> Юридический лексикон, страница > Брак по русскому праву

Брак по русскому праву

Брак по русскому праву. Единственною законною формою брака но русскому праву признается—церковная По русским законам, брак есть таинство и совершается не иначе, как посредством церковного обручения и венчания, в котором участие духовенства не безмолвное, но деятельное, существенно-необходимое не только для совершения великого акта венчания, но и для поверки гражданской правоспособности брачущихся к совершению этого акта. Гражданское действие в русскомъ браке слито и не разделено с таинством, и священник в совершении брака действует в одно и тоже время ии как служитель церкви и какъ исполнитель закона гражданского. Вследствие этого,брак, по современному русскому праву,есть духовно-гражданский союз двух лиц разных полов, освященный общественным сознанием, гражданскими законами и церковными обрядами. В смысле гражданском брак представляет собою договор, заключенный между мущиною и женщиною о нераздельном общении всей жизни, а в смысле духовном—брак есть великая тайна глубочайшого и полнейшого духовного и телесного соединения. Поэтому, русский брак, состоя из двух друг-друга восполняющих союзов— гражданского и духовного, принадлежит юрисдикции обоих ведомств. Брак подлежит ведомству церковному на столько, на сколько он есть таинство: сюда относится прежде всего весьобряд совершения брака; далее

) Почтя такое же определение брака дает Арменопуло, в своем «Шести-княжии“.« Брак—говорят Армекопзмо—есть мужа и жены сочетание, единение всей жизни, божественных и человеческих прав общение». (Кн. IV, §4).

) Исключение допущено законодательством нашим для одних раскольников, установив для них гражданскую форму брака, посредством записи в метрические книги (смотрите Брак раскольничий).

—удостоверение в самом событии брака, признание его законности ии, наконец,его расторжение, если к тому представляются уважительные причины. Напротив того, все то, что касается до договорной стороны брака, до нарушения свободной воли и доверия, до имущественных отношений брачу-щихся и вообще все вопросы о преследовании преступлении против брачного союза подлежат ведомству светской власти, нормируются общими государственными законами, гражданскими и уголовными, и только в редких и исключительных случаях требуется заключение от церковнаго ведомства. (Тст. граж. суд. ст. 1368 и след. и уст. угол. судоир. ст. 1012).

Эта двойственная юрисдикция брачного института началась в нашем законодательстве лишь со времени Петра 1-го: но до его царствования, брак, со всеми его проявлениями, всецело принадлежал церковному ведомству, без всякого участия и вмешательства со стороны светской власти. Это явление не случайное, а связанное со всем внутренним строем российского государства до-петровскон эпохи. В древней Руси церковь держала верх над государством и власть духовная господствовала над властью светской, а так как священный идеалъ брака есть продукт христианского учения, то, весьма естественно, что самый брак и все дела, возникавшия из брака и брачных отношении, находились в руках духовенства и подлежали юрисдикции одной только церкви. Они составляли доходную статью духовенства и мирская власть не имела даже права вмешиваться в брачные дела. Когда же, в начале ХВШ столетия, государство берет решительный перевес въ политическом отношении над церковью и принимает ее в свое ведомство, в свою опеку, как подчиненное ему учреждение, тогда началось и решительное разграничение ведомства духовной и светской власти и по делам брачным. Брак оставлен церковному ведомству только в тех пределах, в каких он содержит в себе таинство, но вне этих пределов брак признан институтом светским, для котораго государство начало издавать свои законы, становившиеся обязательными ии для церкви. Правила «о брачном союзе> изложены в нашихъ законах гражданских в ст. 1-131 и ими руководствуется не только светская власть, но и церковная. В нашем русском современномъ браке, сверх реального элемента, должны быть в наличности еще элемент соглашения воли брачущихся ии элемент этический или нравственный (смотрите Брак). Но эти последние два элемента получили место в нашемъ брачном институте только благодаря христианской религии и усилиямъ духовенства.

