> Юридический лексикон, страница > Законодательные памятники русского права
Законодательные памятники русского права
Законодательные памятники русского права. Под юридическим выражением «законодательные памятники» вообще разумеются сборники писанных законов и государственные акты истекшихъ столетий, послужившие источниками, из которых почерпнуто действующее законодательство данного государства. Такими законодательными памятниками весьма богато и наше русское право. Современному русскому праву, сосредоточенному в «Своде законовъ», предшествовал целый ряд законодательных памятников, составлявших ценный правовой материал многих столетий, из которого сложилось наше ныне-дейетвующее законодательство. Чтобы составить себе понятие об этомъ богатом правовом материале, послужившем источником, из котораго великий составитель нашего «Свода» черпал законы, применительно нуждам и потребностям современного ему общества, считаем не беспо-
) Литература: „По вопросу о влиянии инородческого права на русское14, А. Ф. Кистяковского (Юр. Вест. за 1880 г. Жг 1).
лезным сгруппировать во едино главнейшие законодательные памятники и государственные акты прошлых столетий, предшествовавших «Своду» и изложить их содержание в хронологическом порядке. Всю группу законодательных памятников русского права можно разделить на два периода: первый период от появления первых сборников писанныхъ законов до конца XVII столетия, а второй период от начала XVIII столетия до конца первой четверти XIX столетия.
ххериод первый.
Законодательные памятники древней России до конца XVII столетия.
Главнейшие законодательные памятники древней эпохи русского права, начиная с XI века до конца XVII, суть следующие: 1) Русская Правда; 2) Судебники; 3) Уложение Царя Алексея Михайловича; 4) Новоуказные статьи, и 5) Новоторговый устав.
1) Русская Правда“).
Старейший памятник древнего русского права, около которого вращается изучение юридического быта довольно обширной эпохи, соединяется с именем князя Ярослава и известен под названием «Русской Правды». Еще до появления этого законодательного памятника на Руси уже циркулировал устав Владимира Святого «о суде церковномъ». Были еще «Договоры с греками», но они не могут быть причислены к сборникам действовавшего в стране права, так как они составляют акты только международных отношений, а не внутренних. Договоры русских князей с греками имеют для истории образования права только то значение, что в них в первый разъ твердо и на письме установлены были нормы, по которым должен творится суд при столкновении Руссов с Греками. Таким образомъ Русская Правда, в смысле кодекса древнего русского права, есть первый памятник по времени. Но этот сборник составлен не вдруг, а постепенно, начиная с XI столетия, постоянно пополняясь новыми постановлениями; поэтому многочисленные списки Русской Правды не одинаковы между собою по содержанию и не сходны по внешней форме. По внешнему виду и по объёму различают «Правду краткую» от «Правды пространной». Первая из них состоит из 4 3-хъ статей с общим заглавием «Правда Роськая», а вторая, со вклю-
) Литература Русской Правды обширна. Издания и отдельные исследования числом 55-тд указаны в „Христоматии по истории русского права11, М. Владимир-ского-Буданова (вып. Иг изд. 2, стр. 8и—88). Поэтому повторить жх считаем совершенно лишним.
чением сюда и «Устав о мостехъ>, состоит из 135 статей и, кроме общого заглавия, содержит еще особия заглавия или къ отдельным статьям или к целым их группам. Первая половина Краткой Правды принадлежит Ярославу, а вторая—сыновьям его. Первая половина Пространной Правды представляет как бы свод из обеихъ половин краткой, а вторая—принадлежит Владимиру Мономаху. По вопросу о том: кем и когда была составлена Русская Правдае—С. В. Пахман в своей «Истории кодиф. гражд. права (т. I, стр. 208—209) говорит следующее: «Русскую Правду нельзя приписывать в целомъ ея составе тем представителям общественной власти, о которыхъ в ней упоминается; нельзя также очерчивать время ея составления точно определенным временем княжения или каким-нибудь другим промежутком времени; наконец, нельзя также приписывать ее деятельности одного или нескольких князей, так как для этого нет точных и несомненных данных. Русская Правда не может быть признаваема за акт оффициальный, изданный от имени общественной власти, уже потому, что о самом Ярославе и его сыновьяхъ говорится в ней в третьем лице. Очень может быть, что первоначальный текст краткой Правды и был составлен прямо от имени Ярослава, но в том виде, в каком дошли до нас списки Русской Правды, она представляется частными сборником, который заключаетъ в себе собрание древних народных обычаев, с примесью и некоторых более или менее точно в ней означенных великокняжескихъ постановлений. Характер Русской Правды, как сборника, составленнаго в разное время, дополненного частными лицами, в особенности открывается из черезвычайного разнообразия форм изложения ея отдельныхъ статей. Но хотя Русская Правда, по внешнему ея составу, и имеетъ характер частного сборника, тем не менее, по содержанию, она имеетъ оффициальное значение потому, что в течение нескольких веков, а именно: до XVI ст. она служила руководством в судебных делах и оффициально была признана источником права“. Русская Правда имела силу только для судов светских, а не церковных, так как для последних были особые уставы Владимира Св. и Ярослава. Она действовала не только в одной местности, но в разных областях тогдашней Руси. Русская Правда, неся на себе явный след народного обычнаго права, образовалась под влиянием пришлых источников права и многие постановления ея заимствованы из чуждых законодательств—польского, скандинавского и германского. Русская Правда, ограничивается только. светским правом, но и в этом отношении она не обнимает всех тех отделов законодательства, которые определяются в систематических сводах и кодексах. Русская Правда содержит весьма мало статей, относящихся к государственному праву, так как значение и пределы верховной власти в то время не были еще строго определены. Далее, в ней находятся еще мало статей, относящихся к уголовному праву, т. е. о преступлениях и наказанияхъ“, потому что преступления и наказания не имели общественного значения и имели значение частное: каждое преступление считалось направленнымъ против того или другого лида, потому и наказание выражается только в местя или денежной пене; о преступлениях-же государственных, равно как и о наказании со стороны правительства, еще не было яснаго понятия. Равным образом в Русской Правде нет почти никаких, постановлений относительно тех частей гражданского права, которыя находились под ведомством церкви, поэтому из области семейного права в ней упоминается только об опеке. Наконец, в Русской Правде ничего не говорится о церковных законах. Но и самое светское гражданское законодательство, составляющее содержание Русской Правды, как и все первоначальные законодательства, имеет характер практический, процессуальный: поводом к составлению статей служат первоначально большей частью судебные решения отдельных случаев, а не отвлеченные законодательные соображения; поэтому законы излагаются не въ общей, а в частной форме.
