> Энциклопедический словарь Гранат, страница 190 > Дипломатическое представительство

Дипломатическое представительство

Дипломатическое представительство. Современное культурное государство не может жить изолированно от других государств. Многообразные интересы общекультурные и экономические связывают его с другими государствами и требуют его участия в мезкдун. общении. Чем культурнее народ, тем шире, развитее и мно-гостороннее его общение с другими народами. Сознание необходимости этого общения возникает и развивается с развитием культуры народа. Отсюда необходимость для культурного государства иметь в других государствах своих доверенных агентов, которые являлись бы там в качестве представителей интересов своего отечества в его отношениях и сношениях с этими государствами. Управление иностран. делами государства, т. е. сношениями его с другими государствами, и делами, касающимися отношений его к ним и к их подданным, находится обычно в руках особого ведомства—министерства ино-странн. дел.Тио ж руководством этого учреждения действуют специальныеагенты государств, уполномоченные для непосредственных от имени отечества сношений с правительством иностран. государства, при котором они аккредитованы (т. е. назначены состоять), и для представительства и охраны интересов родного государства и его подданных. В наст. время агенты эти бывают постоянные и временные. Постоянные: 1) послы, ди-пломатич. агенты в широком смысле, представляющие—в пределах данных им полномочий — суверенную междун. личность пославшего их государства во всех его междун. отношениях, облеченные т. наз. дипломатическим характером, 2) консулы, не облеченные дипломатич. характером, так как они представляют государство только в его торговополитических, экономических и общекультурных интересах, и 3) агенты не-дипломатические, назначаемые с каким-либо специальным постоянным поручением, например, агенты военные и морские, агенты торговые (от министерства торговли и промышленности), агенты финансовые (от минист-ва финансов). Агенты временные: 1) облеченные дипломатич. характером, представляющие суверенную личность своего государства по особым специальным поводам с специальным поручением и полномочиями (например, через-выч. послы для присутствования на коронации, уполномоченные наконгрессах и конференциях) и 2) агенты не-дипломатические, назначаемые для разрешения какого-либо специального вопроса междун. характера (например, для разграничения) или с каким-либо временным специальным поручением (например, коммиссары на междун. выставках). Соответственно цели их назначения и свойству их полномочий, агенты, не облеченные Д. характером, пользуются в государстве, куда они назначены, только преимуществами, необходимыми для беспрепятственного выполнения возложенного на них поручения: неприкосновенностью личности и служебных бумаг (например, военные агенты), между тем как агенты, облеченные Д. характером, пользуются особыми, черезвычайными преимуществами. Совокупность юрид. норм, опре

Деляющих права и обязанности Д-

п., как представителей государств в междун. общении, образует т. наз. посольское право.

Институт постоянных посольств, сравнительно, нового происхождения. Древние народы не сознавали необходимости постоянного правильного междун. общения. Вооруженные столкновения и торговия сношения давали иногда случайный повод к отправлению для определенной, временной цели взаимных посольств, аобщий и взаимный интерес успешного и беспрепятственного осуществления ими возложенного на них поручения явился основанием для междун. признания принципа личной неприкосновенности посланника; с этою целью он, при отсутствии междун. права (смотрите), ставился под единственную международно признававшуюся религиозную охрану богов (римское посольское „право“—jus fe-ciale—есть совокупность правил и обрядностей, а не юридич. норм). Возникновение института Д. агентов, как постоянного организованного учреждения, относится лишь к XV в Родина его—Венеция. Процесс объединения европ. государств, развитие абсолютизма с его завоевательною династическою политикою и учреждение постоянных армий значительно способствовали развитью и упрочению института постоянного Д. п. государств: Д. агенты нужны были правительствам, прежде всего, как политические шпионы, чтобы следить друг у друга за вооружениями, политнч. замыслами и тому подобное. К XVII в институт постоянных посольств окончательно вошел во всеобщее употребление у всех европ. государств, исключая Россию, а развитие культурного и экономич. общения между куль-турн. народами постепенно повлияло и на изменение первоначального характера Д. агентов. Культурная и религиозная обособленность Московского государства в XV—XVII в., его недоверие и принципиальная враждебность к иностранцам объясняют, почему оно не назначало и не соглашалось принимать постоянных посольств,— все русские посольства и западные посольства в Моск. госуд. носили

