История Настольный словарь
Главная страница > Военный энциклопедический словарь, страница 39 > Запорожье

Запорожье

Запорожье (нравы и образ жизни казаков). Обитатели стран за норо-гами Днепра, или Запорожские казаки, делились на две, совершенно различные части : на обищину Запорожскую или сечь (вероятно от засека или тычин, которыми окружены были жилища или курени) и на хутора или зимовники. В сече находились только холостые казаки, занимавшиеся преимущественно войною,а в хуторах обитали казаки семейные, известные также под именем У краинских. Мы представим тут краткий обзор только одной, сечи Запорожской, отлагая описание Зимовников к словам и Украйна.

Холостая, одинокая жизнь Запорожских казаков неминуемо должна бы привести к разрушению их братства, если бы они не принимали к себе выходцев из Украйны, Великороссии, Польши, даже французов. Немцев, Итальянцев и самых Турок с Татарами. Единственным условием для принятия была православная вера; сверх того, (по свидетельству Боплана, жившего долгое время междо Запорожцами), принимаемый в казацкое братство должен был показать опыт удальства своего, переплыв пороги против течения. Иногда Запорожцы сами похищали мальчиков из Малороссии и Польши, а не редко и жен и девиц, которых держали вблизи сечи, в особых хуторах; если раждался сын, то его брал к себе отец, а дочери всегда оставались при матерях.

Из карты Дебоскета, служившей руководством в 1750 году, при основании в степи Сербских поселений, можно видеть, что границы Запорожцев простирались с запада до рек Синюхи и Буга, отделявших их от турецких владений (Очаковской области); с севера и северо-востока, до земель Великой России; с юго-востока до станиц Донского войска; а с юга до степи На гайской, поприща вечных битв казаков съКрымцамн. На этом пространстве Запорожцы обитали в следующих сечах и куренях; 1) в Каневе; 2) в Черкасах; 3) в Переволочноии; 4) на Хортицком острове, лежащем в 15 верстах ппже порогов; 5) при реке Томаковке, между Хортиц и старой сечи; 6) при урочище Никитине (где ныне Никополь); 7) в старой сечи, близ Днепра, на речке Чертомлыке; 8) при речке Каменке, (там, -где ныне Бери-славль, на правой стороне Днепра); 9) при урочище Алешки, близ Херсона, на Крымской стороне и 10) в новой сечи, от старой сухим путем в 7 верстах, при речке Подпольной. Зимовники разделялись на 7 уездов или паданок (смотрите Украйна). Каждая сечь состояла из церкви, множества деревянных изб и мазанок, построенных без всякого порядка : ее окружала земляная насыпь, на которой стояли пушки. Один большой и несколько малых домов составляли курень, которых было 38. Название.их было заимствуемо иногда от имени строителя, иногда от отечества первых основателей куреней, а иногда от тогдашнего верховного главы сечи. Каждый курень избирал себе предводителя, Куренного Атамана; но главный надзор в сечи и верховное предводи гельство в походе принадлежали становому или кошевому атаману, который избирался всеми вообще. И кошевой атаман и куренные вели жизнь во всем одинаковую с простыми казаками, которые в одних только походах оказывали им должное повиновение. Во время отсутствия атаманов, в сечи оставались наказные.

Кроме атаманов, Запорожцы имели, подобно Малороссийским казакам своих старшин : войскового судью,

поискового писаря и войскового есаула также побписарп и подесаула. Над артиллерией начальствовал пушкарь; к числу значущих лиц принадлежал еще доубыш или литаврщик, который обыкновенно давал казакам повестку являться на сходку или раду.

Первого января казаки избирали себе новых предводителей. Как скоро доубыш, по приказанию кошевого и старшин, начинал бить сбор, есаул выходил из церкви и ставил на площади походное знамя; потом собирались казаки из всех куреней и но пробитии еще двух раз в литавры, являлся наконец кошевой с палицею, а за ним судья с войсковою печатью и писарь с чернильницею. Все они, вместе с есаулом, державшим жезл, становились без шаиок, в средине круга, и кланялись на четыре стороны/Доубыш вновь ударял в литавры, отдавая честь им; а кошевой громким голосом говорил народу: панове молодцы; настал новый год, надобно по древнему обычаю разделить на курени : реки, речки и озе- ра для рыбной ловли. Жребий решал, чем каждый курень должен был владеть целый год. Кошевой снова обращался потом к народу: а что, панове молодцы, не желаете ли в начале нового года избрать также новых старшинъе Когда Запорожцы были довольны своими начальниками, то говорили : (вы добрые паны, можете еще долее нами пановать, и расходились по домам; в противном случае, недовольные заставляли кошевого отказаться от своего чина, и тогда он клал палицу на шапку и, поклонясь всему народу, возвращался в свой курень.