Что же касается отдельных групп постановлений Русской Правды, то преобладающая часть ея относптся к гражданскому праву. Из области уголовною права в Русской Правде имеются постановления только о следующих преступлениях: о душегубстве, о смертоубийстве, о личных обидах или оскорблениях действием, посредством увечья, толчков, побоев, ударов, вырывания волос, выбития зубов и тому подобное.; объ укрывательстве раба, челядина, о злонамеренном умерщвлении чужаго коня и других животных, об уничтожении признаков вещных правъ и тому подобное. Все эти преступления подлежат денежным пеням, исключая смертоубийства, за которое преступник подвергался мщению родственников или платежу виры по различию происхождения, сословия и состояния убитого. По области же гражданского материального права постановления Русской Правды гораздо многочисленнее. В ней имеются постановленияt о займе, о найме, о поклаже, о договоре купле-продаже и наследстве. Постановления же Русской Правды о правах вещных и о чисто-личных—не многочислены. Хотя в ней и встречаются указания на различные классы или сословия, но это различие в области тех. отношений, которые составляют предмет гражданского права, не оказываем на основание Правды никакого влияния, за исключением положения рабовили холопей, на которых Правда смотрит как на вещи, находящияся в частной собственности.
Таково в общих чертах содержание Русской Правды по уголовному и гражданскому праву. Но в тесной связи с постановлениями о праве (уголовном и гражданском), в Русской Правде находятся еще и правила о судопроизводстве, что составляет особенность всех вообще древних законодательных памятников.
2) 0 у д е б в и к и.
В XV и XVI столетиях древняя Русь обогатилась несколькими законодательными памятниками, которые, для истории русского права, имеют значение не менее важное, чем «Русская Правда». Главнейшие из этих памятников права суть: «Судные грамоты» псковская и новгородская, «Уставные грамоты» белозерская и двинская и «Судебники“. Грамоты судные и уставные, действовавшия только в тех местностях, для которых оне были созданы, имеют характер местного права (смотрите Грамоты), но «Судебники“, обязательная сила которых распространялась на все области, вошедшия в состав тогдашнего Московского государства, имеют характер общого права.
«Судебниковъ»—два: один, составленный в 1497 году дьяком Гусевым, по повелению Великого Князя Ивана ИП, а другой — въ 1550 году при Царе Иване IV, который въ отличие отъ первого,
называется «царскимъ». Хотя эти законодательные памятники составлены в разное время, тем не менее между ними есть большоесходство как по редакции, так и по содержанию. Цель обоих Судебников определяет самое название их и состояла, главным образом в том, чтобы дать судьямъ руководство при производстве суда ирасправы, «как судити боярамъ и окольничимъ», по выражению самагоцаря Ивана Васильевича. При издании Судебников имелось в виду соединить в одно целое существовавшия в практике разрозненныя правила в смысле обязательных в судебных делах. Источниками первого Судебника были законодательные памятники, изданные до его составления, как-то: жалованные, уставные и др. грамоты, а ближайшимъ источником второго Судебника является первый, пополненный позднейшими постановлениями. Первый Судебник состоит из 68 статей, из которых многие носят особия заглавия, а второй состоит из 99, а по другимъ спискам из 100 статей. Строгой системы в Судебниках нет; но, одинъ из наших известных исследователей русского права“) различает въ них четыре группы статей: первая—о суде центральном; вторая—о.
) Проф. В.тадимирский-Буданов (Христоматия по ист. рус. права).
суде провинциальном; третья группа заключает в себе постановления, относящияся к гражданскому процесссу и гражданскому праву, а четвертая группа состоит из двух, добавочных статей 67 и 68 (Судебникъ 1497 года) «О лосулех и послушестве» и <0 полевых пошлинахъ». Впрочем, во втором Судебнике гораздо более системы и порядка въ расположении статей нежели в первом. В обоих судебниках, подобно другим древне-русским памятникам, однородные статьи поставлены преимущественно вместе. Чтоже касается содержания обоих Судебников, то главный предмет их составляет «судопроизводство», а постановления, касающияся права гражданского и уголовного, входят в них только в той мере, в какой они находятся в связи с судопроизводством. В Судебниках прежде всего указано на лица, производящия суд и расправу, каковы: бояре, дворецкие, казначеи, дьяки и всякие приказные люди, наместники и всякие судьи, т. е. лица, которым поручена будет судебная власть постоянно или временно. В Судебниках изложены подробные правила о порядке судопроизводства и о пошлинах, которыми, вследствие господствовавшаго тогда финансового взгляда на дело суда, оплачивался каждый шагъ в движении процесса. В числе процессуальных правил в Судебниках находится целая система судебных доказательств. В этомъ отношении в Судебниках замечается уже прогресс тем, что в ряду судебных доказательств нет уже более испытания водою и железом, а из «Судов Божиихъ» остались только: присяга и поединок или поле. Как судебное доказательство Судебники установили еще «жребий», неимевший, впрочем, самостоятельного значения, а соединялся с присягой. Бросание жребия допускалось только по делам иностранцев между собою и но делам иностранцев и русских. Из области же гражданского материального права в Судебниках содержатся постановления о следующих предметах:
3) 0 холопаосв, которые разделяются: на полных и кабальных. Полными холопами называются такие, которые состоят в полной собственности господина, удостоверяемой «полною грамотою», а кабальными называются такие, которые принадлежат господину лишь временно, по записям или кабалам. Крестьяне же, в отличие от холопов или рабов, как их тогда называли, являются, но Судебникам, классомъ свободным, имевшим право переходить по договору от одного владельца к другому, в определенные сроки (обыкновенно 26-го Ноября —Юрьев день т. е. день Св. Георгия), с тем, чтобы при переходе ‘заплатить владельцу «пожилое», т. е. за избу и содержание.
2) 0 вотчинах, под которыми Судебники разумеют имения,
полученные владельцем или вотчинником от отца. Вотчинник мог распорядиться таким наследственным имением по своему усмотрению, но, в случае продажи, братьям и племянникам вотчинника предоставлено было право выкупа в течении 40 лет, с уплатою покупной суммы. Сыновья вотчинника лишены были права выкупа.
