> Энциклопедический словарь Гранат, страница 204 > Заем

Заем

Заем (Darlehen, pret simple и pret а interet) относится к числу юридических сделок, в которые облекается оказание кредита (смотрите кредит), и в качестве таковой имеет громадное хозяйственное значение, особенно в торговом обороте. С точки зрения истории, 3. представляет особый интерес, как один из наиболее древних договоров, стоявший в тесной связи с институтом долгового рабства (кабальным холопством). Согласно основанному на римских началах и общепринятому в теории определению, 3. есть договор, в силу которого одно лицо—заемщик—получает взаймы от другого—заимодавца—деньги или иные заменимия вещи с обязательством вернуть такое же количество вещей того же качества. Занятия вещи переходят в собственность заемщика, и он в праве потребить их. Этими признаками 3. отличается от договоров ссуди на подержание и от найма, которые предполагают передачу предметов незаменимых лишь в пользование, при том первый—безвозмездно, второй—за наемную плату. Русское законодательство, однако, заметно отступает от этого простого и целесообразного построения договора 3. Как по многим другим вопросам, оно и в данном случае страдает смешением гражданского права с началами публичного права и вместе с тем отличается крайней дробностью своих постановлений. Не говоря уже о 3. государственных, оно регулирует специальными положениями все 3. (неточно именуя их „ссудами“) из государственных, общественных и частных кредитных установлений (смотрите Св. Зак. т. XI, ч. 2, Устав Кредитный), выдвигая при этом фискальные и иные публичноправовия цели. Существует и ряд других, более мелких, специальных законов о 3., например особия постановления о 3. у сибирских инородцев (прил. II к ст. 38. Пол. об инор, изд. 1892 г.) и тому подобное.

Даже в области, которая регули-руется гражданскими законами (са. т.×ч. I стт. 2012—2063), значение постановлений о 3. сужено: последния касаются только чисто личного крс-дита. Вещный кредит, то есть 3., обес-печенные залогом недвижимости ши закладом движимости, подчиняются опять-таки особым правилам (си. Зак. Гр. ст. 1627 и сл. и ст. 1663 исл. Относительно 3. под залог мо]-екого судна или груза — бодмереи—

см. Уст. Торг. ст. 381 и сл.). Но и в указанк. пределах договор 3. отли-чается своеобразными чертами, оси-бенно ясно выступающими, когда мл знакомимся с судебной практикой Прежде всего бросается в глаза, чю наши гражд. законы допускают каш будто только денежные 3. (ст. 2013. Объясняется это тем, что статы

Свода Законов о 3. заимствованы из „Банкротского устава“ 1800 г., составленного по западным образцам, но задачей которого было лишь урегулирование конкурсного производства. Опираясь, однако, на отдельные намеки в законах, наша практика признает наличность 3. и при передаче других заменимых вещей, например, процентных бумаг (гр. касс. реш. 1892, № 38). Позднейшие законы, в особенности закон о преследовании f ростовщичества 24 мая 1893 г. (Уст. | о Нак. ст. 1803), признают возможность сделок и о 3. хлеба или других припасов.