Когда нужно было избирать кошевого, казаки собирались, иили вино и потом начинали спорить, из какого куреня и кому именно отдать преимущество. Порешив дело, десять или более удалых Запорожцев отправлялись в курень к новому начальнику и объявляли ему волю народа. Избираемый обыкновенно отказывался идти, говоря, что возлагаемая на него должность не соответствует его малым способностям; тогда двое казаков брали, его под руки, а двое или трое толкали сзади и ругали. В таком виде являлся будущий предводитель Запорожцев среди ожидавшего его многочисленного собрания. Старшины еще раз спрашивали народ: быть ли э;ому казаку Кошевымъе и когда все отвечали громогласным подтверждением, один из них подносил новому начальнику палицу. После чего старые казаки кидали на его голову по нескольку горстей земли. Увольнение и выбор других старшин совершались точно также, тем только различаясь, что судье вручали печати, писарю чернилицу, и так далее

Иногда за старого кошевого и начальников вступались приверженные им курени, и ссора оканчивалась бранью, даже убийствами. Старшины, в ожидании конца распри, стояли подле церкви, куда, в случае нужды, могли бы скрыться. Право сильного прекращало несогласие. Отставленный старшина немедленно возлагал почетный знак свой к себе на шапку, кланялся собравшемуся народу, благодарил за оказанью ему честь и тотчас отправлялся в свой курень. Случалось, что желавшие оправдаться, или не сходившиё долго с места, были убиваемы в самом собрании, а иногда и на обратном иу-ти; со всем тем, отставные старшины пользовались во всю жизнь уважением народа: им везде уступали первия места и хоронили их с большими почестями, нежели простых казаков.

С начала в Запорожье не было никаких письменных постановлений. Войсковой судья решал дела по своему усмотрению и древним обыкновениям, а в трудных случаях советовался с кошевым и прочими начальниками. Воровство, неплатеж денег, прелюбодеяние и убийство иочи-тались главными преступлениями. Грабить проезжающих и соседей дозволялось; но изобличенного в воровстве у своих товарищей, равно и того, кто скрывал или покупал краденное, приковывали на площади к столбу: там преступник должен был сносить от всех поругание и побои. Подле при-кованнаю обыкновенно лежала плеть, и если он в течении трех дней не получал прощения от своего противника, то засекали его до смерти. Если кто, получив прощение, вторично был обвинен в воровстве, в таком случае его вешали на виселице. За неплатеж долгов приковывали на площади к пушке и оставляли должника в та| 10 и 15 весел, плывут на гребле скорее турецких галер. Ставится .также и мачта, к которой привязывается в хорошую погоду довольно плохой парус, но при сильном вет-реказаки охотнее плывут на веслах. Челны не имеют палубы; если же зальет волнами, то камышевые канаты предохраняют от потопления. Сухари складывают в бочки. Сверх того, каждый казак запасается горшком теста, распущенного в воде, которое они едят, смешав с просом. Казаки во время похода не берут с собою водки и вина, ибо трезвость считают необходимою при исполнении своих предприятий. Если замечается пьяница, атаман приказывает тотчас выбросить его за борт. На челне, который 60 человек могут построить в 15 дней, помещается от 50 до 70 казаков; каждый из них имеет саблю, две пищали, 6 фунтов а, хранимого в роге, и достаточное количество нуль; на челне ставят квадрант и два Фнета, и кладут необходимые снаряды и жизненные припасы. Походная одежда казака состоит изь рубахи, двух шаровар, каФтапа из толстого сукна и шапки. Вот какие витязи садятся на летучий флот, приводящий в трепет многолюдные города Анатолии. флоты казацкие, обыкновенно из 80 или 100 лодок, спускаются по Днепру и плывут-так тесно, что едва не задевают друг друга веслами; атаманский флаг развевается впереди. Турки, проведав о намерении казаков, расставляют галеры свои на устьЬ Днепровском; но хитрые казаки для выхода в море избирают ночь самую темную, перед новолунием, а до того временив скрываются в 3 или 4 милях от устья в камышах, куда галеры турецкие не смеют проникнуть. Пробравшись в море, -удальцы через 36 или 40 часов причаливают к берегам Анатолии и оставив для караула на каждой лодке па

36

ком положении до тех пор, пока не | удовлетворит заимодавца. За смерть казака преступнику назначалась смерть: убийцу бросали в могилу, потом опускали на него гроб с телом убита-е го, и засыпали их землею. В последствии Запорожцы часто судились законами тех народов, под влиянием которых состояли. Новейший историк сечи, Г. Скальковский, говорит, что в древних архивах ея находится военная, судебная и административная переписка, доходящая до 166,0 года, о которой прежде наши ученые и не думали; что внутри коша имели довольно сложное управление, которое за-ведмвало судебною частью и общественным хозяйством.

