепления дивизий Воронцова и Неверовского, отрядить 3-ю пехотную дивизию Конов-ннцмна, а Кутузов послал кълево-му крылу из резерва одну гвардейскую и одну сводную гренадерскую бригады, три полка кирасир и три роты гвардейской артиллерии. В то же время квартирмейстерской части полковнику Толю приказано было перевести, с правого фланга на левый, весь 2-й пехотный корпус. В центре позиции лейб-гвардии Егерский полк, под начальством полковника Бистрома, близ часа выдерживал неприятельские аттаки, но наконец, вытесненный из села Бородина, отступил за Колочу; почти вместе с ними перешли и французы. Однако гвардейские егеря, подкрепленные еще двумя егерскими полками, в свою очередь, опрокинули французов ии прогнали их с большим уроном опять за Колочу, на которой сожгли мост, ии неприятель во весь день не покушался более переправляться в этом месте.

Ии 9 часов Даву и Ней предприняли новое нападение на Семеновские укрепления, и после продолжительныхъ усилий, овладели всеми тремя Флешами, а генерал Дюфур, в голове дивизии Фриана, перейдя овраг, успел даже ворваться в деревню Семеновскую. Но и в этот раз неприятель не мог удержать за собою укреплений: генерал - лейтенант Бороздин, съ гренадерами 2-й дивизии, штыками отбил Флении, II прогнал французовъ до самого леса, а дивизия Коноишнцыпа завладела в то же время деревнею Семеновскою, и отбросила неприятеля обратно за овраг. После этоии неудачи, маршалы, подкрепив себя кавалерийскими корпусами Нансутп и Ла-тур-Мобура, возобновили свои усилия, и еще раз завладели Фдешамн, изъ которых однако еще раз были выгнаны дивизией Коновниицына. Теперь Ней счел необходимым ввести въ дело и корпус Жюно, который оставался еще в резерве. Ему приказано было подвинуться вправо, ии войдя въ линию, составить связь, с войсками князя Понятовского, стараясь в то же время прогнать русских егерей, рассыпанных но большому кустарнику, на левом фланге русской позиции. Если бы это предприятие удалось неприятелю, то флеши могли бы быть обойдены с тыла, и корпус Тучкова был бы отрезан от армии; но къ этому времени подоспел сюда 2-й пехотный корпус Багговута, который несколько восстановил равновесие между силами. Два полка этого корпуса, под начальством генерал-лейтенанта Олсуфьева, были отряжены на помощь Тучкову : 4-я пехотнае дивизия принца Евгения Виртембергского, подкрепила кирасир генерал-лейтенанта князя Голицына, оборонявшихъ равнину левее деревни Семеновской, а четыре пехотных полка ударили на Вестфальцев, которые, оттеснив русских егерей, хотели войти во флангъ кирасирам. Неприятель был отражен и прогнан кирасирами до леса, и хотя возобновлял еще несколько раз свои покушения, однако ж они имели столь же мало успеха.

Во время аттаки Вестфальцев, Понятовский также подвинул свой корпус правым флангом вперед, чтоб овладеть баттареею, поставленною на кургане заУтицкою равниною, и защищаемою 1-ю гренадерскою дивизиею, генералъгмаиора графа Строганова. Подъ покровительством баттареи′в 40 орудий, поставленной Поляками вправо отъ Утицы, колонны их пошли в агтаку, и не взирая на упорное сопротивление Русских, овладели курганом. С потерей этого поста, который командовал всей окрестностью, Русские могли быть сбиты со старой Смоленской дороги, и вся армия подвергалась обходу с фланга; потому-то Тучковъ решился, во что бы то ни стало, прогнать неприятеля с кургана. Он сам, с Павловским гренадерским полком, ударил на Поляков спереди; графъ Строганов, с четырьмя гренадерскими полками, аттаковал пх справа, а генерал-лейтенант Олсуфьев, с двумя пехотными, с тылу. Этим совокупным действием неприятель былъ сбит с кургана, и граф Строгановъ опять поставил на нем багтарею, которая огнем своим принудила Поляков отступить на дал′ьный пушечный выстрел. Генерал Тучков 1-й, смертельно раненый при аттаке кургана, сдал начальство Олсуфьеву, до прибытия Багговута.