В браке древне-русского общества преобладающим элементом был—элемент реальный. Брак этот не зпал ни свободного соглашения, ни высокого этического общения между супругами. Господство реального элемента в древне-русском браке весьма ясно сказалось уже в самой обстановке брака. Насилие, употребляемое при умычке, без предварительного уговора, ясно выражало лишь физические потребности мущины. Позднейшая покупка невест, или соглашение домовладык, происходила снова при такой обстановке, которая ясно выражала лишь эту физическую сторону брака. Господство физического элемента брака способствовало к крайнему развитью в русском обществе сладострастия и разврата. Самый идеал женской красоты, сложился лишь согласно этому физическому значению брачного союза“). Но с принятием христианства о брачной связи возникло целое учение, построенное совершенно на иных началах. Это новое учение мало-помалу проникло в сознание общества и определило собою всю позднейшую конструкцию брака. Церковь прежде всего старалась ослабить реальный элемент брака и придать ему элемент этический, элементъ духовный. Для достижения этой цели церковь прибегала к разнымъ приемам. Сначала она громила всякое нерадение к душе и угождение телу, порицала похоть телесную, а так как женщина была представительницей лишь плотского и греховного начала, то церковь учила не смотреть на лицо женское, пбо взарг> на женицину рождает уязвление, уязвление рождает помышление. а помышление рооисдаеит раз-жепие. Советовали избегать беседы с женщиною, так как «боседование жекеко яко стрела въ%ердце уязвляетъ>. Аскетические писатели всячески старались устранись обаятельное влияние женщин,-и лицам, плененнымъ женскою красотою, старались указывать на тленность и ничтожность этой красоты, чтобы охладить страсть, представляя при этом картину болезни и старости даже самой цветущей женщины. После этого понятно, что реальный элемент брака, сам по себе, должен был считаться за. грех. Церковь отдавала безбрачию предпочтение перед браком и если разрешила последний, то объяснила это желанием недопускать до «разжения плотие. Таким образом, со стороны реальной, церковь разре-

) От красоты древней русской женщины требовалось: белое, румяное лицо, большая нога, а главное—толстота стана. Чтобы приобрести последнее, русские женщины прибегали кь разным средствам: пили водку, долго валялись в постелях, лица мазали ванадия (красками), а брови наводили сурьмою, разряжались въ шелк, голову украшали жемчугом, уши—драгоценными камнями и все это предназначалось к тому, чтобы своим видом прельщать мущян.

шила брак только в виду физиологических законов для большинства, чтобы устранить для него разжение плоти, так как -лучше жениться, нежели разжигаться“. Но и давая свое разрешение, церковь старалась, с одной стороны, его ограничить, а с другой—в самый этот элемент брачного сожития внести более целомудрия, уравновешивая его другими сторонами этого сожития. С этою целью церковь старалась внести в самое брачное сожитие такие новые элементы, которые выделяли бы его из всякого иного полового сношения. Допуская соединение полов, с реальной стороны, церковь низвела его лишь в один и в элементов общения, известного под именем Орана. Этим она стремилась возвысит сожитие полов над чувственной стороною и тем указать ея первенствующее значение. Основывая брачное сожитие на начале супружеской любви, церковь резко отмечает требование для кая:дого брака свободнаго соглашения и элемента этического, определявшего супружескую связь высокими нравственными чертами, ибо оба эти элемента брака находятся во взаимной связи. Церковь последовательно восставала против умычки и покупки невест, подчиняя этпдела церковному суду: она вооружалась вообще против насильственной выдачи замуж и женитьбы и пыталась основать брак тиа элементе непринужденного и свободного соглашения брачущихся.

В основе же соглашения па вступление в брак церковь предиюла-гала взаимную склонность, любовь. Стараясь перестроить брак но началам христианской морали, церковь дала основу супружеских отношений во взаимной любви. Церковное благословение брака искони сопровождалось увещанием любить друг друга и оставаться при этих чувствах при всех житейских превратностях. -Стоглав уже напоминает апостольское увещание мужьям любить своих ясен (гл. 20). Мономах уже поучает своих детей: -любигге свою жеиу.а древнейшие памятники сохранили действительные примеры высокой супружеской любви, но чисто христианскому идеалу. Придавая браку высокое ии полное нравственное значение, церковь провозгласила брак нерасторжимым союзом, такъ как перемена ясен путем развода не соответствовала такому высокому иГполному нравственному общению, которое видела в браке церковь. Поэтому церковь старалась противодействовать произвольным расторжениям браков. Она брала дела о разводах к своему суду и разрешала их при самых крайних случаях. Церковная власть не разрешала разводов не только при самых продолжительных болезнях, но даже и постоянных увечьях одного из супругов. Так высоко ставила церковь этический элемент брачного общения над всяким дру, гим. Влияние этого учения о нерасторжимости брака рано стало сказываться в русском обществе. Наконец, последний шаг к закреплению за браком характера высоко-этического, полного, нерасторжимого общения, сделан церковью требованием церковного благословения бра-чуицихся.