3) О наследстве. В области наследования семейное начало получает перевес над древним общинным началом. По смерти владельца имение переходит к его сыновьям, а когда их нет—к дочерям и только при недостатке их—к ближайшим родственникам.
4) О завещаниях. Завещания допускаются только в том случае, когда имение отказывается в пользу детей или жены, так что завещать вотчину чужому, помимо ближайшого потомства,—владелец права не имеет.
5) Об исковой давности по спорам о завладении землею. Срокъ давности, погашающий иск, установлен двоякий: для частных земель— трехлетний, а для государственных—шестилетний.
Таково вкратце содержание Судебников 1497 и 1550 годов. Затем, в течении целого столетия, между 1550 по 1649 годами, т. е. до издания Уложения Царя Алексея Михайловича, появились, так называемыя, «Дополнительные статьи», числом не более 62-х. Поводомъ к появлению новых «Дополнительных статей», сообразно естественному ходу развития законодательства, служили возникавшие в судебной практике новия дела и случаи, которые не могли быть решены на основании действовавших узаконений. «Дополнительные статьи» Судебника относятся преимущественно к процессу, но между ними есть некоторые статьи, относящияся и к праву: государственному, уголовному и гражданскому. Относительно гражданского судопроизводства в «Дополнительных статьяхъ» важны постановления, касающияся «поля» или поединка, как судебного доказательства, получившего гораздо большее значение, чем в Судебнике. Замечательно также постановление касательно вызова для явки в суд: «если кто из тяжущихся по истечении недели не явится, то считается виновным и другая сторона оправдывается без суда и получает «безсудную грамоту». По государственному праву особенно достойны замечания указ Ивана IV «о местничестве» и указ 1573 г., которым воспрещено духовенству приобретать новыя вотчины без доклада государю. Такясе интересны и постановления относительно холопей и крестьян, которыми последние были прикреплены къ земле. Эти постановления и положили начало крепостному праву в России, которое просуществовало более трех с половиною веков. Что же касается содержания постановлений «Дополнительных статей», по гражданскому праву, то обращают на себя внимание правила, относящияся кдолговым обязательствам, как обеспеченным залогом и закладомъ так и личным или необеспеченным. По займам, необеспеченнымъ имуществом должника, кредитор, в случае неплатежа, получал право на, так называемый, правеж, который заключался в том, что должник стоял перед окнами присутственного места и в продолжение присутствия был бить палками по пятам, и если в течении определеннаго срока правеж оказывался недействительным, то должник отдавался кредитору головою до искупа. В отношении займов, обеспеченныхъ залогом недвижимых имуществ, весьма важен указ Ивана IV 1558 года «о публичной продаже“ залогов для удовлетворения заимодавцев, с тем, чтобы излишек выручки был доставляем залогодателям. До этого указа закладная запись, в срок неоплаченная, превращалась в купчую; но указ 1558 года совершенно изменил это правило и тем сделал большой шаг вперед по отношению к залоговому праву. Наконец, «Дополнительные статьи“ касаются и долгов, обеспеченных личною свободою должника. Делавший заем подъ обеспечением своей личности, давал от себя заимодавцу запись, называемую «кабалою“. Если запись давалась с целью поступления должника в услужение к кредитору, то она называлась «служилою кабалою“; если же запись давалась без этой определенной цели, т. е. не для службы, то она называлась «заемною кабалою“. В кабальных записяхъ иногда назначались проценты (рост), состоявшие, или в деньгах (въ размере 20 на сто, или, как это иначе называлось, на пять шестой, т. е. на пять рублей один рубль процентов), или в каких-нибудь запасах, а иногда записи давались беспроцентные. Наконец, в «Дополнительных статьяхъ изменены также и постановления о праве наследования. По Судебникам право составлять духовные завещания принадлежало только лицам мужеского пола: но «Дополнительными статьями“ право это предоставлено было не только отцам, но и матерям. Порядок наследования определен был таким образом, что после бездетного наследуют родные братья, а когда их нет, то двоюродные братья, а когда и их нет, то наследство переходит к внукам. Далее третьяго колена в боковой линии потомки не наследуют. Это значит, что правнуки по боковой линии не получают вотчины, которая считается вымороченною и берется в казну. .
3) Уложение Царя Алексея Михайловича“).
После издания «Судебника“ 1550 г., в течевии целого столетия,
) Литература: „Историко-юридическое исследование Уложения, изданнагоцарем Алексеем Михайловичем в 1649 г. В. Строева; „Об Уложении и послерусское законодательство развивалось только отдельными узаконениями; но особых законодательных сборников, представляющих одно целое, изложенных более или менее в системе, во весь этот долгий периодъ времени не было. Наконец, в 1649 г., в царствовании Алексея Михайловича, появилось «Уложение», которое отчасти даже лежит в основе нашего ныне-действутощого законодательства. Цель издания Уложения заключалась в том, чтобы «водворить равенство суда и расправы для всехъ людей русского царства». Этот законодательный памятник названъ «Соборным Уложениемъ». Название «Уложение» происходит от глагола уложить, определить, или постановить, т. е. постановление, определение, а «соборнымъ» он назван потому, что Уложение это было выслушано и подписано земским собором т. е. всеми важнейшими духовными и светскими чинами и выборными представителями народа. Подлинное Уложение хранится в московской Оружейной Палате въ серебряном вызолоченном ковчеге, сделанном по повелению императрицы Екатерины II, в то время, когда она пожелала видеть подлинникъ Уложения, чтобы узнать, кто именно закрепил его своим рукоприкладством. Уложение написано столбцом или свитком в 434 аршина длины. К подлинному списку приложены руки присутствовавших на соборе лиц, числом 315. На полях этого списка сделаны заметки въ которых большей частью верно указано, из каких источников взяты статьи Уложения. Уложение в первый раз было напечатано в 1649 г. славянскими буквами. С означением того же года оно появилось въ трех изданиях. С этих изданий сделаны все последующия, числомъ 13, гражданской печати, издания, и затем Уложение отпечатано въ исправнейшем виде в первом полном соб. зак. рос. имги. т. I, №1. Вскоре после издания Уложения оно сделалось известным иностранцамъ и переводилось на языки: латинский, немецкий и датский.