Обратимся теперь к центру русской позиции, где битва, между тем, кипела еще с большим жаром. Русские егеря 12-й и 26-й дивизий упорно защищали кустарник при впадении ручья Семеновского в Колочу, но наконецъ были вытеснены из него войсками вице-короля Италийского, которые вышли на равнину, и явились прямо перед большим русским люнетом. 26-я дивизия генерал-маиора Паскеви-ча более получаса удерживала псприятел и, но наконец должна была уступить иирсносходстпу числа, и генерал Бонами, с 30-м лпнеиипым полком, под градом русских картеч, ворвался в люнет. Генерал-маиоры Ермолов и граф Кутайсов, видя, что этот успех может дать неприятелю возможность прорвать центр армии, решились непременно отвратить угрожавшую опасность: с третьим батальоном Уфимского полка они бросились на потерянное укрепление, с мужеством, достойным важности этого случая. В тоже время генерал-адъютант Васильчиков, с частью 12-й пехотной дивизии, -атаковал неприятеля с правого, 19-й и 40-й егерские полки с левого фланга, а генерал-маиор Паскевич, с остальными полками своеq дивизии, с тылу: люнетъ в одно мгновение был взят обратно, и генерал Бонами, покрытый ранами, захвачен в плен. Отступавший неприятель, по распоряжению генерала Барклая-де-Толлп, был преследовав двумя драгунскими полками, которые произвели беспорядок даже въ подоспевших на помощь неприятельских резервах. Иирп аттаке люнета, французы претерпели ужатое поражение; вся площадка перед укреплением была устлана их трупами. Съ русской стороны нал здесь граф Кутайсов. После неудачной аттаки люнета, вице-король отвел войска свои за овраг Семеновскиии, и удвоив тамъ баттареи, нанес столь жестокое поражение 26-й дивизии, что се должно было сменить 24-ю дивизией генерал-маиора Лихачева, которому раненый генерал-маиор Ермолов сдал начальство над люнетом. Сильная перестрелка продолжалась здесь несколько часов сряду.

К этому же периоду сражения принадлежит аттака русской кавалерии правого крыла на левый фланг французов. Платов, с 2,000 казаков, еще почти в начале сражения перешел в брод Колочу, близь впаденияея в Москву, и увидев левое крыло вице-короля Италийского совершенно открытым, почел возможным сделать на него нападение, о чем и известил главнокомандующого. Кутузов, желая этою диверсией отвлечь внимание неприятеля от левого своего крыла, приказал генералу Уварову, с 1-мъ кавалерийским корпусом, привести ее в исполнение. Уваров,перейдя Колочу при селе Малом, прогнал легкую кавалерийскую дивизию Орнано за ручеии Лопну, и ударил на пехотную дивизию Дельзона, которая только что успела построиться в карей, и самъ вице-король едва спас я в одном изъ них. После нескольких кавалерийских аттак, неприятельская пехота отступила также за Войну; но подкрепленная пталиянскою пешей гвардиею, она остановила дальнейшие успехи русской кавалерии. Уваров отступил къ селу Новому, где и остался до вечера. Только казаки Платова, сыскав бродъ на Войне, перешли через этот ручеии, и рассыпавшись между неприятельскими колоннами, произвели въ них смятение, но и они скоро принуждены были возвратиться к корпусу Уварова.