Для вступления в брак, долженствующий получить законную силу, по русскому праву требуются некоторые условия, образовавшиеся исторически и происшедшия от разных соображений государственныхъ и от естественной нравственности. Первое и самое главное условие для вступления в брак—свободное согласие обеих сторон. «Бракъ не может быть законно совершен без взаимного согласия сочетающихся лиц; посему запрещается родителям и опекунам лиц, вверенных них опеке, принуждать ко вступлению в брак против ихъ желания“ (т. X, ч. I, ст. 12, по лрод.). Это требование считалось необходимым условием брака еще у древних римлян, у которыхъ сложилось выражение: «consensus facit nuptias», но в нашем законодательстве оно появилось не ранее начала XVIII столетия, въ царствовании Петра 1-го. Когда в 1722 году Петр Великий былъ в Москве и сенат предложил ему пункт, «о принудительных браках, которые бывают в детях, за страх родителей, а в рабах, по принуждению господ их, без произволения сочетанныхъ“, и требовалъ на оный решения, то император, находя это крайне несправедливымъ и жестоким, издал в 1724 году именной указ, которым повелел: «учинить во всем российском государстве такое запрещение, дабы отныне родители детей и всякого звания люди, рабов своих и рабынь к брачному сочетанию, без самопроизвольного пх желания, отнюдь не принуждали и не брачили, под опасением тяжкого штрафования. А так как бывает много таких случаев, что сочетающиеся бракомъ по неволе не дерзают во время брака смело спорить и объявлять о принуждении, одни из за стыда, другие—страха ради, что отражается на ихъ будущности и семейном сожительстве, то, в прилучающихся у знатныхъ персон и шляхетства и прочих разиочинцов браках (кроме крестьянства), прежде венчания брачных, приводить родителей обоих совокупляющихся персон, как отцов, так матерей, а которые в живых не имеютъ плотских родителей, то тех, которые вместо родителей действительно вменяются, к присяге, что одни не неволею-ль сына женят, а другие —не неволею-ль замуж дочь дают, так же и господа с своими рабами не так-ли поступаютъ». (Пол. собр. законов 1724 г., № 4406). Такие присяги, в силу того же указа, знатные особы должны были давать в Св. синоде, менее знатныя—в епархиях, при архиереях, а разночинцы—в церквах, при знатных священниках.

За принуждение к вступлению в брак против свободной воли, наш уголовный закон установила) строгия наказания, изложенные въ статьях 1550—1553 Улож. о наказ. (изд. 1866 г.)

Второе условие—возраста. В отношении возраста закон наш установил минимум и максимум числа лет, от которых и до которых лица обоего пола могут вступать в брак. Минимум начинается для мужского пола с 18-тии лет, а для женского—с 16-ти ); максимум же для обоих полов установлен восьмидееятилетнин возраст ). (Т. X, ч. I. ст. 3). Этот закон принадлежит к законодательству текущого столетия и последовал в 1830 году. В именном указе, данном Св. синоду 19 июля 1830 года, верховный законодатель, по поводу возраста детей, вступающих в брак, высказал следующее: «при отеческом Нашем попечении о вверенных Промыслом Всевышнего Ииам верноподданных, желая предохранить их от тех известных по опыту вредных последствий, кои происходят от сочетания браком между несовершеннолетишмп и потрясают добрые нравы, признали Мы за блого повелеть, дабы воспрещено было священникам отныне впредь венчать браки, если жених и невеста не достигли еще: первый 18-ти, а последняя—16 лет. (Поли. собр. законов До 3807) .Исключение относительно минимума допускается только для природных жителей Закавказского края, которым, по соображениям климатическим, дозволено вступать в брак: мущшиам с 15-ти лет, а женщинам с 33-го года. Это исключение воспоследовало в 1841 году (Нол. собр. зак. Лл 20491) и вошло в наши гражданские законы, в виде второй половины 3-й статьи. У колонистов лютеран закавказского края законный возрастъ длямущип 17,а для женщин —15 летъ(усг. ишоет. пси. ст.19Э, 881) и ует. кол. 145). Закон же о максимуме возраста, по достижении котораго вступление в брак окончательно воспрещено, принадлежит к древним за

) Епархиальным архиереям предоставлено разрешить брак по личному ус-мотрепию, когда то» или другой стороне пе достает не более нолугода до установленного возраста (ггрпм. к Ст. о Зак. гр. по прод. 1863 г.)

