Главная страница > Энциклопедический словарь Гранат, страница 258 > Как правило

Как правило

Как правило, организация и деятельность кооперативных товариществ может лишь более или менее приближаться к тому социально-экономическому понятью кооперации, которое сложилось на данной ступени кооперативного движения под влиянием всего накопленного кооперативного опыта. Конкретная действительность всегда расходится с идеальными представлениями. Ограждая своих членов от капиталистической эксплуатации, кооперация стремится осуществить в хозяйственной жизни принцип социального равенства; для достижения этой цели нужна соответствующая организация кооперативных товариществ, оспованпая на демократическом принципе равноправия всех членов и их самоуправлении; чистый доход в товариществах должеп делиться пропорционально степени участия каждого члена в общем деле. От этого социальноэкономического определения понятия кооперации должно отличать юридическое определение кооперативного това ришества, указывающее, какие хозяйственные формы подходят под действие закона о кооперативных товариществах. Германский кооперативный закон устанавливает три признака кооперативного товарищества: неограниченное число членов, содействие производству или домохозяйству своих членов и ведение хозяйственных операций за общий их счет. Эти призпакп приняты также и в проекте закона о кооперативных товариществах, выработаппом на втором всероссийском кооперативном съезде в Киеве 1913 г.

В большинстве случаев кооперативное хозяйство не поглощает всей хозяйственной деятельности своих членов, а лишь дополняет ее, помогает ей. Поэтому, по мере измеиепия в процессе экономической эволюции строения индивидуальных хозяйств и содержания их хозяйственной деятельности, изменяются и кооперативные формы их объединения. Каждому способу производства, каждой экономической формации свойственны свои особия формы кооперации. Так, например, среди мелких сельских хозяев, хозяйство которых сохранило натуральный характер, мы находим помочи, супряги, сырьевия и трудовия артели; среди мелких производителей па рыпок, как в области обрабатывающей промышленности, так и в сельском хозяйстве, развиваются кредитные кооперативы, промысловия товарищества разных видов, закупочные, подсобные и по сбыту, а также потребительные общества. Среди рабочих крупной промышленности мы находим артели наемных рабочих, производительные и потребительные товарищества, причем последния, по своим социально-экономическим тенденциям, существенно отличаются от потребительных обществ мелких производителей на рынок.

В настоящее время толока, помочи или клаки созываются обыкновенно в воскресные и церковные праздничные дни, когда работать на себя крестьяне считают грехом. Устраиваются они для помощи бедным и духовенству, или же для удовлетворения общественных и религиозно - нравственных нужд. Единственное вознаграждение, которое получают члепы толоки, состоит в угощении. Чем состоятельнее лицо, на которое толока работает, тем богаче должно быть угощепие.—В черноземных степях, среди бедных рабочим инвентарем хозяев, сильно распространен обычай „спрягаться“. Рабочий скот, орудия и рабочая сила нескольких домохозяев соединяются вместе для обработки земли и посева. Граница распространения этих супряи лежит там, где легкая одноконная соха сменяет тяжелый, влекомый 2—3 нарами волов, малороссийский плуг. Иногда, однако, подобная кооперативная организация земледельческих работ вызывается по техническими, а экономическими условиями. Мы находим ее, например, в скопинском у., где тяжелия условия крестьянского хозяйства, главным образом малоземелье, вызвали усиленное развитие отхожих промыслов. Товарищество обыкновенно состоит из двух, трех или четырех семей-одиночек. В одном товариществе, состоящем из двух одиночек, один засевает яровое па своем поле и на поле своего товарища и только тогда оправляется па промысел; другой же с ранней веспы уходит в отход я возвращается лишь к началу страдной поры, чтобы выполнить остальные полевия работы у себя и товарища. В другом товариществе, состоящем из четырех дворов, у одного есть лошадь, у другого — соха и прочая сбруя, третий дает подростка; все они уходятна заработки, оставляя этот сборный хозяйственный инвентарь четвертому одиночке, не имеющему пи сбруи, пи лошади, пи подростка; он обрабатывает свой надел и наделы товарищей.— Сырьевия артели сохранились в настоящее время только в области молочного хозяйства, в Италии и у нас на Кавказе; в южных стенях встречаются подобные же артелн для варки овечьяго сыра. Для успешного приготовления сыра и масла нужно известное количество молока, далеко превосходящее ежедневный удои, получаемый в хозяйстве крестьянина. Поэтому каждая хозяйка должпа или долгое время сохранять свое молоко, что требует много посуды, делает возможной порчу молока и расходование его в семье по мелочам,—или же соединиться с соседками в артель и ежедневно сносить молоко от всех членов артелн в одно место. При подобной организации, каждая семья, отдавая ежедневно немного молока соседям, получает, в свою очередь, единовременно такое количество молока, что в состоянии бывает в несколько дней заготовить нужный ей годовой запас масла и сыра. Когда артель образована, между членами ея устанавливается очередь — к кому первому сносить молоко, кому будет принадлежать вторая очередь, кому третья и так далее Каждый член артелн ведет точный счет молоку, которое он относит другим членам и получает от них. В настоящее время эти сыроваренные артели натурального типа все более и более вытесняются сыроваренными товариществами, работающими на рыпок.

Гораздо сложнее организация трудовых артелей. Группируя собранные в русской кооперативной литературе данные об артелях (историю русских артелей и юридическую конструкцию их см. III, 573/87), мы можем различить четыре топа артельной организации. В артелях, принадлежащих к первому типу, промысел или заработок артели делится между члепамп ея соответственно затраченному каждым из них труду; орудия производства, как и средства существования, вносятся каждым членом артели поровну, как необходимое доиолнение к вносимому им в артель труду. Одне из этих артелей работают исключительно для удовлетворения потребности семей артельщиков в продуктах их промысла; в таких артелях нет почвы для проникновения каииталистических влияний. Другия артелн работают на продажу, на рыпок; в них трудовое начало легко терпит ограничения в пользу капитала. Как правило, артелн первого типа встречаются только в тех промыслах и производствах, в которых ценность употребляемых орудий пвчтожпа. Другим условием для существования этого рода артелей является домашний характер промысла. Далекий отход вызывает большую затрату на содержание артели, недоступную для среднего и бедного крестьянства, из которого вербуются артельщики. В артелях второго типа, работающих уже по преимуществу на рыпок, артель занимает или нанимает нужные ей орудия и средства производства или у своего же более состоятельного члена, нлп у лица ей постороннего. Большинство наших рыболовных артелей принадлежит к этому тину. При дележе улова паи выдаются не только за труд, по и за снасти; обыкновенно, долл труда в несколько раз превышает долю капитала. Но проникновение капитала в промысел по означает проникновения капитала в артель. Отношения членов артели между собою остаются теми же, как и в артелях первого типа; пзмепяется лишь то, что вне артелн появляется капитал, к которому артель, как целое, вступает в те или другия отношения В среде, из которой выходят артели, уже замечается дифференцировка состоянии, по опа еще настолько незначительна, что не приводит к делению на социальные классы. Тут есть уже экономическая категория капитала, приносящого прибыль, но нет ещф социальной категории-класса капиталистов, не занимающихся более производительным трудом и живущих доходом или с капитала нлв от своей торгово-предпринимательской деятельности.

