Есть производства, в кот.—как и в других странах—в Англии труд женщипы применяется мало:
На 1000 муж.
Муж. Жеп. жен прих.
Горная индустрия. 1.036.267 6.168 около 6
Строительная 1.134.100 591 „ 0.5
Металлургическая. 2.435.772 351.536 „ 104
Оплата труда женщин разнится от мужчин даже тогда, когда оне делают одинаковую с мужчинами ртботу. Так, например, в шерстенабивпои индустрии за одпу и ту же работу ткачи получают, в среднем,
щем тысячелетняя тренировка мужчип, их культурные навыки не могли не отразиться па качестве и продуктивности их труда. Правда, машина упрощает производство, делает почти ненужной старую профессиональную выучку, но, во-1-х, упрощение это достигнуто не во всех отраслях производства, а во-2-х, сама машина требует довольпо квалифицированного ухода и умелого обращения. Поэтому пока женщинам поручаются мепее сложные и менее трудные функции, не требующия большой предварительной выучки. Несомненно, дальнейшее применение женского труда сотрет эту разницу, но несомненно также, что в настоящее время эта разница существует. По, быть-может, самая главная из всех причин низкой оплаты женского труда—это самообезценение. Женщина еще так недавно смотрела на свое участие в производстве, как на временное занятие, необходимое ей только до замужества. И до этих пор девушки и вдовы участвуют в производстве гораздо в большем числе, чем жены. Индивидуальное хозяйство и воснитапие детей заставляют женщину оставаться в семье. ИИо переписи 1907 г. в фабрично-заводскихпредприятиях Апглии было на 100 жепщпн: девушек—75,85, 8а.вужпих—19,89, вдов—4,26.
Для мужчины работа—его единственное занятие, кот. он живет и которое должно давать ему средства для нрокормлепия себя и семьи. Женщина же большей частью живет при семье и смотрит на свое занятие как па подсобное, временное,—поэтому и соглашается работать за такую плату, кот. пе может принять мужчипа. Дальнейшее развитие капитализма, развитие большей самостоятельности женщины в смысле материальном, а также уменьшение числа браков, несомненно, поставит женщину в те же условия борьбы за существование, как и мужчину. Обезценение труда женщины объясняется также большей занятостью ея в домашнем производстве. Пе только среди женщин, но и среди мужчин господствует в домашнем производстве Sweatiug System—система выжимапия пота. В домашней промышленности до спх пор была невозможна организация трудящихся и более или менее тщательный надзор за условиями труда. Лишь тогда, когда будет совершенно уничтожена работа на дому, женщина стапет в равные условия с мужчиной в крупной промышленности. „Из хода развития профессиональных организаций, говорит Лили Браун, видно, что быстрее и решительнее всего организуются хорошо оплачиваемые рабочие, в то время как стоящие па низкой социальной ступени и отставшие в умственном развитии, вследствие полного отсутствия солидарности с товарищами по работе, остаются разрозненными,— и. соглашаясь, каждый в отдельности, работать при худших условиях труда, онии являются конкурентами лучше оплачиваемых рабочих. Одною из дальнейших важных задач профессионального рабочого движения и является борьба всеми средствами с этою покорною тупостью женщин, недостаточным развитием их потребностей, которое пе позволяет их умственному горизонту выйти за пределы мира, заключенного в четырех стенах их жилища““. До конца 90-х годов рабочия социалистические партии также очепь мало обращали внимания на развитие женского движения, которое одно только может разрешить все глубокие проблемы, поставленные перед женщинами ходом капиталистического развития. В 1896 г. на международном конгрессе в Лондоне состоялось частное совещание делегаток-социалисток (в нем приняли участие 30 женщин-делегаток от Англии, Германии, Америко, Голландии, Бельгии и Польши), на котором было решено прилоашть усилия к развитью жегского движения во всех его формах. С тех пор во всех странах ведется среди женщин усиленная пропаганда идей солидарности женских интересов с интересами рабочого класса, а также выдвигаются па очередь дня проблемы законодательной охраны женщи-пы не только как работницы, но и как матери. Дело