1318

временный, случайный характер. Первия русские постоянные посольства на Западе и в Турции учреждены были Петром В., а в азиатских государствах—Персии, Китае, Японии— лишь в XIX в.—Право посольства делится на активное и пассивное. Активным наз. право государства, как члена междун. общения, назначать своих представителей при других государствах с правами и преимуществами, признаваемыми культурными государствами за Д. агентами; пассивное право посольства есть право государства принимать к себе представителей иностр. держав с обязанностью признавать за ними установленные междун. практикою права и преимущества. Активное право посольств принадлежит stricto jure только государствам независимым, пользующимся полным суверенитетом. Полунезависимия и состоящия под протекторатом государства пользуются им иногда на практике в пределах своей автономии ради своих автономных междун. интересов. То же относится -и к пассивному праву посольства. Государство может отказаться принять в качестве Д. агента другого государства известное, определенное лицо, а именно: 1) своего подданнаго— в виду несовместимости прав и привилегий посольского звания с правами государства относительно своего подданнаго; 2) лицо, опозоренное судом или 3) заведомо враждебно относящееся к государству, куда его желают назначить, или занимающее такое социальное положение, которое делает принятие его „неудобнымъ“ для местной власти. Обыкновенно государство назначает одного постоянного Д. агента в другом государстве; несколько уполномоченных назначаются иногда для представительства на междунар. конгрессе. Государство может аккредитовать одного представителя принескольких государствах. Начало Д. миссии, т. е. момент, с кот. данное лицо должно быть рассматриваемо в качестве Д. агента, определяется юридически не моментом его назначения (это акт внутреннегосударственный), а моментом его признания правительством, выражающагося вручением посланником в торжественной аудиенции государю или главе правительства верительной (кредитивной) грамоты, полученной им от своего государя или правительства. Но на практике посланнику предоставляются все права и преимущества его звания обыкновенно с момента сообщения государству, при кот. он аккредитуется, о его назначении и отъезде. Оканчивается Д. миссия или фактически—смертью Д. агента, или юридически—отозванием его, истечением срока его полномочий, исполнением возложен. на него специального поручения, отказом местного правительства продолжать с ним сношения, разрывом Д. сношений между государствами, пославшим и принявшим его, войною между ними, смертью или изгнанием государя или главы правительства, при кот. он аккредитован. Во всяком случае он пользуется своими привилегиями до выезда из пределов государства.—В стария времена (ХВП—XVIII вв.) очень часто бывали случаи взаимных споров между Д. агентами, аккредитованными при к.-л. дворе о праве первенства или пред-седания на придворных церемониях и тому подобное., споров, кот. отражались и на отношениях между самими государствами. Для прекращения этих споров Венский конгресс 1815 г. установил 3 ранга Д. агентов: 1) черезвычайные и полномочные послы (аш-bassadeur, Botschafter), к ним приравнены папские нунции и легаты; 2) черезвычайные посланники и полномочные министры (envoye extraordinaire, ministre plenipotentiaire, Ge-sandter); папские интернунции и 3) поверенные в делах (charge d’affaires, Geschaftstrager). Ахенский конгресс 1818 г. установил еще промежуточный между 2-м и 3-м ранг министров - резидентов (ministre resident, Minister resident). Юридического значения эти ранги не имеют: все Д. агенты всех рангов обладают безусловно одинаковыми правами, привилегиями и функциями, и вся разница между ними в их почетных церемониальных правах. Только агенты первого ранга, послы, легаты и нунции, почитаются представителями не толькосвоего государства, но и личности главы государства. Первенство (старшинство) агентов каждого класса между собой определяется по времени официального извещения ими о своем прибытии правительства, при коем они аккредитованы. Иностр. Д. агенты, состоящие при данном правительстве, образуют т. наз. дипломатический корпус, во главе его стоит в качестве старейшого (декана, doyen) старший по рангу посол. Не будучи корпорацией или юрид. лицом, Д. корпус выступает иногда коллективно, когда дело касается интересов всего междун. союза держав и когда державы желают подчеркнуть свою солидарность по к.-л. вопросу.