В артелях третьяго типа мы встречаемся с новою социальною фигурою—„хозяиномъ“, представителем социальной власти капитала. В артельных организациях этого рода первое место принадлежит капиталу, капитал нанимает труд, а не обратно, как это имеет место в артелях второго типа. Эти артели организуются на начале найма иди „нокрута“—артельная оргапнзация представляет собою коллективио-сдельпуго форму заработной платы. В этиих артелях инициатива организации промышленного предприятия принадлежит хозяину, владельцу нужного для предприятия капитала; хозяин заведует всей торгово предпринимательской стороной дела, тогда как члены артели заняты только техническп-пропзводительным трудом. Как слагается этот тип артели, можно проследить па эволюции артелей плотников. Где плотничья артель состоит из небольшого числа членов, работает в ближайшей окрестности, пе принимает никаких особых мер для предварительного отыскания подряда и содержится в период работы на счет заказчика, как это имеет, например, место среди плотников, занимающихся возведением и почипкон крестьянских построек,—там заработок делится поровну, и по окончании одного заказа все члены артели одипаково ищут другой. Когда же артели предстоит необходимость предварительно отыскать подряд, то из ея среды выделяется особое лицо, рядчик, иначе называемый большаком, уставщиком. Такой рядчик или предварительно находит подряд и после организует артель, или выделяется организованной уже артелью для отыскания подряда. На ряду с обязанностями рядчика он исполняет обыкновенно также обязанности старосты. Мелкого калибра рядчик или продает заказ артели за известное вознаграждение, или же участвует в артели, получая более простого плотника. Рядчик более крупного калибра, заручившийся выгодными заказами и обладающий большими денежными средствами, обыкновенно совершенно разрывает с артельным началом и набирает себе партью простых наемных рабочих. Так как трудность приискания работы тем больше, чем даиыпе отстоит район приложения труда промышленников от их местожительства, то в ближнем отходе преобладает обыкновенно артельная форма труда, в дальнем—капиталистическая. Работа артелью, на отряд или компаниями довольно широко распространена также в фабрично-заводском производстве: в каменоломнях, рудниках, каменноугольных копях, на металлургических и машиностроительных заводах, на кирпичных и стеклянных заводах.—Артели четвертого типа представляют собою товарищества мелких хозяйчиков, пользующияся наемным трудом. Таковы, например, так называемым биржевия артели. Оне занимаются хранением, перевозкой, упаковкой и так далее купеческих товаров, получают и передают денежные суммы, документы, письма и так далее Каждый новый член, при приеме в артель, должеп внести особия вкуишия деньги, вкупиться в артель, купить право па тот высокий заработок, который дает артель и который был бы недоступен вкупающемуся новичку при одиночном труде. Среди биржевых артельщиков можно встретить купцов 2-й гильдии, владеющих капиталами в десятки тысяч рублей. Артельщики, сверх своего артельного занятия, занимаются также сторонними промыслами, главным образом торговлей. Они или комиссионерствуют для иногородних купцов, или держат собственные торговия заведения. Развитью наемного труда в артелях особенно способствуют сезонные колебания артельного заработка. Кроме того, для всех тяжелых работ (перекатка, переноска товаров) биржевые артельщики нанимают сторонних рабочих.

С развитием производства на широкий, отдаленпый рынок, перед мелким производителем возникают задачи, к разрешению которых он оказывается совершенно неподготовленным своей предшествовавшей хозяйственною деятельностью. Пока оп работал для удовлетворения потребностей своей семьи или продавал продукты своего труда лично ему знакомому потребителю, до тех пор эти продукты пф принимали формы товарпого капитала, и торгово-предпринимательской деятельности не было места, так как материалы покупались у соседей, изделия и продукты также продавались соседям, и сбыт их не требовал никакого особого искусства, никаких специальных усилий. С развитием сношений с отдаленными рынками положение дел радикально меняется. Мелкий производитель, знакомый лишь с техникою производства, не знает требований и условий отдаленных рынков, не знает даже, где их искать; точно так же не знает оп, где и по какой цене можно достать нужный ему сырой материал. Кустарь не может везти продавать свой товар за сотни и тысячи верст, не может в такую даль ездить за нужным ему сырым материалом. Далее, у мелкого производителя нет средств для выдерживания в своих руках товара до момента его поступления в руки потребителя. В силу всех этих причин, расширение рыпка, создавая потребность в товарпом капитале и торгово-предпринимательской деятельности, создает новую экономическую индивидуальность—капиталиста, скупающого изделия мелкого производителя и играющого роль посредника между ним и рынком. Услугу эту мелкому производителю приходится оплачивать очень дорого, потому что скупщики пользуются своей социальною сплою и беспощадно эксплуатируют его. Когда капиталист-скупщик организует сбыт, перед мелким производителем открывается возможность обойтись без его услуг и избавиться от его эксплуатации. Раз пути торговли налажены, и мелкий производитель познакомился на практике с рынками, торговым капиталом и торгово-предпринимательскою деятельностью, для него является возможность устранения скупщика путем организаций промысловых товариществ для сбыта его изделий и продуктов его хозяйства, а таимсс для приобретения нужных ему сырых материалов и машин, ипогда—для совместного пользования машинами и другими средствами производства.

Особепно успешно идет развитие промысловых товариществ в области сельского хозяйства. Снабжение крестьян пужпыми в их хозяйстве предметами берут обыкновенно па себя сельскохозяйственные общества малого района действия, число которых на 1 апр. 1911 г. достигло 2.441. Сбыт продуктов крестьянского хозяйства организуется уставными или договорными товариществами специального назначения. Особенно широкое распространение получили у нас товарищества по обработке и сбыту молока. Опыт устройства артельных сыроварен в 1866—1872 гг., как известно, кончился неудачей. Главными причинами неуспеха были малое количество скота у крестьян в тех губерниях, где эти артели устраивались, и слабое развитие в то время денежных элементов в крестьянском хозяйстве. В литературе было отмечено, что устройство сыровареп отразилось на питании крестьянских детей. В середине 1890-х гг. кооперативное маслоделие начало развиваться в Зап. Сибири, где крестьяне имеют большое число коров на двор и где масло давно уже является рыночным продуктом, экспортируемым в Европейскую Россию. Толчком к возникновению маслодельных артелей в Тобольской и Томской губернии явилось проведение Сибирской ж. д. На севере Евр. России центром кооперативного маслоделия являются Вологодская и Ярославская губ., ва западе— губ. прибалтийские. В Тобольской и Томской губернии число молочных кооперативов достигало в 1910 году 1.337; в артелях, участвовавших в организации по устройству кооперативных маслодельных товариществ в Зап. Сибири, на члена приходилось в среднем 5,4 коров. Напротив, в Ярославской губернии число коров у среднего члена молочной артели составляет только 2,1, в Моск. г. еще менее—1,8. Цифры эти ясно показывают, насколько исключительно-благоприятны условия западносибирского крестьянского хозяйства для развития молочной кооперации. Участвуют в маслодельных артелях преимущественно средние и зажиточные крестьяне; ма-локоровные крестьяне, если только они не отнимают молока у своих детей, приносят молоко в артель только в постные дни. В 1908 г. образовался Сибирский союз маслодельных артелей, в 1911г.—Приуральский союз в Челябипске. Менее значительные союзы молочных товариществ существуют в Риге, Юрьеве, Петербурге и Москве. В Вологде союзные функции исполняет коммерческий отдел при Вологодском общ. сельского хозяйства, возникший в 1912 году При многих маслодельных артелях существуют артельные лавки, которые отличаются от обычных потребительных обществ тем, что членами в них могут быть только члены маслодельной артели, торговия операции ведвтся лавкою за счет капиталов артели, и ея члены обязуются покупать в лавке все пужпые им товары, за исключением ярмарок, торжков и поездок в город, когда опи вольны покупать нужные им предметы где угодно. Товары отпускаются членам в кредит, в счет заносимого ими на артельный завод молока. На 1 япв. 1913 г. число подобных лавок достигло 500. В других отраслях сельского хозяйства число товариществ незначительно. Более распространены товарищества по приобретению сельско-хозяиствепных орудии и машин. Есть попытки организовать сбыт на кооперативных пачалах фруктов, виноградного вина, сушеных овощей, меда, яиц; довольно успешно идет устройство картофеле-терочных заводов, па юге возникло несколько кооперативных мукомольных мельниц. Сбытом продуктов сельского хозяйства и снабжением крестьян нужными им в хозяйстве предметами занимаются также кредитные кооперативы (посреднические операции).