в том, что как бы пи завертывало развитие промышленности в свое колесо женщину,—ея функция производительницы рода человеческого делает вопрос о сохранении ея сил и здоровья особенно важным для всякой культурной нации. Однако прожорливый Молох капитализма иф считается с этоии—природой навязанной—особенностью женщины. Поэтому необходима законодательная охрана женского труда. Требования такой охраны сводятся—в идеале—к след. пунктам: 1) полное запрещение женского ночного труда; 2) запрещение пользоваться трудом для таких работ, которые особенно вредны для женского организма (как, папр., спичечные и зеркальные фабрики, употребляющия фосфор и ртуть,—в силу чего у женщин происходят почти повальные выкидыши): 3) законодательное ограничение рабочого дня до 8 ч; 4) освобождение работниц от работы по субботам после обеда, ибо па большинстве женщин лежагь еще многие семейные, домашпия обязанности; 5) увеличение срока, в течение которого беременные и роженицы пользуются охраной со сторопы закона,—самое меньшее до одного месяца перед родами и до двух месяцев после них; запрещение делать какие бы то пи было исключения из этого постановления на основании врачебного свидетельства; 6) распространение законодательной охраны труда на домашнюю промышленность; 7) назначение женских фабричных инспектрис; 8) обеспечение полной свободы коалиций для работниц; 9) активное и пассивное избирательное право работпиц при выборах в промышленные суды. Эги требования выдвигаются женским рабочим движением во всехстранах. Особенно важпы требования сокращения рабочого времени и охрана беременных и рожениц. Для будущей матери, как и для роженицы, необходим большой запас сил, чтобы не только сохранить свое здоровье, но и дать здоровье будущим своим детям.
В Англии домашния мастерские—в смысле охраны труда—приравнены к фабрикам. Если в домашней промышленности заняты дети и подростки, то надзор фабричного ипспектора проникает (как нигде в других странах, кроме франции) и за порог семейной мастерской. Закон требует, чтобы собственники маленьких мастерских и раздатчики работы на дом дважды в год доставляли фабричному инспектору адреса своих рабочих. Запрещепо также в Англии давать работнице работу па дом, если она в течение целого дня была уже занята в мастерской. Совершенно не проникает охрана труда в сельскохозяйственные промыслы. Беременпия или только что разрешившиеся от бремени женщины вапяты в поле тяжелыми работами—уборкой картофеля или пагрузкой сена,— что родит множество женских болезней, преждевременное старение сельских женщин-работниц, частия болезни и слабость детей.
Рабочий день женщин в Англии — 10-тпчасовой на текстильных фабриках и 101/-’- на других. Накануне праздников работа только до 2-х ч. Ночной труд воспрещен совершенно — с 9 ч. вечера до 6 утра. Воскресный труд воспрещен. Сверхурочные работы на текстильных фабриках воспрещены. На других допускаются в общем не более 30 дней в году, причем ежедневно не более 14 ч. труда с обязательным 2-хча-совым перерывом. Кроме того, жепщипам совершенно воспрещен труд под землею. Путем особых постановлений воспрещен труд во многих производствах, вредных для здоровья женщин. Институт фабричных инспектрис впервыф введен в Англии в 1893 г. В 1910 году из 200 мест фабричных инспекторов 18 было занято женщинами. Манчестер и Ноттннгэм в 1893 г. ввели должность санитарных инспектрис. В 1907 г. в 70 городах Англии было уже 133 санитарных ппспектрисы для наблюдения за мастерскими и магазинами, в которых заняты женщины. Не менее важное значение имеет также для работницы страхование на случай болезни, помощь роженице и беременной. В Англии до государственного страхования эту роль брали па себя отчасти профес. союзы, отчасти же так паз. Friendly Societies, куда уже в половине XIX в стали записываться членами женщины. Эти дружественные общества выдавали пособие в случае болезни, на роды, на похороны. Специальной охрани беременных в Англии не имеется. Роженицы пе могли работать по закону 4 недели после родов, но пособия на роды—до закона о страховании Ллойд Джорджа-не получали. 