Самый характер, свойства и цели международного института Д. агентов требуют, чтобы они были облечены особыми правами и преимуществами и, гл. обр., пользовались полною свободою и независимостью действий в исполнении возлагаемых на них, нередко неприятных местному правительству, поручений к нему. Поэтому, с древнейших времен и даже у первобытных диких народов посланники пользуются особою охраною и особыми правами и преимуществами. В период династической политики абсолютных монархий права и привилегии Д. агентов были почти безграничны (так как Д. агент был представителем личности своего монарха) и являлись источником нескончаемых пререканий не только между самими посланниками,но имежду государствами. В наст. время права Д. агентов сводятся к их независимости и неприкосновенности и вытекающей отсюда неподсудности, уголовной и гражданской, местным судам и неподчиненности местным админ. властям, обозначаемой обычно термином внеземельности, экстерриториальности. Гуго Гроций (смотрите) впер-вые сделал попытку теоретической горидич. конструкции „священных правъ“ Д. агентов, причем построил ее на юридич. фикции „внеземельности“, по которой Д. агент, пребывая в чужой стране, рассматривается как бы продолжающим пребывание на отечественной территории,

и поэтому изъемлется из-под действия законов и властей места его пребывания. Современная доктрина отвергает эту фикцию и необходимость ея, тем более, что она и неверна — Д. агенты обязаны не нарушать местных законов,—и юридически неудовлетворительна. Современная доктрина учит, что принцип т. наз. внеземельности Д. агента непосредственно вытекает из суверенитета той госуд. власти, кот. он представляет при государстве, к кот. аккредитован, а неприкосновенность его вытекает из требований самого междун. общения культурных государств, которое должно гарантировать органам их постоянных сношений (Д. агентам) положение, дающее им физическую и юридич. возможность для полного и беспрепятственного осуществления их предназначения. Этою целью привилегированного положения Д. агента определяется и объём его привилегий. Неприкосновенность Д. агента является общепризнанным началом межд. права, как для мирного, так и для военного времени, и пользуется усиленною охраною в законодательствах всех народов (ср. Улож. о нак., ст. 261). Она распространяется не только на личность Д. агента, но и на его жилище, экипаж, служебную переписку (ср. Учр. и Уст. тамож., ст. 880 и 948) и архив посольства. Исключение допускается в случае вмешательства Д. агента во внутренния дела государства, а тем более—в случае враждебных его действий против этого государства или его госуд. порядка или правительства (участие в заговоре, в по лит. агитации). Но даже в этих случаях провинившийся Д. агент не подлежит местному суду, а лишь может быть удален из государства, которое не может быть лишено права самозащиты, а с другой стороны, Д. агент таким вмешательством нарушает прямую цель своей миссии. В случаях менее важных государства прибегают к другим способам: прекращению сношений с Д. агентом и требованию его отозвания. Уголовная неподсудность Д. агентов местным судам за общия преступления признается и доктриною, и практикою, как последствие их неприкосновенности: они ответственны только перед своим правительством и судами своего отечества (ср. Уст. уг. суд., ст. 229 и Улож. о нак., ст. 171). Гражданская неподсудность Д. агентов местным судам также вытекает из начала неприкосновенности и необходимой свободы действий посланника, но должна быть истолковываема в более ограничительном смысле, так как подчинение гражд. судам и их решениям принципиально мало затрагивает личную свободу и независимость лица (ср. Уст. гр. суд., ст. 225). Изъятия из принципа гражд. неподсудности: 1) если Д. агент местный подданный; 2) если он действует как частное лицо (душеприказчик, опекун); 3) если он участвует в коммерч. предприятии (по делам этого предприятия) и 4) при вещных исках, если он владеет недвиж. собственностью в стране места своего пребывания (он отвечает по искам на его недвижимость). Но и в этих случаях принудительное исполнение суд. решения не может иметь места, поскольку оно несовместимо с личною неприкосновенностью Д. агента и его жилища. Д. агент не имеет права самовольно, без особого разрешения своего правительства, отказаться от права своей неподсудности, потому что оно представляет собою не его субъективное право, а норму, установленную в интересах междун. общения. Указанные права распространяются и на семью Д. агента (жену и детей) и на членов официального служебного персонала посольств: советников и атташе (т. е. прикомандированных военных и морских агентов и гражд. чиновников), секретарей, правителя канцелярии, переводчиков, священника, врача и посольских курьеров (ср. ст. 230 Уст. Уг. суд. и ст. 225 Уст. Гр. суд.). Как и относительно Д. агентов судебная практика держится принципа подсудности всех этих лиц отечественному суду, признавая их domicil (постоянное местожительство) в столице их отечества, а пребывание их за границей — временною служебною командировкою. Право неприкосновенности Д. агента распространяется и на его жилище. В прежние времена это право неприкосновенности жилища Д. агента понималось в очень широком смысле (посольский дом— иностранная территория); из строгого применения фикции внеземельности выводилось и безусловное право убежища, т. е. изъятие из-под местной юрисдикции всякого лица, даже местного подданного, укрывшагося от преследования местных властей и закона в здании иностр. посольства или в экипаже Д. агента. Злоупотребления правом убежища привели к тому, что в силу новейшей практики Д. агент обязан по требованию местных властей выдать скрывшагося в посольстве преступника; в противном случае, местные власти могут сплою осуществить свое право относительно такого лица, но, конечно, с соблюдением личной неприкосновенности Д. агента. По нашим законам должник не мож. б. задержан в квартире Д. агента (Прил. УИ к ст. 1400 Уст. Гр. суд.). Право убежища осуществляется лишь для политнч. преступников во время смут, а также в восточных государствах. К второстепенным правам Д. агентов принадлежат: 1) право иметь свою домовую (тоже экстерриториальную) церковь; 2) освобождение от всяких личных налогов и повинностей, отчасти—от тамож. пошлин, от воинского постоя, от военно-конской повинности, от квартирного и подоходного налогов и тому подобное. (Ср. ст. 746, и. 2 и 823 Уст. о Зем. повинн., ст. 5, п. 2 Полож. о Гос. кварт. нал., ст. 880, 949 и 950 Учр. и Уст. Тамож.), но не от платежа налогов с недвижимой личной собственности агента и с промышленных или торговых предприятий, если он в них участвует; 3) Д. агенту предоставляется осуществление прав т. наз. добровольной юрисдикции (нотариальные функции) и совершение актов о состоянии (заключение брачн. договоров) относительно соотечественников и в пределах его полномочий, поскольку это не противно местному законодательству. Обязанности Д. агента состоят во всесторонней охране прав и интересов, своего государства и его подданных,.