В области обрабатывающей промышленности сырьевия товарищества пользуются сколько-нибудь значительным распространением только в щепных промыслах, где материал—дерево—дешев. Дорогое сырье не под силу товариществам кустарей. Подсобные артели мы находим среди смолокуров, гончаров, ткачей, кузнецов и так далее Примером могут служить артели кузнецов в арзамасском у. Нижегородской губернии Суть товарищеского устройства заключается в том, что кузнецы, обыкновенно 14—18 ч., имеют одну общую кузницу, па общия деньги устраивают горп и меха, покупают уголь и сообща нанимают человека для раздувания мехов; во всем остальпом каждый артельщик действует в одиночку; сам для себя покупает железо, кует из него на своем месте в кузнице гвозди и сам продает нх. Такой же характер носит организация светелок среди ткачей. Наибольшее значение для кустарей имеют товарищества по сбыту. Примером могут служить складочные артели смолокуров Архангельской и Вологодской губернии, среди которых в конце 1913 г. образовался „Союз смольных артелей Важской обл.“, и складочные кустарные артели Московской губернии, число которых в 1912 году было 10. Главным препятствием для развития их деятельности являются затруднительность сбыта изделии и недостаток средств. Почти всю массу своих изделий товарищества продают в кредит; в средпем, при 71 руб. паевого и собственного капитала, для производства своих операций товарищества нуждаются в 347 руб. оборотного капитала па члена. Недостаток средств заставляет иногда товарищества прибегать к убыточной продаже изделий.

Те же причины мешают развитью и производительных товариществ городских ремесленников и сельских кустарей. Так, наир., в Московской губернии в 1912 году действовали 12 т-в; за наличные ими продано только 8,6% всего количества изготовленных изделий; при 43 руб. паевого и собственного капитала, потребный оборотный капитал, образованный путем займов и кредита у поставщиков, достигал 305 руб. па члена. В известной Павловской артели размер нужного для товарищества оборотного напитала достигает 600 руб. па члена. Таким образом, товарищества работают по преимуществу па запятия средства. Затем, большою помехою развитью производительных товариществ является отсутствие дисциплины в среде их членов.

С развитием производства на рынок возникает и потребность в кредите. Рапьше, при натуральном строе хозяйства, был возможен только личный кредит и притом в натуральной форме. С развитием денежного хозяйства появляется потребность в производительном кредите, представляющем собою круговращение капитала в чужом предприятии и имеющем денежную форму. Первоначально эта потребность в денежном кредите удовлетворяется частными предпринимателями, ростовщиками и банкирами. Затем появляется кооперативная форма организации кредита. Кооперативные кредитные учреждения не создают кредитных отношений, а лишь организуют, концентрируют их. В России первое ссудосберегательное товарищество было основано св. Ф. Лучининым в 1866 г. в Костромской губернии; затем число учреждаемых товариществ пачало довольно быстро расти, достигнув в 1873—1877 гг. около 150 в год; это развитие кредитной кооперации в 1870-х гг. является прямым результатом деятельности земства по организации мелкого народного кредита. После русско-турецкой войны 1877—8 гг. наступает реакция; интерес к народному кредиту падает, обнаруживаются отрицательные стороны действующих товариществ, а также недостаточная подготовленность крестьянства к ведению дел в товариществах как в экономическом, так и в культурном отношении. Под влиянием всех этих причин число учреждаемых ссудо-сберегательных товариществ быстро падает и держится па низком уровне вплоть до 1906 г.,

Когда начинается общий подъем всех форвдь кооперативного объединения. Ссудо-сберегательные т-ва требуют от своих членов взноса пая, т. е. известных сбережений. В 1895 г. был создан другой тип кредитных кооперативов, кредитные т-ва, в которых нет паев, а роль основного капитала играет ссуда от Гос. Банка или местпого земства. Права этих товариществ на самоуправление значительно ограничены деятельностью инспекторов мелкого кредита, которые имеют даже право, в известных случаях, устранять от исполнения обязанностей выборных должностных лиц т-ва. Первия кредитные товарищества были основаны в 1897 г. Ссудо-сберегательные т-ва распространяются у пас, главным образом, в западной половине России, где население более зажиточно, кредитные т-ва—в восточных губ. На 1 июля 1913 г. число кредитных кооперативов достигло 12.225, с 7.649.192 членами, а сумма выданных ссуд—519,4 мил. руб. Мы не будем останавливаться па многочисленных недостатках Положения 1904 г. об учреждениях мелкого кредита и затронем лишь два вопроса—о долгосрочных ссудах и посреднических операциях. В настоящее время выдача ссуд на оборотные средства допускается на срок до одного года,ина приобретение инвентаря—до трех лет и па хозяйственные улучшения--до пяти лет. Так. обр., кредит па покупку молотилки или жатвенной машины не может превышать трех лет; кредит па постройку мельницы, маслобойни, производство осушительных и оросительных работ—не должен превышать пяти лет. Недостаточность этих сроков очевидна: в указанных случаях понесенные расходы не могут окупиться в столь короткое время. Затем, товарищества имеют право выдавать долгосрочные ссуды лишь в размере, отвечающем сумме долгосрочных вкладов и займов, а также основного и запасного капитала товарищества. В пользу этих ограничений, задерживающих развитие столь нужных крестьянам и кустарям долгосрочных форм мелкого кредита, не может быть приведено никаких веских соображении. Известное банковское правило, согласно которому актив кредитного учреждения должен определяться ей пассивом, требует лишь, чтобы средняя продолжительность ссуды не превышала средней продолжительности вклада, чтобы банк не выдавал деньги в ссуду па 7 месяцев, если он их получает от вкладчиков только на 6 мес. Правило это имеет в виду тот случай, когда приток новых вкладов совершенно останавливается: если оно строго исполнялось, банк расплатится со своими вкладчиками, собирая платежи по выданным ссудам. Но, как показывает опыт кредитной кооперации во всех странах, сумма вкладов в кооперативах растет непрерывно, а кризисы на денежном рынке не вызывают массовою отлива вкладов. Мелкий кредит подлежит действию совсем иных закопов, чем кредит крупный, капиталистический. Наконец, существование союзных касс и свободных кредитов в Государств. Бапке и земских кассах мелкого кредита, где в затруднительных случаях всегда можно перехватить денег, если товарищество кредитоспособно, еще более ослабляет зависимость актива кредитных кооперативов от их пассива. Поэтому, в известных пределах, долгосрочные ссуды внолпе возможны и за счет краткосрочных вкладов. Между тем, действующия правила идут гораздо дальше указанного банковского принципа: они требуют не только того, чтобы актив в общем и целом определялся пассивом, по также, чтобы каждой долгосрочной ссуде, сверх выданных за счет основного и запасного капиталов, соответствовал вклад или заем равной или большей долгосрочпости. Все эти стеснения в выдаче долгосрочных ссуд вызывают просрочку ссуд и их переписку.