Источники, из которых составилось Уложение, следующие: 1) Правила св. Апостолов и св. Отцев и Градские законы греческих царей. Оба эти источника входят в состав Кормчей книги. Под «Градскими законами» разумелся Прохирон имп. Василия Македонянина, Судебникъ царя Константина, Эклога Льва Исавра и законы Юстиниана; 2) Судебники; 3) Царские указы и судебные приговоры; 4) Стоглав; и 5) Литовский Статут. Этот Статут действовал в тех городах, которыедующем его развитии, речь Ф. Морошкина 1839 г.; „Общия отличительные качества Уложения“, Я. Г. Есиповича (Ж. М. Ю. 1859 г. Ж 7); „Новия открытия в истории Уложения царя Алек. Мих.“, М. Владимирекаго-Буданова; „Уложение и земский соборъ 1648—1649 гг.“, речь Н. П. Загоскина; „Земские соборыС£, Латкшиа и др.
были присоединены от Польши. Он имел большое влияние на Уложение не только в том отношении, что многие статьи перешли из него въ Уложение, но что и многие главы Уложения расположены по образцу Статута. Наконец, в Уложении есть и несколько новых статей йа те случаи, которые требовали новых указов или решения государя съ боярским приговором.
Уложение обнимает собою почти все части законодательства, нов нем нет строго-определенной системы, хотя главы расположены с некоторою последовательностью. Справедливо заметил г. Пахманъ), что система Уложения определялась не научным, а совершенно особыми началом, а именно: большей или меньшей важностью тех Приказов, из которыхъ заимствовано содержание Уложения, так что статьи из более важнаго Приказа ставились сначала, а из менее важнаго—в постепенной последовательности, и что большая часть глав размещены по различию приказов. Так, глава 4 и 5 содержащия в себе постановления о подделывателей печатей и о фальшивых монетчиках, заимствованы изъ Тайного Приказа, который был учрежден при Алексее Михайловиче и играл важную роль; глава 6-я, постановляющая правила о проезжихъ грамотах в иные государства, заимствована из Посольского Приказа; главы 7 и 8, трактующия о службе всяких ратных людей и об искуплении пленных, заимствованы из Разряда, названного потом Приказом военных дел; главы 10, 14 и 15, которые заключают в себе правила о суде, заимствованы из Судных Приказов, которых въ Москве было два—московский и Владимирский; глава ИИ-я, носящая заглавие: «суд о крестьянахъ», заимствована из Поместного Приказа; глава 12-я, в которой говорится о суде патриарших, приказных и дворовых всяких людей и крестьян, заимствована из Патриаршого Приказа; глава 18, установляющая правила о монастырях, заимствована изъ Монастырского Приказа и так далее По внешнему же виду Уложение состоит изъ 25 глав, в которых заключается 967 статей. Первия девять главъ составляют одну группу постановлений, которые относятся к государственному праву; следующия одинадцать глав (от 10—20 включительно) относятся к гражданскому праву и гражданскому судопроизводству; главы 21, 22 и 25—к уголовному праву; а главы 23 и 24 суть как-бы дополнительные. В заключение заметим, что хотя Уложение не содержит в себе законодательства вполне нового, а составлено из предшествовавших законодательных памятников, тем не менее нуясно удивляться, что в такой короткий срок (составление Уложения продол-
) История кодификации граж. права, т. I, стр. 236.
жалось не более 3-х месяцев), и при том в такую эпоху, при недостатке юридических сведений и образования, мог быть составлен новый сборник законов, многие постановления которого легли даже въ основании нашего современного законодательства.
4) Новоуказные статьи.
По вступлении Уложения в силу дальнейшее развитие законодательства не только не остановилось, но, напротив того, тотчас стали появляться отдельные указы, которые впоследствии названы < Новоуказными статьями», в смысле дополнительных постановлений к Уложению 1849 г. В «Новоуказных статьяхъ» содержатся весьма важные постановления о различных предметах права, но в особенности о наследстве, которыя легли в основании нашего современного наследственного права. Въ 1660 году были пояснены и пополнены правила Уложения касательно того, что сестра при братьях не вотчинница, а получает только приданое; женам-же запрещено было отказывать выслуженные или старинныя вотчины. В 1656 году вышел тот знаменитый указ, в которомъ определен размер наследственной доли лиц женского пола, который и поныне сохранился в нашем праве, а именно: из наследства лица, умершого на войне, жена получает со ста четвертей по четырнадцати, а дочери—по семи четвертей с оеьмиою; или, другими словами, жена получает 7-ую часть, а дочь-14-ую,-правило, которое и теперь сохраняет силу. Около того же времени вышло постановление, основанное на Кормчей книге, что из движимого имущества жена получает одну четвертую часть. < Новоуказные статьи» разделяют вотчины на старинные, купленные и выслуженные. Купленные могли быть оставлены и жене, а если жена умрет, то такая вотчина остается за потомками мужа; из выслуженных же вотчин получает часть и мать умершого. Узаконено было и то, что при жизни отца дети могли владеть собственным имуществом и не обязаны были прикладывать его к имуществу отца, по смерти которого получали из его имения должную часть.
Из «Новоуказных статей», издававшихся после Уложения 1649 года, наибольшую важность имеет законодательный памятник, известный под названием: «Новоторговый уетавъ».
5) Новоторговый устав.
Этот устав, составленный по повелению царя Алексея ловича, издан был в 1665 году, вследствие того, что роны русских купцов высказывались жалобы на то, странцы привозили плохие товары и торговали беспошлинно.
Михайсо сто-что иноВ видуэтого в Уставе, (состоящем из 94 статей), определено, как иностранцы должны торговать и какие привозить и вывозить товары. Относительно продажи сказано, чтобы как русские, так и иностранцы продавали товары на основании особых росписей, которые должны были быть представлены в таможню того города, где торговали. В таможнях были определены головы и целовальники, взимавшие пошлину, а главная таможня была в Архангельске, где, во время ярмарки, для таможенных дел, находился гость, присылаемый из Моеквы с товарищами. Они должны были чинить расправу по делам тяжебным между русскими и иностранцами относительно торговли. Пошлина взималась различно, смотря по тому, бралась-ли она с товаров, которые весились, или с тех, которые не весились; с русских пошлина бралась серебряною монетою, а с иностранцев— золотою или серебряною иностранною монетою (ефимками). Иностранцы, ездившие с своими товарами в другие города России, должны были платить «проезжую пошлину>. Роспись товарам делалась для того, чтобы их не провозили тайно. «Новоторговый уставъ», кроме узаконения о взимании пошлин, содержит в себе два главные ограничения относительно торговли иностранцев в России, а именно: 1) что в техгородах, где иностранцам позволено было торговать, они должны были продавать свои товары только оптом, и 2) иностранцам запрещено было торговать между собою. В связи с этим Уставом находится одна изъ «Новоуказных статей“» об отмене тарханных грамот, на основании которых лица, получившия подобные грамоты, не платили пошлины с своихъ товаров или с своих произведений. Этими преимуществами в особенности пользовались монастыри, отправлявшие изделия иноков для продажи без платежа пошлин. Причиною уничтожения тарханных грамот было злоупотребление тарханщиков своей привилегиею: не довольствуясь тем, что они были свободны от платежа пошлин за свои собственные товары и изделия, они еще скупали товары и изделия у других и продавали их беспошлинно.
