Гебриды

Гебриды (англ. Hebrides, или Western Isles), или Г-ские о-ва, архипелаг у запади, берегов Шотландии, состоящий более чем из 500 скалист., б. ч. небольших и необитаем. о-вов (414 необ. и 105 обитафм.). Общая по-верхн. всех Г.=7.555 кв. км. Архипелаг распадается на Внутренние Г. (Inner Н.),—ряд о-вов, близко примыкающих к Шотландии и, по устройству поверхности и геологич. строению, составляющих как бы продолжение ея полуостровов: острова Скай (Skye)— 1.147 кв. км., Мэлль (Mull)—909 кв. км.. Джура (Jura)—378 кв. км., Айлей (Islay)—606 кв. км. и друг., и, отделяемые от них проливом Минч (The Minch), Внешние (Outer II.), или Океанские Г., высокие, гнейсо-гранитные о-ва, с крутыми, сильно изрезанными берегами; к ним принадлежит самый большой и населенный из Г. о-в ЛюисъУис Гаррис (Lewis-with-Harris или Long Island), 2.270 кв. км. с 32.160 жит. и, располож. к ю. от него, Норт Уист (N. Uist), Саут Уист, Бэрра (Barra) и множество мелких. Климат Г., благодаря влиянию Гольфштрема, черезвычайно влажный, ровный и мягкий; постоянно дующие на океане ветры и свирепствующия в зимние месяцы бури не позволяют развиться древесной растительности, и острова покрыты только вечнолософии. Выяснению этого пути и посвящено первое большое философское сочинение Г., его „Феноменология Духа“ (1807 г.), в котором он показывает, как диалектически, т. е. через постепенное возникновение разнообразных противоречий и затем их устранение или примирение в высших понятиях, мысль человека необходимо восходит от чувственного знания к рассудочному, затем к самосознанию, далее проходит различные стадии нравственного убеждения и, наконец, необходимо приводится к абсолютному познанию. Эти ступени мышления суть ступени в развитии как индивидуального человеческого разума, так и всемирноисторического, так что в „Феноменологии“ перемешиваются и совпадают индивидуальная психология и общая история культуры. Битва под иеною и ея последствия принудили Г. переселиться в южную Германию. „Впрочем, он был настолько поглощен своими философскими размышлениями, что эта катастрофа не могла возбудить в нем патриотического негодования. В день перед сражением он даже с интересом и спекулятивною любознательностью наблюдал, как Наполеон, этот „мировой дух на коне“, выехал на рекогносцировку“ (Hoffding). В 1808—16 г. Г. занимал место ректора нюренбергской гимназии и издал свой главный, гениальный труд—„Науку Логики“ (3 т., 1812—16), в котором показывает, что все вообще понятия диалектически развиваются одно из другого, так что возможно построить а priori всю систему разума. В 1817 г., получив опять кафедру философии, именно в гейдельбергском университ., Г. издал общее обозрение своей философской системы, под заглавием „Очерк энциклопедии философских наукъ“, в трех частях (Логика, Философия Природы, Философия Духа). Приглашенный в 1818 г., после смерти Фихте, в берлинский университет, Г. достиг здесь апогея своей славы, благодаря величию своей философской системы, охватившей содержание всех идей века и указавшей всем им соответственное место и цену в общейлогической эволюции мысли. Около него сгруппировался круг учеников, благоговейно внимавших словам мыслителя. Отчасти, впрочем, значение системы Г. в эту эпоху было обусловлено и тем обстоятельством, что примирительный дух его философии близко подходил к требованиям господствовавшей тогда в Пруссии консервативной политики, так что первая стала, так сказать, государственной прусской философиею. Здесь Г. издал „Основы Философии права“ (1826), здесь же он и умер 14 иояб. 1831 г. от холеры. Собрание его сочинений изданс его последователями в 18 томах, из которых, однако, томы 9—15 представляют лекции, им читанные в университете и редактированные его учениками, именно чтения о философии истории, об эстетике, о философии религии и об истории философии. На русский язык переведены: „Энциклопедия“ Е. Чижовым (М. 1861—64) и „Курс Эстетики“ В. Модестовым (М. 1859—60).

Для понимания философии Г. необходимо ясно понять два ея основных положения, именно тождество разума и действительности и логический закон диалектики. При ответе на вопрос о том, что действительно существует, обыкновенно ссылаются на свидетельство опыта: опыт показывает нам действительность. Однако, ужо Кант показал, что достоверность опыта лежит в тех разумных элементах, которые входят в его состав: например, одни ощущения еще вовсе не гарантируют нам достоверн., ибо онп могут быть и галлюцинациями и, во всяком случае, вполне субъективны; лишь через разумные или логические элементы опыт получает свою объективную или научную достоверность, как свидетельство о действительности. Итак, критерием действительности (или истины) является разумность или логичность: действительно — разумное (обязательно признаваемое всяким разумным существом) и разумное (например, математически доказанное) — действительно, т. е. должно существовать. Препятствием к усвоению этой, в сущности, простой мысли о тождестве

Г. Гегель (1770-1831).