Положение 1895 г. об учреждениях мелкого кредита разрешило им заниматься, па ряду с выдачей ссуд и приемом вкладов, также посредническими операциями. По действующим правилам, операции эти должны производиться или за личный счет доверителей, или на суммы образованных для этой цели специальных капиталов, но не на общия оборотные средства товарищества. Даже официальные отчеты, издаваемые Управлением но делам мелкого кредита, констатируют, что все эти ограничения пе соблюдаются, и посреднические операции почти везде производятся за счет общихсредств кредитных кооперативов. Нецелесообразность правил,стесняющих развитие посреднических операций очевидпа: зтн операции могут быть прибыльны в том лишь случае, если будут широко поставлены; организация их по действующим правилам варанее обрекает их на убыточность, в лучшем случае - на бесприбыльность. Главным предметом посреднических операций является хлеб. Хлеб в зерне, па ряду с торговотехническими растениями и продуктами скотоводства, является в настоящее время одной из главных статей денежного бюджета крестьянского хозяйства, собеппо в черноземных губ. Чтобы избавить крестьян от продажи зерна по дешевым ценам скупщикам и необходимости продавать немедленно по снятии урожая, многие ссудо-сберегательные и кредитные т-ва ведут в настоящее время либо залоговыя, либо комиссионные операции с хлебомь; попытки вести покупку хлеба ва твердый счет, напротив, распространены сравнительно мало. Некоторые сельскохозяйственные общества, широко развившия подобные закупки, понесли большие убытки. Наиболее простой характер носят хлебо-залоговия операции; с них обыкновенно товарищества и начинают. Первоначально хлеб, под который выданы ссуды, ссыпается в заарендованные амбары; когда размеры операции более или менее выяснятся, товарищество обзаводится собственными помещениями лля ссыпки хлеба. К 1 мая 1913 г. посреднические операции с хлебом вели 1.763 сс.-сб. и кр. т-ва; из пих 4 0 т-в имели зернохранилища емкостью в 10 мил. пудов. Амбары, которыми располагают т-ва, в большинстве случаев плохо удовлетворяют своему назначению; стоимость их сооружения на пуд емкости составляет в среднем 10 коп., тогда как зернохранилища усовершенствованного типа обходятся в 19—ЗЯ к. па нуд. Первыми занялись хлебозалоговыми операциями т-ва Таврической и Херсонской губ; в настоящее время эти операции широко распространены в новороссийских, центрально-земледельческих, средпеволжскох, нижневолжских, приуральских и северно-кавказских губ. Комиссионные операции с хлебом получили пока весьма ограниченное распространение и практикуются, главпым образом, т-вами Херсонской и Бессарабской губернии

По имеющимся статистическим данным, в кредитных кооперативах участвуют по преимуществу средние крестьяне, затем следуют зажиточные, а бедные занимают последнее место. В Уфимской губернии путем специальной подворной переписи членов кредитных кооперативов удалось установить, что при обеспечении землей ниже средняго, по целому ряду других хозяйственных признаков члены товарищества стоят выше среднего уровня. Так, семья у них больше, чем у всего местного населения, — 6,15 душ против 5,80; посев—также больше, 7,26 дес. против 5,45 дфс., причем трехпольпая система земледелия у членов т-в развита гораздо более, чем у прочого местного населения, которое до этих пор придерживается иере-ложпой системы и дикого пестрополья; скота у нихь также больше—3,25 голов нротив 2,74 у всего местного населения (в переводе на крупный). Все эти данные позволяюи исследователю уфимской кредитной кооперации прийти к выводу, что „при одинаковом земельном обеспечении, при одинаковом количестве арендованной земли, члены кредитных товариществ засевают ббльшия пространства и обладают относительно ббльшим посевным фондом, нежели обычная масса. Это значит, что кооперативная среда болеф предприимчива, более работоспособна и всасывает в себя наиболее энергичные элементы деревни. В то время как общая масса из имеющейся в ея распоряжении земли засевает 35%, кредитннки доводят эту цифру до 48%“. Вообще кооперативы различных видов объединяют вокруг себя все наиболее предприимчивые, паиболее культурные, наиболее сознательные элементы деревни. В кооперативном движении слагаются и выращиваются зачатки будущого уклада общественно-экономической жнзпи нашего крестьянства.

Учреждение отдельных кредитных кооперативов— только первый шаг на пути кооперативной организации мелкого кредита. Задача всякой организации кредита заключается в облегчении перехода свободных средств из хозяйства, ими располагающого, в хозяйство, в них нуждающееся. Поскольку потребность в кредите может удовлетворяться местпыми избытками, цель эта достигается учреждением отдельных кооперативов;

но если избытки накопляются или обнарз жпваготся в одпой местности, а потребность в кредите—в другой, для организации кредита необходим союз кредитных учреждений. Первый союз кредитных кооперативов, Бердянский, был разрешен в 1901 г.; из его устава был исключен пункт, разрешавший ему нришпагь вклады, заключать займы и выдавать входящим в его состав товариществам ссуды. Таким образ, союз был лишен O новной своей задачи—организации кредитных операций. С таким же урезанпыы уставом были разрешены еще несколько союзов, и лишь в 1911 году десять союзов получили устав, разрешающий им принимать вклады и выдавать ссуды. В этом же 1911 г. был утверждеп устав Московсис. Народного банка, стремящагося стать центральной организацией кооперативных кредитных учреждений.

Первия потребительные общества возникли в России в 1865 г. Первоначально число их росло очень медленно; в 1892 г. число утвержденных в течение года уставов перевалило за 50, в 1901 г. — за 100, а начиная с 1907 г., число ежегодно учреждаемых обществ превышает 1.000. На 1 япв. 1913 г. число потребительных обществ в России, по данным Спб. Отделения комитета о сельских ссудо сберегат. и промышленных т-вах, равнялось 7.578. Особенностями нашей потребительской кооперации являются продажа товаров по цепам ниже рыночпых и широкое развитие продажи в кредит. Как известно, существуют при системы продажи товаров в потребительных обществах: 1) но своей цепе, с наложениемь ничтож-пого % для покрытия расходов по лавке, 2) по рыночным цепам и 3) по более высоким ценам, в целях накопления сбережений (система кооператива „Впередъ“ в Гейте). На Западе господствует вторая система, так как опа способствует образованию собственного неделимого капитала, необходимого для расширения деятельности потребительного общества. При системе продажи товаров но своей цене потребительное товарищество остагтся простою лавкою, не более. Наши то варищества придерживаются именно этой последней системы; они постоянно стремятся продавать товары по ценам ниже рыпочпых. Явление это обусловливается диуия причинами: погоней членов за непосредственною, каждодневною выгодою от покупки товаров по дешевой цепе и широким развитием продажи не-члепаы, случайным покупателям с улицы, которые идут только па дешевку. Так, папр., в потребительных обществах Московской губернии процент продажи посторонним равняется 35,1%, в обществах, входящих в состав Московск. союза потпебит. обществ,—40,2%. В общем, надбавка к оптовой цене в наших обществах составляет только 12—13%, что дает не более 5% чистого дохода, тогда как в Германии обычный дивиденд на забор равеп 8%, а в Англии —даже 12%, т. е. достигает размера валового дохода в паншх обществах. Другим отрицательным явлением в жизни наших обществ является продажа в кредит. В обществах, входящих в состав Московск. союза иотреб. общ., отпуск товаров членам в кредит достигает в сельских обществах — 36% паевого и собств. капитала обществ, в городских — 6СР/о“ а в рабочих-113%, т. е. члены разобрали в последних по рукам не только весь капитал обществ, но и часть произведенных ими займов. В некоторых обществах задолженность членов превышает паевой капитал в 2, 4 и даже 8 раз; еще выше задолженность отдельных членов обществ, ипогда в 10 и более раз превышающая их пневой взнос. При таком положении вещей многие потребительные общества вынуждены покупать все товары в кредит и ведут, следовательно, борьбу с частными торговцами за счет самих торговцев.

