> Военный энциклопедический словарь, страница 17 > Вавр

Вавр

Вавр (Wavre), город в Бельгии, на почтовом тракте из Намюра в Брюссель, с которым соединяются большия проселочные дороги, через Жамблу в Линьи (35 верст), через Ссн-Ламбер в Ватерлоо, и через Сент-Ахтенроде в Лёвен. Он лежит на левом, а предместье его на правом берегу реки Диля, протекающей здесь но довольно широкой долине. Правый нагорный ея берег отлог и большей частью покрыт лесом; левый крут и открыт, хотя и на нем есть несколько рощей и довольно значитель ный лес между селениями ИИ)эн-дю-Жур (Point du jour) и Риксанзаром. Южнее этого леса, к Сен-Ламберу и Лималу, простирается возвышенная равнина, покрытая малыми селениями и х)торами; к северу, лежат деревня ла-Вавет и местечко Луи-Делот, а за ними начинается местоположение, пересеченное рвами, канавами и садами, весьма затрудняющими движение войск. На Диле устроены деревянные мосты : в Лимелетте, Лимале, при мельнице деревни Биерж, в самом Вавре (где сверх того есть каменный мост), и несколько ниже, у селения Ба-Вавра. Это пространство замечательно боем, происходившим здесь в 1815 году, 18 и 19 июня н. ст.

Лаврское д/ь.то. После битвы при Линьи (смотрите слово), генералы Нажоль, с частью 1-го кавалерийского корпуса и пехотною дивизией генерала Геста (5,500 человек), и Экселман, с 2-м кавалерийским корпусом (2,700 человек), получили новеление следовать за Пруссаками. Но Пажоль, обманутый отступлением небольшого прусского отряда, и взятием одной конной батта-реи но дороге в Намюр, стал искать по пей всю армию Блюхера, и заметив свою ошибку слишком поздно, поворотил через Сен-Дизье к Мази, а Эксельмаи,медленно подаваясь вперед но дороге в Жамблу, расположился при наступлении ночи у Сарт-а-Валена (Sari а Valbain). Вслед за этими двумя авангардами должен был отправиться маршал Груши с 3-м и 4-м пехотными корпусами (Вандамма и Жерара), составлявшими до 26,000 человек; но, по усталости этих войск, более других пострадавших в битве, Груши выступил только во втором часу полудня, и следуя в одной колонне по дороге, испорченной проливными дождями, достиг поздно вечером Жамблу. Между тем, Наполеон, с остальными силами, потянулся на подкрепление маршала Нея к Катр-Бра (смотрите это). Эта медленность, в такое время, когда только быстрота и решительность могли спасти Наполеона,способствовала Блюхеру достигнуть спокойно и без всякой потери (в полдень 17 числа) Вавра, и заняться там восстановлением устройства своей армии. На другой день Блюхер, не видя за собою преследования, и угадывая из этого, что главные французские силы направились против Веллингтона (который, как ему было известно, намерен был принять сражение позиции при Ватерлоо), двинулся к нему на помощь через Женвал и Сен-Ламбер. При Вавре оставлен был 3-й корпус генерала Тилемана, состоявший из четырех пехотных и двух кавалерийских бригад, всего до 22,000 человек, при 36 орудиях. Тиле-ман имел повеление, в случае натиска значительных неприятельских сил, защищать выгодную позицию за рекою Дилем; в противном же случае, оставив у Вавра небольшой отряд, следовать за армиею.