) Наибольший возраст для брака—по церковным законам—60 лет, а по гражданским—80 лет. ИИо сему, когда вступают в брак позже 60 лет, то, хотя это не противно гражданскому закону, но для венчанья требуется разрешение архиерея.

) Гражданскими законами разных государств определяются различные возрасты для вступления в брак. Самый меньший для мущшш и женщины в австрийском законе—14 лет, самый больший в виртембергском и некоторых кантоиахь Швейцарии: для обоих 25 лет. Протестантская церковь необходимо требует достижения U лет не только для мущшш, но и для женщины, так как не ранее этого возраста допускается конфирмация.

конам нашего семейного права, и ст. 4 (т. X, ч- I), запрещающая вступать в брак лицу., ишеюицёму более 80-ти лет, заимствована изъ инструкции, дайной в 1677 году старостам поповским или благочинным смотрителям от святейшого патриарха московского Адриана и изъ синодского указа 1744 года, состоявшагося но делу действительнаго статского советника Ергольского, вступившего в брак на 82-м году. В этом древнем законодательном памятнике достойно замечания следующее суждение законодателя: «Брак—сказано в этом указе—отъ Бога установлен есть ради умножения рода человеческого, чего от имеющагося за 80 лет надеяться весьма отчаянно: а. как именованный Ер~ гольский находится уже 82-х лет, в каковия не илотоугодия устроии-ват, но о спасении души своей попечительствовать долженствовало, ибо но псалмисте, человек в силах может быть только до 80-ти лет, а множае—труд и болезнь, которые клонят, к смерти человека, а не до умножения рода человеческого. (Пол. собр. зак. № 4082).

Этот указ свидетельствует, что хотя издревле, о времени введения в России христианства, брак считался таинством, но взгляд за. конодательства на сущность брака был не этический, а реальный, т. е. что цель брака заключается в раепложеиии рода человеческого.

За нарушение второго условия и за вступление в брак прежде иди после определенного законами церковными, или государственными возраста, сочетавшиеся лица, или согласившиеся на то заведомо, ши побудившие их к тому родители их, опекуны или старшие родственники, подвергаются наказанию, изложенному в 1563 и 1569 ст. улож. о нак.

Третье условие—правоспособность. При вступлении в брак предполагается здоровое и нормальное состояние умственных способностей, не исключающее возможности изъявлять свободную волю. Поэтому, «запрещено вступать в брак с безумными и сумасшедшими; такой бракъ недейетвнтеденъ> (т. X, ч. Т, ст. 5, 37, п. 1). Этот-ь закон принадлежит также к законамъ ХВПИ столетия и заимствован из имеинаго указа Петра 1-го, данного в 1722 году «об освидетельствовании дураков в сенате», (Пол. собр. законов Ле 3949)- В этом указе сказано, что «ежели у кого в фамилии ныне есть илщ впредь будут дураки, которые ни в службу, ни в науку не годятся, отнюдь жениться и замуж идти не допускать и венечных памятей не давать».

Четвертое условие для вступления в брак—свободиость от брач~ пых уз. Гак как брак, по русскому праву, есть союз одного мущины сь одной женщиною, то вступающий в брак должен быть свободен от брачных уз и поэтому закон воспрещает вступать въ новый брак во время существования прежнего (ст. 20). Это воспрещекие постановлено еще в влож. Алексея Михайловича (глав. XX. Суд о холопехъ>. ст. 84). Нарушение итого закона, но нашему современному уголовному праву, считается весьма важным преступлением, строго караемым законом. Так, но ст. 1554. Улож. о наказ. кто из лшгь христианской веры, состоящих в брачном союзе, вступит в новый брак, при существовании прежняго, тот подвергается за то лишению всех особенных, лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ и ссылке на житье в Сибирь“. Для лиц же не христианского испЛиетания преступление остается в той же силе. ш> наказание некоторым образом смягчена и ограничивается заключением в смирительном доме на время от 8 до 16 месяцев (там же ст. 1558). Тиму же наказанию подлежат и евреи, пашущие в России (реш. уголсп. кассац. депар. 1872 г. Да 1114). Закон не оставляет безнаказанно и свидетелей, бывших при таком незаконном браке, и духовных особ, совершавших подобные бракосочетания (там же ст. 1556 и 1557).