До копца 1890-х гг. потребительская кооперация развивалась у пас по преимуществу среди городского и фабричного населения. С начала 1900-х гг. социальный состав наших потребительных обществ резко меняется: новия общества возникают по преимуществу в сельских местностях; во второй половине 1900-х гг. на сельское население прихоиится уже около 85% всего числа разрепиенпых обществ. Особенностью сельских потребительных обществ является то, что они не только снабжают крестьян нужными им товарами, по я оргапнзуют сбытт> продуктов их хозяйства. Так, в Киевской, Подольской, Херсонской и Таврической губернии крестьяне часто берут товары в кооператш;-

ных лавках в обмен на яйца, зерно, фасоль, лук и проч., особенно перед большими праздниками; в Псковской губернии—назерпо илен, в Пермской—назерно.— Развитью потребительных обществ в рабочей среде сильно мешает то обстоятельство, что значительная часть русского фабричного пролетариата не свободна в области своего личного потребления. На многих фабриках рабочие живут в казармах, построенных фабрикантом, и покупают продукты в принадлежащей ему фабричной лавке. Эта зависимость русского рабочого от фабриканта не только в области производства, по и в области личного потребления создала особый тип зависимых потребительных обществ, которые характеризуются след. признаками: I) членами этих обществ могут быть только рабочие и служащие данной фабрики; при увольнении с фабрики рабочий тем самым выбывает и из общества; 2) такие общества помещаются в большинстве случаев в зданиях, принадлежащих фабрике, и 3) отпускают товары своим членам в кредит по ордерам фабричной конторы. В этих зависимых обществах нет места самоуправлению членов; всякий активный член общества в любую минуту может быть удален из него путем увольнения с фабрики. Во всех операциях этих обществ, например, в выборе поставщиков и т. под., влияние фабриканта играет решающую роль; вместе с тем отпуск товаров в кредит достигает в пнх в среднем 134% паевого и собственного капитала.—Совершенно нпои характер имеют независимия потребительные общества, начавшия возникать с 1906 г. Это — действительно самоуправляющияся общества; отпуск товаров в кредит развит в пих мало (16,5% паев. капитала), и единственным их недостатком является низкая расценка товаров, вызываемая их стремлением регулировать цены на рынке и с первых же шагов своего существования вести прямую борьбу с высокими рыночными ценами. Главным препятствием для развития потребительской кооперации в рабочей среде является слабое развитие в пей семейной жизни: при недостаточном заработке рабочий пе может иметь семьи; около 60% фабричных рабочих представляют собою одиночек, харчующихся в трактирах, у хозяек и так далее, неспособных быть деятельными заборщиками в потребительных обществах.

Всероссийским центром объединения потребительп. обществ является Московск. Союз нотреб. обществ, в состав которого к началу 1914 г. входило более 1.000 нотреб. обществ и торговые обороты которого в 1913 году достигли 8 мил. руб. С 1909 г. в большом числе начали возникать районные объединения потребительных обществ, или в форме расширения деятельности городских обществ, закупающих товары для сельских кооперативов, или в форме контор для закупки товаров. В 1911 г. возпнк Варшавский союз ютребнтельных обществ, в 1912 г.— Пермский.

В развитии кооперативного движения последних лет большую роль играли два всероссийских кооперативных съезда—в Москве в 1908 году и в Киеве в 1913 году Сверх разрешения очередных вопросов различных форм кооперации, съезды эти много сделали по общим вопросам, затрагивающим интересы всего нашего кооперативного движения,—кооперативному законодательству, союзному объединению кооперативов, их культурно-просветительной деятельности и вопросу о положении служащих в кооперативах. Вопрос о выработке законопроекта о кооперативных товариществах, который обеспечил бы привовую сторону кооперативного движения, возник еще на кооперативном съезде 1908 г. В настоящее время у нас действует разрешительный порядок открытия товариществ, причем нормальные уставы имеют почти обязательную силу; в своей деятельности товариществам также приходится много претерпевать от административного уемотрепия. Выработанный и принятый на кооперативном съезде 1913 г. законопроект устанавливает для товариществ явочный порядок учреждения и ограждает их от вмешательства административных властей в их дела. О союзном строительстве на съезде 1908 г. говорить воспрещалось, тем не менее, именно этот съезд дал толчок союзному объединению товариществ. На съезде 1913 г. было постановлено создать организацию съездов представителей кооперативных учреждений, как органа, объединяющого все наше кооперативное движение и представляющого его интересы. Культурнопросветительная деятельность за последние годы занимает в жизни кооперативных товариществ все более видное место. Во многих местах кооперация является чуть ли не единственною формою самодеятельности населения, и так как в нем уже пробудилась жажда умственного развития и разумных развлечении, то удовлетворение и этих потребностей возлагается на кооперат. организации. Кооперативы работают, главным образом, в области внешкольного образования и занимаются преимущественно теми его формами, которые недостаточно или совсем не пользуются поддержкой местных общественных учреждений, — например, устройством лекций, библиотек и читален, музыкальпо-драма-тическнх кружков и народных домов. Кооперативный съезд 1913 г. в Киеве постановил учредить особый научпый институт для научной разработки вопросов, связанных с теорией и практикой кооперации, и подготовки практических деятелей для кооперативных учреждений. Наконец, вопрос о служащих па обоих съездах был подвергнут всестороннему рассмотрению в особых комиссиях, и съезд 1913 г. высказался за введение в кооперативах коллективного договора найма со служащими и за учреждение для них пенсионных касс.

Литература по вопросам кооперации настолько обширна, что мы вынуждены ограничиться указанием лишь немногих главных источников и притом исключительно на русском языке.—Н. Калачев, „Артели в древией и нынешней России“, 1864; А. В. Яковлев, „Очерк пародп. кредита в 3. Европе и России“, 1869; Н. Я. Зибер, „Потребительные общества“, 1869; Н. II. Колюпапов, „Практич. руководство к учреждению сельских и ремесленных банковъ“, 1870; В. Ф. Лухинин и А. В. Яковлев, „Сельские ссудные товарищества14, 1870; „Сборник материалов об артеляхъ“, 3 выпуска, 1873—5; А. Исаев, „Артели в России“, 1881; Ф. Щербина, „Очерки иожпо-русскнх артелей и общинно-артельных формъ“, 1881; В. В., „Артельные начинания русского общества“, 1895; В. В., „Артель в кустарном промысле“, 1895; Я. А. Соколовский, „Деятельность земств по устройству ссудо-сберегательных товариществъ“, 1895; Я. А. Рейтлиниер, „Обзор положения и деятельности потребительных обществ в России по данным 1897 г.‘‘, 1898; Я. X. Озеров, „Общества потребителей“, 2-е изд., 1900; В. А. Косипский, „Учреждения для мелкого кредита в Германии“, 1901; Б. Уэбб, „Кооперативное движение в Англии“, 1905; А. И. Анциферов, „Кооперация в сельском хозяйстве Германии и франции“, 1907; „Труды первого всероссийского кооперативного съезда 1908 г. в Москве“, 1908; А. А. Николаев, „Теория и практика кооперации“, 2 тома 1908; А. И. Чупров, „Мелкое земледелие и его основные нужды“, 1907; ехо-же, „Мелкий кредит и кооперация“, 1909; Д. М. Бобылев, „Потребительные общества Пермской губернии“, 1909; Я. С. Войков, „Потребительная кооперация в Киевской губернии“, 1910; III. Жид, „Кооперация“, 1909; Ек. Вебб, „Мирный переворот в экономической жизни. Кооперация в Великобритании“, 1910; Я. II. Макаров, „Крестьянское кооперативное двнжепие в Зан. Сибири“, 1910; его-же, „Креднтпая кооперация в московском у.“, 1911; „Кредитная кооперация в черте еврейской оседлости“, 1911; „„Кооперация среди евреевъ“, 1913; В. Ф. Тотомиапц, „Сельскохозяйственная кооперация“, 1903; ехо-же, „Кооперация в русской деревне“, 1912; его-же, „Теория, история и практика потребительной кооперации“, изд. 3-е, 1913; Я. Доброхотов, „Зернохранилища для сельских учреждении мелкого кредита“, 1912; М. И. Ту хан-Барановский, „К лучшему будущему“, 1912; „Ежегодники Московск. Союза потреб. обществъ“, 1911 и 1912; „Курсы по кооперации, читанные в университете имени А. Л. Шанявского“, 2 тома, 1912—13; С. Прокопович, „Кооперативное движение в России, его теория и практика“, 1913; В. Т. Анофриева, „История развития и деятельности потребительного общества при фабрике товарищества Никольской мануфактуры Саввы Морозова сын и К°“, 1913; „Материалы по кооперации в Московской. губ.“, под ред. В. В. Хижнякова, 8 выпусков; Б. Воронов, „К вопросу о положении служащих и рабочих в потребительной кооперации“, 1913; „Труды статистич. отделения общества имени А. И. Чупрова. О приемах статистического изучения кооперации“, 1918; „Кооперация в Уфимской губернии“, вып. I: „Кредитная кооперация“, 1913; „Доклады и резолюции второго всеросс. съевда по кооперации в Киеве“, 1913.