Но отбытии Блюхера, Тплеман, тщетно ожидавший появления неприятеля, готовился уже выступить к Сен-Ламберу, как вдруг, в два часа по полудни, его ариергард, расположенный по ту сторону реки у деревни Лаба рак, и состоявший из девятой бригады генерала Борха и отряда 4-го корпуса, под начальством полковника Ледебура, был сильно аттако-ван и оттеснен французами. Тиле-ман тотчас занял позицию, избранную им для обороны. Двенадцатая бригада, полковника Стюлыинагеля, расположена была на правом крыле у Биержа; десятая бригада, полковника КсмпФсна, в центре, на высоте, позади Вавра, занятого полковником Це-пелппомь с тремя батальонами; одиннадцатая бригада, полковника Лука, на левом крыле, по обипим сторонам Брюссельской дороги. Резервная кавалерия находилась в некотором расстоянии за центром, у деревни ла-Бавет; туда же должен был следовать и ариергард; но генерал Борх, перешед Диль у Ба-Вавра, и оставив для защиты этого селения три батальона и три эскадрона, по недоумению, направился к Ссн-Ламберу, где и расположился для ночлега. На оконечности правого фланга, у деревни Лималь, стоял отряд 1-го корпуса, генерала ИДитена, из трех батальонов и стольких же эскадронов, под начальством полковника Штенгеля. Все вышеозначенные мосты на Диле и левый ея берег были заняты отрядами и густою цЬпью стрелков; артиллерия, поставленная на выгоднейших пунктах нагорного берега, обстреливала всю долину реки. В этом, довольно выгодном расположении, наблюдая за течением Диля от Лималя до Ба-Вавра, и в то же время, имея главные силы в совокупности между Биержем и Брюссельскою дорогою, генерал Тиле-ман готов был оспоривать у неприятеля переправу через Диль, или двинуться ему навстречу, еслибы он вознамерился, обходом сирава, угрожать тылу главной армии Блюхера.

При выступлении из под Линьп, маршал Груши получил от Наполеона только краткое словесное повеление: живо преследовать Блюхера, аттако-вать его, если он покажет намерение остаиовитьсн, а во всем прочем соображаться с обстоятельствами. Не зная наверное, куда направились Пруссаки, к реке ли Маасу или к Брюсселю, Груши избрал среднюю дорогу в Жамблу, провел там ночь на 18 число, и в девять часов утра дошел до Сарт-а-Валсна; между тем, как Эксельмап следовал к Вавру, а Пажоль правее его к Гран-Лё и Ту-ринну (Tourinne) В Сарте Груши получил достоверное известие, что Блюхер отступил к Вавру, и в то же время разъезды Эксельмана донесли об открытии неприятельского ариергарда у селения Лабарака. Тогда намерение Блюхера, соединиться с Веллингтоном, не могло уже быть загадкою для французского маршала. Но кажется, что Груши и тут не умел постигнуть всей важности обстоятельств и своего назначения: вместо того, чтобы тотчас поворотить через Мон-Сен-Жибер к Сен-Ламберу, стараясыиресечь, или по крайней мере затруднить движение Пруссаков, он снова потянулся одною дорогою к Вавру, приказав на нравиться туда и Гиажолю. Корпуса Эксельмана и Вандамма пришли к Лабараку в три, а корпуса Жерара и Нажоля, только в шесть часов по полудни.

В четыре часа Вандамм, оттеснив генерала Борха к Ба-Вавру, и выдвинув артиллерию, агтаковал, под ея прикрытием, Ваврское предместие и мосты; но был отражен храбростью защитников, и двенадцать раз безуспешно возобновлял нападение. Столь же неудачно было покушение дивизии Вишери (корпуса Жерара), овладеть переправою у Биержской мельницы, не смотря на то, что сам Груши и Жерар (который был тут тяжело ранен) лично предводительствовали войсками. Кавалерия Эксельмана стояла, между тем, в резерве у Сент-Антуана; остальная часть корпуса Жерара и Пажоль только что приближались к Лабараку. Бой превратился тогда в перестрелку с одпого берега Диля на другой, и в канонаду, которой громъсли-вался с отдаленным гулом Ватерло-оской битвы.

