> Энциклопедический словарь Гранат, страница 155 > Гирке

Гирке

Гирке (Gierke), Отто фон, нем. юрист, родился в 1841 г., учился праву в гейдельбергском и берлинском университетах, был сначала приват-доцентом, потом профессором германского права в Берлине (1867), Бреславле (1872), Гейдельберге (1884) и с 1887 г.—снова в Берлине, где в 1910 году ему устраивают 50-тилетний юбилей со дня получения докторской степени, а в 1911 г.—и 70-тилетний юбилей продолжительности жизни.

Г. принадлежит к школе так называемым „германистовъ“, т. е. юристов, культивирующих специально германское право, и, при том, к той группе этой школы, которая, отправляясь от ея родоначальника Эйхгорна и, особенно, Безелера, учителя и прямого предшественника Г. по кафедре германского права в берлинском университете, стоит скорее на догматической, чем на исторической почве, и интересуется историей права лишь настолько, насколько она нужна для действующого права. Эту группу германистов можно называть „националистической“, так как она не только поддерживает национальный и народный элементы каждого права и не только требует свободы от одностороннего увлечения римским правом, но приписывает еще германскому праву то, что в большинстве случаев есть достояние всех народов, и восстает против „романизма“, т. е. того же римского права. Наоборот, другая группа германистов, представленная, главным образом, Гербером, считает римское право натурализованным в Германии элементом всемирной культуры и переносит рассчитанные на практические цели способы обработки этого права и на чисто германскую почву. Враждебная этому направлению патриотическая нотка звучит уже в самом раннем сочинении Г., его докторской диссертации 1860 г., занятой вопросом о „ленных долгахъ“ („de debitis feudalisms“), и она же составляет Leitmotiv как главной работы его жизни, „Das deutsche Genossenschaftsrecht“, так и всех других его произведений.

Названное сейчас сочинение состоит из 3-х больших томов, которые выходили от 1868 до 1881 г., и к ним в 1887 г. присоединен еще не менее громоздкий том, озаглавленный „Die Genossenschaftstheorie und die deutsche Rechtsprechung“ и имеющий предметом современную теорию и практику товариществ и других союзных форм, обнимаемых тем же немецким словом „Genossen-schaft“. Первый и последний из этих томов посвящены Безелеру, которому принадлежит основная мысль сочинения Г., настолько, однако, развитая и видоизмененная этим последним, что о повторении одним автором другого здесь не может быть и речи. Кроме того, тезис Безелера подкреплен у Г. такой массой исторических свидетельств и документов, какая редко встречается в подобного рода исследованиях. У Безелера немецкая „Genossenschaft“ была почти интуитивным созданием и чем-то средним между товариществом и юридическим лицом. У Г. она вытекает, как будто, из исторических источников и слагается одновременно из начал „единства и множественности“. Это представление упрекают справедливо в неопределенности и ненаучности, и оно ничего не выигрывает от того, что Г. ставит его под защиту недопустимого в научных вопросах патриотизма. Но по громадности привлеченного к исследованию материала, по тонкости и основательности анализа этого материала, по чуткости, с которой здесь наблюдаются и снова призываются к жизни древнейшие мотивы и институты германского права, наконец, по связи, в которую немецкая „Genossenschaft“ приводится с историей всего германского публичного и гражданского права,—о большой работе Г. можно сказать, что она раскрывает „духъ“ германского права и получает в этой области значение классического сочинения, которое не может быть оставлено без внимания ни одним историком права. Для немецкой юриспруденции это сочинение имеет также практическое значение, и если трудно согласиться с утверждением Г., что Безелеровская теория „Genossenschaft“, заменяющая фикцию лица его реальностью, встречает теперь в судебной практике общее признание, то не подлежит сомнению, что исследованию Г., и особенно его последней части, современная немецкая практика обязана выяснением отдельных прав членов различных ассоциаций, многих особенностей акционерного законодательства и, в общем, всей структуры „Genossenschaft“, начиная от гильдий, цехов, свободных ассоциаций с различными нравственными, хозяйственными и тому подобное. целями, и кончая церковью и государством. И то, что этим исследованием сделано для „Genossenschaft“, распространено на все гражданское право другим капитальным и пока только двухтомным сочинением Г., „Deutsches Privat-recht“ (I, 1895; M, 1905), не ставящим перед собой иной задачи, как представить столь же основательную, как и в предшествующем исследовании, научную обработку идей германского права во всех его институтах дляцелей той же современной практики. Не менее важны для оценки влияния Г. на практику действующого в Германии права и участие его в очередных съездах немецких юристов, в комиссии по составлению нового торгового уложения Германской империи и, особенно, его резкая критика первого проекта к имперскому гражданскому уложению 1896 г., отрицающая в нем всякий национальный и творческий дух. Эта критика, напечатанная сначала в Шмоллеровских Jahrbiicher (1888), а потом и отдельной книгой („Ьег Entwurf eines В. G. und das deutsche Recht“, 1889), имела своим последствием как отмену некоторых статей указанного проекта, проникнутых тенденциями римского права, так и принятие в окончательную редакцию уложения других защищаемых Г. статей, отражающих, по крайней мере, отчасти черты германского права. В этом же порядке идей следует упомянуть еще о других, более мелких работах Г., и, особенно: „Perso-nengemeinschaften und Vermogensin-begriffe in dem Entwurfe eines B. G. fur das Deutsche Reich“ (1889), „Die Bedeutung des Fahrnisbesitzes nach dem B. G.“ (1897), „Ueber Vereine ohne Rechtsfahigkeit nach neuem Recht“ (1900, 2-ое изд. 1902 r.), „Schuld und Haftung im deutschen Recht“ (1910). Последнее сочинение имеет основное значение для всего германского обязательственного права и вышло сотым выпуском издаваемых самим Г. „Untersuchungen zur deutschen Staats-u. Rechtsgeschichte“. В этом издании печатаются, главным образом, работы учеников Г., выходящия из руководимого им совместно с Бруннером в Берлине семинара по германскому праву, через который проходят не только значительное число читающих теперь свои курсы в немецких университетах германистов, но и столь же многочисленные юристы других национальностей.