Пятое условие для вступления в брак заключается в том, чтобы брачутиеся не находились между собою в близком родстве: вследствие чего, по ст. 33 законов гражданских, «запрещается вступать в брак в степенях родства и свойства, церковными законами возбраненныхъ“. Такие браки противны законам естественной природы человека и у всех цивилизованных народов к ним питают сильнейшее отвращение (Июитог natural is). Они даже образуют особого рода преступление, именуемое кровосмешениеш. которое, смотря по близости родства, наказывается уголовными кодексами. По нашим уголовным законам. <лицо. исповедующее веру православную, за вступление заведомо в брак в такой степени родства или свойства, в какой законъ ке дозволяет браков, подвергается заключению в тюрьме от 4-х до 16 месяцев, и церковному покаянию, но определению духовного суда» (Улож. о наказ. а. 1559); но за вступление заведомо в брак в первой или второй степени родства, наказание полагается, по ст. 1593 улож., как за кровосмешение и виновные подвергаются лишению всехъ прав состояния и к ссылке в отдаленные места Сибири. Точное определение степеней родства ии свойства, препятствующих вступлению в брак, получило место в нашем законодательстве лишь въ начале ХВТИИ столетия. Император Петр Великий издал в 1722 году именной указ, которым повелел, чтобы суждение о степеняхъ родства, в которых запрещается вступать в брак, подлежало синоду и совестному суду. (ноли-, собр. зак. № 3963), а в 1765 году отъ духовной коммиисиии была издана особая книга о степенях родства, въ которых брак воспрещается (поли. собр. закон. И 12408). Затем, в

1792 и 1810 годах, запрещение это было подтверждено особыми указами (ноли. собр. закон. Л5 17033 и 24091). Но при кодификации нашего свода законов, кодификатор не счел нужным определить запрещенные степени родства и свойства для вступления в брак, а предоставилъ это определение православной церкви (т. X, ч. ст. 23), заимствовавшей евоп законы из греческой церкви и изложенные в Кормчей, вместе съ постановлениями патриархов и императоров. По законам восточной церкви запрещение при вступлении в брак распространяется: в родстве и в двухродном свойстве между одним супругом и родственником другаго—до 7-й степени: между родственниками одного и другаго—до 5-й безусловно, а в 6-й—условно; в свойстве трехродномдо 3-й безусловно, а в 4-й и 5-й—условно. Родство духовное—до 7-й степени“). Хотя правила Кормчей остались в силе и до настоящого времени, но строгость их, под влиянием светской власти, ныне довольно смягчена. В силу различных указов, последовавших въ 1787, 1810 и 1837 годах, запрещение вступать в брак с родственниками безусловное простирается до 4-й степени родства, а в отношении двухродного свойства—по канону; все же остальные степени родства и свойства, запрещенные Кормчей, не служат безусловным препятствиемъ ко вступлению в брак, а только, в такях случаях, каждый раз требуется особое разрешение епархиальной власти. В духовном родстве брак воспрещается восприемнику с матерью восрпиятой и самой восприятой; а восприемнице с отцом восприятого и с самым восприятым. Тоже самое повторилось и в католической церкви. В средние века католическая церковь, под влиянием аскетических стремлений, простирала запрещение вступать в брак до 7-й степени не только кровного родства, но и свойства. Папа Инокентин Ш, живший въXIII стол. (1218 г.)_{г умерил эту строгость до 4-й степени канонического счисления. В современных же законодательствах всех цивилизованных государствъ безусловно осталось только запрещение браков между кровными родственниками в прямой линии и между родными братьями и сестрами в боковой; но брак в так называемом respectus parentelae. т, е. с потомками брата и сестры, хотя и возможен, но повсиодУтребуется на то разрешение подлежащей власти. Родство незаконное, если оно доказано или несомненно, по убеждению, признается препятствием к браку в-степенях, как и родство законное. Свойство, по каноническому праву, препятствует браку в степенях, параллельных со степенями родства, но это правило почти утратило практическое значение, вследствие}

) См. Неволина. Т. I. стр. 196; Победоносцева, ч. 2 ст. 33.

той легкости, с которой получается разрешение духовного или светского начальства.