В это время (в семь часов вечера) прибыл к маршалу Груши офицер, отправленный Наполеоном в час но полудни, но который, по движению Блюхера, должен был сделать большой объезд. Он вручил маршалу предписание : двинуться, как можно поспешнее, к правому флангу главной армии, и напасть с тыла на обходящие его прусские корпуса. Для исполнения этого предписания, нужно было бы немедленно прекратить бой, сделать фланговое движение в виду неприятельской линии, и, переправившись через реку выше Лималя, слЬдовать четырнадцать верст но той же дороге, по которой шли теперь Пруссаки. Трудность такого движения и невозможность прибыть во время на помощь Наполеону, были очевидны. Груши, после некоторого колебания, решился оставить Вандамма и Эксельмана перед Вавром, и двинуться с дивизией Вишери к Лнмалю, куда также направлены были из деревни Лабарак Пажоль и другия две дивизии корпуса Жерара. Войска эти достигли Лималя при наступлении ночи, нашли переправу не занятую Пруссаками, и овладев селением, которое было слабо защищаемо полковником Штенгелем, стали дебушировать между Сен-Дербургом и часовней ле-Пелерен, против правого фланга прусской позиции. Получив известие об этом, Тилемаи тотчас двинул бригаду Стюльпнагеля на встречу неприятелю, и сам поспешил туда с частью резервной кавалерии (бригадою полковника Марвица); но в темноте ночи, Пруссаки приняли слишком вправо, наткнулись на глубокий овраг, и пришед от того в расстройство, были с уроном отражены. Стюльина-гель отступил к пространству между

Биержем и Риксансарским лесом, а Мар виц расположился за этим лесом, между селениями Пуэн-дю-Жур и Энкенса. Между тем наступила полночь, и бой прекратился.

19 числа, на рассвете, Пруссаки занимали следующую позицию: двенадцатая бригада, часть десятой и вся резервная кавалерия стояли между Биержем и Риксансарским лесом, занятом легкими войсками; два батальона защищали Биержскую мельницу, остальные войска, по прежнему, находились в городе, в селении Ба-Вавре и на лежащих позади высотах. Полковники Штенгель и Ледебур пошли на соединение с своими корпусами; генерал Борх, переночевав у Сен-Ламберта, готовился снова примкнуть к Ти-лемацу, в чем, однако же, препятствовала ему французская кавалерия, расположенная у ле-Пелерена. С своей стороны, маршал Груши, расчислив, что движение его к Ватерлоо не могло уже принести ни какой существенной пользы, и не зная еще поражения Наполеона, решился преследовать приобретенные уже над Тилеманом успехи. Весь корпус Жерара устремлен был на бригаду Стюльпнагеля; дивизия генерала Теста аттаковала селение Биерж; кавалерия Пажоля частью прикрывала левый фланг, частью наблюдала за бригадою Борха. Стюльпнагель был опрокинут с потерей пяти орудий и отступил к Пуэн-дю-Жу-ру; французы овладели Риксансарским лесом. В эту минуту (в восемь часов утра) Тилеман, получив достоверное известие, как о блистательной победе, одержанной накануне Веллингтоном и Блюхером, так и о направлении второго корпуса (генерала Пирха), к Намюру, для пресечения дороги маршалу Груши, сообщил эти известия войскам, и приказал им поднять радостные крики и пальбу. Но французы этим не были остановлены : превосходством сил, они вытеснили Стюльпнагеля из новоии его позиции, взяли Биерж, после мужественного сопротивления Пруссаков, и принудили наконец Тилемана отступить за Брюссельскую дорогу. Вандамм во все это время оставался в совершенном бездействии, и только по очищении Вавра полковником Цепели-ном, аанял этот город. В десять часов Тилеман оставил и последнюю свою позицию у ла-Баветта и Де-лотта, и отступил но дороге к Лёвену до села Сен-Ахтенроде, прикрываясь конницей июлковника Марвица и отрядом Цепелпна. Маршал Груши, узнав также о результате Ватерлоо-ской битвы, прекратил преследование, и поспешил отступить к Намюру, куда посланная вперед кавалерия Эк-сельмана пришла в тот же день вече ром, а остальные войска на следующее утро, в одно время с корп-сом генерала Пирха. Тилеман, принужденный дать войскам отдых, не прежде 20 числа, мог принять участие в общем преследовании неприятеля. Ваврское дело стоило Пруссакам до 2,500 человек, выбывших из Фронта; потеря французов неизвестна. См. Ротенбурга Schlctchien-Atlas, и нроч. Z7. .7. И. 3.