в поддержании мирных отношений и предупреждении и разрешении несогласий между отечественным государством и тем, при котором он ак-кредитован, поскольку здесь возможна личная его инициатива, сообщение своему правительству точных сведений о политическ. положении и политическ. жизни государства, при котором он аккредитован. Он оказывает защиту своим соотечественникам в случае нарушения их прав, но не иначе, как дипл. путем, т. е. через посредство местного министерства иностр. дел и, при том, только в случае .действительн. злоупотребления местных властей или явной несправедливости, сопряженной с нарушением законных прав соотечественника (например, отказа в правосудии), пот. что иностранец все-таки подчинен местным законам и не может претендовать на большую защиту своих прав, нежели местный подданный.

Литература: Krauske, „Entwicke-lung d. standigen Diplomatie“ (1885); D. J. Hill, „History of D. in the intern. Development of Europe11 (1905); Lelir, „Manuel des agents diplomatiques“ (1888); Pradier-Fodere, „Cours de droit diplomatique11 (2 t., 1899); Kebedzy, „Die diplom. Privilegien“ (1901); Verca-mer, „Des franchises des agents dipl.“ (1891); Odier, „Des privhhges et immu-nites des agents diplom.“ (1890); Але-ксандренко, „О правах и преимуществах Д. агентовъ“ („Юрид. Вести.“, 1891, № 10). В. Улятцкий.