> Энциклопедический словарь Гранат, страница 197 > Если Е

Если Е

Если Е. много любила, то не мало на своем веку она и потрудилась, будучи в этом отношении вне сравнения с остальными императрицами XVIII ст. Хотя нет сомнения в том, что часто Е. лишь мистифицировала публику самостоятельностью своей работы, в действительности производя ее умом и руками опытных и знающих лиц, но тем не менее и лично Е. вникала во многое и проявила большую склонность к работе пером в самых разнообрази, областях „письменности“, как о том неопровержимо свидетельствуют 12 томов ея „сочинений“, изданных Императорской Академией Наук (1901—1907 г.). Законодательство и изящная литература, внешняя политика и русская история,—вот разнородные области, в которыхъЕ.усердно прилагала свою руку и обнаружила много настойчивости и находчивости; обширная же переписка, записки и воспоминания ея, раскрывая в полном блеске ея гибкий и тонкий ум и холодное, саркастическое остроумие, еще более делают несомненною выдающуюся трудоспособность императрицы. Деятельная жизнь Е. долго поддерживала в ней телесную крепость и душевную бодрость. Вполне естественно, поэтому, что Е. и в 52 года была еще очень видная женщина, невполне утратившая былое обаяние. Но ея „мудрое“ правление делало резкие зигзаги в зависимости от обстоятельств и страстей: великодушие и сострадательность по системе“, подмеченные в Е. кн. Щербатовым, сменялись суровостью и жестокостью тоже „по системе“, когда эта смена по обстоятельствам казалась необходимой или полезной; замысел дать „блаженство“ подданным, потерпев целый ряд идейных метаморфоз, в сущности вылился в дарование блаженства фаворитам, льстецам и, вообще, в том или другом отношении приятным или нужным людям; ибо у Е. „даром никто умен не бывалъ“, ибо над всем остальным, над интересами не только народа, но и государства, в ея сознании возвышалось ея личное „я“.

„Мать отечества“, притупившая „на долговременной службе государству зрение“ и начавшая иногда поговаривать, что после нея „хоть трава не расти“, стала превращаться в слабонервную, часто брюжжавшую старуху, все глубже и глубже погружавшуюся в придворную тину, с ея нечистоплотными сплетнями, низменной враждой и борьбой. Так „великая“ монархиня, во всяком случае „ловко“, с заботами преимущественно о себе, „легким скокомъ“ прошедшая свой долгий жизненный путь, пережила себя гораздо раньше, чем умерла (6 ноября 1796 г.).

Литература: „Записки императрицы Екатерины II“; „Наказъ“,изд. Академии Наук под ред. и с введением Н. Д. Чечулина; „Сбор. Импер. Русск. Ист. Общ.“, т. XXIII, ХХВП и др.—переписка Е.; „Русская Старина“, т. 42; „Русск, Архивъ“, 1878 г., т. III; 1911 год, VII; 1912 г., VII, ХН; В. А. Бильбасов, „История Екатерины II“, тт. I и Н и две части XII тома—обзор иностранных источников; В. С. Иконников, „Значение царствования императрицы Е. II“ (1897); В. О.Ключевский, „Екатерина II“ („Русск. Мысль“, 1896 г., № 2); С. И. Горяйнов, „На пути к трону“ („Рус. Мысль“, 1900, П и III); К. Waliszewski, „Le Roman d’une imperatrice“ и его же: „ Autour d’un trone. Catherine Н“. И. бирсов.