С разрешения Фотографического Общества в Берлине. ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ Т-ва „Бр. А. и И. ГРАНАТb и К»

действительности и разума служит то, что действительностью мы называем познаваемое, а разумом познающее; не будь этого различия, мысль о тождестве их не представляла бы ничего сомнительного. Однако, познающее (,Я“), если мы выделим из него все содержание его мыслей, есть ничто, ибо все, что мы ему приписываем, есть уже познаваемое; познаваемое же есть тоже ряд мыслей, и даже предположение о какой-то невидимой причине наших мыслей есть явно требование лишь нашей же мысли. Итак, действительность и разум тождественны: разум, не познающий действительности, есть ничто, а действительность, не познаваемая разумом, есть ненужная фикция. Вторая основная мысль в системеГ. есть логический закон диалектики. Понятия разума не могут существовать отдельно друг от друга, но обусловлены друг другом, составляют особую логическую систему, т. е. ряд, в котором предыдущие члены логически необходимо влекут за собою последующие. Закон такой логически обязательной смены в развитии мысли и есть закон трех диалектических моментов. Именно, всякое частное, отдельное понятие прежде всего становится, т. е. утверждается как данное, самостоятельное, определенное,— это первый момент. Но будучи, однако, конечным, это понятие оказывается вследствие того ограниченным другими понятиями, т. е. ими определенным; иначе говоря, оно теряет свою самостоятельность, определяется через другое; но в свою очередь, это другое определено первым, т. е. от него логически зависит. Таким образом, мы получаем отрицание самостоятельности данного понятия, его переход в другое (инобытие), и обратно,—это отрицательный, второй момент. Но на этом разумное познание остановиться не может; в свою очередь, это противоречие, т. е. взаимный переход понятий (которыя, однако, различны) одно в другое, требует третьяго, высшого момента, в котором открывается высшее понятие, или начало, примиряющее и снимающее указанное противоречие.

Затем тоть же процесс повторяется для этого высшого понятия, оно становится, переходит в другое, и так далее Соединяя вместе обе указанные главные мысли Г., мы получаем его систему философии. Для Г. абсолютное не есть Бог или природа, но мировой разум (Идея), т. е. диалектически развивающийся разум. Как физическая природа, так и дух суть моменты в этом диалектическом процессе. Каждый из этих моментов является своего рода истиною или действительностью, но абсолютная истина состоит в признании относительности этих ступеней и необходимости их перехода в высшую ступень, т. е. в признании их как стадий в процессе логической эволюции Идеи. Но, с другой стороны, помимо этих стадий, мировой разум или Идея есть ничто, или, лучше сказать, только закон их диалектической преемственности. Тогда как все другия философские системы признавали нечто иррациональное, все равно, будет ли это непознаваемое позитивистов, или Дух спиритуалист., или Материя материалистов, Г. выбросил за борт все эти школьные надстройки к действительности и признал полное тождество бытия и мышления. Его философия есть радикальный протест против той метафизики, которая ищет чего-то за действительностью: для него кроме разумно познаваемой действительности ничего нет. В этом смысле его система наз. панлогизмом, т. е. учением, признающим действительным лишь разумное. В частности, философская система Г. распадается на три части — Логику, Философию Природы и Философию Духа. Логика у Г. не есть учение о субъективных формах мышления, но получает значение учения о разумных формах самого бытия; она есть онтология, теория моментов развития Идеи, рассматриваемой самой по себе. В философии природы Г. изучает механику, физику и органику, как моменты в диалектическом развитии Идеи, в ея инобытии, т. е. в той раздробленности, раздельности и внешнем отчуждении, которые характерны для явлений природы.

213

Ракасталь и Манасаровар. Пройдя затем в Гарток и исследовав верхнее течение Инда, С. Г. решил пробраться снова в западный Тибет, яко-бы с торговым караваном, но был снова узнан и после многих затруднений и лишений перешел центральный водораздел, достиг р. Сома-Цан и, перейдя еще раз горы, вышел к озеру Нгангларин, а далее снова через горы к оз. Мана-саровару, откуда вышел в Симлу. Главными результатами этого путешествия были: установление за-Гима-лайской системы гор (Transhimalaja), открытие истоков Инда и более точное установление истоков Брахмапутры. Путешествие это было также описано в двухтомном сочинении с картами. Первия два путешествия С. Г. имеются и на русском языке.

Д. Л.