Вече

Вече. Юридический термин древне-русского правового быта, означавший: народное собрание, народный суд. Участие народа в общественных делах проявлялось в .древней Руси под формою веча ), которое имело большое сходство с древним англо-саксонским народнымъ собранием, известным подъ названием: Виттенаиемота

(Wittenagemot), т. е. совет мужей благоразумных и свободных. Вече, кроме политического значения, имело еще власть законодательнуюи судебную. Оно не создано князем, а составляет первоначальную форму русского народного быта. Отечественные памятникиразсказывают о народных вечевых решениях еще до призвания Рюрика, так, что даже самое призвание это. было также последствием постановления «народного веча>.

Хотя колыбелью веча считался Новгород, тем не менее эта форма правления существовала во всем пространстве княжеской России еще во время князей Рюриковичей: где были князя, там было и вече-и Новгород, в этом отношении, не представлял цскдючительного явления: его. быт — быт общий всем городам русским. Разница, которая существовала между новгородскою жившей и яшзнией другихъ городов,—была не качественная, а количественная. Богатейший и насе-ленейнши из всех городов русских. Новгород распадался на .многочисленные и сильные партии, которые имели не один повод к враждебному между собою столкновению. Существование сильных партий .# легкая возможность столкновения между ними, уеловдиваемая вечевым

) Вече происходят от одного корня с словом вещать, говорит, отсюда слово отвечать (смотрите „Хрестоматия по русской истории^{и^{, профессора варшавского“ Н. Я. Аристова, Варшава 1870 г. стр.,631).. . .}}

.Вече.

331

бытом, и была причиной, что новгородская вечевая жизнь текла шумливее, чем жизнь другпх городов, менее населенных и менее богатых, и вследствие того представлявших большее однообразие и спокойствие жизни. Кроме того, Новгород имел еще и ;то великое преимущество передъ другими городами, что татарский разгром его вовсе не каснулся.Благодаря этому обстоятельству, вечевая жизнь сохранилась в его стенах гораздо долее, чем в остальной России. Вече существовало не только во всехъ главных городах, но и в очень многих из городов второстепенного и даже третьестепенного значения. По свидетельству летописцев, во всех, волостях древней Руси существовал старинный обычай—«сходятся на вече, как па думу». Город, имевший вече, назывался «вечевым городомъ». Вечевой быт был явлением необходимым в древней России, а потому и всеобщим. Князь, призванный элемент волости, не имел еще своих собственных, достаточно-развитых орудий управления.У него не было ни полиции, ни войска, в теперешнем смысле слова. Между князем и исполнителями его воли не было даже той поземельной связи, которая дала такую прочность отношениям феодальным и поместным. Отношения служилых людей к князю были до крайности шатки, они могли прерваться ежеминутно и до .односторонней воле служилого человека. Эта, слабость собственных сил князя, естественно, заставляла его искать опоры с согласии © народом, выдвигала народ на первый план. Хотя вече я не было создано князем, но он должен был обращаться к нему. Таким образом, вече де есть явление одиночное, стоящее вне прямой связи с другими учреждениями княжеской России, но оно составляет необходимое к ним дополнение.

Участие в вечевых собраниях понималось в древцеи России как право, принадлежавшее всем свободным людям без всякихъ ограничении. На вече участвовали вее слои населения, начиная съ высших и до носледних: лучшие люди, средние и меньшие“ черные, купцы, даже смерды, худые мужики и «вее люди». Дети, хотя бы и взрослыя. нрк жизйи отца, устранялись от личного участия в народных собраниях, по“ общепринятому в то время взгляду та родительскую власть. Вечевая жиздь пригородов (смотрите это слово) проявлялась двояким путем: они или участвовали; непосредственно в собраниях главных городов, илисоезтши» свои особия собрания в пределах прщрода. ,

В эпоху существования веча на Руси и в Англии образовалась иформа участия народа в общественных делах, вдд названием парламента; но руеекое вече де. имеет ничего общого с английскимъ лрментом. Участие народа в парламенте иди в палате общин сложилось под влиянием сильной королевской вдаетн;, Представители городов и, гр&ф~

