> Военный энциклопедический словарь, страница 26 > Гарильяно

Гарильяно

Гарильяно (Garigliano), река в Неаполитанском королевстве; вытекает в Абруццской области, из высочайшей группы Аипенинских гор (Monte Velio), и впадает в Гаэтской залив Средиземного моря. При Понтекорво она становится судоходною.

В войне Людовика XII с Фердинандом Католиком, французская армия, в числе 27,000 пехоты и 3,600 человек конницы, под начальством франца Гонзага, маркграфа Мантуанского, вторгнулась, в конце сентября 1503 года, в границы Неаиоля, соединилась там с войском маркграфа Салуцкого, храброго защитника Гаэты против Испанцев, и двинулась к реке Гарильяно, за которою стоял славный испанский полководец, Гонзальво де Кордова (смотрите это имя), с 9000 пеших и 2000 конных ратников. В первых числах ноября, французы устроили мост близ устья реки, а 9-го Гонзальво, после неудачного покушения истребить его, занял в двух верстах от моста, на дороге в Неаполь, сильно укрепленный лагерь, в теснине между болотами. Маркграф Мантуанский, не смея ат-таковать его, прикрыл мост тет-де-ноном и расположил армию свою но правому берегу Гарильяно, в том предположении, что наступление осенних дождей, раждающияся от них болезни и недостаток в деньгах и продовольствии принудят Испанцев к отступлению. Но Маркграф забыл, что французы, не смотря на их выгодное расположение и изобилие в съестных припасах, была сами несравненно менее способны к перенесению непогоды и скуки бездействия, нежели старыя, закаленные войною дружины великого капитана. Порядок и повиновение вскоре рсчезли во французском войске; оно разбрелось по окрестностям для грабежа и распутства; сам Гонзого заболел лихорадкою, и сдав начальство над армией маркграфу Салуцкому, отправился в свои владения

Между тем армия Гонзальво усилилась испанскими и имперскими войсками, а знаменитый Альвиано (смотрите это) привел к ней конницу бывших кондотьерских дружин Цесаря Бор-жии (смотрите Кондотиеры и Боржия). Тогда Гонзальво, после пятидесяти днев-ного бездействия, решился нечаянно напасть на реприятеля. Ночью 2 декабря, приказав построить мост, несколько верст выше французского, он перешел реку. Альвиано предводительствовал авангардом; Новарра, Нросперо Колонна и Мендоса (смотрите эти имена) жандармами, сам Гонзальво легкою конницею, а Андрона арриер-гардом. Особый отряд войск, под предводительством храброго Гарсии (смотрите это) был оставлен на левом берегу реки, противь мостового укрепления. французские передовые посты в Суе и Кастельфорте, захваченные среди сна, были большей частью истреблены; остальные спаслись бегством и распространили тревогу в лагере. Маркграф Салуцкиии, собрав поспешно часть своей конницы, приказал Иву д’Алегр (смотрите Алегр) удержать с ней неприятеля, а Петру Медичи нагрузить на лодки тяжелую артиллерию, и пуститься вниз по Гарильяно в море. Сам Маркграф, с остальными силами, стал в порядке отступать к Гаэте, имея в голове легкие орудия, за ними пехоту, и наконец конницу. Но Ив д’Алегр, несмотря на подвиги геройской его неустрашимости, был опрокинут превосходными силами неприятеля; в то же самое время Испанцы на левом берегу Гарильяно, овладели тет-де-поном и восстановив мост, вторглись во французский стан, а другая их часть, погнавшаяся за лодками Медичи, захватила их при изгибе реки, и все перетопила. Гонзальво поспешил воспользоваться столь выгодными для него обстоятельствами. Нросперо Колонна был послан в обход французов, для пресечения им отступления, без того задержанного ироходом через множество речек и мостов. У Моло ди Гаэта, где местность становилась несколько открытее, Колонна напал на правый фланг неприятеля, между тем как Гонзальво ударил на конницу его арриергарда; но тот и другой были мужественно отбиты, причем, по уверению французских писателей, Баярд (смотрите это) один защищал мост против двух сот испанских всадников. Тогда Колонна устремился к теснине, лежащей на пути французов между Молом и Гаэтою. МаркграФb Салуцкий велел своей коннице предупредить неприятеля в занятии теснины. французские всадники успели это исполнить; но проскакав во весь опор через собственную свою пехоту и артиллерию, привели их в совершенное расстройство. Сама же кавалерия, вместо того, чтобы устроиться в теснине и встретить неприятеля, объятая паническим страхом, понеслась далее до самых стен Гаэты. Оставленная ей пехота, частью спаслась туда же, частью рассеялась и была захвачена Испанцами и восставшими на нее крестьянами; вся артиллерия и обозы достались в руки июбедителя. Вскоре йотом сдались Гаэта, Фонди и другия крепости; владычество французов в Ииеаиоле рушилось невозвратно; от блестящей их армии, перешедшей Альпы для завоевания всей южной Италии, возвратились в отечество только самые жалкие остатки, терзаемые язвою и недостатками всякого рода. Б. Л. И. 3.