> Энциклопедический словарь Гранат, страница 240 > Кашкин Николай Сергеевич

Кашкин Николай Сергеевич

Кашкин, Николай Сергеевич, последний петрашевец, здравствующий и поныне (1914). Родился в 1829 г., воспитывался в лицее в 1842—47 г. и по окончании курса был причислен к министерству иностр. д., а затем был определен на службу в мае 1848 г. в азиат. департ. Учением Фурье заинтересовался под влиянием своих сослуживцев, братьев Дебу (с.м.)- В последние три месяца 1848 г. у него собирался кружок товарищей по службе и знакомых (братья Дебу, Н. А. Спешнев, братья Д. Д. и Н. Д, Ахшарумовы, братья Европеусы, студент Ханыков и др.). По отзыву следственной комиссии, „в этом кружке было гораздо более стройности и единомыслия, чем в кружке Петрашевского“, целью было изучение системы Фурье. Кружок составляли все люди молодые (кроме Дебу I), „высшого гражданского воспитания, все одинаково образованные, равные и по положению своему в обществе, и по своему состоянию. Некоторые из них читали на собраниях речи, далеко опередившия все речи и все разговоры на собраниях у Петрашевского“. Наиболее радикальными членами кружка в политическом смысле были Спешнев и Дм. Дм. Ахшару-мов; что же касается самого К., то в своей речи он защищал атеизм и, между прочим, высказал мысль, что „неверующий поступает гораздо логичнее слеповерующаго: не разумнее ли отрицать вовсе существование всфмудрого и всеблагого существа, нежели утверждать, что оно есть и всеблого, но не хочет дать счастия стольким миллионам созданий своих; что оно всемудро и не может изменить такого порядка, в котором бедный ежеминутно завидует изобилию богатого, раб—свободе господина, женщина—мужчине, дети—старикам и старики — детям, где один человек заставляет работать для себя другого человека то угрозой палки, то угрозой голодной смерти“. В конце 1848 г. кружок, временно собиравшийсяу товарища К. по лицею, Отто, решил устроить библиотеку, книги выписывались при посредстве ГИетращевского. В 1849 г. стали опять собираться у К. В годовщину рождения Фурье, 7 апреля 1849 г., кружок устроил в память его обед, и речи, там произнесенные, были, вероятно, главным основанием к тому, чтобы признать, что члены его зашли далее, чем посетители собраний Петрашевского. На вопрос К. Ханьикову, как осуществить систему Фурье в России, Ханыков посоветовал купить журнал для пропаганды их идей.

Военный суд признал К. виновным в том, что он, присутствуя на обеде 7 апреля, не донес о произнесении на нем „речей против религии, семейственного быта и государственного устройства“, а на другой день был (единственный раз) на собрании у Петрашевского. Относительно собраний у самого К. военный суд признал недоказанным, чтобы на них были „преступные против правительства рассуждения“, и приговорил его к лишению всех прав состояния и ссылке в каторжную работу на заводах на 4 г. Но генерал-аудн-ториат вспомнил о речи К. о религии и нашел в ней „преступные выражения против Бога и общественного устройства“, отметил, что К. „доказывал невозможность достигнуть счастья и совершенства человеческого при нынешнем положении общества“ и „настоящей форме правления“, упомянул об участии К. в решении переводить сочинение Фурье и о том, что неверие его обнаружилось „в проекте письма“, где есть слова: „Бог, если ты существуешь, помоги мне!“ Генерал-аудиториат приговорил К. к смертной казни, но в виду его молодости (20 л.) ходатайствовал о том, чтобы, по лишении всех прав состояния, он был сослан на житье в Холмогоры (Архангельской губернии) под строгий полицейский надзор; однако имп. Николай положил такую резолюцию: „Рядовым в кавказские линейные батальоны“. В 1851 г. К. находился в экспедиции против горцев под начальством ген. Евдокимова и получил георгиевский крест,

а в следующем году произведен в унтер-офицеры. В 1853 году К вновь отличился в войне с горцами, в мае 1855 г. был произведен в прапорщики. В янв. 1856 г. он помилован, а в феврале 1857 г. ему было возвращено дворянство. В 1858 г. вышел в отставку и, по возвращении на родину, был выбран дворянством козельского у. в члены губернского комитета по крестьянскому делу. Здесь он, декабрист П. Н. Свистунов и кн. А. В. Оболенский образовали крайнюю левую, около которой сплотилось впоследствии небольшое прогрессивное меньшинство. Члены меньшинства составили свои особые проекты положений и выбрали для защиты их в редакц. комиссии Свистунова и в кандидаты к нему К.; но оба они не были допущены в Петербург, как лица, недавно возвращенные из ссылки. В 1860 г. К. получил право въезда в столицы, в 1865 г. с него снят был полицейский надзор, он был выбран земским гласным в козельском и мещовском уездах и избирался вновь каждое трехлетие. С 1865 г. К. безсменно состоит и гласным губернского земства. В 1866 г. он избран козельским уездным предводителем дворянства и председателем еъезда мировых судей. В 1870 г. К. назначен членом калужского окружного суда, и с этого времени начинается его судейская деятельность в течение более 40 лет. В 1908 г. вышел в отставку и назначен членом консультации при министерстве юстиции. По болезни К. живет в Калуге. (Составлено по подлинным делам о петрашевцах, а о последующей жизни на основании биографич. очерка, сост, Б. Л. Модза-левскнм в книге Я. И. Кашкина, „Родословные разведки11, 1913, т. II и ст. h, Коршунова, „Крестьянская реформа в Калужской г. при В. А. Ар-цимовиче11. Спб. 1904 г.).

В. Семевскгй.