Запорожцы почти ежегодно разъезжали по Днепру и Черному морю, сражаясь с Турками; грабили владения Крымского хана; опустошали берега, доплывали до БбсФора и даже иногда до Константинополя. Число казаков, предпринимавших такой набег, обыкновенно не превышало 6 или 10 тЬи-сяч.

Задумав погулять на море, пишет Боплан, Запорожцы испрашивают позволение у кошевого атамана, потом составляют раду, или военной совет, и выбирают себепоходного Атаману, так точно, как и главного вождя или кошевого. После того, они отправляются на сборное свое место и строят там челны (чайки), длиною в 60, шириною от 10 до 12, глубиною в 12 Футов. Челны без киля; дно их состоит из выдолбленного бревна; они обшиваются с боков досками; толстые канаты из камыша, которые обвиты лыками или боярышником, как связанные боченки, обхватывают челн от кормы до носа. Все прочия части отделаны таким же образом, как на обыкновенных речных судах, но с двумя рулями,’ чтобы не терять напрасно времени при повороте, когда нужда заставит отступать. Челны казацкие, имея с каждой стороны по

Том V.

два товарища и но два мальчика, вооруженных пищалями и саблями, делают высадку, нападают в расплох, приступом берут города, грабят, жгут, нередко на целую милю от морского берега, потом немедленно возвращаются к судам, нагружают их добычей и плывут далее. Если есть надежда на успех, вновь делают высадку; если нет, то возвращаются с добычей на родину, встретятся ли им на море турецкие галеры или купеческие корабли, они бросаются на них в абордаж. Запорожцы открывают неприятельский корабль или галеру прежде, нежели Турки заметят йх челны, возвышающиеся над мореною поверхностью не более 2/2 футов. Увидев в дали корабль, казаки немедленно складывают мачты, замечают направление ветра и становятся таким образом, чтобы к вечеру солнце было у них за спиною. За час до захождения солнца, казаки приближаются к кораблю на такое расстояние, чтобы не упустить его из виду. Наконец в полночь, по данному знару, устремляются на врага, сцепляются с ним и половина удаль-цев, в одно мгновение, всходят на него, собирают деньги, негромоздкие товары, которым не вредит подмочка пушки и все то, что может быть полезно для них, а корабль со всем его экипажем пускают ко дну. Наконец настает время к возвращению на родину. Турки между тем усиливают стражу на устье Днепровском; но казаки причаливают в заливе, в 3-х или 4-х милях на восток от Очакова, перетаскивают легкие суда свои через находящийся там узкий перешеек и через два или три дни, весь флот, обремененный добычею, является на Днепре. Есть еще другая дорога для возвращения в Запорожье, через Керченский залив к устью реки Миуса и вверх по этой реке, цокуда можно, потом волоком, и по Самаре в Днепр. Но казаки редко избирают этот путь, по отдаленности его от Запорожья:

Впрочем и казаки, в свою очередь, попадаются в4 западню, если встретятся с турецкими галерами среди белого дня, на открытом море; тогда от пушечных выстреловь челны их рассыпаются как стая скворцов, и многие гибнут в морской пучине; удальцы теряют все свое имущество и в быстром бегстве ищут спасения. Но когда решаются на битву, привязывают весла по местам и вступают в бой. Одни, не трогаясь с лавок, палят беспрерывно из пищалей; другие заряжают их и иодают своим товарищам; меткие выстрелы их -Не допускают Турок до ручной схватки. При всем том пушки нанд-сят казакам вред ужасный: они обыкновенно теряют в сражениях с галерами около двух третей сподвижников; редко возвращается их на родину более половины. За то, они привозят богатую добычу : испанские роллы, арабские цехины, ковры, пар-ч, бумажные и шелковия ткани и иные драгоценные товары.