Было уже за полдень. Невзирая на черезвычайные пожертвования, сделанные французами, они имели только совершенно ничтожную поверхность надъ Русскими. Огонь, казалось, начиналъ с обеих сторон слабеть; но Наполеон, недовольный медленностью успехов, приказал употребить новия усилия. Более 400 орудиии было собрано против левого крыла Русских; сильные пехотные колонны готовились снова аттаковать Флеши. Кутузов, съ своеq стороны, видя черезмерный напор неприятеля, сблизил свои резервы, и увеличил на левом крыле количество артиллерии до 300 орудий, а генералу Милорадовпчу, с 4-м пехотным и 2-м кавалерийским корпусами, приказал потянуться влево. Теперь наступила самая кровопролитнаясцена великой драмы! 700 орудий, собранных перед высотами Семеновскими, на пространстве не более одной квадратной версты, открыли беспримерную в военных летописях канонаду; французы, пренебрегая смертью, шли вперед по трупам свонх товарищей. Иротпвупоставляя штык штыку, вся линия русских колонн, но приказанию князя Багратиона, двинулась навстречу неприятелю, и вступила с ним в отчаянный рукопашный бой. Подоспевшая с обеих сторонъ кавалерия довершила смятение, и скоро пешие, конные и артиллеристы, Русские и французы, смешались в одну массу, составили одну нестройную толпу ! В пылу этой сечи смертельная рана поражает князя Багратиона; многие другие генералы, также раненые, принуждены оставить своп команды, и русские войска, не управляемия более начальниками, отступают, а французы врываются в оспориваемия Флеши. Еще несколько минут смятения со стороны Русских, еще несколько свежих войск со стороны французов, и сражение могло бы иметь гибельный для русской армии конец. Уже Наполеон, по убедительной просьбе короля Неаполитанского, готов был ввести в дело свою молодую гвардию; но в это самое время донесение об атта-ке Уварова на левое крыло французов остановило его; он отменилъ свое приказание, полагая, что должно будет ′ подкрепить вице-короля Италийского. Таким образом действие Уварова, хотя само собою нанесло французам мало вреда, но имело весьма важное и полезное для Русскихъ влияние на дальнейший ход сражения. Генерал Коновницын, который, до прибытия генерала Дохтурова, принялъ от князя Багратиона начальство надъ войсками левого крыла, со свойственным ему хладнокровием, отвел ихъ за овраг Семеновский, и поставя бат-тареи на высотах, удержался там до самого конца сражения. Тщетно французы старались далее распространить здесь свои успехи. Кавалерийские корпуса Латур-Мобвра и Нансути бросились вперед через овраг Семеновский, и последний из них, чтоб обойти левое крыло главной позиции Русских, хотел опрокинуть полки леииб-гвардии Измайловский и Литовский (нынешний Московский), поставленные на левом фланге дивизии Коновницына; но гвардейцы, построившись в бага-лионные каре, с примерным мужеством отразили три, одна за другою последовавшия, аттаки целой кирасирской дивизии Сен-Жермена, а гсне-рал-маиор Бороздин, с тремя кирасирскими полками, несколькими удачными аттаками, прогнал неприятельскую кавалерию за овраг.

Между тем утихла тревога, которую русская кавалерия произвела на левомъ неприятельском крыле, и французы решились употребить новия усилия против большого люнета, перед центром позиции Русских. Король Неаполитанский приказал генералу Колен-куру, заменившему только что убитого Монбрсна, перейти со 2-м кавалерийским корпусом между деревнею Семеновскою и люнетом, и напасть на него с тылу, а вице-король Италийский должен был в то же время аттаковагь его с Фронта тремя пехотными дивизиями, для подкрепления которых Наполеон прислал из резерва легион Вислы (дивизию Клана-реда). Барклай-де-Толли, видя новыя угрожавшия ему громады войск, приблизил последние резервы: 4-й нехот-пый корпус графа Остермана-Толста-го, сменил в 1-й линии 7-й корпусъ Раевского, который был почти уничтожен; Преображенский и Семеновский полки составили резерв 4-го корпуса; позади их построили 2-й и 3-й кавалерийский корпуса, Кавалергардский и Конногвардейский полки. французская кавалерия 2-го корпуса в одно мгновение перешла овраг Семеновский, и смело ударила на русскую пехоту.

