> Энциклопедический словарь Гранат, страница 105 > В период существование единаго англо-сакс

В период существование единаго англо-сакс

В период существования единого англо-сакс. королевства о народном собрании нет более и помину. Место его занимает собрание высших вельмож государства, собрание всех тех, кого угодно будет пригласить королю и кто принадлежит к одной из следующих категорий: архиепископов, епископов, аббатов, членов служилого сословия, или танов. Устранение народа в это время от дел не есть особенность англо-сакс. государства; оно встречается на протяжении всего континента Европы. Фюстель де-Куланж прекрасно показал развитие этого же процесса во франции при Меровинг-ской и Карловингской династиях; он выступает в принижении Мартовских и позднее Майских полей до одного лишь выслушивания народом постановлений (капитулариев) королей и их ближайших советников.—Что касается до того, какие дела ведал англо-саксонский витенагемот в период образования единого англо-сакс. королевства, то для суждения об этом грамоты и хроники дают нам обильный материал. Витенагемот имел прямое участие в законодательной деятельности. Связан ли был король при издании законов обязательством получить на них согласие витанов или нет, сказать не можем; но он был поставлен в необходимость искать их совета. В законах отдельных королей англо-саксов упоминается „о совете и согласии витановъ“, точь в точь, как в меровингских и каролингских капитуляриях говорится о „соп-silio et consensu sacerdotum et optima-tum“; законодательные Функции витенагемота распространяются как на вопросы светского, так и церковного законодательства. Редакция как предварительных проектов, так и окончательных решений, принадлежит в этом последнем случае духовным членам совета. Но не по отношению к одной законодательной деятельности витенагемот является руководителем короля. Он дает свое согласие и на передачу участков фольк-ланда во временное и пожизненное пользование частным лицам (впоследствии его участие признается нужным только в интересах публичности самой передачи). Витенагемот имел также те права, какие принадлежат верховному судилищу. Хроники не оставляют ни малейшого сомнения на этот счет. В англо-сакс. грамотах мы находим также указание на тот факт, что границы двух спорящих между собою церквей определялись собранием служилых людей. Витенагемот является далее верховным совещательным органом в делах административных. Без него король не принимал ни одной важной меры. Так, христианство введено королем Нортумбрии с согласия витенагемота. Рядом с вышеуказанными правами витенагемот пользуется и такими, как низложение королей и возведение их на престол. Такой порядоись был известен не в одной Англии. И в России долгое время начало родового преемства в занятии стола было ограничено избранием вечем кого-либо из членов привилегированной династии Рюриковичей. Этот порядок продолжал держаться и на континенте Европы в течение всего меровингского периода. Избрание короля членами витенагемота ограничено было одним требованием, чтобы избираемое лицо принадлежало к привилегированному роду, который дал уже стране целый ряд правителей. В течение всего англо-саксонского периода мы постоянно встречаемся с фактом избрания королей всем собранием ви-танов. Оно же сосредоточивает в своих руках и право их низложения. В документах того времени можно найти не одно свидетельствона этот счет, например, упоминание о низложении витанами Этельреда. Из всех перечисленных выше прав витенагемот непрестанно пользуется, впрочем, одним лишь правом участия в законодательстве; остальные предоставляются ему слабыми королями и отымаются у него сильными.

Король и аристократическое собрание—вот те два учреждения, с которыми мы в состоянии познакомиться на основании англо-саксонских грамот. Рядом с ними существовали и индивидуальные органы власти, но о них грамоты не говорят ни слова, за исключением разве того, что каждое ведомство имело своего особого управителя (герефу).