ств не сами сходились, а они призывались королями и то только для обсуждения и решения тех вопросов, по которым были призваны. Такое участие народных представителей в королевской думе рассматривалось более с точки зрения обязанности, чем права: представители обязаны были являться. Члены палаты общин говорили не во имя личных своих интересов, а они были представителями техъ общин, которые их посылали,и голос каждого из них был голосомъ целой общины. Но совсем иной характер имело наше русское вече. Народ участвовал в общественных делах не по призыву князя, который сам призван был вечем, а в силу присущаго каждому «мужу» права устраивать в народном собрании не только общественные, но даже и свои собственные дела. Присутствуя на вече, в силу личнаю права, народ являлся для обсуждения общественныхъ дел не через представителей, а поголовно. Собрание не было ограничено въ предметах своего рассуждения, а обсуждало вопросы, какие захотело и само приводило в исполнение свои решения. Собрание составляло целое только въ случае соглашения всех; поэтому, решение веча простым большинством голосов не имело места, а требовалось: или единогласное мнение всех, или такое подавляющее большинство, которое заставило бы смолкать всех разномыслящих. И так, характер нашего веча определяется двумя условиями: слабостью княжеской власти и всемогуществом личной свободы народа, столь обыкновенным во всяком первоначальном обществе. Вече была формою непосредственного участия народа в обицственных делах, а не через представителей. Участие в вече понималось в древней России, не как обязанность, а как право. Изъ имевших право—никто не был обязан посещать вечевия собрания, а бывал только тот, кто хотел.

Порядок сознания веча определялся сущностью этого учреждения. Так как вече считалось формою участия народа в общественных делах в силу принадлежащого ему права, то вече могло быть созвано как самим народом, так и князем, если он находил это нужнымъ для пользы народа же. Но для того, чтобы вече действительно состоялось, мало было одного княжеского призыва, а необходимо было, чтобы народ желал совещаться. Поэтому, без народного оиселания вече не состоялось, хотя бы призыв исходил от самого князя. Колокольный звон был обыкновенным способом призыва к вечевым собраниям. Для этого были особые колокола, называвшиеся <Бечевыми».-)По собрании парода глашатаи объявляли ему причину, зачем он созван. Определен-

) После покорения Новгорода и Пскова, „вечевые колокола% символы их -свободы и воли, отвезены были в Москву. г ;

Вече.

333

ного места для вечевых собраний не было. Вече могло собраться везде, —как в городе, так и вне города, и даже <на полт; нов Новго-роде,местом веча был «ярославов дворъ» или «ярославское дворище» и площадь перед Софийским собором, а в Пскове вече собиралось на площади, на высоком месте со ступенями. В случае разделения мнений, сторонники разных партий сходились обыкновенно в разныхъ местах и таким образом в одно и тоже время было несколько вечевых собраний, которые или вступали в бой одно с другим, иля мирились на каком нибудь общем мнении. Вечевия собрания не были периодическими. Они созывались смотря по потребности, так что в одну неделю могло быть несколько вечевых собраний, а, наоборот—В целый год—ни одного. Продолжительность веча определялась не времепнемз, а предметом. Вече созывалось не на определенный промежуток времени, а только для решения известного вопроса и продолжалось до тех пор, пока этот вопрос не был улажен.

Что же касается до самого порядка совещанй, то ов был словесный и совершенно безформенный. Постановления веча записывалис в весьма редких случаях. Эта безформенность не могла не отразиться ослабляющим образом на окончательной силе самого решения. На вечевых собраниях не было ни председателя, ни руководителя прений, а. первый вопрос вечу предлагался, обыкновенно, тем, кто был виновником созыва самого веча. После изложения вопроса начиналось совещание самого народа. По большей части говорили, так называемые, «лучшие люди»в бояре и старцы,а остальные—слушали молча и только под конец выражали свое одобрение или порицание. Все присутствовавшие имели одинаковое право слова, но говорить самим или слушать других—зависело исключительно от. характера и от личного такта каждого. В древних исторических памятниках времен веча есть указания, что люди богатые подкупали людей бедных—«смердовъ» и «худых мужиковъ»—для того, чтобы: они, своим говором и криком на вече, заглушали речи «лучших, людей»,их противников, и тем способствовали-бы проведению их соб-собственных мнений. При вечевых собраниях не требовалось присутствия известных лиц и в известном числе; по этому, составь, веча мог быть очень не постоянный. _{;_,}