Войска 4-го корпуса, с необыкновеннымъ′ хладнокровием допустив неприятельскую кавалерию на самый близкий ружейный выстрел, открыли по ней сильнейший огонь, против которого она не могла устоять. Только генерал Коленкур с одною кирасирскою дивизией успел порваться в люнет с тылу, но был здесь убит, а кирасиры его, смешавшись, отступили. Решительнее был успех, одержанный войсками вице-короля Италийского, которые напали на люнетъ с Фронта и с правого фланга, и завладели им, не взирая на отчаянное сопротивление 24-й дивизии. Полки этоии дивизии, не уступавшие поста своего, претерпели здесь ужасное поражение, и сам генерал Лихачев, покрытый ранами, захвачен был в плен. Генерал Груши, подкреплявший съ кавалерийским корпусом своим вице-короля, надеясь, что потеря люнета должна была лишить Русских бодрости, бросился с легкою кавалерийскою дивизией Шателя на 7-ю пехотную дивизию генерал-лейтенанта Кап-цевпча, построенную на нравом фланге корпуса графа Остермана-Толстого. Русская пехота встретила неприятеля сильным огнем, а генерал-маиоръ Шевич, с Кавалергардским и Конногвардейским полками, пройдя в интервалы пехоты, несколькими атаками успел удержать его до прибытия 2-го и 3-го кавалерийских корпусов, с помощию которых французская кавалерия была опрокинута и пре-следована до своей пехоты. После зтого бой ограничился здесь канонадою, и русская артиллерия меткимъ огнем своим наносила неприятелю такое поражение, что вице-король должен был укрывать воииека свои въ рытвинах, оврагах и во рве люнета, где онп укрывались, стоя на коленях.

В таком положении находились дела, когда Наполеон, около 4-х часов но полудни, прибыл к высотам Семеновским. французы хотя ии овладели Флешами и большим люнетом, однакож успех этот был совершенно ничтожен в сравнении с понесенною пми потерею, и Русские, хотя ослабленными, но стройными рядами своими, занимали высоты за Горским и Семеновским оврагами. Казалось, что Наполеон мог решить победу, введя в дело свою гвар-лию, т. е. до 23,000 свежого, отборнаго войска; но, не взирая на убеждения своих маршалов, он отказался отъ дальнейших покушений, и в эту важную минуту как бы потерял ту решительность, которая сделала его победителем почти всей Европы. Если однако принять в рассуждение, что эта гвардия составляла последнее неразстроенное войско Наполеона, необходимое для дальнейших его предприятий, и что он не мог знать, не имели ли и Русские еще резервов, то не должно ли мнимую его нерешительность признать благоразумною и необходимою осторожностью е

Перестрелка продолжалась еще по вееии линии с большим или меньшимъ жаром; кое-где кавалерия то с той, то с другой стороны, бросалась въ аттаку, но без решительного успеха. Вообще видно было всеобщее изнеможение; выстрелы час от часу реде-ли, и битва замирала. Только Понятовский сделал нападение на русские войска, защищавшия старую Смоленскую дорогу, и Ваитовут должен был оставить курган, занимаемый им за Утицкою равниною; он отступил на высоту, лежащую при вершине ручья Семеновского, откуда отражал все предпринимаемия против него нападения. В 9 часов неприятель, вышедший из деревни Семеновской, заселъ за ней в лесу, но лейб-гвардии Финляндский полк выгнал его оттуда штыками.