Шестое условие—физическая способность т браку,_{хЩт вступде-нии в брак предполагается способность к физическому совокуплению. Хотя нйиГ гражданский закон не упоминает об этом в числе законных условий брака, но по инструкции благочинным 1806 го®а тувечные и неспособные т сожитию» возбраняются от брака. Если бы‘ такой брак и состоялся, то физическая неспособность к брачному сожитью одного из супругов дает другому право просить, о расторжении брака (т. X, ч. I, ст. 45).}

Для действительности брака, сверх личной свободной воли брачу-нщхся, закон требует, чтобы воля эта, в некоторых случаях, по соображениям семейственным или государственным, была дополняема еице и. другою господствующей. волею. На этом основании лицам всех сословий, имеющим в живых-роДгителей или состоящимъ под опекою и попечительством, запрещается вступать в бракъ без дозволения родителей, опекунов или попечителей (зак. граж. ст. 6); лицам же, состоящим в службе,как военной, так и гражданской, сверх того запрещается еще вступать в брак без дозволения их начальства, удостоверенного письменным свидетельством (там же ст. 9): наконец, при вступлении в брак русских дипломатических чиновников с иностранками, они не только должны на то испрашивать предварительное дозволение начальства, но и представить при том подписку невесты, что она обязывается продать свои имения в чужихъ краях, если она таковия имеет (ет. 66).

Запрещение вступать в брак без дозволения родителей принадлежит к законам древним и оно упоминается еще в «Докладных пунктах синода», сделанных императору Петру Великому в 1722 г. (Поли. собр. закон. № 3963, п. 14 «о посягании и женитьбе детей безъ воли родителей ихъ»},а запрещение вступать в брак без согласия опеку нов и попечителей принадлежит к законам нового времени: онопостановлено лишь в 1836 году (Поли. собр. закон. № 9252), а по-велено считать в действии с 1 января 1835 г. (прим. к ст. 6-й т. X, ч. I). Относительно возраста, до которого требуется согласие родителей на вступление в браи$ь, в наших законах гражданских замечается недостаток в том, что в них не выяснено: ограничивается ли это, требование только до совершеннолетия или оно распространяется и далее этого возрастае Но, принимая во внимание, что, по ст. 178 (т. X. ч. I) «личная родительская власть прекращается смертью естественною, или политическою», следует полагать, что согласие родителейна такой важный акт, как вступление в брак, требуется не только детьми несовершеннолетними, но и такими, которые уже достигли совершенных лет, коль скоро родители их находятся еще в живых.

По уставам евангелическо-лютеранской церки в Россия не только“ требуется согласие родителей на брак несовершеннолетних детей, но и совершеннолетним родители могут отказать в согласии, по указанным в законе причинам (т. XI, ч. I, уст. нностр. псгтов. ст. 199 и след.)-

Согласие родителей на вступление в брак требуется и по новейшему праву всех европейских государств: но если бы брак заключен был без согласия семейной власти, он не признается безусловно ничтожным по этой только причине. В Австрии согласие отца требуется только в браке несовершеннолетних детей и право оспаривать бракъ за несогласием существует до тех пор, пока продолжается действие родительской власти: в Пруссии право это ограничивается для отца шестимесячным сроком по пришествии в совершеннолетие. Всего строже по этому предмету постановление французского закона. Брак подлежит расторжению, когда заключен сыном моложе 25 лет, или дочерью моложе 21 года, без согласия отца. Совершеннолетния дети должны испрашивать согласие своих родителей посредством, так называемого, почтительного акта (acte respectueux et formel), через двух нотариусов и притом до трех раз, через месяц, если мущииа не старше 30, а женщина 25 лет; кто старше, и тот не освобождается от этой обязанности, но довольствуется однократным предъявлением почтительного акта и лишь через месяц после окончательного предъявления дозволяется вступаете в брак без авторизации. Чиновникам закон угрожает строгими взысканиями за совершение браков безъ этих формальностей, и право оспаривать брак за нарушение оныхъ продолжается целый год (Code Napol. ст. 148, 160, 182 и 183). Не менее строго относится к такому проступку и наш уголовный закон, не делая при этом различия между служащими и не служащими. По ст. 1566 ул. о нак. (изд. 1866 г.) «за вступление в брак явно или тайно, против решительного запрещения родителей, или без испраши-кания согласия их, виновные, по принесении на сие от родителей жалобы, подвергаются наказаниям, определенным в ст. 1549, т. е. как за похищение незамужней женщины, учиненное с согласия самой похищенной, а именно, к заключению в тюрьме на время от 4-х до 8-ми месяцев и сверх того лишаются права наследовать по закону в имении того изъ родителей, которого оскорбили своим неповиновениемъ».

