> Энциклопедический словарь Гранат, страница 149 > Гербарт

Гербарт

Гербарт, Иоганн Фридрих, видный немецкий философ и психолог, основатель научной педагогики. Родился в 1776 г., в семье судьи в Ольденбурге. Рано познакомившись с философией Хр. Вольфа и Канта, поступил в 1794 г. в иенский унив., где слушал Фихте. В 1797—1800 гг. был домашним учителем в Интерлакене; из этой деятельности Г. вынес на всю жизнь сохранившийся у него интерес к педагогике и основы развитых им позже педагогических воззрений; в Швейцарии Г. познакомился с ИТесталоцци, образовательный метод которого также оказал на не-

Го влияние. С 1802 по 1809 г. Г. преподает в Геттингене, в качестве сначала приват-доцента, а потом э.-орд. профессора; в 1809 г. переходит в Кенигсберг и в 1811 г. основывает здесь педагогическую семинарию, в которой применяет на практике свои педагогические теории; в 1833 г. уходит обратно в Геттинген, где и остается професс. досмерти(1841). В 1837 г. не примкнул к протесту „семи геттингенцевъ“. Главнейшия сочинения Г.: „Allgemeine Padagogik“ (1806), „Hauptpunkte der Metaphysik“ (1806 и 1808); „Allgemeine praktische Philosophie“ (1808); „Lehrbuch zur Einleitung in die Philosophie“ (1815); „Lehrbuch zur Psychologie“ (1816,3Aufl. 1850); „Psyehologie als Wissenschaft neu begriindet auf Erfahrung, Metaphy-sik und Mathematik“ (1824—1825); „Allgemeine Metaphysik nebst den An-langen der philosophischen Naturlehre“ (1828—1829); „Umriss padagogischer Vorlesungen“ (1835); „Psychologische Untersuchungen“ (1839—1840). Полный список сочинений Г. в хронологическом порядке дан в 12-м томе 2-го гартенштейновского издания его сочинений (стр. 785—796). Резко противополагая себя субъективному идеализму Фихте и пантеистической натурфилософии Шеллинга, Г. и в Канте относится отрицательно к тем элементам, благодаря которым Кант стал отцом нового немецкого идеализма: а именно, Г. отвергает канто-ву „умопостигаемую свободу“, как тот пункт, к которому прикрепил свою теорию Фихте, и кантову „Критику способности суждения“,как источник философии Шеллинга. Напротив, Г. примыкает к тем сторонам учения Канта, которые тот удержал из лейбнице-вольфовой философии. В конце концов, Г. возвращается, в сущности, к построению метафизики старого, до-критического типа с некоторыми уступками критицизму. Необходимость начинать философию с критики познавательной способности Г. отвергает тем соображением, что эта способность и самый факт познания могут быть оправданы только опять-таки познанием, которое, след., для своего оправдания требует новойкритики познания, и так далее,—получается regressus in infinitum. Поэтому остается прямо обратиться к объектам познания и изучать их, а не само познание. В наших понятиях о познаваемых объектах мы замечаем целый ряд внутренних противоречий, которые мы должны примирить; научная обработка наших понятий и исправление их с целью уничтожения этих противоречий и составляет задачу философии. Философия распадается на логику, метафизику и эстетику. Логика указывает приемы для достижения отчетливости понятий; отчетливость состоит в различении отдельных признаков понятия; отчетливия понятия могут принимать форму суждений, из соединения суждений возникают умозаключения. В логике Г. придерживается строго „формальнаго“ направления. Метафизика задается целью исправить и преобразовать наши понятия; всего более нуждаются в таком исправлении и преобразовании понятия „вещи, обладающей несколькими признаками“ (проблема субстанции и акциденции), „изменения“ (проблемы процесса, причинности и тому подобное.) и „я“ (проблема субъекта и души). Пусть все данное есть только явление или видимость (Schein); все же „сколько есть видимости, столько указаний на бытие“ (soviel Schein, soviet Hindeutung auf Sein), и таким образом явления опираются на нечто являющееся, на метафизическое бытие. Это бытие состоит из множества простых субстанций („реаловъ“), из которых каждая обладает только одним качеством; всякая конкретная вещь, обладающая несколькими признаками, есть результат соединения и взаимопроникновения этих простых элементов всего сущого. Всякое изменение в вещах Г. сводит на выделение тех или других „реаловъ“ из данного комплекса (вещи); в сущности, в бытии, как целом, неть никакого качественного изменения, а также ни возникновения, ни уничтожения,—есть лишь перемещения, происходящия, однако, не в том феноменальном пространстве, которое есть форма нашего восприятия, а в ином, „умопостигаемомъ“, в котором надо

(послед. изд. 1810—14 г., 4 т.), который лег в основу всех последующих музыкальных словарей и до этих пор сохранил некоторое значение. Ум. в 1819 г.