От англо-саксонского периода перейдем теперь к норманскому и укажем характер тех изменений, какие были внесены в англо-саксонскую систему управления фактом иноземного завоевания. Историки при решении этого вопроса расходятся между собою. Фриман утверждает (не основываясь, однако, на положительных данных), что в норманск. период англо-саксонский витенагемот продолжал существовать. Встречаются лишь случаи временного неиспользования самим витенагемотом своих прав. Гнейст, напротив того, говорит, что о вита-нах не слыхать вовсе в этот период; о них речь заходит разве только при описании дворцовых церемониальных приемов, повторяющихся три раза в год. Среднее мнение между обоими представлено Стебсом; заключается оно в том, что витенагемот продоллсает существовать в норманский период, но по обстоятельствам, не зависящим от воли правителя и порожденным рознью между норманской аристократией и покоренным населением, он перестает собираться. В хрониках, которые говорят о завоевании Англии Вильгельмом, мы встречаем заявление о том, что три раза в год Вильгельм надевал на себя царскую корону: на пасху— в Винчестере, на пятидесятницу— в Вестминстере, на рождество—в Глостере, причем присутствовали все majores homines — архиепископы и епископы, аббаты, таны и рыцари.

С этими „старейшинами1 (majores homines) король сплошь и рядом советовался о делах. Собрание вита-нов имело совещательный характер; на это указывает и самое ого наименование: „большое совещание“ (magnum consilium). Как. совещательный орган, оно не ограничивало воли короля. Оно не отличалось в то же время ни периодичностью своего созыва, ни определенностью состава. Иногда его совсем не созывали, на что имеются свидетельства норманского летописца. Король, несомненно, имел возможность действовать и без совета своих витанов, но считал более удобным призывать ближайших вельмож к подаче мнений о важнейших делах государства, когда речь, по выражению современников, шла de necessariis rebus, „о необходимых вещахъ“. Насчет того, какие дела ведало это собрание и каков был его состав, проф. Гнейст говорит, что король мог призывать на это собрание кого ему было угодно. Но в этом вопросе легче согласиться с Стебсом, который думает, что в состав собрания могли входить лишь непосредственные ленники короля. Вильгельм I потребовал на собрании в Солсбери (1086 г.) принесения ему присяги от всех своих ленников, которые и были налицо в этом собрании. К присутствию призываемы были также и представители от королевских городов, Лондона и Иорка. Представительство городов начинается, таким образом, с представительства тех, которые расположены были на королевских доменах. Остальные города приобрели это право позднее, именно с тех пор, как бароны и графы сочли выгодным призвать и их к участью в делах страны. Характер функций совета, именуемого летописцами „большим совещаниемъ“, один из них, Вильям Мальмесберийский, определяет словами: „толковать о важнейших делах королевства“ (de necessariis regni tractaturi). Собрание имело право выслушивать предложения короля о создании новых податей, что не мешает, однако, тому, что мы встречаемся и с единичными фактами произвольного обложения королем народа, помимо всякого согласия совета. То же собрание пользовалось совещательным голосом при обсуждении постановлений, принятых королем для изменения общого земского права; ограничивать же законодательную инициативу короля оно не могло. Далее, собрание осуществляла ряд функций судебного характера:-суд в случаях государственной измены, в случаях столкновений гражданского характера между двумя церквами или епископиями и прочие принадлежал ему. В силу продолжавшего держаться старинного правила, что король избирается, выбор era для формы также сохранен был за великим собранием. Англо-саксонский витенагемот продолжает держаться таким образом, как говорит Стебс, но на правах совета, лишенного вся-хсого реального значения, всякого непосредственного влияния на законодательство, администрацию и налоговое обложение.