4-го мая 1911 года Ллойд Джордж внес в парламент грандиозный законопроект об обязательном страховании: 1) на случай болезни или полной неспособности к труду и 2) на случай безработицы. Билль о национальном страховании (National Assurance Bill) был припят палатой лордов в декабре 1911 г. и 15-го июля 1912 года стал законом. В то время, когда билль обсулсдался еще в парламенте, женские рабочия организации посылали к Ллойд Джорджу депутации с формулировкой своих требований. По этому закону, каждый застрахованный имеет право на денежную помощь в течение 26 недель по 10 шиллингов в неделю; женщипы — во 7 шил. 6 пенс. Если болезнь или неспособность к труду продолжается больше 26 недель, а в кассу уплачено пе менее 104 взносов — пособие в 5 гаил. продолжает выдаваться до тех пор, пока врач не признает больную совершенно оправившейся. Роженицам выдается пособие не только тогда, когда оне лично застрахованы, но также и женам рабочих (из фонда мужей). Для тех и другйх пособие определено в 30 шил. за все время родового периода. Самостоятельно застрахованные роженицы имеюг, сверх того, право на добавочные 30 шил. из своего фонда; пособие этих работниц равно 3 фун. ст. (около 30 руб ). Обязательному страхованию подлежат в настоящее время 3,9 мил. женщин и 300 тысяч девочек-полростк в Домашняя прислуга также подходит под этои закон. Получая пособие, роженица пе будет стремиться на фабрику тотчас же после родов, как это было до издания закона. „От этого—сказал министр финансов Ллойд Длсордж в палате общин—страдают мать, ребенок, а потому — и государство! Если прибавить к этому
„старческие ренты“ — страхование старости—и страхование от безработицы, то м-икно сказать, что Англия, в принципе, осуществила весь цикл реформ, возможных при современном строе общества. Дальнейшее развитие лх должно существенно изменить весь социальный уклад английской жизни.
Германия. В Германии, где антагонизм классов— в силу различных ииричин—выражен гораздо резче, чем в других страпах, и женское движение представляет из себя два резко-враждующих направления: буржуазное и социалистическое. Если в Англии оба эти направления в известные моменты борьбы сливаются,— как, например, в целом ряде петиционных и митинговых кампаний, то в Германии ни в какие моменты этого слияния мы не находим. Только благотворительная деятельность женщин буржуазных классов сталкивает их иногда с женщинами-работницами; во всем остальном опе идут раздельно: каждое движение имееи своих особых вождей, свою тактику, свои программы. Социалистическое женское движение развилось в Германии —как и везде — значительно позже буржуазного.
Образование. Ни одна страна, быть может, не создала столь яркого, специфического образа жешципы, как Германия. Немецкая Гретхен — наивное, не самостоятельное существо, которое легко может обмануть всякий мужчина,—или жо расчетливая, чистоплотная хозяйка, для которой „четыре К„ -Kirche, Kinder, Kleider, Kuche (выражение Вильгельма II)—являются единственными ея радостями и печалями. Эти два типа до этих пор еще нс исчезли в Германии и до этих пор служат образцом прекрасной женщины для всех любителей старины. Но уже в конце XVIII века и в Германии находились люди, которые думали, что Kuche и Kinder не единственное призвание женщины. Правда, такие люди говорили не о всех женщинах. Они добивались более широкого образования лишь для некрасивых женщин В этом смысле писал в 1770 г. Базедов в своем наставлении отпам и матерям („Methodenbuch fur Vater und Miitter Familien und Volker“; 1770); он предлагал не имеющим состояния родителям воспитывать своих дочерей не только с расчетом па брак, но таким образом, чтобы полученное ими образование давало им при случае возможность находить себе заработок в качестве учительниц и компаньонок. Приходило ли в голову Базедову, что сто с лишним лет спустя не только некрасивым, но и громадному большинству красивых женщин придется искать самостоятельного заработкае Призыв Базедова не остался без ответа. Г-жа Каролина Рудольфи основала в Гамбурге женскую школу с более широкой программой,—которая вслед затем послужила образцом для других женских школ. В своей книге „Gemaldo Weiblicher Erziehung“ (1815 г.) она уже провозглашает иной принцип воспитания: „дайте вашим детям сделаться людьми!