> Военный энциклопедический словарь, страница 25 > Гаарлеш

Гаарлеш

Гаарлеш, или Гарлем (Haarlem), главный город округа этого имени в Северной Голландии, в расстоянии шестнадцати верст от Амстердама и семи верст от Немецкого моря; лежит на реке Спарен, изливающейся близ города, в так называемое Гаар-лемское море, или озеро; имеет около

25,000 жителей. Прежния укрепления его большей частью срыты.

Гаарлем основан в XII столетии, и сделался известным в Военной истории осадою в 1572 и 1573 годах.

Герцог Альба (смотрите эго имя), приняв управление Нидерландами, вознамерился снова подчинить их испанскому владычеству, посредством величайшей строгости. Для первого в ней примера, приказал он разрушить до основания город Наардсн и перебить все его жителей, дерзнувших защищаться против испанского я. Но это безчеловечие имело совершенно противное последствие: голландские города не только покорились, но решились защищаться до последней крайности.

Тогда Альба, не смотря на позднее время года, определил осадить Гаарлем. В начале декабря 1572 года, сын его, Фридрих де Толледо, высинил из Амстердама с 20,000 войска, 14 сорокофунтовыми орудиями и 3,000 рабочих, и захватив нечаянным нападением Спарендамский ре-

Тоаи IV.

дут, затруднявший подступ Кb городу но Амстердамской дороге, обложил его с трех сторон. 35 знамен Испанцев расположились против ворот Св. Иоанна, 18 знамен германских войск, под предводительством графа Оберштейна, против ворот Св. Креста; 19 знамен Валлонов заняли пространство между Гаарлемом и морем. Обсервационный голландский корцус, оставленный принцем Вильгельмом Оранскнм в Гиллингаме (между Гаарлемом и Лейденом), аттакованный в-расплох Испанцами, был частью истреблен, частью принужден сдаться, и все пленные безиощадно были перевешаны.

Гаарлем вовсе не был готов к обороне; главный городской вал находился в полуразрушенном состоянии; наружных пристроек вовсе не было; не доставало продовольствия и военных запасов. Но ревность жителей и гарнизона загладили все эти недостатки. С неимоверною поспешностью успели они воться (причем даже женщины сформировали трехсотеиную дружину, под предводительством вдовы Гасселеэр), исправили главный вал, и устроили укрепления у Гаарлемского озера, для обеспечения сообщений с морем. Принц Оранский прислал припасы и войска.

12 декабря Исианцы открыли первия апроши против ворот Св. Кре-I ста, ведя их не зигзагами, а прямо, и прикрывая сверху брусьями и мешкамужеством противников; уже испанское знамя развевалось на бастионе; вдруг взорвало мину, и с ней вместе взлетело на воздух множество теснившихся на проломе Испанцев; задние ряды пришли в расстройство; жители, воспламененные новым мужеством, устремились на передние; приступ был отбит, и город спасен во второй раз.

Это новое, сильнейшее поражение распространило страх и уныние в испанском лагере; начальники войск, и сам Фридрих, стали сомневаться в возможности овладеть городом силою, и положили ограничиться блокадою. Узнав о том, Альба писал своеручно сыну : Если ты не смеешь продолжать осаду, то пошлю в Испанию и приглашу твою мать заменить тебя в предводительстве армиею. Колкая эта насмешка решила судьбу крепости. Фридрих, получив значительные подкрепления войск и орудия, приступил с новою деятельностью к продолжению осады, причем содействовало ему, неожиданное наступление (в Феврале 1573 г.) теплой погоды. Начался новый род войны. Осажденные и осаждающие, чувствуя всю важность обладания Гаарлемским морем, стали строить на нем флотилии, сила которых вскоре дошла до 60 вооруженных судов. В тоже время Испанцы и Голландцы умножили число своих укреплений по берегу озера и каналов, и усилили частия нападения на неприятельские редуты. И25 марта, 1,000 человек гаарлемского гарнизона внезапйо устремились на немецкий лагер, убили до 700 неприятелей, взяли девять знамен, и зажгли самый стан; но за то 25 мая, испанская флотилия, под начальством графа де-Боссю, совершенно разбила нидерландскую, овладела 22 судами, и тем приобрела неоспоримое уже владычество над Гаарлемским морем и всеми сообщениями осажденных с окрестностями. Положение Гаарлема со дня на день становилось опаснее.

