> Энциклопедический словарь Гранат, страница 259 > Корейский язык принадлежит к семье туранских языков
Корейский язык принадлежит к семье туранских языков
Корейский язык принадлежит к семье туранских языков, и в нем ярко выражены особенности этих языков—агглютинативность и сингар-морнизм гласных. Изыскания Хель-берта показали, что К. язык с большим вероятием может быть отнесен к дравидским языкам из южной группы туранских языков (благодаря переселению в южн. Корей народа, говорившего на одном из языков этой группы), Впоследствии язык населения южн. К. со многими заимствованиями из языка населения сев. К., принадлежавшего к сев. ту-ранской группе, сделался господствующим во всей К. К. яз. обнаруживает замечательные грамматические сходства с японским, что позволяет говорить о родстве обоих языков, но лексически кажется совершенно отличным от последнего (впрочем, новейшия изыскания японских ученых обнаружили общность корней обоих языков и в этом отношении). Благодаря многовековому господству китайской письменности и литературы, в К-ский литературный язык и даже в живую народную речь проникло множество китайских слов и оборотов, хотя оба языка совершенно различны в грамматическом и корневом отношениях. Ныне новия литературные влияния на К-ий язык исходят из Японии, и в нем наблюдается приток японских технических и иных терминов. Под японским влиянием вышел из употребления старинный обычай пользоваться в официальной и ученой литературе исключительно китайским языком. Письменность К. первоначально была исключительно китайской; но в 1443 г. был изобретен корейский звуковой алфавит (онмун, или простое письмо) для точного обозначения произношениякитайских иероглифических знаков. До 1894 года этим алфавитом пользовались только малообразованные люди (он употреблялся еще для учебных целей), а в официальном делопроизводстве и серьезной литературе употреблялась исключительно китайская письменность. В 1894 г. в корейской „Официальной газете“ стало применяться смешанное корейско-китайское письмо (кукханмун), и отныне последнее получило общее распространение взамен китайского письма. Корейская литература до недавнего времени б. ч. состояла из китайских сочинений, переизданных в К. Среди них были особенно многочисленны буддийские и конфуцианские сочинения (из последних много оригинальных произведений). К-ская историческая литература являлась также подражанием китайской, причем корейских оригинальных трудов ранее XI стол. не сохранилось. К-ская изящная литература, в особенности романы и поэтические произведения, была также заимствована из Китая. Если так. обр. корейское литературное творчество следовало раньше неуклонно китайским образцам, то ныне на нее обнаруживается аналогичное японское влияние: в современной К-ской литературе имеется уже обширный отдел учебной литературы, переводной с японского, по разным отраслям европейского знания и техники. Однако, строгость японской цензуры оставляет пока мало свободы корейскимавторам в исторической и литературной области, как и корейским журналистам; ныне из довольно многочисленных, ранее корейских, периодических изданий, возникавших с серед. 90-х гг. XIX стол., остается только одна полуофициальная корейская газета, не считая заграничных изданий, не пропускаемых в К. японскими цензорами, и миссионерских органов.
История. Начало достоверной истории К. приурочивается к III в до Р. X., когда об этой стране и ея обитателях впервые появляются подробные китайские известия (корейская писаная история восходит лишь к YI стол. по Р. X.), вместе с завоевательным движением Китая на с.-в. при Циньской и Ханьской династиях. С этого момента возникает историческая связь К. с Китаем, порванная лишь в 1895 г. Китайское влияние сыграло выдающуюся роль в политическом и культурном развитии К., а перейдя отсюда в Японию, способствовало объединению этой страны и подготовило ея движение на материк в К. Отныне соперничество Японии и Китая, воплощавших противополоясные стремления материковой и островной держав, переходя нередко в открытую борьбу, становится важнейшим фактором историческ. жизни К. до недавнего времени. Началу достоверной истории К. предшествует долгий период легендарных известий, сохраненных в народных преданиях. Более достоверные проблески в них позволяют догадываться о ранних китайских влияниях на К, связываемых с полубаснословной личностью Кыйджа, китайского принца, насадившего въК. первые начатки культуры и политических учреждений. Впервые на историческую сцену выступает северная К, которая к III стол. до Р. X. образует, вместе с юясн. Маньчлсурией, государство Чиосён (кит. Чаосянь), возникшее под более ранними китайскими влияниями. ИОжн. К., на ю. от р. Тадонъган, еще долго остается в стороне от событий на с., что объясняется неспособностью ея населения, разделенного на мелкие роды, к политическому объединению без постороннего вмешательства. После завоевания Китаем государства Чаосянь (в 107 г. до Р. X.), китайское влияние проникло в южн. К, где возникли благодаря ему два самостоятельных владения—Пивкче на ю.