“ Все это однако были едипичпые случаи, и йаже пламенная пропаганда Луизы Отго Петерс, увлеченной французской революцией, в 1848 г. (опа издавала в Германии первый женский журнал, эпиграфом которого было: „Dem Reich der Freiheit werb ich Biirgerinnen“— царству свободы вербую я гражданок) не разбудила немецких женщин. Основанная было в Гамбурге в 1849 г. высшая школа для женщин, с Карлом Фребе-лем во главе, просуществовала всего два года—и под влиянием темной реакции должпа была прекратить свою деятельность. Карл Фребель привлек тогда многих жешцнн в качестве садовниц в детские сады. Но и сады показались опасными немецкому правительству, испуганному пронесшейся революцией: они были закрыты в 1851 году. Замолчала и Отто Петерс. И лишь в 60 г. она снова заговорила. В 1865 г. она и капитан А. Керн созвали женскую конференцию, результатом которой явилась организация Общого Немецкого женского u Союза (Allgeraeiner Deutscher Frauenverein) в Лейпциге. Целью ферейна являлось „возвышение уровня образования женского пола и освобождение женского труда от всяких препятствий“. Это общество прежде всего подчеркнуло свой феминистский характер, устранив совершенно мужчин как от руководства, так и от членства. Другое общество, Letteverein, управлялось, напротив, мужчипами—во главе его стал д-р Летте. Первоначально оно называлось обществом „поощрения способности женщин к промысловой деятельности“ (Вегеип fur Forderung der Erwerbsfahigkeit des weiblicben Geschlechts). Это последнее общество основалось в
Берлине и имело своим органом журпал „Der Frauen-walt“ (женский защитник). Органом Allgemeiner Vereiua был журнал „Die ncuen Bahnen (Новые пути). Эгн союзы требовали прежде всего освобождения женского труда—открытия доступа женщипам во все профессии. Эмансипация труда была вначале единственной целью этих Ферейнов. А так как для этого необходимо было изменение всех принципов женского образования, то естественпо, что эти ферейны являются прежде всего борцами за расширение его. Они организовали многочисленные местные отделения, которые ежегодно собирались на конгрессы. Letteverein основывал торговия и профессиональные школы д-я женщин, чтобы приготовить их к промысловой деяте иыюсти. Правительство и местпия самоуправления чиезвычай-но неодобрительпо относились к этому движепию, а когда Фанни Левальд потребовала доступа для женщин в гимназию, она была осыпана градом насмешек; петиция Lettevercin’a об организации женских гимназий была с негодованием отвергнута. В 18е3 г. образовался Немецкий фереиип для организ ции среднего женского образования О высшем образовании нечего было и думать. Нечто в роде высшого института, куда поступали женщины, окончившия школу, представлял лицей Виктория в Берлине, основанный в 1868 г. англичанкой мисс Арчер. Около 18е8 г. в Берлине же была основана ilumboldt-Akadrmie; в академии спорадически организовывались (не более как на 1—2 семестра) курсы для девушек по естествознанию и общественным наукам. Правда, в 50-х годах одно время жепщины допускались к слушанию лекций в университете, в > затем доступ туда им был прекращен. Движение в пользу женского образования велось все это время черезвычайно вяло: женщины щадили господствующие предразсудки и лишь в очень осторожной форме проводили свои идеи. В 70-х гг. талантливая Гедишга Дом и Луиза Бюхнер повели кампанию более энергично. Подвига Дом в книге своей „Der Frauen Natu с und Recht“, а Луиза Бюхнер—в „Die Frauen und ihr Boruf“ доказывали, что женщину возможно—без всякого ущерба для семьи и общества—допустить к образованию и занятью общественных должностей. В 80-х гг. был организован-вследствие недовольства вялой деятельностью существующих уже Ферейнов—ферейн для реформы женского образования, кот. тотчас же обратился ко всем министерствам и представительным учреждениям отдельных государств с петицией о допущении женщин к экзаменам на аттестат зрелости и в высшия учебные заведения. Вслед за ними и Всеобщий женский союз пачал хлопотать о допущении женщин