Вавр (дело /_И0 и ®_ао Февраля 1831 года). Главная русская армия, под начальством Фельдмаршала графа Диби-ча-Забалканского, выступила ^а,₇ Февраля из Ветрова (смотрите это) двумя колоннами. В правой, по дороге на Станиславов, шел генерал барон Розен с 6-м, а в левой, по шоссе через Калушин, граф Пален, с 1-м пехотным корпусом; за ним следовали резервы (2-я гренадерская дивизия, гвардейский отряд, под начальством цесаревича Константина Павловича и 3-я кирасирская дивизия). Оттеснив, после нескольких сшибок, польские дивизии Скржинсцкого и Жимирского, от Добре и Калушииа, корпус графа Палена достиг % числа Дембе-Виелки, а авангард его Яновек; барон Розен дошел до Станиславова, имея лпангард в Окуневе; главная квартира перешла в Минск.

/ю числа, предполагалось продолжать движение к Варшаве, в следующем порядке: авангарду графа Палена следовать до Выгодских высот, в семи верстах от Праги, а корпусу его до Милосны; авангарду 6-го корпуса из Окунева направиться также к Выгоде, а корпусу стать в боевой порядок впереди Гржибовской Воли. Из резервных войск, вторая гренадерская дивизия долженствовала дойти до Милосны, гвардейский отряд до Дембе-Вислки, а кирасирская дивизия до Минска. В этот день еще не ожидали сражения.

Армия польских мятежников, собранная у Грохова, под начальством Хлопицкого, действовавшего именем Радзивила, состояла из трех пехотных дивизии : Круковецкого, Скржи-нецкого и Шембека, и трех дивизии кавалерии; пехотная дивизия Жимнрского находилась в авангарде, в Мп-лосенском лесу. В польской армии было 45 батальонов и 80 эскадронов, или около 54,000 человек, с 140 орудиями.

От Яновской корчмы до Вавра (хутора, состоящого из двух деревянных домикоп), Варшавское шоссе пролегает лесом, который, редея под самым Вавром, тянется еще несколько по правой стороне дороги, и поворачивает потом вправо по отлогим холмам к Кавендзину и Со-скову. Впереди его простирается до Праги обширная равнина, имеющая в глубину семь верст; она усеяна песчаными холмами, кустарником, болотцами, рвами и отдельными жилищами колонистов. В двух верстах за Вавром, тянется, на две версты вдоль шоссе, деревня Большой и Малый Грохов, от оконечности которой до Праги считается еще три версты. В расстоянии пушечного выстрела, не доходя Грохова, находится небольшая ольховая роща, которая, несколько дней спустя, сделалась главным поприщем одной из жесточайших битв. (См. Грохов).