Ночь прекратила сражение. французские корпуса возвратились на позиции, которые занимали поутру; только передовые их посты остались в Бородине, Утице, по взятых ими укре-1 иилсниях и в кустарниках перед | дронтом русской позиции. Русская армия расположилась непосредственно за первоначальною своей позицией; левое крыло ея подалось назад саженъ на 400, а курган, оставленный корпусом князя Понятовского, был опять занят казачьим постом. Бо всю ночь казаки тревожили французов, ии поутру распространили смятение до самой ставки Наполеона, так что старая его гвардия должна была стать въ ружье. Кутузов предполагал на другой день возобновить сражение, но донесения корпусных командиров показали ужасную, понесенную армией потерю, ии заставили его переменить намерение. 17 августа, в 6-ть часовъ утра, русская армия снялась с позиции своей в таком порядке и с такою тишиною, что французы заметили это не прежде 10-ти часов. Они напали тотчас на арриергард армии, который, под начальством войсковаго атамана Платова, оставался еще на поле сражения, и Платов отступив къ Можайску, отражал оттуда все нападения французской кавалерии короля Неаполитанского.

Принимая в соображение число войск и время, Бородинская битва есть упорнейшая и кровопролитнейшая в новейшей истории. В ней потеря с обеих сторон равнялась одной трети сражавшихся. Русские потеряли убитыми до 15,000, и ранеными до 30,000 человек. В числе убитыхъ были генерал-маиоры граф Кутайсовь и Тучков 4-й. В числе раненыхъ 11 генералов, из них генерал отъ инфантерии князь Багратион и генерал-лейтенант Тучков 1 -ии умерли от ран. французы потеряли, какъ убитыми, так и ранеными, еще более Русских. Генералов убито 9 и ранено 30, и по этому черезвычайно большому их числу, французы называют Бородинское сражение битвою гс- и нсра.юв. Ожесточение, с каким дра-!

лись обе стороны, лучше всего доказывается малым числом пленных, которое с каждой стороны не превышало 1,000. Трофеев было также весьма немного: Русские отбили у неприятеля 10-ть пушек, а он захватилъ 13-ть, но большей части подбитыхъ орудий.

Бородинская битва, в которой Русские устояли против гораздо сильнейшого неприятеля, привыкшого к победам, и предводимого величайшим полководцем и опытнейшими генералами своего века, принадлежит къ славнейшим подвигам русского оружия, и в памяти народной, по справедливости, занимает место наряду съ Куликовскою битвою и с Полтавскимъ сражением. Хотя оиа нс изменила тотчас хода воины, однакож доставила Русским черезвычайные выгоды. французская армия, расстроенная и ослабленная понесенною в сражении потерею, удаленная на несколько тысяч верст от средоточия своих способов, не имела ни какой возможности заменить эту потерю, мл жду гемъ как к Русским спешили подкрепления со всех сторон. Наполеон, мечтавший одним ударом кончить войну, убедился, что она только началась этою битвою, и что Русские отступали до этих пор не от робости, но по расчету, а упорство, с каким они защищали каждый шаг, показало французам, чего они должны ждать впереди, и поселило в армии их такое уныние, какое обыкновенно бываетъ только следствием совершенного поражения.

Б тактическом отношении Бородинское сражение, но простоте своего механизма, представляет мало замечательного, исключая разве необыкновенной в новейшия времена тесноты и глубины построения левого крыла русской и большей части французской армии,- — обстоятельство, которому некоторые военные писатели приписывают и чревзычайныии успех соиротипления Русских, и великость понесенной с обеих сторон потери.

Возле первой Флеши, у деревни Семеновской, где пал генерал-маиор Тучков 4-й, вдова его выстроила церковь во имя Нерукотворенного Образа, и при ней основала женский монастырь. Ежегодно, 25 августа, бывает крестный ход из села Бородина в эту церковь, где совершается нанннхнда в память русских воинов, убиенных на полях Бородинских. Правительством же на том месте, где находился в центре русской позиции главный люнет, сооружен великолепный памятник. С. А. М.