к изучению медицины, а также о доступе ко всем тем занятиям и экзаменам, ког. дают затем право на высшия преподавательские должности. От 7 государств были получены отрицательные ответы, а от 6—никакого Уступка была сделана лишь в том, что лицей Виктория было предоставлено право подготовки женщин в главные учительницы, для чего оне должны были сдавать затем экзамен в особой комиссии. Вскоре организовался новый ферейигь „Женское благо“, который повел еще более радикальную агитацию. Этот ферейн открыл реальные курсы, ког. затем, уже в 90-х гг., преобразовались в женские гимназии. Крупную роль в этом сыграла Елена Ланге, и по настоящее время участвующая в движении. В программе „Прусской консервативной партии14 образованию женщин посвящены были (написанные Полем де Лагардом) след. строки: „Каждая девушка учится только у того мужчины, которого она любит, и учится тому и в том размере, что и сколько любимый человек хочет иметь в отраду своей любви Каждый мужчина, который в своей вер-пости долгу и воодушевлении встречается девушке, даже если он ее не замечает, действует па нее гораздо образовательпее, чем все прославленные писаки Германии, вместе взятые“. Возражая па подобные взгляды, черезвычайно распространенные в Германии, Елена Ланге писала: „Ошибка, последствия которой должна нести паша школа, заключается в слишком пи зко и оценке духовных задач современной семьи и участия женщины в решении этих задач. Это участие вовсе не ограничивается одной только заботой о том, чтобы муж не скучал. Оно заключает в себе ответственность за подрастающее поколение, за его физическую жизнь, которой теперь грозят гораздо большия опасности, чем в прежние времена, за его духовныйрост, который ставит теперь перед воспитателем гораздо более трудные и тонкие задачи, чем когда-либо раньше. Подготовлять почву для проникновения молодежи современной культурой—эта задача не может быть выполнена такою женщиною, которая в духовном отношении является только тенью своего мужа“. Эти элементарные истины проповедывала Елена Ланге в 90-х годах, когда женщины других стран давно уже завоевали себе право па образование. При таких нравах совершенно попятным является дикий факт: когда в 1898 г. города Мюнхен и Бреславль пожелали организовать самостоятельные женские гимназии, нм было в этом отказано! Правительство смотрит и до этих пор неодобрительно па развитие совместного образования. Но потребности жизни сильнее желания или нежелания отдельных правительств: уже в 49 городах осуществлено—и сильно развивается—совместное обучение в так паз. средних школах высшого типа (hoheren Sehulen). В 1891 г. переходом к очередным делам ответила палата па пет. цию, подписанную 50.000 женщин, о допущении их к медицинской профессии. Один только Бебель горячо восстал против этого, и только социал-демократы защищали дело женщин. После долгого и упорного сопротивления отдельные пемецкие государства все же решились разрешить немецкой жепшиве слушать лекции в университетах. Первым сделал это Бадеп: в 1891 г. баденское правительство разрешило женщинам слушать лекции на физико-математическом и философском факультетах Гейдельбергского университета. За Баденом последовала Пруссия. Теперь все университеты, за исключением Иенского и Гессенского, допускают женщин. Но сначала нигде женщина не допускалась к имматрикуляции, везде она слушала лекции только как вольнослушательница, с согласия соответствующого профессора. Лишь с 1908 г. допущена имматрикуляция, если женщина окончила гимназию. В зимний семестр 1910 года из общого числа имматрнкулнрованпых—54.845 было 21б9 женщин (немок—1700). В 1911 г. число женщин было уже 2552 на 57.230 мужчин, то есть 4,4%; из них немок—2100. Вольнослушательниц в 1911 году было 1212, мужчин-2848. Из общого числа имматри-кулированных женщин в 1910 году штудировали философию, филологию и историю 1438 ж., математику и естествознание—423, медицину—549, камеральные и сельскохозяйственные науки—56, право—42, зубоврачебныя—31, аптекарские—7 и евангелическую теологию—6. Ученую степень первая немецкая женщниа получила в 1894 г. па философском факультете в Гейдельберге.