Нельзя обойти молчанием больших заслуг Г. и перед своим отечественным государственным правом. Сюда относятся: III том его „Deutsches Genossenschaftsrecht“ (1881), да-

Д. Гирландайо (1449—1494).

Посещение Богородицей св. Елизаветы.

(Париж, Лувр.)

С разрешения Ад. Браун и К° в Париже. ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ Т-ва „Бр. А. и И. ГРАНАТb и К«.

юиций ключ к разрешению многих проблем немецкого государственного права благодаря именно тому, что он посвящен учениям о корпорации и государстве в классической древности и европейские средние века, передавшие эти учения и современной Германии; статьи об „основных понятиях государственного права“ (Тюбингенская „Zeitschrift fair die gesamte Staatswissenschaft“, 1874, H. 1 и 2) и „об учебнике государственного праваЛабанда“ (Шмоллеровские Jahrbii-cher, VII, 4), представляющия собой приложение теории „Genossenschaft“ к государству и критику так называемым „юридического метода“ в государственном праве; и, наконец, оригинальная во многих отношениях монография „Johannes Althusius und die Ent- vickelung der naturrechtlichen Staats-lehre“, напечатанная сначала в его „Untersuchungen“ (1880) и вышедшая вторым изданием в 1902 г. Эта монография заполняет пробел между 3-м и 4-м т. классического сочинения Г. и изображает с тем же обилием материала, которое так характерно для всех его работ, переход от абсолютистических к конституционным и освободительным теориям о государстве той группы учителей „естественного права“, во главе которой оказывается едва известное до этой монографии имя Альтузиуса. К сожалению, Г. ограничивает себя историей одной догмы без отношения к практике, и если эта метода дает ему возможность проследить ясно и точно все движение идей в занимающей его области, то в государственном праве больше, чем где-нибудь, теоретическое течение мысли есть второстепенное, а осуществление этой мысли — первостепенное. Понимание эпохи можно дать только в связи теории с практикой, и эта связь у Г. отсутствует. Но потомство будет все-таки благодарно ему за мастерски собранный материал, закладывающий фундамент для ненаписанной еще истории, если не учреждений, то догмы германского государственного права.

Упомянем, наконец, о небольшой работе Г. „Der Humor im deutschen Recht“, написанной по поводу 50-тилетнего юбилея германиста Гомейера в 1871 г. и переизданной отдельной брошюрой в 1887 г. Эта работа примыкает к известной статье Я. Гримма „Воп der Poesie im Recht“ и указывает на несравненно более тесную связь германистов школы Бе-зелера с исторической школой Са-виньи и Пухты, чем та связь, в которой стоят с ней романисты, близкие по направлению к Иерингу. Эти последние отрицают безсознательное происхождение права из „духа народа“, а Г. постоянно возвращается к нему и не раз говорит о „непосредственном и нераздельном народном творчестве в праве“.

В заключение мы можем сказать, что значение Г. в современной юридической литературе тяготеет к истории догмы права, где автор „Genossenschaft“ не имеет себе равного. Но в области истории учреждений права односторонность методы и увлечение патриотизмом подрывают почву под выводами, которые могут быть приняты иногда отчасти и никогда целиком. В отношении к самой догме или действующему праву наука германского права обязана более всего Г. тем влиянием, которое она не перестает оказывать и на современную судебную практику.

Ю. Гамбаров.