> Энциклопедический словарь Гранат, страница 185 > Десницкий

Десницкий

Десницкий, Семен Ефимович, профессор-юрист московского университета в царствование ими. Екатерины II, родом „из малороссийских нежинских мещанъ“, учился в Троицкой Лаврской семинарии, в 1759 г. принят в число студентов московского университета, в следующем году отправлен в Петербург в Академию наук, где учился физике, философии и элоквенции, а в 1761 г. послан в университет в Глазго в Шотландии, где занимался четыре года, слушая, между прочим, лекции по нравственной философии знаменитого впоследствии экономиста Адама Смита. Д. получил там степень магистра свободных наук, а затем и доктора прав. В Москву он вернулся в 1767 г., в тот год, когда в ней начались заседания комиссии для сочинения нового уложения. Д. выдержал испытание в университетской конференции, и ему поручено было чтение римского права с применением к русскому. Конференция желала, чтобы Д., как и другие профессора до того времени, читал лекции по-латыни, но императрица дала повеле-ние, что „в университете пристойнее читать лекции на русском языке, а особливо юриспруденцию“. В феврале 1768 г. Д. закончил составление проекта государственных преобразований, который, повидимому, сделался известным императрице. По мнению Д. комиссия уложения должна заняться обсуждением необходимых государственных реформ. Он предлагает из 600—800 лиц, выбранных от всей империи, составить сенат, который должен был издаватьуказы с согласия монарха, увеличивать и уменьшать налоги, продолжать войну и наблюдать, чтобы заключаемые с другими государствами договоры не были вредны для отечества, окончательно решать все дела, вносимия по апелляции из низших судебных учреждений, рассматривать отчеты всех коллегий, корпусов и университетов. Всякая губерния и провинция должны были иметь своего представителя в этой „законодательной власти“. Право голоса при избрании сенаторов Д. предлагает предоставить помещикам, однодворцам и живущим в провинциях землевладельцам, которые платят податей за землю и за своих крепостных не менее 50 рублей в год, а также купцам и „рукомесленнымъ“ людям, вносящим пошлины в таком же размере. Сенаторами могли бы быть и архиереи, а также следует дать право выбирать своих представителей в сенат университетам, корпусам и училищам наук и художеств. Так как сенаторы, по проекту Д., не должны были получать никакого жалованья, то предполагалось дозволить выставлять свою кандидатуру лишь тем, кто в состоянии „жить при такой должности“ на свой счет, имея по крайней мере

2.000 р. в год. Выбирать сенаторов следует не более, как на пятилетний срок. Предложенные монархом дела сенат решает по большинству голосов и представляет свое решение на усмотрение государя, без соизволения которого не может издавать никаких указов. Д. считал необходимым введение для уголовных дел суда присяжных, предлагал печатать и издавать во „всенародное известие“ решения по уголовным и тяжебным делам и советовал учредить адвокатов, так как опыт многих государств показал, что без споров в суде невозможно доискаться истины. Наконец, он предлагал установить независимость и несменяемость судей, но с тем, что за противозаконное решение, признанное таковым сенатом, они могли подвергнуться по воле государя штрафу или наказанию. Отчасти проектом Д. могли быть навеянынекоторые предположения Екатерины II относительно преобразования сената. Д. преподавал в московском университете и английский язык, а с 1783 г. стал первый преподавать „российское законоискуство“ (практическое законоведение). В актовых собраниях университета он произнес несколько речей и рассуждений, которые были в свое время напечатаны: 1) „Слово о прямом и ближайшем способе к научению русской юриспруденции“ (1768 г.). 2) „Слово о причинах смертных казней по делам криминальнымъ“ (1770 г.), где автор выражает желание, чтобы оне не выходили „за предел человечества“, и утверждает, что только смертная казнь за убийство пользуется сочувствиемъвсех „непристрастных и посторонних зрителей“; возмутителя против отечества не всегда считают заслуживающим казни, а „истязуемого смертию“ за неосторожное слово против божьяго закона народ будет вну-тренно сожалеть. 3) „Юридическое рассуждение о начале и происхождении супружества у первоначальных народов и совершенстве, к поторому оно приведенным быть кажется последовавшими народами просвещеннейшими“ (1775 г.), где, рассматривая изменение форм брака с развитием человечества, Д. утверждает, что с установлением „высочайшого, коммерческого состояния“ народа „женский пол не только уравнен мужскому, но в некоторых случаях и предпочтен ему“. По его словам, некоторые женщины доказали своими учеными сочинениями, что оне ни мало не уступают в научных способностях мужчинам. 4) „Юридическое рассуждение о разных понятиях, какие имеют народы о собственности имения в разных собраниях общежнтельства“ (1781 г.) и др. Речи Д. доказывают его большия знания в римском праве, большую начитанность в литературе классического мира, а из новых писателей чаще других он цитирует Вольтера, Юма и Адама Смита (перевод сочинения которого „Теория нравственных чувствъ“ он предполагал издать); ученых немцев он, напротив, ядовито высмеивает.

По повелению имп. Екатерины Д. перевел „Истолкования аглинских законов г. Блакстона“ (3 т., 1780—82 г.), но не окончил этого труда, а также перевел „Наставник земледельческий“ Томаса Боудена (1780 r.j с дополнениями из сочинений лучших английских агрономов. В довольно обширном посвящении этой книги цесаревичу Павлу Петровичу Д. указывает на политические и социальные преимущества Англии сравнительно с крепостническою Россиею. „Вольность и собственность11, говорит он, „написанные на лице почти у всякого британца, как природные права, имеют законом предписанный предел, за который вредная наглость и своевольство прейти не могутъ11. В предисловии к этой книге Д. указывает на то, что „в Англии никаких препятствий политических земледелию теперь нет, и обрабатываемая там земля повсеместно отдана в торг так, что всякий желающий может иметь оную беспрепятственно11 (между тем в России не только отдельным лицам из крестьян, но даже купцам и мещанам разрешено было покупать землю лишь в 1801 г.). Отмечая, что „все земледелие производится11 в Англии „добровольно, честно и с несказанным рачением, успехом и совершенствомъ11, Д. тем самым намекал, что в России крепостное право служит препятствием к усовершенствованию сельского хозяйства. Он советовал зажиточным помещикам „выписать фермера аглинского“ и отдать ему известное число десятин в аренду на 7 или 19 лет, как делается в Англии, с тем, чтобы он обучал порученных ему учеников английскому земледелию, или вводить плодопеременную систему с помощью своих работников. При учреждении российской академии в 1783 г. Д. избран в число ея членов. Он умер в 1789 г. Сочинение Д. „Представление о учреждении законодательной, судительной и нака-зательной власти в Российской империи11 (проект 1768 г.) напечатано в „Записках имп. Академии Наукъ“, 8-я серия, т. ВП, № 4, 1905 г. Послужной список Д. в Государственном Архиве, XYI, № 168, карт. 14, № 540. В. Семевскиии.