Но недостаточно кончить университет. Надо еще иметь доступ в профессию. Косность немцев в этом отношении поразительна. На съезде врачей в Висбадене в 1898 г. была принята резолюция против допущения женщин во врачебную профессию. Немецкий аптекарский союз принял еще более резкую резолюцию. В 1899 г. конгресс немецких зубных врачей отказался принять па службу женщину-врача. Врачи г. Галле выпустили печатный протест, в котором они высказывались против допущения женщин к клиническим занятиям „во имя приличия и нравственности“. Тем не менее жепщины-врачи продолжали работать. Оне занимались частной практикой, основали клинику. И только тогда, когда жевщнны получили право держать государственные экзамены, гг. врачи стали относиться к ним несколько благосклоннее. Много упорного труда и настойчивости надо было проявить немецкой женщине, чтобы завоевать себе право на образование.
Буржуазное женское движение. Кроме забот об образовании женщин средних классов, которые все более и более нуждались в заработке, женское движение на первых порах брало также на себя заботу об образовании женщнн-работпиц. Луиза Отто Петерс организовала в Берлине первое общество женщин-рабоиннц (в 1869 г.). Устройством лекций общество стремилось повысить умственный уровень работниц. Всеобщий немецкий союз пытался организовать в 1880 году юридическую помощь работницам. Народные университеты также следуетъ» отнести к этому типу социальной работы. Печальное положение работниц донольпо часто интересовало женщин буржуазных классов. Но само собою разумеется, что без самодеятельности самих жепщин-работнин трудно было „придумать“ средство для улучшения их положения. В 1883 г. этот вопрос обсуждался Женским союзом; было ре шепо „оказать нравственное воздействие на фчбрикантов, а также обязать женщип, принадлежащих к Союзу, не покупать товаров в тех магазинах, где продавщицы получают низкую заработную плату“. Но и тогда уже в недрах этой среды зарождалось иное движение: г-жа Гильом Шак, впоследствии оставившая ряды союза и примкнувшая к социалистам, вместо „нравственного воздействия на фабрикантовъ“, предложила организовать женские профессиональные союзы. Эти взгляды не встречали сочувствия, но интерес к положению работниц не пропадал. Самое радикальное крыло женского движения, общество Frauenwohl (Женское благо), с Минной Кауэр и Жанеттой Шверин во главе, пачало агитацию в пользу введения института фабричных ипспектрис. Минна Кауэр и Лили Браун прилагали все усилия, чтобы свернуть Ж. движение с почвы благотворительности на путь самодеятельности. В 1894 г. это левое течение основало свой орган „Fraueubewegung“. Носле интернационального конгресса в Чикого (1893 г.) женские пемецкие соювы объединились в 1894 г. в Союз женских обществ (Bund deutscher Frauenvereine). Образование этого союза раскололо движение; союз должен был объединить все направления женского движения, за исключением социалистического. Против социалистических союзов работниц и за их исключение голосовало большинство делегаток. Только пять человек (в том числе Лили Браун) голосовали против такого узкого понимания задач движения, позорящого Союз в самом пачале его основания. Исключив работниц, Союз тем не менее не перестал заботиться о работницах. Он подавал ряд петиций народным представительствам и правительствам о распространении активного и пассивного избирательного права при выборах в промышленные третейские суды также и на работниц, о закрытии магазинов в 8 ч. вечера, об установлении двухчасового перерыва на обед, четвсртьчасового для завтрака и ужива, о 8-ми-часовом рабочем дне, о введении фабричных ивспек-трнс, о распространении охраны труда на домашнюю промышленность, где занято много женщин, о создании одинакового с мужчинами нрава союзов и о предоставлении равных избирательных прав для женщин и мужчин. Всеобщий Немецкий женский союз произвел также ряд анкет о положении женского труда (в меховом производстве, соломенном и прочие). Социальные идеи, распространением которых даже ва пределы ея территории может гордиться Германия, оказали большое влияние и на буржуазное женское движение. И хотя это движение попрежнсыу отрицает какую бы то ни было связь с социализмом, социальные идеи охраны женского труда, проблемы материнства — проникают это движение больше, чем феминизм других стран. Образовавшийся в конце 90-х годов Союз прогрессивных женских обществ (Verband fortschrittlieher