> Энциклопедический словарь Гранат, страница 229 > Калмыки

Калмыки

Калмыки, народ, представляющий крайнюю западную отрасль монгольского племени и живущий в пределах Астраханской и Ставропольской губернии, в области Войска Донского, в Терской области и в очень незначительном числе также в Самарской губернии Они принадлежат к монгольскому племени ойратов, распадающемуся в свою очередь на четыре колена: джунгары, хошоуты, дурботьи и торгоуты. Время появления их в пределах Европейской России относится к первой половине XVII века; первыми перешли р. Урал и поселились в низовьях Волги торгоуты; постепенно к ним присоединились представители трех остальных колен. Во второй половине XVIII

века (1771 г.), значительная часть К., состоявшая главным образом из торгоутов, перекочевала обратно в Азию и живет теперь в западном Китае; оставшиеся же в России К. были сосредоточены преимущественно в степях между Волгой и Доном, которые они занимают и поныне. С нашими волжскими К. и их китайскими родичами не надо смешивать так называемых алтайских, или горных К., народ совершенно иного (тюркского) происхождения. Общая численность К. в России достигала, по переписи 1897 г., 190.648 человек, но немногим раньше этого года изучавшие К. этнографы (Житецкий) определяли их численность в полмиллиона. Возможно, что переписная цифра не вполне точна, потому что производство переписи совпало с периодом особенно энергичных попыток руссификации К., когда им запрещали носить национальный костюм, подвергали запретим употребление калмыцкого языка и так далее, но и цифра Житецкого является преувеличенной. Число мужчин среди К. значительно превышает число женщин. Отдалившись далеко географически от своих восточных родичей монголов, К. еще не успели достаточно резко обособиться от них как антропологически, так и лингвистически. По цвету волос и глаз К. принадлежат к темному типу, роста они немного ниже среднего (1,640), брахицефалия их (указатель 82,00) не доходит до таких крайних пределов, как у некоторых других представителей монгольской расы; они сохранили широкие скулы, но форма носа у них более близкая к европейской. Язык их—монгольский, письменность—тоже монгольская, по вероисповеданию они, подобно другим монголам, за небольшими исключениями, ламаиты. Главная масса К. до последнего времени жила скотоводством и вела кочевой образ жизни; калмыцкая кибитка по внешнему виду резко отличается от киргизской, так как ея верхняя часть имеет определенно коническую форму без куполообразного изгиба, свойственного киргизской кибитке. Обеспечение К. скотом, впрочем,

очень недостаточно, и сверх того, у них уже имеется большое неравенство состояний; местное дворянство (нойоны и зайеанги), а также ламаитские монастыри (хурулы) владеют большими стадами, тогда как среди простонародья много лиц, совсем не имеющих скота и вынужденных либо поступать в пастухи к своим более богатым соотечественникам, либо отправляться на рыбные промыслы на Каспийское море. Земледелие среди К. прививается туго. Общественная организация К. отличалась сложностью; у них, с одной стороны, сохранялись остатки родового быта, с другой—имелись сословия и крепостная зависимость; большую роль в общественной жизни К. играло черезвычайно многочисленное и влиятельное духовенство. Специальная калмыцкая перепись 1862 г. на 119.866 душ обоего пола насчитала 1.452 ламы разного ранга, иными словами, ламы составляют около 5°/0 всего взрослого мужского населения. Более старые авторы (Нефедьев) определяли численность калмыцкого духовенства в 30°/0 всего населения, но в верности этой цифры можно сомневаться, хотя аналогичные подсчеты для восточных монголов дают многие азиатские путешественники. Образованность К., их летосчисление, медицина и так далее носят-определенно ламаитский характер. Крупную роль играют ламы также при браках и похоронах, но в основе-своей калмыцкий свадебный ритуал-независим от ламаитского влияния; он сохранил символический захват невесты, посещения женихом невесты, включение в состав невестиного приданого кибитки, изготовляемой из материалов, доставляемых женихом, и тому подобное. Литература: Н. Нефедьев, „Подробные сведения о волжских К.“ (1834); Ир. А. Житецкий, „Очерки быта астраханских К.“ (1893); И. И. Мечников, „Антропологический очерк К. “ („Труды антроп. отдела“, II, вып. I).

А. Максимов.