Гуня Дмитро Тымошович

Гуня, Дмитро Тымошович, один из замечательнейших казацких вождей XVII в., известный, главн. образом, как стратег. Во время восстания 1637 г., когда после неудачной битвы под Кумейками Павлюк, считая дело безвозвратно проигранным, бросил войско и бежал, Г. принял командование, привел войско в порядок, сомкнул разорванный польскими атаками табор и в порядке отступил на юг, где Павлюк пытался собрать новия силы для борьбы; это не удалось тогда, и казацкое войско капитулировало под Боровицею. Г. в числе других непримиримых, очевидно, удалился на Запорожье и в капитуляции не принимает участия. От 26 февр. 1638 г. имеется его письмо (у Окольского), к сожалению, стоящее совершенно одиноко, где он выступает в качестве гетмана, стараясь заручиться помощью Орды для предстоящей новоии войны с Польшей. Во главе кампании, однако, весною 1638 г. стал Остряшш, и под его начальством война велась до 3 (13) июня, т. е. до битвы под Жовнином, когда Острянин, считая кампанию окончательно проигранною, ушел с ноля битвы с конным полком и затем перешел за Московскую границу. После его ухода командование приняли двое старшин, успевшие отразить поляков, а затем гетманом был выбран Г. Убедившись в непригодности позиции для дальнейшей обороны, он передвинул лагерь ниже по Суле, на устье ея в Днепр, у старого русла последнего (т. н. Старца), здесь занял неприступную позицию иумело укрепил, так что сами польские инженеры признавали казацкие укрепления выше всяких похвал. Здесь Г. очень стойко защищался почти два месяца. Все уловки польских вождей, стремившихся выманить казацкое войско из неприступных укреплений, оставались безуспешными, и только неудача, постигшая отряд, который должен был доставить провиант и припасы в казацкий лагерь, сломила дух казацкого войска. Оно сдалось, выговорив полную амнистью для участников восстания,—но должно было принятыювую, очень тяжелую„орди-нацию“, выработанную предыдущим сеймом. В состав новоии старшины, установленной польскою администрацией на основании этой ординации, Г. не вошел. Около года оставался он на Украине, затем осенью 1639 г. эмигрировал за московскую границу, по следам Острянина, агитацию которого в пользу эмиграции строго осуждал, пока продолжалась война. Польские послы, находившиеся в Москве зимою 1639—1640 г. по поручению своего правительства, требовали выдачи Г. и Острянина. Г. в это время был в Азове. Случайно имеем известие о морской экспедиции против турок, предпринятой весной 1640 г. донскими казаками под предводит. „Гунки Черкашенина“—это последнее известие о нем. М. Грушевский.