Frauenvereine) внес даже предложение о соглашении между социалистическим и буржуазным движением; это предложение было отклонено,—вместо него прошло предложение соединяться лишь в отдельных случаях. К тому же, к этому времени стало сформировываться самое социалистическое движение работниц, с-епь резко отклоняющее всякие соглашения с буржуазными элементами. Поводов для принципиальных разногласии этих двух типов движения находится, разумеется, не мало. В то время, как феминистки до этих пор подвизаются на почве благотворители ности, на почве помощи „бедным сестрамъ“ из рабочого класса, социалисты протестуют против упнжения личности, принимающей подобную помощь, и организуют поэтому работниц на принципах самопомощи, взаимопомощи и борьбы за свои интересы. Тик, наир., феминистки организовали вспомогательное общество для жевшин, служащих в торговых учре-жиепиях (Hilfsverein fur weibliche Angestellte); в это общестпо входят как работницы, так и предпринима тели. Ни в один социалистический профессиональный союз предприниматели нс входят, ибо этим нарушается самая цель союза. Это общество организовало до 80.000 работниц и дает своим членам коммерческое образование, ставит образовательные курсы, лекции, библиотеки, театры, устраивает дачные квартиры, бюро для приискания мест в пр. В 1894 г. г-жа Матильда Вебер организовала также союз прислуги (Уегеип der Hansbeamtinnen), но прислуга в подлинном смысле этою слова туда не попала; имелись в виду лвшь компаньонки, помощницы хозяйки, экономки, детские садовницы и гувернатки. Только другой союз—берлинских господ и служащих—включил остальную прислугу (Verein Berliner Dienstherschaften und Dienstan-gestellter), но и этот союз, как и союз торговых служащих, господ включает б число членов и принципиально стоит на точке зревия гармонии интересов. В Мюнхене феминистки организовали союз кельнерш, но уже совершенно на других началах. Хозяева не входят в число членов.
В смысле политической борьбы почти все без исключения немецкие женские союзы предпочитают умеренную, небоевую тактику. Закон, запрещавший участие женщины в политических партиях и собраниях, в значительной мере способствовал развитью аполитизма немецких женщин. Недавняя отмена этого параграфа (1908 год) сильно оживила политическую деятельность немецких буржуазных феминисток. Оне стали все решительнее и решительнее выступать с требованием избирательного права для женщин. Одна из вождей умеренного крыла, Елена Ланге, писала в 1907 об „антивомии семейственности и общественности“. IIо мнению Ланге, эта антиномия не изгладится получением женщиной избирательных прав; дуализм останется; тяиа женщины к семье и ыатерипству никогда не позволит ей сделаться таким специалистом-работником, профессионалом, каким делается мужчина. Раньше опа была только матерью. Теперь ей нужно быть и матерью и профессиональным тружеником. Только путем компромисса разрешит х< нщипа будущого эту антиномию: опа откажется и от полного материнства и от полной профессиональности. Безболезненным подобное компромиссное существование женщины не будет никогда. ИИо необходимо облегчить ей это страдание. „Если мы вынуждены, пишет она, считать участие женщин в государственной жизни необходимым следствием нашего культурного развития, то нет здесь другой возможности, кроме как иметь с самого начала в виду цель полное, неограниченное участие женщины в политических правах. В интересах общей культуры — чтобы осуществление этой цели шло в ногу с „политизированием женщины, с развитием ея политического смысла Только дарованием женщине равных прав общество и государство сделают все для них возможное, чтобы облегчить ей дуализм ея двойного бытия, как матери и как профессиональной работницы, ея двойственного назначения—для семьи и для более обширных культурных задач. облегчить—больше этого не может достигнуть политическая эмансипация жевщип. Этот дуализм должен, в конце концов, преодолеваться каждый раз заново, как новая, каждый раз снова возникающая в отдельной женской судьбе, задача. Никакая внешняя сила, никакие социальные учреждения не могут устравнть его и гарантировать общее и безболезненное слияние семейных и общественных интересов и жизни женщины“. Этот характерный для немецкой женщины буржуазного класса взгляд кладет отпечаток па все это движение: на ряду с борьбой за расширение сферы общественной работы женщины, эти классы черезвычайно ревниво охраняют семью от всяких разрушительных для пея посягательств. За последнее время буржуазное женское движение развивается гигантскими шагами. Всеобщий союз немецких Ферейнов объединяет теперь сотни тысяч женщин. В 1911 г. 38 объединенных (провинциальных) фе-рейпон и 243 отдельных фереипа примыкали к Союзу; в 1912 г.