С. Прокопович.

Статистика кооперативного дела в главных странахъ1)

I. Число и виды кооперативов.

11 Численность отдельных видов

Всех

Коонерат.

Членов в них.

Жителейна

1 члена коонер.

Крфдит.

Производ.

За

Купоч.

Посбыту.

Др.

пронзв.

Потреб.

Строит.

is

Кооп.

пекар.

Страхов.

Н о« ° сЗ С И

CLS

04

Бельгия. .

2.270

ок. 500.000

15

568

110

199

638

82

394

24

6

66

Болгария .

727

„ 50.000

80

635

10

33

43

6

_

Дания.. .

5.033

„ 614.200

4

658

1 191

_

1.300

_

_

_

Германия .

30.555

„ 4.800.000

13

17.493

4.160

2.682

2.312

2.311

1.056

_

_

144

Финляндия .

1.929

„ 200.000

15

416

362

639

512

_

_

_

франция. .

10.983

„ 800.000

49

3.247

510

е

е

е

1.477

_

_

1.077

257

Италия. .

7.564

„ 1.666.800

2.449

815

660

1.017

172

1.764

379

46

87

124

Нидерланды

2.679

355.000

16

500

377

489

832

386

_

95

Норвегия .

3.078

100.000

24

806

392

70

1.300

4 50

_

_

Австрия. .

16.563

ок.2.400.000

12

10.954

е

е

е

е

1.382

312

_

_

_

Румыния. .

2.904

„ 442.700

13

2.943

275

71

_

_

_

_

15

_

Россия. .

16.000

„ 3.00О.О00

35

11.000

340

3.900

1.510

_

5.500

_

_

_

Швеция. .

2.100

160 000

30

_

20

_

_

_

600

_

_

_

_

Швейцария

7.827

375.0П0

10

322

301

595

2.977

2.687

486

20

6

24

_

76

Сербия. .

1.252

60.000

44

580

_

180

15

_

95

_

_

_

_

Испапия .

274

80.000

24

49

12

— .

_

182

3

4

_

_

Венгрия. .

б.иОО

800.000

26

3.544

_

1.200

_

_

_

_

Соед. Королевств.

2.500

2.750.000

16

241

320

57

336

1.430

16

_

34

_

5

Япония. .

5.149

500.000

103

3.353

64

_

187

753

792

_

_

_

Соедип. Штаты .

500

60.000

е

е

е

е

е

е

500

125.887

19.713.700

1.533

58.344

8.110

9.755

11.249

6.062

20.804

1.810

62

1.338

124, 548

II. Союзы потребительных обществ для оптовых закупок.

Год

В союз входило

Годовой оборот в ты-

Торгов.

расходы

Капи-

Собст.

производств.

от-

в 1901 в тыс.

Крытия.

обществ

в них членов

марок

въ°/0отнош. к обороту

в 1910 в тыс. марок

1901

1910

1901

1910

1901

1910

ism

1910

19)1

1910

марок

1. Английск. (Cooperative Wholesale Society, Манчестер). .

1864

1.092

1.160

1.249.091

1.991.576

352.841

531.356

1,89

2,04

1,6

17

61.478

131.626

2. Шоиландск. (Scottish Wholesale S.,Глазго).

1868

287

276

263.415

415.526

114.014

154.763

2,34

2,52

4,7

3,5

20.806

48.706

3. Датск..

1884

684

1.259

_

15.201

51.624

2,36

2,19

3,5

5,1

3.873

5.366

4. Швеицар.ВогЬап dost-schweizerischer land-wirtschatft.Genossen-schaf ten (Винтертур)

1888

124

162

8.305

12.652

2.643

6.035

136

5. ИИидерланд. Goopera-tieve Bond, Ilandels-kamer (Роттердам).

1890

28

88

1.578

4.516

0,54

0,52

0,06

1,23

183

178

6. Швейц. Verband Schweiz Ivonsumve-геипф (Базель) .

1892

125

328

88.365

212.322

3.348

22.212

2,15

2,84

0,3

1,05

363

7. Гермап. Grossenkaufs-g» sellsc haft deutsch. Konsumvereine (Гамбург) .

1894

188

675

15.137

88.669

0,97

2,43

0,6

3.933

2.896

8. Венгерск. „Haugya.

1S99

171

992

22.533

156.563

1.713

15.973

4,61

4,73

од

0,8

1.415

_

9. Моеков. Союз потреб. о-в.. .

1901

85

393

236

4.287

3,84

2,ЗГ

1,4

1,44

153

10. Бельгийск. Federation des Soci4tes сооре-rat. beiges (Антверпен)

1899

66

108

615

3.598

1,33

1,24

1,2

0,05

151

11. француз. Cooper, de Gros (Париж). .

1900

64

е

_

56

1.181

1,82

3.15

52

12. Шведск.

1904

44

431

66.5822)

5.078

3,90

1,5

232

_

13. Финляндский

1905

139

е

10.888

2,71

1,2

409

__

14. Австрийский

1905

256

е

16.869

2,57

0,37

565

_

15. Фрачцузск. Magazin de Gros (Париж) .

1906

_

268

е

5.990

4,72

1,48

128

16. Норвежский

1907

66)

е

1.073

е

е

49

) См. Jahrbuch der internationalen Genossenschaftsbewegung. Zweiter Jahrg. Herausgegeben am Auftrage des Zentralvorstandes des Internationalen Genossensehaftsbundes. London 1913. 2) Данные 1909 г.

нио агониста. Таково отношение мышц, сгибающих и разгибающих предплечье, в тот момент, когда мы делаем быстрое сгибание в локте руки, висящей свободно вниз. В другом ряде случаев антагонист в начале движения, обусловливаемого сокращением агониста, расслабляется, а затем сам приходит в напряжение, но с тем, чтобы в дальнейшем начать снова расслабляться и притом с известной постепенностью, сообщая тем самым определенную скорость движению в направлении, обусловленном первоначальным сокращением агониста. Подобное взаимодействие мышц мы наблюдаем у стоящого человека, когда он наклоняется всем туловищем вперед. В начальный момент здесь сгибание совершается на счет сокращения сгибателей туловища; в последующий же период времени оно идет гл. обр. на счет расслабления разгибателей спины. Нам известен и третий вид движений—тот, который обязан своим происхождением одновременному сокращению агонистов и некоторых из антагонистов. К этому разряду движений мы должны отнести сжатие предмета, за-; хваченного кистью руки, или простое замыкание кисти в кулак, производимое с значительной силой. В этих случаях имеет место одновременное сокращение сгибателей пальцев и разгибателей кисти руки, хотя, быть может, и не одинаковой силы. Мы укажем, наконец, еще на один вид взаимодействия агонистов и антагонистов—то их состояние, когда требуется сделать неподвижной конечность в одном или нескольких сочленениях, например, нижнюю конечность при акте стояния, верхнюю конечность приподнятой до горизонта и прочие В подобных случаях мы наблюдаем одновременное сокращение как агонистов, так и антагонистов, и притом сокращение одинаковой силы и одинаковой длительности. Что касается мышц содействующих, то их участие в происхождении различных движений может быть весьма разнообразно. В одном случае происходит одновременное со

Кращение всех мышц, участвующих в данном движении; в другом— сокращается только одна их группа, тогда как другия остаются недеятельными. Возможно представить себе и такой случай, когда сокращаются все мышцы, окружающия данное сочленение, но когда степень сокращения, равным образом и его длительность, представляется далеко неодинаковой в различных мышцах.

