> Энциклопедический словарь Гранат, страница 196 > Евхаристия

Евхаристия

Евхаристия, греч. ариатиа, в первоначальных христианских общинах на востоке этим именем сначала обозначалась благодарственная молитва, произносившаяся в заключение вечери любви, совершавшейся в память Тайной вечери (смотрите), а затем именем Е. стал называться самый обряд вечери любви (агапы); постепенно развиваясь, обряд Е—ии превратился в важнейшее таинство христианской религии. Первоначально обряд Е. совершался вечером; его составные элементы в этот период мало известны. Верующие приносили с собою в виде доброхотн. даяний хлеб и вино, разделявшиеся между участниками Е—ии; пресвитер или епископ благословлял хлеб и вино особыми молитвами, составленными по образцу соответствующих иудейских молитвенных формул трактата Мишны Берахот, затем следовала общая трапеза, заключавшаяся евхаристической молитвой,—таковы наиболее вероятные составные элементы древнейшей Е—ии. Позднее, около середины II века по Р. X., Е—ип соединилась с другим богослужением, утренним, стала уже настоящим литургическим актом, и из ея составных элементов вскоре развилось главное христианское богослужение, литургия. Е. этого периода начиналась лобзанием любви; далее следовало приношение даров, ставшее из акта доброхотного пожертвования принудительной обязанностью (его греч. название тсростсрораГ до этих пор удерживается в восточной церкви для обозначения хлебов, употребляемых на литургии); затем епископ произносил евхаристическую молитву, освящавшую дар; слова этой молитвы и ответные возгласы верующих до этих пор почти с буквальною точностью сохраняются в чине литургии верных; потом следовало распределение даров между верующими и раздача милостыни бедным. Понимание самой сущности таинства установилось не сразу; в течение первых четырех веков были неоднократные попытки заменить буквальное понимание изречений Иисуса „приимите, ядите, сие есть тело мое“, и „приимите, ядите, сия есть кровь моя“ смягченным, символическим пониманием. Попытки этого рода делались в восточной церкви со стороны даже таких церковных деятелей, как Ориген или Киприан. Сущность символического понимания заключалась в том, что дары, состоящие из земных составных частей, посредством произнесения над ними особых формул, превращаются в святые дары, получают божественную сущность, и вкушающий их вступает в общение с божеством и исполняется божественной жизни. Однако, эти попытки не имели успеха, и в V веке установилось учение о пресуществлении даров Е—ии в тело и кровь Христовы в том виде, как оно и теперь существует в восточной и римско-католической церквах.

Я. Я.