Что же касается до другого требования нашего закона, чтобы лица, Состоящия на службе военной или гражданской, при вступлении в бракъ испрашивали разрешение своего начальства, то это запрещение преследует цель государственную и принадлежит к законодательству начала XVIII столетия. Первоначально закон этот издан был исключительно для лид морского ведомства. Так, в 1722 году, в изданном Петром Великим «Регламенте о управлении адмиральтейства и верфи», въ гл. 1-й «о должности Адмиральтейской Коллегии» (п. 77), сказано: «запрещается гардемаринам без указа жениться, под штрафом три года быть в каторжной работе» (Поли. собр. зак. 3& 3937). В 1749 году был издан сенатский указ о невыдаче венечных памятей служащим в ландмилидких полках, если они не представят свидетельства от своего начальства о дозволении вступать в брак (Поли, собр. закон. № 9035), а затем оно было распространено и на всехъ военно-служащих других частей. Достойно замечания изъяснение причин, побудивших правительство к постановлению этого ограничения. В инструкции, данной в 1764 году полковнику пехотного полка, сказано: «полковник имеет долг при женитьбе офицера вперед рассмотреть сходствие о женитьбе того офицера, и потом, когда усмотритъ пристойность оного, то дозволять; ибо ежедневняя практика показываетъ ясно, сколь много добрых молодых офицеров от причины таковыхъ браков в косность приходят: а наконец, будучи в бедности, не въ состоянии содержать фамилии своей, подвергают себя разного рода crop чениям, почему натурально теряют совсем охоту к службе» (Поли, собр. зак. № 12289, гл. П, п. 1). С первым же изданием нашего свода законов запрещение это распространено и на всех служащихъ в гражданской службе, и кто из состоящих в государственной службе вступит в брак без дозволения своего начальства, тот за сие подвергается строгому выговору, со внесением оного в послужной список Гулож. о нак. пзд. 1866, ст. 1565). Наше современное законодательство, не отступая от взгляда прежнего законодательства, в отношении военно-служащих установило такое правило, что офицерам, состоящим в военной службе, во всех без исключения регулярных войсках, военных управлениях и учреждениях, вступать в брак ра нее 23 летнего возраста вовсе не дозволяется, а с 23-х до 28-ми летнего возраста брак может быть разрешен начальством не иначе, как по представлении имущественного обеспечения в размере 500 р., которое может быть собственностью жениха или невесты, или оооихъ вместе, и должно состоять в недвижимости или в процентных оума-гах, принимаемых казною в залог.(Соб. у зак. 1867 г., Jfe 87).

Лица же, которыя, по положению своему, не подлежат ведению начальства по службе, не обязаны, по нашим гражданским законам, требовать нп особого дозволения правительства на вступление в брак, ни увольнения от сословия или общества, к которому они принадлежат, как это существовало в прежнее время почти во всех государствах Западной Европы, где свободная воля ко вступлению в бракъ ограничена была со стороны государства и общины, и как это еще до этих пор установлено в некоторых мелких государствах германской империи. Впрочем, это стеснительное требование существовало и в нашем древне-русском законодательстве. По старинному русскому закону, всякий неслужилый человек, состоя в тягле государевом, городском или сельском, не должен был вступать в брак безъявочно, т. е. не объявив о том городскому или сельскому начальству. Эта явка имела фискальную цель, ибо с ней сопряжены были поборы, имевшие вид выкупа или дани. Эти поборы носили разные наименования: убрусное, свадебное, свадебная или выводная куница, повоженный убрус и др. Сбор этот шел то в казну, то в пользу властей и наместников. Он состоял в связи с системою кормлений и с идеей о целости и совокупности тягла, лежавшего на общине. Подобные сборы существовали у нас до времен Екатерины П-й и только уничтожены в 1775 году“}.

Количество браков по нашему гражданскому закону ограничивается тремя, а четвертый брак положительно воспрещен (т. X, ч. I, ст. 21); для предупреждения же четвертых браков закон требует: во 1-х, чтобы в паспортах, выдаваемых купцам, мещанам и кре-етьяаам, всегда отмечать, кто женат иди холост, и если вдов, то после которого брака; и во 2-х, чтобы на выдаваемых лицам обоего пола, всякого звания, паспортах и других видах, в случае вступления этих лиц в брак, отмечать о том рукою священника с означением, с кем именно, когда и в какой церкви совершено венчание (ст. 22). Четвертый брак всегда считали запрещенным по законам греческой церкви, а в Уложении царя Алексея Михайловича четвертый бракъ называется воровством (глава XVI, ст. 15).

