Калачов Николай Васильевич

Калачов, Николай Васильевич, известный юрист, родился в 1819 г., в 1840 г. окончил юридическ. факультет моск. унив.; в 1846 г. он уже защитил в моск. университете свое образцовое исследование под скромным заголовком „Предварительные юридич. сведения для полного объяснения Русской Правды“, исследование, прочно установившее в науке взгляд на„Рус. Пр.“, как на „сборник законов, обычаев и судебных решений“ неофициального происхождения. В то же время К. выпустил особым изданием текст „Русской Правды“ по 4 основным редакциям, получивший особенно широкое распространение в университетской учебной практике вплоть до появления „Хрестоматии“ Владимирского - Буданова. Усиленно занимаясь изучением текста „Рус. Пр.“, К. попутно натолкнулся и на другую сильно заинтересовавшую его научную проблему—о византийском влиянии на древне-русское право. В результате уже в 1847 г. в „Чтениях острова ист. и древн. росс.“ появилось его второе специальное исследование: „О значении Кормчей в системе древн. рус. права“ (отд. 1850 г.), исследование, окончательно упрочившее за К. почетное место в летописях исто-рико-юридич. науки. Вскоре, по выходе в 1848 г. из моск. унив-та К. Д. Кавелина, К. занял его кафедру истории русского законодательства, на которой и оставался до 1852 г. По своим научн. взглядам К. примкнул к западникам, поскольку теория родового быта и труды Соловьева, Кавелина и Чичерина нашли в нем убежденного последователя, но, с другой стороны, он не остался равнодушен и к тем требованиям, которые особенно настойчиво—в духе модной в то время у нас исторической школы Савиньи—выдвигались с противоположной стороны, откуда, вместо изучения „государственной“ истории России, прежде всего требовали изучения ея „внутренней“, „народной“, бытовой истории. Этим и объясняется тот особый интерес, с каким К. обратился к изысканиям в областиобычного права, а также к собиранию исторического актового материала. С теми же целями К. основал в 1850 г. „Архив историко-юридических сведений, относящ. до России“ (1850—61 гг., кн. 1—3), продолжением кот. явился затем его же „Арх. ист. и практич. сведений, относящ. до России“ (1859—61 гг., 12 кн.). Под его редакцией появляются далее такие ценные издания, как „Акты, относящиеся до юридич. быта древней России“ (т. I—III), „Писцовия книги Московского государства“ (1872—7 гг., 2т.), „Доклады и приговоры правит. сената в царств. Петра В.“ (1—3 т.), „Дополнения к актам историческимъ“ (3 т.), „Архив Государственн. Совета“ (4 т.), „Материалы для истории дворянства“ и мн. др. Но эти специальные архивные занятия не превратили К. в сухого „буквоеда“ или кабинетного отшельника. Он находит время, чтобы, на ряду со своими учеными занятиями, отдаться и живой обществ. деятельности. И К. действительно горячо отзывается на призывы „эпохи великих реформъ“. Мы видим его членом редакционных комиссий, куда он представил обстоятельный доклад „О прекращении крепостного права“. Он работает также и в комиссии по выработке новых судебных уставов, в текст которых, по его настоянию, включается статья, узаконившая у нас применение судами обычного права (130 ст. У. гр. суд.). К. оставил также глубокий след в истории нашего архивоведения, состоя с 1865 г. директором московского архива министерства юстиции, а с 1877 г.—директором учрежденного по его инициативе археологическ. института (смотрите III, 632; IY, 22, 26, 27). Он умер в 1885 г. Б. С.