Несколько ниже устья речки Чертой-лыка, почти на средине Днепра, находится довольно большой остров сь древними развалинами, окруженный со всех сторон болЬе нежели 1000 островов, которые разбросаны неправильно, беспорядочно. Почва на иных сухая, на других болотистая; все они заросли камышем, который возвышается подобно пикам и закрывает протоки между островами. Эти многочисленные острова служат притоном для казаков, которые называют их Войсковою Скарбницеюу то есть, казною. Все они, исключая развалин, потопляются весенним полноводием; там никакие силы Турок не могут вредить казаками: преследуя их однажды на возвратном пути с Черного моря, турецкие галеры проникли до самой Скарбницы : потом в лабиринте островов запутались и не могли найти выхода. Казаки грянули в них из ружей с челнов, закрытых катышами; потопили многие галеры и так напугали Турок—пишет Боплан —что они с тех нор не смеют входить в Днерп далее 4 или 5 миль от устья. Уверяют, что казаки скрывают множество пушек; в протоках войсковой скарбницы. Они делят там добычу, а все что не подмочится, скрывают под водою. На пушечный выстрел, ниже порога вольного, лежит скалистый остров, называемый казаками кашевартщею, как будто для выражения радости о благополучном проходе через пороги; там казаки веселятся и угощают друг друга обыкновенным своим походным кушаньем, кашею.

Не дорожа жизнию в битвах, суровый обитатель Запорожья, в свободное время, любил играть на бандуре, воспоминая в воинственных песнях отважные подвиги, собственные свои и прежних витязей. Соединяя с умом хитрым и острым, щедрость и безкорыстие, по свидетельству даже врагом своих, казаки смерть предпочитали неволе, и для за-щищения независимости часто восставали против притеснитилей своих, Поляков. Но свидетельству современных писателей, Запорожцы телосложения крепкого, легцо переносили холод и голод, зной и жажду; в войне неутомимы, отважны, храбры, или лучше сказат, дерзки. Метко стреляя из пищалей, обыкновенного своего я, они наиболее показывали храбрость и проворство в таборе, огороженном телегами, или при обороне крепостей; сотня их в таборе не побоится ни тысячи Ляхов,- ни нескольких тысяч Татар, говорит Боплан. Если бы казаки конные имели такое же мужество, как пешие, то были бы непобедимы. Одаренные от природы силою и ростом видным, они любят пощеголять, но только тогда, когда возвратились с добычею, отнятою у врагов, обыкновенно же носят одежду простую. В мирное время охота и рыбная ловля составляют главное занятие казаков. Но в стороне Запорожской, говорит Боплан, вы найдете также людей искусных во всех ремеслах, необходимых для общежития: плотников для постройки домов и лодок, тележников и кузнецов, ников, и так далее Казаки весьма искусны в добывании селитры, которою изобилует Украйна, и в приготовлении пушечного а. Встречаются также между ними люди с но- знаниями высшими, нежели каких можно было бы ожидать от простолюдинов. Плодородная земля доставляет им хлеб в таком изобилии, что они часто не знают куда девать его; но Запорожцы, как и Донские казаки, мало употребляют в пищу хлеба или других каких растений, а более охотники до рыбы, разных мяс, яиц, молока и овощей; всего этого находится в излишестве. Казаки, как и многие северные народы, охотники дЬ крепких напитков; однако в походе, а особливо в морских поездках, редко встретите пьяного, говорит Крюйс.

Иногда Запорожцы увольнялись из сечи в зимовье, где часть их составляла как бы стражу и защиту селений (паланков), а другие, освобожденные от товарищества и сделавшись осадчилии, упражнялись хлебопашеством, скотоводством и торговлею, спускались по Днепру с солью и пшейицей в Очаков, или пробирались вооруженными караванами сквозь степь к Перекопским вратам. Их называли людьми посполитыми, или казаками городовыми, для различия от войсковых. Но они все еще состояли под ведомством войскового товарищества, нося в сечь небольшой оброк натурою и участвуя в разных общественных повинностях, наприм. в содержании перевозов, починке мостов, дорог и up. Если же казак совершенно оставлял войско, то совершенно уже освобождался от зависимости, и получал свидетельство: что из Коша войска Запорожского низо-вого уволен.)

История Запорожцев, быт их, нравы и обычаи только в наше время сделались предметом ревностного изучения. Важнейшими сведениями об них мы обязаны г. Срвзневскому, который издал 1) Запороэюскую старику, а в особенности г. Скальковскому, написавшему сочинение 2) о Запорожцахъкоторое частью было помещено и в журнале Мин Нар. Просвещения. По тесной связи-истории Запорожцев с историей Малороссии, рассказывают и о Запорожцах, 3) Пастории в Bellum Scythico Cosacicum, Данциг 1652 г.; 4) Бопланп в Des-cripfion d’Ucraine, Руан, 1660 (переведено и на русский, под названием: Описание Украйны); 5) Шевалье, в Histoin. de Иа guerre de Cosaques conlre la Pologne, Париж, 1663 г.;6) Энгель, в Geschichle der Ukraine und der Ukrainschen Kosacken, Галле, 1796 г.;

7) Д. П. Бантыш-Каменский, в Истории Малой России, Москва 1830 г.

8) Маркевич, в Истории Малороссии.

П. В. С.