-з. и Силла на в В 169 г. по Р. X. и в сев. К. восстанавливается народом Когурё (из вост. Маньчжурии) самостоятельное туземное владение Когурё, вследствие ослабления китайского владычества смутами в самом Китае. Новое активное выступление Китая в конце VI и первой половине ВП стол. положило конец независимости Когурё (в 664 г.) и Пакче (660 г.), несмотря на вмешательство Японии, которая впервые сталкивается здесь с Китаем (первия ея сношения с К. теряются во времени до Р. X., исторически доказаны ея сношения с Силла в I стол. по Р. X. и с Пакче в позднейшее время). Оба завоеванные Китаем владения были отданы им в управление Силла, признавшему себя еще ранее его вассалом и потому уцелевшему от поирома. Так. обр., при китайском содействии, было достигнуто политическое объединение К., за которым последовало и культурное. Век господства Силла был периодом расцвета в К. мирных искусств, целиком заимствованных из Китая (беглецы из Пакче перенесли эту культуру в Японию), но упадок политической власти вызвал реакцию в пользу более сильных- и здоровых элементов с севера—из государства Бохай (в с.-вост. К. и нынешней Приморской обл.) и привел к перемене династии. Новая династия Корё (из рода Оан, 918—1392 г.) перенесла центр тяжести государства на с. к более угрожаемой границе, из прежней столицы Кёнъчжю в новую Сонъдо (нын. г. Касён); но даже союз с Китаем не защитил К. от вторжения киданей в 1015 г., отбитому с помощью чжурчженей, с окончательной потерей для К. южн. Маньчжурии (Ляодуна). В XIII стол. еще более грозная опасность явилась в лице монголов, которые после двукратного вторжения—в 1232 и 1241 гг.— принудили К. к полной покорности и участью в двух неудачных походах
Хубилая против Японии. Этим были нарушены дружественные отношения между К. и Японией, сменившиеся дерзкими нападениями японских пиратов на К. в течение 2 столетий. Ослабление авторитета дин. Корё подготовило почву для нового народного движения с с., низложившего ее. Новая дин. И (по имени основателя И Сёнъге; ей была перенесена столица из Сонъдо в Сеул) не только упрочила политическую связь с Китаем, где место монгольской династии заняла Минская (по требованию китайского сюзерена в К. были введены китайский календарь и счет времени по годам правления китайских государей), но и произвела по китайскому образцу коренное переустройство правительственной системы и народной жизни К., вместе с заменою буддизма, ставшего народной религией благодаря покровительству дин. Корё, конфуцианством, как признанной государственной религии. Благодаря произведенной ломке прежнихъучрежденийи обычаев, К. отныне превратилась в уменьшенную копию с Китая и до конца XIX стол. оставалась живым воспоминанием учреждений и обычаев Минской дин., давно исчезнувших в самом Китае. Поддерживая столь тесную связь с Китаем, дин. И восстановила добрососедские отношения к Японии, с которой в XV стол. был установлен регулярный торговый обмен. Но в конце XVI стол. К. оказалась вовлеченной, помимо желания, в новую борьбу между Японией и Китаем, вызванную грандиозным замыслом Хидеиоси, властителя Японии, завоевать Китай. Отказ К. принять сторону Японии заставил всю силу двукратного японского вторжения в 1592 и 1598 гг. обрушиться на нее. Несмотря на помощь Китая, К. вышла из этой борьбы совершенно разоренной, но и Япония ничего не извлекла из нея, кроме военной оккупации Фу-зана и периодической присылки корейских посольств ко двору японского сиогуна. Север К., мало затронутый японским нашествием, тяжко пострадал от маньчжурских вторжений 1627 и 1634 гг., пока по договору 1637 г. корейский король не отказался от подданства Минской дин. и не признал себя вассалом маньчжур. Японское и маньчжурское вторжения натолкнули правительство К. на своеобразный способ защиты страны от чужих посягательств—прекращением на 2Вг столетия всяких сношений с внешним миром; но неуклонно оберегаемая замкнутость К., снискавшая ей прозвище государства-отшельника, явилась источником глубоких внутренних зол (борьбы дворянских партий и придворных интриг из-за престолонаследия, народныхъвосстанийвслед-ствие административного гнета, проходивших красной нитью сквозь внутреннюю историю страны до половины XIX стоя.) и заставила страну в целом пережить глубокий культурный и экономический упадок. В XIX стол. к этому присоединяются еще гонения на христианство, вызвавшия две неудачные французские экспедиции въК.