> Военный энциклопедический словарь, страница 33 > Де-ла-гарди

Де-ла-гарди

Де-ла-гарди (Понтус, в русских летописях называемый Путною), был родом из франции. Отец его владел несколькими зёмками в Лангедоке, и И1онтс начал свою службу в французской армии, сперва в Ние-монте, под начальством маршала Бриесака, потом в войсках, посланных Генрихом 11 на помощь шотландской королеве Марии Стюарт. Впоследствии времени он перешел в датскую и наконец в шведскую службу, в которой уже и оставался до конца жизни. В Швеции,

- U —

ДЕЛ

в 1568 году, он получил звание гоФмарщала, а в 1571 поместье и баронское достоинство. Он начальство-вал шведскими войсками, то в Лиф-ляндии (1574), то в Эстляндии (1575), то в Финляндии (1580), а вместе с тем употребляем был и в разные посольства. В 1581 тоду, быв возведен в звание наместника Ингерман-ландского и Эстляндского, он получил также вторично главное начальство над шведскими войсками, находившимися в Дифляндии, и с ними действовал против русских войск Иоанна Грознаго: он отнял у этих последних несколько городов, а 16 сентября овладел и самою Нарвою, после кровопролитного сражения, в котором пало 7000 Русских. Но в следующем году, когда Иоанн, примирившись с Польшею, обратил все свои усилия против Шведов, Пон-тус уже не был так счастлив: он был разбит в двух сражениях на берегах Невы, бросился было к Орешку (Шлиссельбургу), надеясь приступом овладеть им, но получил сильный отпор и в то же время, узнав о приближении русского войска из Новгорода, принужден был отступить. Не смотря на успех своего я, Иоанн, находясь тогда в неблагоприятных обстоятельствах, первый предложил мир, и Понтус, приняв это предложение, съехался, в начале 1583 года, с Русскими уполномоченными на реке Плюсе, где и заключено. было перемирие на три года, с удержанием за Шведами Яма, Иван-города и Копорья. В 1585 году снова съехались на той же реке и заключено перемирие еще на 4 года; но, во время переговоров, Понтус, ио несчастному случаю, утонул в реке Нарове. Так кончил свое поприще этот французский выходец, который, за услуги, оказанные Швеции, приобрел значительное доверие и благодарность от короля, и за несколько дишь месяцев перед кончиною был

ДЕЛ

произведен в государственные советники.

Де-ла-Гарди (граф Яков), сын Понтуса, родился в Ревеле, вb583 году. Он учился военному искусству под руководством Морица Нассау-, ского в войне за независимость Голландской республики, потом вступил в шведскую службу и в течение своей жизни исправлял многие, весьма важные государственные должности. В 1608 году он был уже генерал-лейтенантом, в войсках, находившихся в Финляндии, а в 1609 назначен начальником пятитысячного вспомогательного отряда, который, по договору короля Карла IV с царем Василием Ивановичем Шуйским, должен был содействовать русским войскам в усмирении мятежников и изгнании Поляков. При этом Де-ла-Гарди явил себя сперва союзником верным: он подружился с юным вождем русским, князем Скопиным-Шуйским, и ревностно помогал ему, не смотря .на затруднения, которые представлялись ему от разнообразия его дружины, составленной, кроме Шведов, из наемных выходцев всех стран Европы, воинов, сражавшихся не из любви к отечеству или к славе, а только из корысти.

По раннему времени года и испорченности дорог, Де-ла-Гарди хотел подождать несколько времени, чтобы удобнее начать дальний поход, и между тем упрочить сообщения свои с ЛиФляндией и Фивляндиею, через овладение Копорьем, Иван-городом и Ямом. Но, по убеждениям князя Шуйского, решился вместе с ним идти прямо к Москве. Выступя из Новгорода, они заняли Русу, разбили мятежников и Ляхов, предводимых Керносицким, близь Торопца, и в следствие того овладели без труда многими городами. Пред Тверью они имели сильное сражение с Зборовским, Керносицким и покровительствуемыми ими мятежниками, и в этом сражении союзники были обяза-ны успехом только стойкости правого крыла, которым начальствовал Де-ла-Гарди и которое оттеснило неприятеля в то время, когда уже все остальные части их боевого порядка подались назад.

До тех пор Де-ла-Гарди оставался непоколебимо верен своему союзу: никакие льстивия убеждения Поляков не могли на него подействовать, и на одну грамоту, в которой ему выставляли права мнимого Димитрия на московский престол, он отвечал: мое дело воевать, а не рассуждать с вами о Димитриях. Но Исогда Скопин двинулся от Твери, Де-ла-Гарди не мог за ним последовать, потому что войска его, опасаясь вдаваться далеко внутрь России, И не получив еще всего обещанного им жалованья, отказались от повиновения, и, не смотря на угрозы своего начальника, принудили его обратиться с ними к Новгороду. Увещания Скопина и раздача части денег, несколько удержали их, и человек 1,000 Шведов, под начальством генерала Зоме, возвратились к князю Скопину и участвовали в победе, которую он одержал 13 августа, близ Колязинского монастыря, над Поляками. Но с остальными наемниками Де-ла-Гарди никак не мог справиться до тех пор, пока Скопин не доставил достаточно денег для удовлетворения их корыстолюбия. Наконец, 16 сентября, Де-ла-Гарди присоединился к кнцзю Скопину-Шуйскому у Колязина. Они вместе двинулись вперед, заняли Александровскую слободу и открыли сообщение с Москвою.