Из сказанного становится ясным, насколько многоразличны могут быть те взаимные сочетания, в которых вступают мышцы при развитии различного рода движений нашего туловища и наших конечностей; с другой стороны, не менее ясным представляется и то, насколько сложной должна являться при двигательных актах иннервация мускулатуры как в смысле посылки волевых импульсов на каждую из мышц, участвующих в данном движении, так и в смысле регуляции иннервирующей силы в каждый отдельный момент двигательного акта. Если при столь сложной деятельности двигательного механизма наш организм оказывается в состоянии регулировать с необыкновенной точностью самые сложные двигательные акты, то этим он обязан нервной системе. Последней, среди остальных функций, присуща и та, которая носит название координации двиэисений. Этим именем обозначается способность нервного аппарата влиять на двигательный механизм в том направлении, чтобы при каждом двигательном акте преследуемая организмом цель достигалась с наименьшей затратой энергии и с возможно большей экономией во времени. И действительно, до тех пор, пока остается ненарушенной координирующая деятельность нервной системы, все двигательные акты продолжают совершаться с тою точностью, какая вообще доступна для данного организма в его нормальном состоянии.

Если мы перейдем теперь к изучению условий, обеспечивающих нашему организму точность произвольных движений, то прежде всего должны будем указать на то, что в К. д. видная роль выпадает на долю чувствительных путей, проводящих с периферии те раздражения, которые определяются нами как тактильные ощущения и ощущения, идущия с глубоких частей тела (глубокое чувство). Каждый раз, как только нарушается целость этих путей в том или другом месте их протяжения, К д. расстраивается в большей или меньшей степени. В большей степени она нарушается при повреждении пути, проводящого раздражения с глубоких частей тела, в меньшей—при нарушении целости пути, передающого тактильные раздражения. Важное значение в К. д. имеет также лабиринт с выходящим из него преддверным нервом (n. vestibularis): им поддерживается равновесие нашего тела при каждом положении, которое мы принимаем по нашему произволу. Известное значение для К. д. должно быть признано и за теми раздражениями, которые воспринимаются органами высших чувств, в частности, за зрительными и слуховыми восприятиями. На долю зрения выпадает особая роль при производстве тонких и сложных движений конечностями; восприятия слуховия регулируют, между прочим, движения, необходимия при акте речи. Но помимо путей, передающих раздражения с периферии в центростремительном направл., в К. д., повидимому, принимают участие и пути центробежные, передающие двиг. импульсы на мускулатуру скелета. В пользу этого говорят те патологические случаи, когда налицо оказывается резкая степень расстройства К. д., а между тем самое точное исследование общей чувствительности не открывает и следа анэстезии, ни кожной, ни глубоких частей (например, при sclerosis disseminata).

Теперь сам собой возникает вопрос: какую роль выполняют различные анатомические пути и аппараты в механизме, регулирующем произвольные движенияе Вполне определенного ответа на настоящий вопрос мы не можем дать, так как для этого в нашем распоряжении не имеется пока достаточного фактического материала; мы можем тольковысказать несколько общих положений, которые помогут нам установить на этот предмет известную точку зрения.

Новорожденный ребенок, как известно, лишен совершенно произвольных движений; тем не менее у него мы наблюдаем целый ряд очень сложных двигательных актов, отличающихся необыкновенной точностью, понимая эту последнюю в смысле регуляции тех движений, на счет которых слагается данный двигательный акт. Из числа таких сложных, точно регулируемых двигательных актов мы остановимся на акте сосания. Механизм сосания, говоря в общих чертах, должен быть приравнен к механизму присасывающого насоса. Ротовая полость, как известно, может не только замыкаться герметически, но и изменяться в своем объёме, то растягиваясь, то спадаясь в большей или меньшей степени. Поэтому в том случае, когда через родовое отверстие в полость рта будет введена какая-нибудь трубка, по которой протекает жидкость, последняя может поступать в ротовую полость каждый раз, как только эта полость подвергается растяжению. Что касается мышц, участвующих в акте сосания, то все оне могут быть разделены на четыре группы: 1) мышцы лицевыя, образующия собой переднюю и боковия стенки ротовой полости; 2) мышцы мягкого нёба, замыкающия ротовую полость с ея задней стороны;

3) мышцы нижней челюсти и 4) мышцы языка. Первая и вторая группа мышц имеют своим главным назначением замыкание ротовой полости в известный момент сосательного акта; мышцы третьей и четвертой группы служат той силой, которая изменяет вместимость ротовой полости, то увеличивая ее, то уменьшая до полного спадения. Первая группа мышц иннервируется периферическими черепно-мозговыми нейронами, входящими в состав ствола лицевого нерва (n. facialis); к мышцам второй группы идут нейроны, проходящие в стволе блуждающого нерва (n. vagi); третья группа мышц находится под влиянием нейронов, образующих собой тройничный нерв (п. trigeminus); к мышцам четвертой группы подходят нейроны, идущие в стволе подъязычного нерва (п. hypoglossus). Т. обр. оказывается, что акт сосания является результатом взаимного действия четырех групп периферических черепномозговых нейронов, которые территориально лежат раздельно и притом на довольно далеком расстоянии между собой. Но такое взаимное действие нескольких нейронов, анатомически удаленных друг от друга, возможно лишь при том условии, если мы допустим, что все группы этих нейронов находятся между собой в связи, позволяющей им приходить в возбуждение не только одновременно, но и раздельно—в том или другом строго определенном сочетании. Подобных сочетаний мы должны предположить, по крайней мере, два. При первом—возбуждаются, с одной стороны, n. facialis и n. vagus, с другой—n. trigeminus и n. hypoglossus в тех своих частях, которые заставляют опускаться вниз как нижнюю челюсть, так и тело языка; при втором—имеет место возбуждение, с одной стороны, n. facialis, с другой—п. trigemini и n. hypoglossi, в том их отделе, который обусловливает сближение челюстей и прижатие языка к твердому нёбу. Возбуждение нейронов в первом их сочетании будет иметь своим последствием растяжение полости рта, т. е. поступление в нее всасываемой жидкости; при возбуждении нейронов во втором сочетании должно иметь место спадение ротовой полости, т. е. проталкивание всасываемой жидкости в сторону пищевода. В последнее время все более устанавливается тот взгляд, что подобное сочетание периферических нейронов к отдельные группы осуществляется на счет особых ассоциирующих нейронов. Последние размещаются таким образом, что осевой цилиндр, отходящий от данной клетки, вступает при посредстве своих коллятералей в контакт с клеточными элементами тех периферических нейронов, которые с физиологической точки зрения должны составлять одно целое. Благодаря этому каждая из клеток ассоциирующих нейронов является представителем совершенно особого сочетания периферических нейронов с своей особой физиологич. функцией. Что касается в частности нервных элементов, имеющих отношение к мускулатуре,участвующей в акте сосания, то их ассоциирующия клетки должны брать на себя роль представителей таких сочетаний черепномозговых нейронов, благодаря которым становится возможным осуществление двух двигательных явлений: поступления всасываемой жидкости в полость рта и проведения ея в сторону пищевода. Из сказанного вытекает само собой, что ассоциирующие нейроны, принимающие участие в механизме сосания, должны признаваться за элементы двигательные. А так как функцию их мы допускаем не только у взрослого, но и у новорожденного, который лишен произвольных движений, то ясно, что эти нейроны являются не более, как вставочной цепыо в двигательном пути, и никоим образом не могут считаться неотъемлемой частью какой бы то ни было системы произвольных движений. С другой стороны, не может подлежать никакому сомнению и то, что нарушение целости этих нейронов, не отражаясь прямо па возбудимости каждого периферического нейрона в отдельности, должно нарушать совместное их возбуждение, которое, как мы знаем теперь, и обусловливает точность двигательного механизма при акте сосания. Т. обр. тот вид расстройства К. д., который относится на счет поражения центробежных путей, по всей вероятности, обусловливается не чем иным, как нарушением целости ассоциирующих нейронов.