Этим «Новоторговым уставомъ> и некоторыми другими «Новоуказными статьями» заканчивается ряд законодательных памятников древней России до XYIH столетия.
ХХериодгь второй.Законодательные памятники Роооии ХВШ столетия.
Законодательные памятники Роооии ХВШ столетия.
Мысль о необходимости новой кодификации русского законодательства и о создании общого свода законов или общого уложения зародилась впервые в уме Великого Преобразователя России—Петра I, и затемсильно занимала умы и всех последующих русских государей и государынь; но прошел весь ХВШ век и эта великая мысль не приведена была в исполнение. Тем не менее, в течении ХВШ столетия созданы были некоторые законодательные памятники, из которыхъ одни получили силу закона и положены даже в основании нашего ныне-действующого законодательства, а другие—умерли одновременно с их рождением. К законодательным памятникам ХВШ столетия принадлежат следующие: 1) Новоуложенная книга Петра Великаго; 2} Сводное уложение его же; 3) Регламенты и уставы Петра Великаго; 4) Наказы и Начертание императрицы Екатерины II.
1) Новоудошенная книга Петра Великого.
Уложение 1649 года, вскоре после его издания, стало дополняться и изменяться различными новыми постановлениями, число которых къ началу ХВШ столетия возросло до того, что в применении их на практике обнаружились значительные затруднения, тем более,что многие изъ этих постановлений расходились не только с самым Уложением, но и между собою. Для устранения этих затруднений Петр I решил создать общий свод, который уничтожил-бы противоречия в самых законах и согласовал-бы Уложение с позднейшими постановлениями. С этою целью в 1700 году повелено было учредить в Москве из бояр, окольничь-их, стольников, думных дворян и дьяков особую коммиссию, получившую название «Палаты о Уложении“, или «Уложенной палаты“. Результатом трудов этой Палаты было создание «Новоуложенной книги“. Но, по неизвестным причинам, этот законодательный памятник не был обнародован, а сохранился только черновой проект манифеста, заготовленного в 1701 году, которым предполагалось обнародовать, какъ о составлении нового Уложения, так и о введении его в действие.
2) Сводное Удоясфние Петра Великого.
Когда Петр Великий убедился, что первый опыт составления «Свода» остался без последствий, то в 1715 году, он отменил все «Иовоуказныястатьи», и сенату повелел выделить те новоуказные статьи, которые с Уложением согласны, и сделать к ним соответственное дополнение. Работа эта поручена была сенатом Канцелярии земскихъ дел и Поместному приказу, которые в 1718 г. составили десять главъ «Сводного Уложения»; но оне остались без дальнейшого рассмотрения.
3) Регламенты и Уставы Петра Великого.
Хотя все старания Петра Великого о создании общого кодекса длярусского государства, согласно нуждам тогдашнего времени и сообразно тем многочисленным реформам, которые введены были по всемъ частям государственного управления, остались безуспешными, тем не менее, царствование этого Великого Преобразователя России обогатило русское законодательство многими законодательными памятниками, в виде отдельных обширных указов, уставов и регламентов, которые дослужили началом для последующого развития нашего нового законодательства в отношении к различным его частям. Преемники Петра Великаго долгое время ограничивались только некоторыми дополнениями регламентов установленных Петром Великим. Та общая идея, которую Петр выставил в различных регламентах касательно нужд государства, касательно доходов и расходов государства, касательно суда и управления, касательно порядка полицейских учреждений, образования и тому подобное. послужила самым глубоким и прочным основанием для следующаго развития нашего законодательства. Изданные Петром Великим уставы и регламенты, по объёму своему, нередко были обширнее самого уложения, а, по содержанию, резко от него отличались. Всем учреждениям, которые установил Петр, он дал особые уставы и регламенты, въ которых обращено было внимание на порядок отправления государственных дел. Петр Великий хотел, чтобы каждое учреждение действительно занимались постоянно и ревностно исполнением государственныхъ дел, и, в этом отношении, законодательство его, выраженное въ уставах, и регламентах, отличается точностью определений мелчайшихъ подробностей касательно внутреннего устройства каждого учреждения: въ них определены обязанности президента и членов разных коллегий, установленны формы и порядок судопроизводства и делопроизводства, формы прошений и других деловых бумаг и т. под. Из уставовъ Петра Великого особенно замечательны «Устав воинский» и «Уставъ Морской», а из регламентов—«Духовный регламентъ».
а) Устав воинский.
Воинский устав имеет весьма важное значение не только в отношении преобразования войска, но и в отношении к уголовному законодательству: по воинскому уставу определяется подробно разделение всех вообще преступлений, как общих государственных, так и частных. Определение всех этих преступлений заимствовано из иностранныхъ кодексов в буквальном переводе. Во время Петра Великого в Германии были весьма подробно развиты уголовные определения касательно преступлений и наказаний. Из этих сборников замечателен был въ Германии общий сборник всех германских постановлений по уголовному.