В следующем 1610 году, они освободили Троицкую Лавру от осады Сапеги, и потом двинулись к столице. Там Де-ла-Гарди, не смотря на ласковый, даже торжественный прием, сделанный Скопину, заметил нерасположение к нему царедворцев и предостерегал своего друга. Когда, по смерти Скопина, на место его назначен был князь Димитрий Шуйский, Де-ла-Гарди продолжал и с ним действовать совместно. Но Русские, за новым нелюбимым начальником, шли не охотно: наемники же, не получая денег сколько требовали, грозили более своим союзникам, нежели врагам их. В таких-то обстоятельствах напал на них Жолкевский, близ села Клушина, и разбил совершенно. Де-ла-Гарди долго удерживал неприятеля сильною пальбою; но когда русская пехота была опрокинута и он сам принужден был отступить, то все наемники, отделившись от него, передались Полякам; ни угрозы, ни просьбы военачальника не могли удержать их от измены, и Де-ла-Гарди, оставшись с горстью Шведов, должен был вступить в переговоры с Поляками, обязался не помогать русскому царю и отошёл к Новгороду. Он еще обещал царю Василию Иоанновичу вспоможение от своего государя; но уже стал действрвать как неприятель, занял Ладогу, осадил Кексгольм, и вознамерившись, не смотря на малочисленность сил своих, отнять русский престол у избранного тогда несколькими боярами Владислава, предложил Русским в цари одного из шведских принцев. Это предложение, которое Де-ла-Гарди сделал сперва сам от себя, было вскоре подтверждено желанием, и даже весьма ревностным, короля Карла IX; а потом я сами Русские, в лице Ляпунова, утомленные безначалием, возникшим по смерти Василья Иоанновича, и пылавшие еще ненавистью к Полякам, пожелали иметь у себя главою шведт ского королевича, и вступили в перф-г говоры с Де-ла-Гардием. Последний, однако же, ведя переговоры, не прекращал и неприязненных действий; осаждалОрешек, хотя безуспешно, взял Кексгольм, и подошел к са мому Новгороду. Здесь встретили его посланные от Ляпунова, с изъявлением желания заключить союз с Шведами и принять принца их Филиппа русским государем: но Де-ла-Гарди требовал прежде всего денег и выдачи крепостей русских в залог искренности, а как послы не могли согласиться на такие устуи-ки, то переговоры кончились только перемирием, для того, чтобы иметь время списаться с Ляпуновым. Тщетно после того Ляпунов звал Де-ла-Гардия к Москве на помощь, чтобы совместно очистить престол для Филиппа. Де-ла-Гарди, вместо того, чтобы исполнить его просьбу, вознамерился завоевать Новгород для Швеции с тем, чтобы возвратить его России только при возшествии на престол ея шведского принЦа. Как скоро кончилось перемирие в 1611 году, он нечаянно ворвался в город, овладел им, и там заключил с боярином князем Одоевским договор, по -которому Новгородцы, от имени всего народа московского; признавали царем своим одного из сыновей короля шведского, Густава Адольфа или Филиппа, а до его прибытия предоставляли все управление Де-ла-Гардию, и обязывались между прочим довольствовать шведские войска жалованьем и припасами. Но войска эти, не нашед в Новгороде сокровищ, крторые найти надеялись, стали ьолноваться, бунтовать и целия дружины бежали в Финляндию, так что Де-ла-Гарди с черезвычайным трудом едва лишь успел собрать и привесть в порядок свои войска.

Между тем, при усилившемся в России расстройстве и безначалии, не-кому было подтвердить договора, заключенного в Новгороде, и Де-ла-Гарди, по убиении Ляпунова, воспользовался беспорядками, по ° крайней мере для овладения многими русскими городами в нынешних С. Петербургской, Новгородской и Псковской губерниях.

Переговоры о призвании шведского королевича, возобновлены были князем Пожарским, когда он шел на освобождение Москвы; но как скоро столица России была исторгнута из рук врагов, Русские отказались принять царя чужеземного. По возшествии на престол царя Михаила Федоровича, военные действия возобновились, но не произвели ничего решительного. Столь же безуспешно возобновлялись несколько раз и переговоры о мире. Наконец, 22 Февраля 1616 года, при посредничестве Англии, Де-ла-Гарди заключил с Россией в Столбове (на р. Тихвинке) мир, по которому Шведам уступлены Ижорская и Крельская области с И ван-городом, Ямом, Коиорьем и Орешком.

В 1615 году, Де-ла-Гарди был возведен Густавом Адольфом в графское достоинство, йотом сделан государственным маршалом и главнокомандующим над войсками, был наместником^- в Эстляндии, в Лиф-ляндии, ‘ а в королевы Христины назначен в число государственных опекунов; он умер в 1652 году 12 августа в городе Скаре. И. В. В.