Вече, как основная форма быта древне-русского народа, ведало все, кроме тех предметов, которые передавались в исключительное заведывание князей. Деятельность веча ограничивалась, главным образом, тремя предметами: призванием князя, решением вопроса и войне и мире и законодательством. Управление и суд не принадлежали вечевой юрисдикции. За исключением князя, вече само не назначало никакихчиновников. На князя переносились все заботы об управлении, ему принадлежало право предводительствовать на войне и назначать всехъ должностных лид: посадников, тысяцких, тиунов и прочие Подобно управлению и суд заведывался исключительно князем. Вече не было даже верховным апелляционным судилищем; по, как высшая власть волости-, вече давало защиту гражданам в черезвычайных случаях, когда обыкновенные суды оказывались недостаточными. Впрочем, хотя народ и не отправлял на вече ни суда, ни управления, но так какъ главная сила князя заключалась в народе, то, понятно, что последний не мог оставаться без влияния на княжеский суд и управление, а при всеобъёмлющем значении веча в древней жизни русского парода, это влияние переходило иногда и в непосредственное отправление народом, как суда, так и некоторых отраслей управления. В Новгороде ы Пскове круг деятельности веча был гораздо обширнее, чем в других центрах княжеской России. Позднейшая история этих вольныхъ городов представляет особенность, как в вопросе об управлении, так и в вопросе о суде. Право назначать посадников и тысяцкихъ принадлежало в этих городах вечу: ему же принадлежало и право политического суда над этими сановниками. Таким образом, вече, или народное собрание, в Новгороде и Пскове управляло всеми делами этих держав, не только светскими, по и духовными. Главнейшия изъ нив суть: определение налогов и пошлин, сношения с иностранными народами и избрание приемников архиерейского престола в Новгороде. Постановления веча «назывались» вечевыми грамотами». Предписания областным посадникам—«.обережениями“ _{9_{а договоры с другими державами—грамотами bокончалъныш».}}

Суду веча, по делам уголовным, подлежали лица мирского и духовного чина; гражданские же иски или тяжбы принадлежали к ведомству других судебных мест. Из самых уголовных дел рассматривались на вече только преступления публичные (delicta рпЫиса), а именно: государственная измена, притеснение народа государственными чиновниками, возмущение общей тишины, сопротивление судебной власти, отступление от православной веры, ересь и раскол. Новгородское вече нередко, тотчас после произношения приговора над обвиняемыми, тут же и наказывало их бросанием в Волховъ).

) Для примера приведем несколько случаев вечевого суда в Новгороде. В 1296 году Новгородское вече судило крамольников, которые, собравшись скопом, ограбили гостинный двор в Новгороде. Главнейшие виповники брошеиш в Волхов. В 1375 г. судили на вече стригольников, утверждавших, что священство, на мзде данное, недействительно. ИИо приговору веча, этих еретдикозь бросили; в

Князь и вече стояли друг подле друга, как две неподчинея-ные одна другой власти, для совокупного действия которых было необходимо взаимное соглашение; иначе, без такого соглашения, или, при нежелании уступить, князь и вече стояли друг против друга, как две самостоятельных власти, разногласие которых могло быть устранено только божиим судом, т. е. войною.