Дальнейшим разбором механизма при акте сосания мы можем попытаться выяснить значение для К. д. и других путей—путей, проводящих чувствительные раздраженияв центростремительном направлении. Каждая мышца, участвующая в акте сосания, при своем сокращении неизбежновлечет за собой раздражение тех чувствительных нейронов, которые своими периферическими разветвлениями распределяются среди мышечных волокон. Благодаря этому каждый двигательный момент при сосании,—будет ли это втягивание всасываемой жидкости в полость рта, или проталкивание ея в сторону пищевода,—сопровождается возбуждением определенной группы чувствительн. проводников, которые передают воспринятое ими раздражение на кору большого мозга. Из таких раздражений, дошедших до мозговой коры, при постепенном развитии психики ребенка, возникают последовательно сначала ощущения совершенных движений, а затем и вполне определенные о них представления. С того момента, как ребенок получит возможность совершать движения по своему произволу, он начинает пытаться приводить в действие весь нужный для сосания механизм исключительно по собственному почину, пользуясь для этого сложившимися уже представлениями о тех двилсениях, которые ведут к преследуемой им цели. И если бы случайно вызванные его волей движения стали резко разниться от тех, которые производились им раньше совершенно непроизвольно, и оказались поэтому не вполне целесообразны, его сознание отметило бы это, благодаря несходству в ощущениях, получавшихся им раньше и полученных им теперь—в момент произвольного сосания. А раз сознанием уловлена разница между ощущением, к которому привык уже организм, и тем, которое сопутствует движению новому, совершаемому по воле, ребенок стремится видоизменить свое волевое движение и видоизменяет его до тех пор, пока ощущение, получаемое от этого движения, не совпадет вполне с тем ощущением, которое получалось им раньше от его прежних движений и которое ясно сохраняется в его памяти. И как только воле удалось вызвать движения, дающия ощущения, совершенно сходные с раньше бывшими ощущениями, организм обеспечен насчет того, чтоего волевия движения совершаются целесообразно, так как они являются вполне сходными с теми движениями, которые совершались им раньше непроизвольно. Целесообразными будут оставаться волевия движения все время до тех пор, пока им будут соответствовать обычные, так сказать, нормальные ощущения.

Т. обр. ощущения, воспринимаемия с периферии, действительно могут явиться регуляторами тех произвольных движений, которые развиваются из движений непроизвольных; говоря иначе, для нас не подлежит сомнению, что центростремительные пути действительно участвуют в К. таких произвольных движений, которые имеют своим прототипом движения непроизвольные. Но мы в праве допустить, что и все остальные произвольные движения—те, которые вырабатываются индивидом вне всякой зависимости от движений непроизвольных,—сохраняют свою точность благодаря регулирующему влиянию центростремительных путей. Справедливость этого положения мы постараемся выяснить на частном примере. Представим себе лицо, которое желает усвоить технику игры на рояли. Подражая тому, кто является преподающим данное искусство, учащийся стремится производить пальцами своей руки ряд движений опре- деленного объёма, силы, скорости,последовательности и так далее О том, насколько это удается ему, вначале он может судить только при помощи зрения и слуха. Но с того момента, когда им уже достигнута известная степень точности в движениях, свое сужд. об этих движ. он начинает основывать не столько на зрительных и слуховых восприятиях, сколько на ощущениях общого свойства, идущих от руки. Получая при том или другом движении ощущение, обычное для данного движения, он заключает о правильности этого движения; наоборот, в том случае, когда то или другое движение начинает вызывать в его сознании восприятия необычайного свойства, он обращает внимание на свою руку, контролирует зрением или слухом данный двигательный акти, в конце концов, достигает того, что движение, бывшее до этого недостаточно точным, приобретает желаемую правильность. Из приведенного примера становится понятной также и та координирующая роль, которая выпадает на долю органа зрения и органа слуха. В самом деле, если в нашем сознании запечатлелись недостаточно ясно ощущения, которые свойственны данному движению, мы, имея определенное представление об этом движении, можем попыться произвести его, руководствуясь отчасти зрением, отчасти слухом: придаем ему направление, объём, скорость, силу и так далее, какие присущи ему при нормальных условиях его воспроизведения. Но раз зрение и слух отсутствуют, мы оказываемся лишенными последнего критерия для суждения о том, как нужно производить движение: в какую сторону отводить конечность, с какой быстротой и силой это делать, до каких пределов сгибать данную часть конечности, и так далее Что касается лабиринта, то с его полукружных каналов, при посредстве преддверного нерва (n. vestibularis), передаются на мозжечек особия раздражения, возникающия каждый раз, как только происходит перемещение нашего тела из одного положения в другое. Когда положение это оказывается неустойчивым, мозжечек автоматически исправляет его, перемещая соответственным образом центр тяжести сокращением строго определенных мышечных групп. Такая сложная координирующая работа становится возможной потому, что мозжечек, благодаря наличности связей с спинным мозгом, способен оказывать влияние на всю поперечнополосатую мускулатуру нашего скелета.

Т. обр. ясно, что координирующая деятельность нервной системы не связывается с одним каким-нибудь определенным отделом ея, а распространяется на всю цереброспинальную ось. В самом деле, мы видели, что те нейроны, которые признаются нами за ассоциирующ. элементы, безусловно должны находиться в близком соседстве с теми периферическиминейронами, которые соединяются в определенные группы, сообразно присущей им функции. А так как двигательные периферические нейроны размещаются по всей длине цереброспинальной оси вплоть до больших подкорковых ганглий, то ясно, что по всей длине этой оси вплоть до подкорковых ганглий должны размещаться и нейроны, выполняющие роль ассоциирующих элементов. С другой стороны, и те центростремительные пути, которые, как мы видели, имеют большое значение в координирующей деятельности нервной системы, идут на всем протяжении центрального нервного аппарата, начиная от нижнего отдела спинного мозга и кончая корой головного мозга; следовательно, их влияние также приурочивается не к одной какой-нибудь части мозга, а ко всей цереброспинальной оси. Но не подлежит сомнению, что не все отделы центрального нервного аппарата имеют одинаковое значение в координирующей деятельности. На долю одних выпадает очень сложная работа, на долю других—несравненно более простая. Из всех частей мозга мозжечек является наиболее важным координирующим центром.

При описании явлений, наблюдаемых в сфере К, мы употребляем, обыкнов. два термина: статическая К. и К. динамическая. Под статической К. мы понимаем регуляцию таких моторных актов, при которых исследуемая часть тела или все тело остаются неподвижными (удерживание руки, выпрямленной и поднятой до горизонта; стояние на одной ноге; сидение и прочие); К. динамической называется тот случай, когда дело идет о регуляции движений (движение руки, ходьба и так далее). Л. Даркшевич.