По общему смыслу закона и согласно отдельным правилам его, нагир., о ничтожности безденежного 3., для действительности займа и по русскому праву, как по иностранным законодательствам, необходима при заключении договора передача заемщику предмета 3., т. н. валюты его. Следовательно, 3. и по русскому праву относится к договорам реальным, существенною принадлежностью которых является передача вещи. Но это основное правило не проводится последовательно вследствие того, что документы, удостоверяющие договор займа, — т. наз. заемные письма, расписки, счета и тому подобное., получили гораздо более широкое значение. Так, стт. 2017 и 2045 разрешают выдачу заемных писем и счетов, вместо наличного платежа, за работу, услуги, товары и изделия и так далее Опираясь на эти статьи, наша судебная практика построила новый, в сущности, институт абстрактной, отрешенной от своего основания, сделки, сходной с т. наз. Schuldanerkenntniss германского права, выливающейся у нас в форму заемных или вообще долговых обязательств. Было признано, что нельзя уже после выдачи такого обязательства доказывать недостаточность основания, по которому оно выдано, наприм., неудовлетворительное исполнение оплаченных им услуг (гр. касс. р. 1873, Ле 130); затем была допущена даже возможность выдачи заемного письма лишь в обеспечение исполнения будущих действий. В касс. реш. 1895 г., № 92, Сенат,по этому поводу говорит: „не должны считаться безденежными заемные письма, выдаваемия вообще в видах установления между сторонами долговых отношении, независимо от тех обстоятельств, из которых они возникли“. Признается действительным поэтому заемное обязательство, выданное в приданое (к. р. 1873, № 442), в виде дара (1875, № 473) и тому подобное. Во всех этих случаях заемное обязательство сближается с векселем, как обязательством, не указывающим своей связи с тем хозяйственным отношением, по поводу которого оно возникло. Оно становится обязательством абстрактным, устанавливающим, а не доказывающим только, существование долга. В виду этого приходится признать, что передача кредитором должнику занятых предметов требуется лишь тогда, когда они, по содержанию договора, не заменены иной валютой. Так. обр., безденежным и потому ничтожным (п. 1 ст. 2014 Зак. Гр.) 3. признается только, если валюта его лжива, то есть когда кредитор утверждает, что передал ее именно деньгами, на деле же этого не было (к. р. 1873, № 353), и должник, следовательно, вообще не получил никакой валюты. Сверх того, договор 3. признается ничтожным, если он 1) совершен умышленно во вред кредиторам (п. 2 ст. 2014 и п. 2 ст. 1529), то есть с целью уменьшить то удовлетворение, которое остальные кредиторы могут получить из имущества заемщика, и 2) если 3. произошел по игре или произведен для игры с ведома о том заимодавца.

Обязанность платить особое вознаграждение кредитору за предоставление им должнику капитала—т. наз. процентов, или роста—не предполагается, а должна быть особо оговорена. Размер роста определяется свободным соглашением договаривающихся (ст. 2020). Если, однако, размер роста не был определен, или долг, хотя и беспроцентный, просрочен, то взимается узаконенный рост по 6°/0 в год (ст. 2021). Когда условленный рост превышает 6°/0, то разрешается досрочное погашение долга (ст. 2023). Особое значение размерроста получил с изданием закона 24 мая 1893 г. о преследовании ростов-щтества (ныне это статьи 1802 и 1803 Уст. о Нак. Ср. ст. 1688 и 1707 Улож. о Нак. См .ростовщичество). Лишь рост, не превышающий 12°/0 в год, во всяком случае не считается черезмерным. Сделки, по которым уплачивается больший рост, в предусмотренных законом случаях могут быть признаны судом ростовщическими и не имеющими силы. Заимодавец тогда подвергается уголовному наказанию, но не лишается права получить обратно действительно данный им капитал, за вычетом полученных уже платежей.

Если в договоре займа не указан срок, на который он заключен, договор признается безсрочным, до востребования. По долговым обязательствам безсрочным исковая давность исчисляется лишь со дня предъявления такого обязательства ко взысканию (ст. 1549 Зак. Гр.). Если не указаны сроки уплаты процентов, то они должны вноситься ежегодно, по истечении года (касс. р. 1882, № 32). Срок 3. может быть продлен кредитором. Отсрочка удостоверяется или надписью на заемном письме, или особой распиской (ст. 2040 и сл.).

Переход заемного обязательства на наследников обеих договорившихся сторон происходит по общему правилу (ст. 1543). Передача, вследствие уступки требования кредитором (цессия), совершается либо посредством отдельного договора, либо (ст. 2058) по т. наз. передаточной надписи, которая, однако, в отличие от передаточной надписи на векселе, необходимо должна содержать наименование того лица, которому обязательство переуступается. Согласия доллшика для передачи не требуется. Если обязательство уступается возмездно (при продаже его, учете и тому подобное.), то первоначальный кредитор отвечает перед новым кредитором в том, что переданное требование действительно, годно ко взысканию, то есть, что по нему молено получить исполнительный лист. Но он не отвечает за успешность взыскания,—за то, окажутся ли у должника средства уплатить долг. Должник в праве предъявить против нового кредитора все те возражения, которые он имел; против кредитора первоначального, до времени уступки требования.