мв, наполненными песком; для гос-подствования же над городским валом устроили баттареи необыкновенной высоты. 18 декабря был открыт огонь, и уже на следующий день обвалы в бастионе Св. Креста, у ворот Св. Иоанна и в лежащих между ними куртинах, оказались удободоступ-ными. 20 декабря, 18 знамен отборной испанской пехоты пошли на приступ; но были отбиты с значительною потерею. Этот успех еще более воспламенил мужество жителей. Получив, по Гаарлемскому морю и по льду замерзших каналов, в подкрепление пятнадцать дружин пехоты, с нужными жизненными и другими запасами, они начали тревожить осаждающих беспрерывными вылазками и малою войною, причем народная ненависть и религиозный Фанатизм нередко доводили обе стороны до самых отвратительных жестокостей. С равным упорством продолжались также обстреливание города ‘ и мнимая война. Между тем брешь близ ворот Св. Креста была постепенно увеличена до 200 шагов ширины; вода в городских рвах замерзла и Испанский вождь снова решился испытать счастие приступа. Ночью на 30 января охотники Мон-драгонского полка, семь знамен немецкой пехоты и 2,000 Валлонов собрались в лагере графа Оберштейна; армия стала под; все баттареи открыли огонь для развлечения внимания осажденных. Сначала дело шло удачно; иередовые люди штурмующей колонны успели взойти на вал, не будучи замечены часовыми; но там бросились на них 40 человек бастионного караула, и опрокинули обратно в ров; тревога распространяется по всему городу; гарнизон и жители спешат со всех сторон к угрожаемому пункту; начинается самый жестокий рукопашный бой. Уже Голландцы принуждены были отступить перед превосходным числом и отважным

Тщетно принц Оранский старался подать городу помощь извне; тщетно покушался он пресечь сообщение осаждающих с Амстердамом прорезанием Диммерской плотины. Неопытные его войска всюду были отбиваемы, а между тем голод и болезни более и более стали свирепствовать в городе, жители которого питались уже кожами, подошвами и даже трупами убитых врагов своих. Но мысль сдаться ненавистным Испанцам все еще была для них так ужасна, что они решились еще раз прибегнуть для своего спасения к ю. Яхта, успевиная пробраться ночью через неприятельскую флотилию, известила принца Оранского о крайнем положении города. Принц немедленно собрал в Сассене отряд из 4,000 пехоты, 600 конницы, 7 орудии и 400 повозок со съестными и военными припасами, и вверив начальство над ним полковнику Батенбургу, приказал ему напасть 9 июля на неприятельский лагерь. Чтобы обеспечить себя от огня Испанцев, Голландцы возили с собою род подвижных брустверов из толстых досок, поставленных на колеса, и снабженных цами. Сожжение ветряной мельницы долженствовало служить для осажденных знаком к предприятью общей вылазки, а чтоб облегчить ее, положено было прорыть часть городского вала. Но илан всего предприятия был изменнически сообщен Фридриху, который поспешил принять надлежащия меры. Он приказал зажечь против прорыва в валу множество сырой соломы, которой пламя и дым скрывали от осажденных пожар мельницы; за этим огнем расположены были

5,000 человек войска для отражения вылазки; другие 5,000 пехоты и 500 конницы стали скрытно за дюнами (песчаными возвышениями по берегу моря), чтоб оттуда напасть на левый фланг секурса, между тем как шесть отборных полков, под начальством Ромеро, готовились ударить на его правый фланг и тыл. Остальные войсед, находясь в готовности в лагере, служили вместо резерва.

9-го числа, в три часа утра, Батен-бург приблизился к испанскому стану. Кавалерия его авангарда, нашед, что передовия укрепления оставлены неприятелем, неосторожно двинулась вперед. Вдруг она была встречена залпом из всех неприятельских орудий, приведена в расстройство и с уроном отброшена на следовавшую за ней пехоту, которая сама с трудом отражала нападение окружавших ее со всех сторон Испанцев. Прибытие бежавшей конницы увелпчилц общий беспорядок; возницы, отрезав постромки орудий и повозок, ускакали; Батенбург, столкнутый с моста, утонул, и весь отряд его рассеялся, потеряв 700 человек убитыми, 13 знамен, всю артиллерию и обозы. Осажденные, тщетно ожидавшие условленного знака, узнали о поражении секурса только спустя несколько часов, и вместе с тем получили уведомление от принца Оранского, что он уже не в силах подать им помошь. Не смотря на это, жители не хотели сдаться, а решились, оставив жен и детей в городе пробиться через неприятельский стан, но жейы силою тому воспротивились. В продолжение этих споров, Фридрих прислал сказать жителям, что он пощадит город в случае немедленной сдачи;в противном же случае, истребит все до основания; в то же время он приказал делать приготовления к общему приступу. Этим, наконец, удалось склонить неустрашимых жителей к сдаче без всяких условий.

13-го июля, Испанцы заняли город, и тотчас приступили к жесточайшей мести : 500 человек граждан, все офицеры и 3000 солдат гарннзора были каэнены на площади; 300 других, связанных попарно, брошены в Га-арлемское море; остальные осуждены на галеры, но на дороге в Амстердам они успели спастись, при помощи партизана Сомоа, напавшего на испанский эскорт; город выкупился от разграбления суммою в 240,000 гульденов. В августе месяце Фридрих торжественно вступил в Гаарлем, и обнародовал общее прощение.

Осада Иаарлема, продолжавшаяся шесть месяцев, стоила Испанцам

10,000 человек убитых и умерших от болезней. Эта потеря и достославная оборона жителей, воспламенившая все другие города Нидерландов к подобному мужеству, остановили на некоторое время военные действия, и дали принцу Оранскому средства собрать новия силы. (См. Chappuys, His-toire generate de la guerre de Flandre, и Шиллерову : Geschiehte des Abfalls der Vereinigten Niederlande, fortgesezt von Curlhs). Б. А. И. 3.