Отступив к Вавру, и убедившись в важности этого пункта, Жимирский расположился здесь, в намерении воспрепятствовать дебушированию русских войск из лесу. Он поставил свои девять батальонов (остальные три находились у Скржинецкаго) но обеим сторонам шоссе, и направил двадцать восемь орудии на выходьГ из лесу. Вскоре после того явился Шем-бек с своей дивизией (одиннадцать батальонов и шестнадцать орудий), назначенный сменить Жимирского в авангарде; но как в самое это время начали показываться передовия войска графа Палена, то Жимирский решился остаться и принять участие в предстоявшем сражении. Шембек расположился правее Жимирского, имея на правом своем фланге, на поляне, поросшей мелким кустарником, три полка каваллерийской дивизии Лубинского; четвертый полк поставлен был влево, позади Шембека. Лишь только авангард графа Палена (которым в тот день командовал генерал-лейтенант князь Лопухин), состоявший из 1-го и 2-го егерских, одного гусарского и двух уланских полков с шестнадцатью орудиями, показался при выходе из леса, неприятель встретил его сильным огнем, более нежели из сорока орудий. Не смотря на это, Русские выстроились в величайшем порядке по обеим сторонам шоссе, и завязали дело, которое, по мере прибытия к ним свежих войск, обратилось в самое жаркое сражение. Между тем пушечная пальба привлекла и Хлопицкого из Грохова. Обозрев место битвы, он удостоверился в необходимости всеми силами воспротивиться дебушированию Русских, и приказал Шембеку снова опрокинуть в лес небольшую часть вышедших из него войск. Чтобы в то же время прикрыть свой левый фланг под Вавром, который мог быть обойден но Окуневской дороге через Выгоду, он послал туда дивизию Круковецкого (тринадцать батальонов и двадцать четыре орудия); дивизия Скржинецкого (двенадцать батальонов, в том числе и третий полк дивизии Жпмпрского), две дивизии кавалерии и шесть батарей, были оставлены в резерве у Грохова. Оконечность левого фланга охранялась Янковским, расположившимся с тремя кавалерийскими полками в Грод-жпске. Первый и второй русские егерские полки, не могли противустоять стремительному натиску превосходного неприятеля, и были опрокинуты в лес; но пробывший к ним на подкрепление пятый егерский полк, под-, держанный первою конною баттареей полковника Пасксвича, храбро отстаивал позицию свою на шоссе.

Между тем прибыли сюда граф Пален и начальник главного штаба армии, граф Толь, присланный Фельдмаршалом. Удостоверившись, что Поляки преимущественно напирают на правый фланг русских войск, чтобы тем воспрепятствовать соединению их с ожидаемым со стороны Окунева корпусом барона Розена, граф Толь лично принял начальство над пятью батальонами третьей дивизии, отряженными туда графом Паленом, и приказав другим пяти батальонам следовать за ним, кинулся на встречу неприятелю, который был отброшен к Вавру. Таким же образом Поляки были оттеснены и на левом фланге, где находилась вся кавалерия авангарда. Но неприятель, двинув вперед новия силы, успел опять откинуть Русских в лес. В этот решительный момент пятый егерский полк и баттарея полковника Паскевича вторично отразили неприятеля, напиравшего на них с Фронта, между тем, как стрелки и четыре орудия, став параллельно дороге, защищали правый фланг, который Поляки начали обхватывать. Мужественное сопротивление это было поддерживаемо присутствием начальника штаба 1-го пехотного курнуса. князя Горчакова, и начальника артиллерии того же корпуса, генерал-маиора ИИеррена 2, которые, хладнокровными распоряжениями своими, много способствовали к удержанию неприятеля.

К этому времени прибыл на поле сражения сам Фельдмаршал, а за нпм и остальные полки 1-го корпуса. Вступая, ио мере прибытия, немедленно в дело, они наконец приобрели перевес над Поляками, между тем, как граф Толь, с войсками правого фланга, также отбросил неприятельские колонны. Не менее удачен был бой, завязавшийся и на левом фланге, между кавалерийскими отрядами Лубпнского и барона Сакеиа.

Авангард барона Розена, по днепозиции, должен был оставаться на одной высоте с авангардом 1-го корпуса; но, по большому расстоянию и дурным дорогам, он прибыл к Грпбовской Воле, только р начале второго часа, когда корпус графа Палена уже два часа находился в деле. Круковецкий, желая по возможности удержать Розена, послал к нему навстречу, в самый лес, первую бригаду своей дивизии (шесть батальонов с двенадцатью орудиями), под командою Гелгуда, а сам, с другою бригадою (Малаховского), расположился в резерве, впереди Выгоды. Но Гелгуд был вытеснен из леса авангардом 6-го корпуса, и барон Розен, развертывая колонны свои у самоии опушки леса, стал постепенно принимать участие в бою. Главною целию его было соединение с корпусом графа Палена, в чем он и успел, нс смотря на отчаянное сопротивление Поляков. Когда это было исполнено, и 5-й польский полк, упорно защищавшийся на правом фланге, был принужден отступить; вся русская линия, вмшед из леса, стала подаваться вперед, вытеснила Поляков из Вав-ра и Выгоды, и преследовала их до широкого рва, который, выходя из Гроджиских болот, пересекает шоссе у Гоклавской колонии.