праву, под названием «Каролины». Так как воинский устав вошел к нам в переводе, то вместе с ним перешло в наше законодательство и выработалось далее германское уголовное законодательство. Это было значительным успехом в развитии нашего уголовного права. Но кроме его содержании по отношению к уголовному праву, Воинский Устав имел еще важное значение и по своей системе. Как законъ иностранный, Боннский Устав содержит в себе уже все признаки системы. Он разделен систематически на различные отделы, которые, в свою очередь, подразделены на положения, названные артикулами. Сама внешняя форма артикулов замечательна уже тем, что каждый из них подробно разъясняет отдельные преступления; причем, въ отношении некоторых артикулов, указаны даже причины, в силу которых тот или другой закон введен или составлен. Эти объяснения весьма важны потому, что суды и другия учреждения, применяя закон, могли понимать не только его требования, но и самый дух законодательства, т. е. ту мысль, под влиянием которой образовался закон, и те дели, которых желал достигнуть законодатель своим повелением. Артикулы дали последующему законодательству образец того, что при самом издании закона полезно иногда объяснить и самый поводъ или причину к его изданию: поэтому, в каждом новом законе иважнейшем указе, вышедшем со времени Петра Великого, всегда стали объяснять причины, в силу которых закон был вновь издан, или в силу которых он заменял собою прежний закон. Это явление не замечалось в древнейшем русском законодательстве. Нужно заметить, что «Воинский Уставъ» Петра Великого замечателен еще и тем, что в немъ встречается первая формула, определяющая существо Верховной власти, которая изложена в следующих выражениях: «Его Императорское
Величество есть Самодержавный Монарх, который ни кому на свете о своих делах ответу дать не должен, но силу и власть имеет свои государства и земли, яко христианский Государь, по своей воле и благомнению управлять».
б) Устав морской.
Петр Великий, способствуя всеми мерами к образованию морских сил в России, одновременно позаботился и о том, чтобы создать морское право по образцу, тех европейских государств, в которыхъ право это давно уже получило широкое развитие. С этою целью, Великий Преобразователь России сначала издал «Регламент адмиралтейству», которым положил основу училищ морского ведомства—заведений, необходимых ля воспитания образованных и опытных моряков, в которых в то время у нае чувствовался большой недостаток, а затем издал «Устав морской», который представляет собою обширный закон, заимствованный из голландских морских уставов. Первый русский морской Устав, по внешней форме своей, расположен и разделен, подобно воинскому уставу, на отдельные артикулы, а, по внутреннему содержанию своему, он обнимает все то, что относится до устройства флота, его управления и до различных хозяйственных морских учреждений. Особый отдел морского Устава, подобно всем военным артикулам, определяет значение преступлений и различные наказания. При этихъ определениях, кроме специальности. есть также и некоторые общия начала, например о применении различных родов наказания и др. Уставъ морской отличается теми же качествами, как и воинский устав, т. е. тою же строгостью и даже жестокостью, доведенною в большем размере, нежели в воинском уставе. Долгое время постановления его имели у нас значение действующого закона ии некоторые постановления морского Устава вошли в содержание уголовных и полицейских узаконений. Кроме общих постановлений о флоте, в морскомъ Уставе находятся постановления и о морских добычах. До Петра Великого, когда в России не было флота, в нашем законодательстве, весьма естественно, не могло быть никаких правил и юридическихъ норм о морских добычах; но когда флот был устроен и вместе съ ним создано было морское право, то оно не могло не затронуть вопроса о морских добычах. Вследствие этого в морском Уставе установлены правила о дележе товара, захваченного на корабле, взятом в приз, о призах вообще, о том, что во время войны должны быть соблюдаемы некоторые юридические отношения и тому подобное.
в) Духовный регламент.
Этот «Регламентъ» составлен был, по поручению императора, Феофаном Прокоповичем н, по рассмотрению и утверждению его государем, издан был в 1725 году. Духовный регламент разделен на три части: в первой части заключаются определения о значении духовного управления и о его органах; во второй—исчисляются дела, подлежащия этому управлению; а в третей—обязанности различных лиц, стоящих во главе духовного управления и подчиненных ему учреждений. Духовный регламент важен в том отношении, что ои положилъ начало учреждению высшого духовного органа в государстве, под названием «Святейшого Синода», который должен был представлять собою как-бы постоянный собор. Регламент определяет, что Св. Синод, как высшее духовное учреждение, подобно всем другим государственным учреждениям, должен находиться под непосредственною властью самого юсударп. Петр Великий особенно заботился о том, чтобы духовная власть не преобладала в государстве и не лерешла-бы пределы светской власти, как это было до его воцарения. Учреждая на место патриарха св. синод, Великий Преобразователь России желалъ окончательно разграничить власть церковную от государственной, «ибо— сказано в «Духовном регламене“—простой народ не ведает како разнствует духовная власть от самодержавной. Монархов власть есть самодержавна9 которой повиноваться сам Бог да совесть повелеваетъ“. В Духовном регламенте Синод поставлен наравне с Сенатом, и то самое значение, которое Сенат должен был иметь в делах светскихъ предоставлено Синоду в делах духовного управления. Оба эти высшия государственные учреждения, по мысли Петра Великого, должны были составлять органы одинаковой степени, посредством которых Верховная влас могла действовать на государственные установления. Далее, въ Духовном регламенте нормируются обязанности духовного управления, основанные на законах божественных, заключающихся в священномъ писании, на законах вселенских соборов ии на законах гражданских. Духовный регламент установил, чтобы всякое дело, касающееся духовного управления, определялось обсуждением коллегиальным, и потому Синоду присвоено было значение высшей коллегии в отношении управления ии суда в делах духовного ведомства. Кроме того, в Духовномъ регламенте определяются различные предметы, как: во 1-х, различныя должностные звания в порядке духовного управления: митрополиты, архиепископы, епископы и прочия звания монашеского и белого духовенства, так и во 2-х, различные установления духовного ведом ства и духовные училища; и наконец, в 3-х, различные обязанности и дела, подлежащия духовному управлению. Тут в первый раз, с еа-мых древних времен, светский закон принял на себя обязанность исчисления и определения дел, подлежащих церковному управлению. Духовный регламент подробно определяет правила о духовных учебных заведениях, что доказывает заботу Петра Великого о просвещении духовенства. В нем определены учебные предметы, указан порядокъ их преподавания; причем, в числе учебных предметов заключаются постановления об изучении древних языков: греческого и в особенности латинского. Регламент определяет правила управления училищами: надзор за ними поручается епископам, а непосредственный общий надзор возлагается на Синод. Наконец, в различных местах Духовного регламента Петр обращает внимание на то, что духовенство, как класс людей, имеющих значительное влияние нанзрод, должно отличаться своим образованием.
4) Устав о векселях.
