> Энциклопедический словарь Гранат, страница 106 > В июле 1911 г
В июле 1911 г
В июле 1911 г. кабинет Аскита провел закон, по которому верхняя палата не может ни отвергать, ни исправлять денежных биллей. Вопрос о том, есть ли данный билль билль денежный, решается спикером совместно с двумя председателями комитетов нижней палаты, причем один из этих председателей обычно принадлежит к правительственной партии, другой к оппозиции. Закон ограничивает полномочия верхней палаты и по отношению к неденежным биллям, обращает veto палаты из безусловного в задерживающее, и задерживающее на вполне определенный срок. Верхняя палата по прежнему имеет право отвергать любой неденежный билль. Но если такой билль будет принят нижней палатою три раза в три смежных парламентских сессии и если со времени первого внесения его в нижнюю палату пройдет два года, то после королевского утверждения он становится законом, хотя бы он и в третий раз был отвергнут верхней палатою. Билль считается отвергнутым верхней палатою и тогда, когда она внесет в него поправки, которых не примет нижняя палата. Ставший так недавно законом билль был принят в палате лордов 10 августа 1911 г. 131 голосом против 114. Но и это незначительное большинство создалось лишь под влиянием угрозы. Перед решительным голосованием первый министр Аскит заявил вписьме к Бальфуру, что кабинет посоветовал королю в случае отвержения или исправления билля верхней палатою, назначить столько новых пэров, сколько их понадобится для проведения билля через верхнюю палату, и. что король выразил согласие последовать совету кабинета. Письмо Аскита заставило консервативных пэров отказаться от отвержения билля, ибо оно показало, что право короны назначать новых пэров в неограниченном числе никак не может считаться устаревшим и будет немедленно осуществлено в случае упорства консервативных пэров.— Акт 1911 года, ограничивший полномочия верхней палаты, поставил на очередь вопрос об изменении ея личного состава. Акт начинается с заявления о намерении поставить на место теперешней палаты лордов верхнюю палату иного рода, построенную на „народномъ“ (popular) основании. Выраженное в акте намерение изменить состав верхней палаты вероятно будет осуществлено в близком будущем, ибо о необходимости „реформировать“ верхнюю палату говорят и консерваторы, и говорят даже решительнее либералов. Но трудно угадать, в какой мере наследственное начало должно будет в верхней палате уступить место началу народному. Вожди либеральной партии еще не выступали с определенным проектом реформы, а консервативные вожди выставили несколько разноречивых проектов, которые, однако, все сочетают народное начало выбора с началом наследственности законодательных полномочий.
Учреждением, связующим воедино важнейшия части государственного порядка—верхнюю палату и нижнюю палату, парламент и корону, парламент и партийные организации вне его, парламент и слуг короны, — является могущественный, почти всемогущий кабинет, своего рода многоликий Янус и центральная нервная система государственного организма. Теоретически управление страною лежит на короюа (the crown). Но, конечно, монарх управляет страною не сам, а через своих слуг. Весьма многочисленныеслуги короны (servants of the crown) заботятся об общественной безопасности, собирают налоги, творят правосудие, ведут дипломатические сношения, охраняют подданных от внешнего врага, блюдут интересы государственной церкви, одним словом, исполняют все обязанности высоко-культурного правительства. Слуги короны делятся на два разряда. Одни, и это—огромное большинство, суть в теории чистые исполнители, творящие волю своего начальства; они— постоянные слуги короны, по своему положению близкие к континентальным чиновникам. Они не имеют права быть членами парламента. Обычай требует, чтобы они вообще не принимали видимого участия в политической борьбе, не принадлежали ни к какой политической партии, не произносили политических речей, не участвовали в предвыборной агитации. В парламенте кипит борьба, партии сменяют друг друга у власти. А в казенных присутствиях постоянные слуги короны должны глядеть безстрастно на этивозбужденные споры, поддерживать непрерывность правительственных традиций, ревниво блюсти казенный интерес и в то же время помогать партийному начальнику проводить свою партийную политику, сегодня слушаться Аскита. а завтра Бальфура, сегодня Ллойда Джорджа, а завтра Остена Чемберлена. Зато они по большей части сохраняют свои должности и оклады при всех сменах партийных кабинетов. Зато они отвечают только за законность, но не за целесообразность своих действий, ибо в теории направление их работы определяется волей партийного начальства. Эти постоянные слуги, на средних и высших постах по большей части образованные, благовоспитанные и способные, по большей части прошедшие через искус конкурсного испытания, хранят в своей среде многовековую, тысячелетнюю традицию, ибо английская королевская администрация самая старая из европейских администраций. И этот огромный запас знаний, навыков, работников постоянно находится в распоряжении „политических шефовъ11,
Выходящих из правительственной партии парламента. Один остроумный англичанин в шутку выразил английскую правительственную систему такою формулой: мировой судья, который есть джентльмен, плюс письмоводитель, который знает право. Английские министры - любители легко справляются с делами ведомства. Но ведь позади них стоят плохо видные публике ряды гражданских слуг _ короны, которые ведут текущия дела, подготовляют законопроекты, собирают справки для ответа на парламентские запросы. Конечно, эти слуги не могут быть совершенно беспартийными. Им поневоле приходится в известной мере приспособляться к своему партийному начальству. Если одна и та же партия долго остается у власти, то в ведомствах постепенно образуется привычка разрешать некоторые вопросы в духе правительственной политики, и эта привычка дает себя чувствовать новым министрам, когда у власти оказывается враждебная партия. В общем, однако, англичане довольны своими порядками и видят в них удачное разрешение трудного вопроса об отношениях между притязаниями парламента и притязаниями бюрократии.