> Энциклопедический словарь Гранат, страница 207 > Закон этот вводил в современное аграрное законодательство совершенно новый принцип и

Закон этот вводил в современное аграрное законодательство совершенно новый принцип и

Закон этот вводил в современное аграрное законодательство совершенно новый принцип и, несомненно, явился весьма существенным ограничением прав собственности землевладельцев. А именно, закон предоставил установление арендной платы не свободному соглашению сторон, а правительственной власти, если бы такое соглашение не последовало. В этом последнем случае фермер мог обратиться для установления арендной платы по своему выбору: к суду графства или же ко вновь учрежденным законом земельным комиссиям. Арендатор сохранял право выбирать любой из этих способов для установления размеров „справедливой11 арендной платы. Закон предоставлял суду или земельным комиссиям самый широкий простор в установлении „справедливой“ арендной платы, давая в этом отношении лишь два указания, а именно, что арендная плата ни в каком случае не должна повышаться вследствие мелиораций, произведенных фермером или его предшественниками по праву (если землевладелец тем или иным способом не оплатил этих мелиораций), и, второе, что на высоту арендной платы не должна оказывать никакого влияния сумма, уплаченная за приобретение арендного права фермером, его предшественником.

Арендная плата, установленная таким порядком, превращается в так называемым „судебную плату“, и арендное владение превращается самым этим фактом в „узаконенное арендное владение“, подчиненное особым условиям, выраженным в законе. А именно, арендная плата устанавливается в таком арендном владении на 15 лет, причем съемщик не может быть лишен аренды землевладельцем в течение этого срока иначе, как за нарушение условий, указанных в законе. За год до окончания законного срока фермер может потребовать продолжения „узаконеннаго“ арендного владения на новия 15 лет, установления новой судебной арендной платы. Таким образом, узаконенное арендное владение может быть продолжаемо на неограниченное время.

Если арендная плата установлена добровольным соглашением сторон, то, с согласия заинтересованных лиц, она может быть сообщена суду и обращена, таким образом, в „судебную“ плату со всеми ея последствиями.

Фермер имеет право отказаться от аренды и до истечения 15 лет. По взаимному соглашению стороны могут устанавливать арендную плату и на вечные времена.

Фермер может переуступать свою аренду третьему лицу за известную сумму, но за землевладельцем остается право преимущественной покупки фермерского права, а также право возражения против личности нового фермера, и в таком случае дело переходит на окончательное решение суда. Арендное право переходит по наследству, но не может быть дробимо и подразделяемо без согласия землевладельца.

Таким образом, закон 1881 г. санкционировал требование „трех ф“. Недостатком закона, как это было указано в парламенте ирландской партией, которая не подала голосов за закон, было то, что срок в 15 лет для пересмотра установления новой ренты был слишком продолжителен и мог задержать падение ренты (нужно не упускать из виду, что в это время земельная рента падала как в Англии, так и в Ирландии). Затем, закон отнюдь не имел ввиду расширить площадь фермерского землепользования, а только закрепить фермы в бывших до того размерах за теми фермерами, которые пользовались ими. Между тем, многие мелкие фермеры испытывали настоятельную нужду в расширении своих ферм.

Последующие законы 1887, 1891 и 1896 гг. расширили действие закона 1881 г., но ничего принципиально нового собой не представляли. Благодаря всем этим законам, более половины всей территории страны было подчинено правилам узаконенного владения. В результате последовало значительное понижение арендной платы. В первый период арендная плата была понижена в среднем на 20,9%, а после 1896 г., когда истек первый пятнадцатилетний период, еще на 21°/0. Однако, было бы неправильно ставить все это понижение целиком на счет действия названных законов. Не следует упускать из виду, что последняя четверть прошлого века характеризовалась сильным падением земельной ренты в большей части Зап. Европы, совершенно независимо от какого бы то ни было законодательства. Следовательно, и в Ирландии рента должна была, во всяком случае, упасть, даже и без специального законодательства. Законодательство об урегулировании арендных отношений имело в этом смысле, прежде всего, то значение, что ускорило это падение и сделало его возможным без предварительной и разорительной для обеих сторон борьбы собственника с арендатором. Кроме того, можно думать, что понижение ренты, вызванное законом, значительно превышало нормальное падение ренты под влиянием общих условий рынка, и что, благодаря закону, доля арендатора в вырабатываемом им продукте значительно возросла.