К числу законодательных памятников первой половины XVIII столетия принадлежит наш первый «Устав о векселяхъ“. Векселя издавна были в употреблении в некоторых городах России, где водворялись иностранные купцы, а при Петре I они были введены для перевода казенных сумм; но долгое время векселя не были узаконены для частного оборота и не было никаких общих по этому предмету правил. Той и другой потребности было положено удовлетворить изданием особаго Устава; но, так как для этого дела никаких туземных образцов не было, то, при составлении устава, за основание взяты были известные в то время уставы немецкие. Кем составлен этот устав и даже где он составлен нет точных сведений: одни полагают, что он составлен в России известным государственным деятелем Остерманом, а по другим—иностранным профессором в Лейпциге. Но как бы то ни было, в 1729 г. (Мая 16), в царствовании императора Петра II, Высочайше утвержден былъ первый «Устав о векселяхъ в России, который был ответом натребова-ние гражданского оборота и удовлетворял им до такой степени, что, не смотря на некоторые в нем недостатки и на различные последующия его изменения и дополнения, он продержался в нашем юридическомъ быту около ста лет. Первый устав о векселях помещен в пол. соб. аак. (№ 5410) на двух языках: русском и немецком.
Поводы, побудившие правительство к изданию вексельного устава изложены в самом указе, стоящем во главе устава. «Этотъ устав,—сказано в указе,—сочинен и издан ради того, что въ европейских областях вымышлено, вместо перевода денег из города в город, а особо из одного владения в другое, деньги переводить через письма, названные векселями, которые от одного к другому даются и посылаются, и так действительны есть, что почитаются наипаче заимного письма, а за не платеж штрафуются многими перед займомъ излишними процентами, в виду доставляемой векселями пользы Эта польза от векселей,—говорится далее в том же указе—состоит въ следующем: 1) в освобождении от расходов по провозу денег; 2) въ устранении путевых опасностей; 3) в прибылях, доставляемых векселями торгующим; 4) в получении денег самым правительством въ чужих краях через посредство векселей: и 5) в том, как указывает опыт, что векселя представляются наилучшим способом воспрепятствовать вывозу из государства золота и серебра и необходимы для всего регулярного купечества
Что же касается до содержания первого Устава о векселях, то внем уже помещены были те главные начала, которые легли в основании нашего ныне-деиствующого вексельного устава. Устав разделен на три главы: первая носит название: 0 настоящих купеческих векселяхъ!; вторая—«о векселях казенныхъ: а третья—«формы векселей и протестовъ“. В первой главе сначала излагаются общия правила о векселях как купеческих, так и казенных, а именно: что для силывекселя не требуется удостоверения свидетелей, а достаточны одне подписи векселедателей, надписателей или акцептантов, и что вексель должен быть писан по установленной форме; затем излагаются уже частные правила, относящияся исключительно к купеческим векселям. В этой главе говорится о лицах, участвующих в вексельной сделке, о сроках в векселях, которые должны быть обеспечиваемы по условию; определены случаи, когда внутренние векселя выдаются в одном образце и когда в нескольких. Замечательно то, что выдача векселя въ нескольких образцах допускалась <без всякаю спора“—как сказано в уставе—только тогда, когда внутренний вексель выдавался в далъныя места, где ординарных иочт не устроено, или где есть опасность въ пропаже. Установлены правила об уведомительном или адвизноыъ письме при векселях переводных, о принятии векселя и платеже, о приеме денег по векселю самым и посланным, о векселях, в которых будет с-кребление и поправка, об акцептователе, «ежели подписку свою вычертитъ“, о протесте в непринятии, об отсрочке, о протесте в неплатеже, о платеже за честь, о векселях, в которых обозначено иное от жительства плательщика место, о протестованных векселях, на которых будут надписатели и так далее В первом вексельном уставе постановлены были несколько таких полезных правил, которых, къ сожалению, нет более в нашем нынешнем уставе о векселях, тогда как правила эти имеют практическое значение, нанр. о поручительстве вследствие банкротства принимателя по слуху, о протесте въ подаче порук, об отлучке принимателя из города без оставления поверенного, о смерти подавателя или принимателя до срока векселей, об утрате векселей, о вексельном курсе в России и тому подобное. Вторая глава, имея предметом векселя на казенные деньги, указывает некоторые особенности относительно процентов, взыскания и тому подобное. (смотрите Вексель казенный). Наконец, в третей главе, кроме образцов и форм векселей и протестов, изложены еще и соответственные для тех и другихъ объяснения.
5) Наказы и Начертание императрицы Екатерины II.
Первенствующее место в истории кодификации русского права
ХВШ столетия занимает законодательная деятельность императрицы Екатерины II. Независимо от различных, более или менее, коренныхъ преобразований в области государственного управления, произведенныхъ Великою государынею, вскоре по вступлении ея на всероссийский престолу, она принялась с самым горячим усердием за дело кодификации русского нрава. Став сразу на путь полного обновления русского законодательства, она задумала осуществить заветную мысль, зародившуюся еще в обширном уме Петра Великаго—о необходимости создать для России общий кодекс. Сочинить такой общий кодекс императрица решилась в самых широких, размерах и при участии представителей различных классов общества. Для достижения этой широко-задуманной цели, в 1766 году императрица учредила особую коммиссию, под названием «Коммиссии о сочинении нового Уложения» и, не довольствуясь общими предписаниями, сама начертала руководящия для коммиссии начала. Эти начала изложены ей в следующих трех законодательных памятниках: а) в «Большом Наказе“; б) в «Наказе генерал-прокурору; и в) в «Начертанияхъ“. Ознакомим с содержанием этих государственных актов.
а) Большой наказ.
