> Энциклопедический словарь Гранат, страница 176 > Давность в уголовном правеинститут

Давность в уголовном правеинститут

Давность в уголовном праве,—институт, которым определяются условия погашения права государства на наказание преступника за истечением значительного промежутка времени после совершения преступления. Как видно уже из этого определения, основания, по которым допускается Д. в уголовном праве, тесно связаны с тем или другим обоснованием самого права государства на наказание. От этого обоснования зависит то или другое отношение к институту Д.: его признание или его отрицание.

С точки зрения теорий, для которых право государства на наказание есть в то же время его абсолютная обязанность, диктуемая непреложными велениями разума и подсказываемая нравственным категорическим императивом, погашение права государствана наказание есть contradictio in adjecto. Такова точка зрения рационалистов эпохи просвещения и ригористических последователей Кантовской философии (Штейгер, Цахариэ). В литературе, дающей институту Д. свою научную санкцию, смена теорий о праве наказания неизменно отражается на учениях об основаниях Д. Здесь мы встречаем соответствующий теории устрашения взгляд, согласно которому с течением времени преступление утрачивает заразительную силу примера, и потому репрессия становится бесполезною. Другой взгляд, соответствующий теории исправления, в воздержании субъекта от совершения преступления в течение известного промежутка времени видит доказательство его исправления и ненужности наказания. Третийвзглядъвытекает из теории общого предупреждения преступлений, которая ставит наказанию цель, постороннюю наказываемому преступнику (психологическое принуждение угрозою наказанием лиц, еще не совершивших преступления, к сознательному отказу от преступления); поэтому, логически приводя к отрицанию погашающей силы Д. (ибо психологический вес угрозы наказанием тем более, чем неуклоннее оно осуществляется), тем не менее, не будучи столь же враждебной компромиссам, как абсолютные теории, он допускает неприменение наказания за Д. из милосердия к преступнику, ставшему другим человеком и, быть может, еще не понесшему наказания лишь по вине судебных властей (neg-ligentia justitiae).

Вернее, нельзя сводить Д. к какому-либо одному основанию; ряд условий, относящихся преимущественно к области индивидуальной и общественной психологии, составляет то, что называется исцеляющей силой времени: и возможное исправление преступника, и, быть может, перенесенные им и служащия для него достаточным возмездием муки ожидания наказания, и утрата преступлением свойства заразительности, и успокоение возмущенной общественной совести, и здоровое чувство протеста против применения наказания за преступление, давно забытое средой, в которой оно совершено, и самое это забвение о преступлении, делающее, наряду с исчезновением материальных следов его, затруднительным восстановление доказательств его совершения.

Принято различать два вида Д.: Д. уголовного преследования и Д. наказания. По исключению, наше Уголовное Уложение 1903 года знает и третий вид Д.: Д. приговора. Первый из названных видов Д. делает невозможным самое возбуждение уголовного преследования или прекращает уже начатое преследование по истечении до возбуждения преследования значительного промежутка времени после совершения преступления; Д. наказания устраняет применение определенного судом наказания после определенного промежутка времени от постановки приговора, если в течение этого времени приговор почему-либо не был обращен к исполнению.

Нашим Уложению и Уставу о Наказаниях известна лишь Д. уголовного преследования, которая предполагает истечение давностного срока до обнаружения виновного (ст. 158 Улож. о Нак.) или до начатия производства о преступлении (ст. 21 Улож. о Нак.). Напротив, Уголовное Уложение 1903 г. предусматривает не только Д. уголовного преследования и Д. наказания, но и Д. приговора. Под последней разумеется истечение законного срока со дня учинения преступного деяния до дня постановления приговора, причем для этого вида Д. установлены сроки двойные и тройные (соответственно различным категориям преступлений) по сравнению с Д. уголовного преследования; следовательно, возбуждение уголовного преследования, прекращая течение Д. преследования, не препятствует течению Д. приговора. Такие же сроки, как и для Д. приговора, установлены в Уголовном Уложении и для Д. наказания, но в то время, как начальным моментом для истечения сроков Д. приговора (так же, как и Д. уголовного преследования) является учинение преступления, начальным моментом Д. наказания считается постановление приговора. См. Саблер, „О Д. в уголовном праве“ (1872); И. Щегловитов, „Применение Д. к уголовным делам, требующим преюдициального разрешения“ („Журн. Гражд. и Уголов. Права“, 1891, 7); Рубиновский, „Перерыв уголовной Д.“ (Вести. Права, 1902, 6); Горановский, „Д.“ (Журн. Мин. Юе., 1907, 10); Loning, „Die Verjarung, Ver-gleichende Darstellung des deutschen und ausliindischen Strafrechts“, Allg. Teil, I B. (1908); здесь приведены подробные указания на литературу вопроса. П. Полянский.