В заключение скажем несколько слов о самом обряде совершения брака по правилам православной церкви и на основании наших законов гражданских. Начало законной формы брака соединяется на Руси с принятием христианства и с основанием церковной организации. В русском браке существует церковная форма, которая принесена

) Си. Нево.шна т. I. стр. 2Я9.

к нам восточною православною церковью. Хотя, согласно церковным правилам, одним только венчанием совершается и вступает въ полную силу союз брачный, тем не менее и гражданский закон повелевает перед венчанием совершать, через посредство церкви, некоторыя необходимия действия, имеющия целью, как огласить предстоящее совершение брака, так и удостовериться в несуществовании препятствий къ его совершению.

В прежние времена для венчания требовался особый указ от архиерея на имя того священника, который должен был венчать брак. Указ этот назывался венечною памятью и давался обыкновенно священнику того прихода, к которому принадлежал жених. С выдачей венечной памяти соединялся платеж пошлин. Цель этой пошлины была: с одной стороны финансовая, а с другой—наблюдение за исполнением всех условий брака но церковным законам: но в 1765 году, волей императрицы Екатерины П, как самая выдача венечных памятей, так и брачный сбор были окончательно отменены и для вступления в брак православных установлены следующия правила: «всемъ в брак вступать желающим, прежде венчания объявлять о том своем намерении за неделю приходским своим священникам, которымъ но тому объявлению чинить о тех посягаю щих на прежнем основании обыск; и бу де но таковому обыску между вступающими в брак возора-ненпого правилами родства, нли другого какого законного препятствия не окажется, то тем приходским священникам и венчать их с одною обыкновенною в метрические книири запискою». (Поли. coop. зак.

12433). Из этого указа и сложила 25 ст. законов гражданских ныне действующого свода. По получении священником уведомления производится в церкви оглашение в триближайшия воскресенья ии другие, встречающиеся между оными, праздничные дни после литургии, а затемъ составляется обыск (смотрите это слово). Последнее совершительное действие в браке есть венчание. Оно состоит в, йполневии обряда по чиноположению, которым совершается таинство ИнЬка. Венчание совершается въ личном присутствии сторон. Наш зaкp_{щ,дe допускает представите лей при браке, каковое запрещение, впрочем, существует во всех законодательствах Западной Европы, за исключением одного только австрийского законодательства, допускающого в необходимых случаяхъ представительство, с особого разрешения правительства и с яснымъ уполномочием.}

Венчание по правилам православной церкви должно совершаться б церкви, а не в часовне, и не на дому, при том преимущественно в приходе у жениха, а если в чужом приходе, то требуется сог-

498

Браки смешанные.

даеие священника надлежащого прихода. Венчание совершается днем или вечером, а не ночью, в дни, положенные церковью для венчания“) в присутствии свидетелей и не тайно. Вне церкви православные браки допускаются лишь там, где, по обстоятельствам, венчание в церкви невозможно и то с благословения архиерея. После венчания брак записывается в метрическую книгу (Т. X, ч. I, ст. 26—31). Эта запись и составляет главное доказательство брачного союза. Для предупреждения заключения двойных и вообще незаконных браков, священники обязаны требовать документы, удостоверяющие правоспособность вступления в брак. Главные документы этого рода суть: паепорты, послужные списки, аттестаты, указы об отставке и метрические свидетельства о рождении.

Браки же других христианских исповеданий, существующих в России, совершаются духовенством, по обряду каждого исповедания. При вступлении в брак в России иностранного подданного такого государства, в котором узаконен гражданский брак, он должен подчиняться русским законам о браке, и такому браку, во всяком случае, до.тясно предшествовать оглашение (Т. XI, ч. I. уст. иност. иеп. ст. 228). В таких местностях, где нет священника той веры, къ коей принадлежит вступающий в брак, там венчание может быть произведено и по православному обряду, но, в этом случае, бракъ подчиняется всем правилам и обрядам православной церкви, как по совершению, так и по расторжению (Т, X, ч. I, ст. 65). Если одна сторона не православная, то при вступлении в брак исполняются все формальности православного обряда венчания, оглашения и прочие; такие браки непременно венчаются православной церкви, с отобраниемъ подписки о воспитании детей в гиравоелавии (смотрите Браки смешанные).