Большой наказ сочинен в 1767 году. Это замечательное произведение лера, императрицы сразу обратило на себя внимание не только у нас, но и заграницею, и тотчас после его появления было переведено на многие иностранные языки. Не смотря на великие достоинства этого знаменательного акта, сама императрица отнеслась к нему с особенною скромностью, свойственною великим натурам, как это доказывается тем, что, передавая «Наказъ коммиссии, она выразилась, что онъ заключает в себе только правила, которые должны служить руководством при составлении законов, но ни в каком случае правила эти не должны быть принимаемы как закона, т. е. она не желала навязывать представителям народа свои собственные законы и не хотела насиловать свободу тех, которых она сама призывала для содействия и участия. Составлению «Наказа“ предшествовало изучение иностранной литературы по вопросам внутренней политики и в особенности близкое знакомство с известным сочинением французского писателя Монтескье «Духъ законовъ (L’esprit des lois). Наказ, в том виде, в каком он былъ первоначально вручен депутатам, состоял из 20 глав и 526 статей; но впоследствии было сделано к нему два дополнения, в виде двухъ глав. Наказу предшествует введение, в котором императрица высказала следующую мысль: «желание всякого честного человека— видеть свое отечеетво на высшей степени благоденствия во всех отношениях, а всех отдельных его граждан охраняемыми такими законами, которые бы его не стесняли, но такое желание может осуществиться успешнее только тогда, когда законодатель примет в соображение естественное положение государства». Самое же содержание отдельных глав «Наказа > относится к различным областям права. «Наказъ» императрицы Екатерины П замечателенъ для всего последующого нашего законодательства в том же самом смысле и значении, как замечательны в этом отношении и «регламенты» Петра Великого, в которых он не только установил законы, по и указывал своему народу цель, для которой он постановляет данный закон. «Наказъ», собственно говоря, не был законом, а это была инструкция, руководящее начало, идея, мысль, положенная в основании работы при составлении нового Уложения. Но именно эти то общия, руководящия начала и указывали на необходимость дальнейшого усовершенствования некоторых частей нашего законодательства, в особенности уголовнаго права. В сущности «Наказъ» есть извлечение из некоторых юридических, теоретических сочинений, имевших значительный успех на западе Европы во время Екатерины II. Он проникнут одною и тою же идеею—улучшения и развития законодательства, на основании теоретических начал, в применении к потребностям государственного быта. Одно из самых важнейших и основных начал в нем выраженных, заключается в том, что не может быть ни одного наказания иначе, как за преступление, определенное по закону. Наказ обращаетъ внимание, что в преступнике не нужно забывать общого человеческого значения, что нужно не только карать преступление силою наказания, но нужно стараться и предупредить преступление. В этом смысле Наказъ с особенною подробностью распространяется о различных мерах, помощью которых могут быть предупреждаемы преступления. Как на одну из важнейших мер в этом смысле, Наказ указывает на образование и увеличение успехов нравственного и религиозного развития народа. Наказ весьма часто выражает ту мысль, что чем более поднятъ будет уровень образования и духовного развития, тем менее будетъ преступлений. Этот общий гуманный взгляд на преступление, на самую личность преступника, не остался без благодетельных последствии на все последующее новое наше законодательство. Наказ отверг многие из изувечивающих телесных наказаний и этою мерою подготовилъ дальнейшие успехи законодательства в этом отношении. Особенный взгляд свой высказывает Наказ на классификацию или систему преступлений и па соответствующия этой системе наказания.,. Все вообще преступления Наказ делит на несколько категорий или групп и длякаждой группы преступлений он устанавливает свой соответствующий род наказания. Наконец, Наказ замечателен еще и в отношении ко взгляду императрицы на значение судебных учреждений и на деятельность суда. Суды, в смысле Наказа, суть учреждения, которые должны охранять права граждан, а судья должен применять закон. Это выражено въ следующем правиле: «граждане должны быть охраняемы законом, азакон должен быть охраняем судьями». Другое правило гласит: «для всех лиц, живущих в государстве, суд равенъ». Поэтому. Наказъ отнимает от судебных учреждений право толкования закона и формулирует это тел соображением, что если судья будет произвольно толковать закон, то применение закона будет неравномерно, а равномерное применение закона ко всем и каждому есть одна из основныхъ идей Наказа.
б) Наказ генерал-прокурору.
Другим руководящим для «Коммиссии» государственным актом был «Наказъ», данный в 1768г., генерал-прокурору. Цель этого «Наказа» — как объясняет императрица—была: «возлагать на генерал прокурора обязанность наолюдать, чтобы противного разуму, в пунктах наставления содержащемуся, коммиссией ничего сочинено не было, и если коммиссия дозволила бы себе какое-либо в этом отношении уклонение, то генерал-прокуроръ обязан протестовать против постановления коммиссии и доносить о деле императрице>. Генерал-прокурор должен был предостерегать коммиссию от того, чтобы смысл постановления не был изъясняем ко вреду государства. Наказ генерал-прокурорский различаетъ следующие восемь видов права:
1) Право божественное, или святой веры.
2) Право церковное, т. е. обряды иа вере основанные.
3) Право народное, которое можно назвать «гражданским правомъ всего света», потому что каждый народ, в отдельности взятый, равно является гражданином всего мира.
4) Право государственное обгцее, предмет которого есть человеческая мудрость, основавшая все человеческие общества.
5) Право государственное особенное или частное, которое касается каждого государства в отдельности.
6) Право завоеваний, основанное на том, что один народ захотел, или мог, или был принужден сделать другому народу насилие.
7) Право гражданское, но которому каждый гражданин вправе защищать свое имущество и жизнь от нападения другого гражданина и, наконец,
8) Право домашнее или семейное, которое возникает из того, что каждое общество распадается на различные семейства, имеющия особое управление.
Из законодательных памятников первой четверти XIX столетия, предшествовавших своду законов, отметим: «Устав о банкротахъ“, изданный в 1800 году и «Положение о евреяхъ“, изданное в 1804 г., которые занимают в «Своде“ весьма видное место. О содержании этихъ памятников, см. Законодательство о евреях и Устав банкротский.
в) Начертание.
Третий государственный акт, данный императрицей Екатериною Великою в руководство Коммиссии о составлении проекта нового Уложения, в том же 1768 году, было «Начертание“. В этомъ законодательном памятнике изложены основные начала самого плана кодификации, для того, чтобы они служили и основанием для распределения работ между частными коммиссиямн. «Начертание“ разделено на две части: в первой части говорится «о праве общем-»5 съ указанием на то, что предмет его есть установление и соблюдение обрядов общих, необходимых для сохранения целости, доброго порядка и тишины государства; а вторая, часть говорит «о праве особенномъ»е под которым ныне разумеют право частное или гражданское. «Право особенное—сказано в «Начертании“—сделано для пользы каждого лица особенно; и потому оно заключает в себе все те узаконения и установления, которые каждому гражданину, живущему с прочими в обществе, как в рассуждении его самого, так и в рассуждении его имения и обязательств, приносят пользу и безопасность“. Отсюда выводится, что право особенное или право частное, гражданское разделяется на три категории и содержит в себе: 1) лица, 2) вещи, и 8) обязательства.
Сообразно этой системе права и самое законодательство должно быть разделено на две части: права общого и права особенного