Наше право не ставит действительность договора 3. в зависимость от соблюдения определенной, в частности письменной, формы. Но по суду, в случае спора, как наличность такого договора, так и возражение против заемного письма, совершен- | ного или засвидетельствованного установленным порядком, могут быть удостоверяемы только на основании письменных доказательств, за исключением лишь 3—ов на сумму до 12 руб., в пределах Черниговской и Полтавской губернии, которые можно доказывать свидетельскими показаниями (ст. 2032). К числу письменных доказательств относятся в данном случае, впрочем, не только заемные письма, но вообще всякие бумаги (в смысле ст. 438 Уст. Гр. Суд.). Достаточно, наприм., письма должника, в котором упоминается о долге. Тем не менее, в виду указанного правила, а также ряда преимуществ договора

3., облеченного в установленную форму, соблюдение таковой представляется существенным, часто необходимым. Для заключения договора 3. на письме закон указывает два способа: I) Порядок крепостной: ныне, со времени распространения действия нотариального положения на всю империю, он означает совершение заемного письма tютариально (ст. 2033 и 2034 Зак. Гр. и ст. 66,79 и сл. Полож. о нот. части): оригиналом считается текст, внесенный в книгу нотариуса, а с него берется копия (заменяющая оригинал). Преимущества его: а) против такого заемного письма не допускается спор о безденежности (ст. 2015 Зак. Гр.); правило это, впрочем, не имеет безусловного значения. б) При несостоятельности доллс-ника долг по нему относится к долгам первого рода и второго разряда (т-е. удовлетворяется преимущественно перед долгами спорными; ст. 581 и 601 Уст. Суд. Торг.).в) Неисправность должника по такому заемному письму влечет за собою взыскание снего штрафа в 3°/0 с капитальной суммы (ст. 1575 Зак. Гр.), г) Оно пользуется рядом процессуальных преимуществ (упрощенный порядок производства, обеспечение иска и так далее). II) Совершение домового заёмного письма. Оно пишется на дому, без участия нотариуса и свидетелей, на гербовой бумаге (ценой применительно к соответствующему разбору вексельной гербовой бумаги). Затем приходится различать: а) если такое заемноеписьмо явлено у нотариуса (ст. 146 Пол. о нот. части) в установленный семидневный (или месячный—см. стт. 2035 и 2036 Зак. Гр.) срок, то оно приравнивается к заемному письму, совершенному нотариально; б) если же оно не будет явлено, то оно лишается означенных преимуществ и: 1) его безденежность может быть доказываема свидетельскими показаниями (касс. реш. 1876, № 181); 2) в случае несостоятельности должника к уплате такого обязательства отчисляется лишь остаток, по удовлетворении долгов, отнесенных к 1 роду и 2 разряду (ст. 2039 Зак. Гр.); 3) кредитор лишается права на законную неустойку (ст. 2039). Такое неявленное домовое заемное письмо называется домашней распиской. По мелким 3-м им можно довольствоваться.

Обязательство по 3. исполняется либо платежом сполна всей суммы, либо уплатой ея по частям (стт. 2050 и 2051 Зак. Гр.). Доказательством платежа служит письменное заявление кредитора, что по такому-то заемному обязательству он удовлетворен сполна или в части. Если заявление это изложено на самом заемном письме, то оно именуется платежной надписью, если же отдельно, то платежной распиской (стт. 2052 и 2054). Расписка должна быть редактирована ясно, так чтобы не могло возникнуть сомнения, к какому обязательству она относится; сверх заявления о получении долга, необходимо, следовательно, точно указать: сумму долга, день выдачи, срок, участвующих лиц. Доказательством оплаты может служить также факт возвращения долгового документа должнику, причемего обыкновенно надрывают (ст. 2053). Кредитор не лишен, однако, права доказывать, что документ надорван по другой причине (касс. реш. 1871, № 1140).