Шембек и Жимирский отступили к Грохову, где занялись приведением в порядок расстроенных своих линии; дивизия Круковецкого направилась частью туда же, частью к Ольховой роще, которую Скржинецкий занял с своей дивизией и удержал за собою, не смотря на покушения барона Розена овладеть ею. Последняя .встреча этого дня, последовавшая на оконечности левого фланга польской позиции, у деревни Кавентзпн, между посланными туда бароном Розеном двумя полками улан с одним егерским батальоном и Калишскпми кракусами и стрелками, кончилась также вытеснением неприятеля изь деревни.

Таким образом Русские заняли с бою все выходы из леса, и прошли за него еще слишком две версты. Между тем настал вечер, и Фельдмаршал, видя утомление войск от Форсированного марша и продолжительной битвы, приказал ударить отбой. Главная квартира перешла в Мило-сну, куда отправился и главнокомандующий, а войска расположились на тех местах, где битва была прекращена.

Так кончилось это внезапное сражение, начатое Русскими прп самых невыгодных обстоятельствах, веденное с большим упорством, и наконец увенчанное полным успехом. Войска наши, выходя из узкой дефи-леи, должны были выстраиваться под жесточайшим артиллерийским огнем и в виду неприятеля, стоявшего уже в боевом порядке; полки могли быть вводимы в дело только по частям и по мере их прибытия. По этому, перевес находился на стороне Поляков, до тех пор, пока с уравнением сил сравнились и выгоды, а потом перешли даже на нашу сторону.

С русской стороны сражались только двадцать семь батальонов 1-го и двадцать один батальон 6-го корпуса; четыре батальона корпуса барона Розена, следовавшие проселочною дорогою, опоздали, и прибыли уже к вечеру; остальные войска были еще далеко назади. Местность препятствовала действию кавалерии, а потому со стороны Русских она была употреблена только на левом фланге. Конно-егерский его величества короля Вир-тембергского полк, находившийся в центре, опрокинул польский гренадерский батальон, и загнав его в болота, взял в плен почти в полном составе.

Можно с достоверностью заключить, что в этот день с обеих сторон было в деле почти одинаковое число войск. Потерей также немногим между собою разнились: если в начале Русские потерпели более, то в последствии их превосходный артиллерийский огонь нанес Полякам чувствительное поражение. Русские потеряли: убитыми 517 человек, ранеными 2,387, без вести пропавшими 817, всего 3,700 человек; потеря Поляков была также велика; у них взято в плен более 600 человек.

На следующий день ожидали генерального сражения. Но как русский главнокомандующий хотел удостовериться в настоящем расположении неприятеля и обождать прихода провиантских обозов, парков, а равно и первых эшелонов гренадерского корпуса, которые могли прибыть не ранее четырех и пяти дней, то сражение и было отложено до того времени. Утром %о числа открыта сильная канонада, во время которой Фельдмаршал, в сопровождении начальника главного штаба графа Толя, обозрел неприятельскую позицию. Попытки барона Розена овладеть ольховою рощею, и в этот день не удались; четвертый польский полк, смененный впоследствии бригадою Гелгуда, отстаивал ее с уиорством; сражение длилось; нонаконец, когда оказалось, что длд удержания этого леска Поляки имели в готовности главные свои силы, решено было прекратить дальнейшия на него покушения. В этот день выбыло с каждой стороны из фронта от 700 до 800 человек.

^,9/₃₁ марта было еще дело под Вав-ром, между авангардом 6-го корпуса генерала Гейсмара, и передовыми войсками польской армии, сделавшими из Варшавы вылазку. (См. Дембе-Вельки. Ф. И. С.