Но существование веча на Руси имело свой предел. Как по возникновению своему вече было безъискусственным произведением самой жизни, а не зрелым плодом законодательного акта, так точно и отмена его совершилась не столько в силу сознательной воли законодателя, сколько в силу изменений в древнем общественном быте, которые хотя и не были направлены к отмене вечевых учреждений, но произвели то, что народные собрания сделались ненужными и мало по малу вышли из употребления. Только под конец княжеского периода встречаемся с законодательной волей, сознательно направленной к отмене последних остатков вечевого устройства. Первый таг на новом пути был сделан татарским завоеванием. Хотя татары не остались в России и не поделили между собою завоеванных земель, темъ не менее русская земля сделалась <улусомъ> ордынского царя и центръ русской политической жизни переместился за пределы России—в Орду. Князя низошли на степень ханских подручников, для которых исполнение воли Хана составляло безусловную обязанность, а народ, не имея возможности сопротивляться преобладающей силе татар, находился в необходимости подчиняться всем требованиям Орды. Таким образом, самостоятельное решение важнейших общественных вопросов, в силу взаимодействия народа и князя, сменяется молчаливым исполнением воли сильного завоевателя. Татары не отменили веча; не как скоро центр государственной жизни переместился в Орду, тогда исчезли поводы призывавшие граждан к участью в общественных делах. Оь другой стороны, большая часть русской земли, повторяющимся нашествием татар, была доведена до крайнего опустошения, уровень общественного благосостояния сильно понизился, и городам, которые под--

Волхов (Ник. дет. ч. IV ст. 46). Вече иногда приговаривало обвиняемых еож-жепию, а иногда только к одним штрафам. В 1227 году вече, собравшись на дворе Ярослава, осудило к сожжению трех волшебников (там же, ч. Л стр. 357). Въ 1141 году вече судило посадника Якуна за его бегство с князем Святославом и определило взять с него штрафу 1000 гривен, а с брата его за привязанность къ тому же князю—100 гривен. (Софийск. Времен. Ч. I стр. 191). В 1203 г вече судило посадника Дмитрия Мирошкяна за несправедливое взыскание штрафов с людей волостных и купцов (Ник. лет. ч. M, стр. 303) и тому подобное. (См. «о суде народномъ» въ „Истор. изображении древнего судопроизводства в России^{ц^{, А. Куницына, 1843 г.).}}

вергались почти периодическим раззорениям, было не до рассуждения об общественных делах и о суде праведном. Хотя право сходиться на веча существовало по прежнему, но к его осуществлению или вовсе не приходилось обращаться, или, если и обращались, то в редких и исключительных случаях. Таким образом, вечевия собрания начинаютъ выходить из употребления, хотя об отмене их еще никто и не думал. Дело, начатое татарами, завершилось окончательно; во 1-х, изменениями, происшедшими в отношениях служилых людей к князю, и во 2-х, объединением России. Установление поместной связи между служилыми людьми и князем положило начало самостоятельной военной силе последнего и его независимости от силы и воли народа. Объединение же России в одно государство с центром в Москве сделало уже невозможным прежнее участие народа в общественных делах под формою «веча>. Конец ХУ и начало XVI ст. можно считать тем временем, когда новия условия общественного строя достигли значительной зрелости и перешли в общественное сознание. По мере приближения к этому времени старый порядок вещей все более и более утрачивает свои силы. Вечевия собрания, следы которых сохранились от второй половины XIV и ХУ веков, составляют исключение, а не правило; это—последние отголоски древнего быта. К концу ХУ ст. Россия представляется разделенной на две мало похожих одну на другую части: Новгород и Псков являются представителями старого порядка, а Москва—нового. Вечевое устройство, сохранившееся в северо-западном углу русской земли, мало вязалось с устройством остальной России. Поэтому, первые русские самодержавные цари, уничтожив вечевой порядок повсеместно, вскоре взялись и за уничтожением его в Новгороде и Пскове. Въ 1478 году удалось царю Ивану Грозному отменить вечевой быт Новгорода, а в 1510 году сыну его, Василию, удалось уничтожить вече и в Пскове.

Более подробные сведения о вече изложены в историческом очерке В. И. Сергеевича (Москва 1876 г.), под заглавием: <Вече и Князь > зем& шбг пользовались при изложении этого правового института“