—уже 46 провинциальных союзов и 266 отдельных, с 500.000 членов. Союз обладает большими средствами. Тем не менее лишь в сфере расширения образования и допущения женщин в различные профессии это движение достигло больших результати в Немпигого добились женщины и в области гражданских прав (смотрите ниже, стб. 42/43). С завоеванием политических прав дело также обстоит до этих пор очень плохо. Не только правительство, во и все партии, за исключением крайней левой (социал-демократии) и крайней правой (партии католического центра, по странной иронии судьбы—из-за религиозных соображений—солидарной в этом вопросе с соц.-дем.),—являются ярыми противниками женского равноправия. Образовавшийся недавно в Германии союз антифеминистов, с графом Савентло, профес. Свгизм}ндом и г-жей НИелленбах во главе, черпает силы из ветр всех партий. Кроме того, в самом движении в последнее время царит разногласие из-за характера нзбирате. ьного права. Левое крыло феминисток (Минна Кауфр, Анита Аугснруги Кэта Ширмахер) еще в 1907 году на конгрессе во франкфурте высказалось за всеобщее избирательное право, без различия пола, во все законодательные и местного самоуправления учреждения. Самая старая организация женских избирательных прав, Deutscher Veiband fur Frauenstiminrecht, в первом параграфе своего устава заявляла: „Союз не стоит на почве определенной политической партии или определенного направления женского движения. Союз добивается всеобщого, равного и тайного, активного и пассивного избирательного права обоих полов для законодательных учреждений и органов самоуправления“. Этот параграф раздражал умеренных феминисток; оне организовали новый союз — Deutsche Vcreinigung fur Frauenstimmreclit, основной параграф устава которого был формулирован уже иначе: „Немецкий союз женского избирательного права образует соединение всех тех организаций этого рода в Германии, которые добиваются одинаковых гражданских прав для мужского и женского пола. Союз имеет целью—помощью практической и теоретической работы содействовать пониманию женского избирательного права, не связывая своих членов определенной политической программой“. Тогда и в первом союзе (Verband) началась агитация за изменение формулировки устава и за усиление чисто феминистского элемента против демократического. Агитация имела успех. На общем собрании Yerband’a в Гамбурге в 1911 году слова „обоего пола“ были заменены словами „для женщинъ“. На конференции в Веймаре в 1912 году устав подвергся новому измегиепию: вместо слов „союз добивается равного и тайного активного и пассивного избирательного права обоих полов для Законодательных учреждепий и органов самоуправления“,—предложена была след. формулировка: „Союз добивается равного избирательного права для всех женщин в законодательные учреждения и органы самоуправления“. Конференция эиу формулировку приняла. Если этот пункт будет утвержден предстоящей осенью 1913 г. общим собранием Союза, то в нем произойдет раскол. Уже теперь демократически настроенные женщины решили выйти из союза и примкнуть к социал-демократии. Другия дамы основали еще третью организацию—„Deutscher Reichsverein fur Frauenstimm-recht“, основной пункт которой гласит: „Союз не стоит на почве определенной политической партии: на основе равного права для всех он добивается всеобщого, равного, тайного и прямого избирательного права в империи, союзных государствах и органах самоуправления“. Эта неустойчивость феминистского движения в смысле политического демократизма, особенно важного в Германии, где с легкой руки Бисмарка, уже все привыкли к всеобщему, равному и тайному избирательному праву,—отколет от него значительные силы и, весомпенно, ослабит его моральное значение. Это шатание тем более не рекомендует дальновидность немецких женщин, что реальная побеиа их возможна в Германии лишь на почве общей демократизации политической жизни страны,—ь общей с мужчинами борьбе за развитие в ней истинного парламентаризма в представительных учреждениях, а также за уничтожение трфхкласспой системы в ландтагах.
> Энциклопедический словарь Гранат, страница 201 > Женское рабочее движение в Англии