ИИо мере принижения законодательного собрания до роли совещательного учреждения, заведывание центральными делами страны сосредоточивается в руках королевской курии (тесного совета), учреждения, которое мы встречаем на протяжении всего континента Европы (в России—Боярская дума). „Curia JRegis“ Англии есть то учреждение, из которого развилась Верхняя палата, а путем постепенного выделения функций и вся высшая судебная администрация королевства (суд королевской скамьи, суд общих тяжб). Из Curia Regis вышло и высшее финансовое учреждение страны, палата казначейства, Exchequer.На изучении Curia Regis необходимо, таким образом, остановиться всякому, кого интересует генезис в Англии административных, судебных и законодательных учреждений. В состав королевской курии входят все высшие чиновники королевства. Важнейшия функции власти сосредоточиваются з руках следующих придворных чиновников: верховного юстициария всей Англии, собственно королевского наместника, се-нешала всей Англии (старшего королевского конюшаго), верховного камергфра, верховного конетабля (начальника над милицией), верховного маршала (второй после конетабля в начальстве над милицией), канцлера (на первых порах не более, как королевского нотариуса), казначея. Таковы те лица, которые в то время являлись высшими исполнительными органами государственной власти. При создании этих придворных должностей норманские короли нс имели в виду перенесения на английскую почву того, что возникло в Нормандском герцогстве и что было в свою очередь сколком с тех учреждений, которые развились в Карловингской монархии. Вместе с отправлением высших дворцовых должностей, указанные лица заведывали и государственными делами; эти последния функции считались как бы дополнением к придворной службе. Впрочем, на одну должность из перечисленных нами можно указать, как на должность с исключительно государственным характером; это должность верховного юстициария всей Англии, которому король, в случае своего отсутствия, передавал все свои функции и все свои права. Верховный юстициарий — регент королевства в отсутствие короля. Все вышеисчислен-ные должности, за исключением должности юстициария и казначея, становятся со временем феодальными и наследственными, при том почетными должностями, а действительное отправление обязанностей, с ними связанных, поручается новым чиновникам с более скромными титулами: второго камергера, хлебодара, винодара, начальника кухни и прочие Многия из этих должностей в свою очередь становятся наследственными и служат основанием для развития новых аристократических родов.

Таковы те лица, из которых прежде всего состояла Curia Regis. Это— чисто придворные чиновники. Короли имели полное право расширять состав курии, могли призвать в нее и непридворных, лиц, отличающихся административною опытностью или получивших известное юридическое образование, способных поэтому отправлять обязанности судьи. Число лиц,

призываемых в Curia Regis, не было так. обр. точно определено. То же надо сказать относительно характера ея функций; разделения властей нимало не имелось при этом в виду. Предметы ведомства Curiae Regis — самые разнообразные: чисто судебные, фискальные, контроль не только за королевскими чиновниками в провинциях, но и за лицами, наделенными вотчинной полицией и судом. Как орган административный, Curia со времени Генриха I получила название корол. казначейства, название, которое одновременно мы встречаем и в Нормандии. Обстоятельство это заставляет многих писателей высказываться в том смысле, что этот институт возник в Англии благодаря перенесению на остров норманских порядков. Как бы то ни было, вызвано ли было учреждение казначейства и в Нормандии, и в Англии единством условий, одинаковыми потребностями жизни, или английская Curia Regis, и одновременно Exchequer (казначейство), возникла благодаря пе-иэенесению ея в Англию норманами, в руках ея, как казначейства, сосредоточилось заведывание всей финансовою администрацией. Древнейший из трактатов о казначействе, обязанный своим составлением одному из епископов времен Генриха I, обстоятельно знакомит нас с составом этого учреждения и разделением его на две палаты. Первая заведы-вала приемом денег из графств: здесь взвешивались все деньги, доставляемия начальниками отдельных графств, а также все суммы платежей, производимых патримониальными владельцами; после взвешивания оне поступали на хранение в то же казначейство. Вторая палата имела характер контрольного учреждения и заведывала счетоводством. Сюда все чиновники обязаны были представлять свои счета, и здесь происходила их проверка. Эта часть королевского казначейства не что иное, как счетная палата. Она существовала и во франции, со времени Людов. Св., ее заводят у себя также правительства Анжу, Лангедока и др. провинций. Создание такой палаты вызывается необходпмостью, почему и трудно допустить простое перенесение этого учреждения с континента на английскую почву.