— 1846 и 1866 г. Столь же безуспешной была и попытка американской экспедиции 1871 г. добиться открытия К. для иностранной торговли, благодаря упорству регента Таубнгуна, правившего страною за малолетством сына. Предложение Японии в 1871 г. возобновить присылку посольств, прекращенную в 1811 г., было резко отвергнуто, и только в 1876 г., после прекращения регентства в 1872 г., Японии удалось понудить правительство К. к заключению договора в Канъхоадо, которым были открыты для японской торговли Фузан и две другия гавани: Гензан и Инчхён (Чемульпхо). Этот успех возродил историческое соперничество между Китаем и Японией, и ответом на него было назначение китайского комиссара в Сеул, которым был ИОань-Шикай, ныне президент Китайской республики, и открытие К. для торговли европейских держав в противовес растущему торговому влиянию Японии (в силу договоров с С.-А. Соединении Шт. 1882 г., Англией и Германией 1883 г., Россией 1884 г., францией 1886 г. и так далее). При ‘ подписании этих договоров корейским королем отправлялось главе каждой державы письмо, где он формально признавал над собою верховенство Китая. Но и это не могло предупредить борьбы двух партий, на. которые разделились правящие круги и общество в К.—более многочисленной консервативной, державшей сторону Китая, и более малочисленной из молодых деятелей, стоявшей за реформы и союз с Японией. Борьба их дважды, в 1882 и 1884 гг., приводила к кровавому столкновению, неизменно сопровождаясь разгромом, японской колонии в Сеуле. Китайское правительство, сознавая, что каждое-столкновение лишь усиливало положение Японии, давая ей предлог к компенсациям, предпочло путь мирнаго-соглашения даже ценою отказа от собственных исторических прав и заключило 18 апр. 1885 г.1) конвенцию с-Японией (конвенция Ли — Ито, т. е. Ли Хун-чжана и графа Ито), по которой обе стороны обязались: 1) удалить из К. войска, и 2) если впредь одна из сторон будет вынуждена волнениями в К. послать туда войска, немедленно извещать о том другую-сторону. Эта конвенция обеспечила. мир в К. на 10 лет, но облегчила Японии утверждение здесь экономического влияния и подготовку будущого политического господства, взамен китайского, сильно поколебленного. Во внутренней жизни страны в это время не произошло никаких перемен, помимо распространения первых скромных успехов европейской цивилизации. Медлительность правительства в деле давно назревших, реформ была наказана в 1893 г.. быстро разросшимся восстанием Тон-хаков, особой религиозно-политической секты, в ю.-зап. К., как народным, протестом против векового административного произвола. Присылка китайского 2-тысячного отряда, по просьбе короля, для действий против мятежников, явилась нарушением конвенции 1885 г. и вызвала со стороны Японии ряд неприязненных, действий, начиная с присылки в К. равного по численности японского отряда и кончая требованием от Китая отозвать войска и признать независимость К. Пока Китай колебался,. Япония 25 июля 1894 г. открыла воен-
J) Все даты но новому стплю.
ииия действия против него; но еще раньше, 23 июля, она произвела государственный переворот в К., пленив короля и назначив новое правительство из своих приверженцев с Таубнгуном во главе; с этим правительством был заключен 25 июля договор, поручивший Японии изгнать китайцев. Военные действия против Китая, сопровождавшиеся неизменным успехом для Японии, в самой К. продолжались недолго (на суше наиболее серьезное сражение произошло у Пхеньяна, на море—перед устьем Амноккана) и перешли затем на китайскую территорию. Война закончилась Оимоносекским мирным договором 17 апр. 1895 г., которым Китай признал полную независимость К. Пока война продолжалась, японский посланник Отори провел через вновь образованные кабинет министров и законодательный совет, служившие ему ширмою, коренные преобразования государственного и социального строя К., но все эти реформы остались мертвой буквою вследствие непродуманности их и поспешности, с какой вводились. Столь же недействительным оказалось и торжественное произнесение королем 7 янв. 1895 г., по настоянию нового посланника гр. Иноуе, клятвы, по образцу клятвы японского императора 1868 г., в которой он обещался выполнять 14 принципов будущих реформ. Этот неуспех всех благих начинаний был приписан японцами противодействию королевы (из рода Мин), имевшей сильное влияние на короля, и для устранения этой преграды, по инициативе или только с ведома вновь назначенного японского посланника вик. Миуры, сменивш. Иноуе, 8 окт. 1895 года королева была умерщвлена толпою заговорщиков, среди которых был секретарь японского посольства и другие японцы. Это кровавое событие оказало обратное действие, вызвав в стране повсеместное брожение, поддержанное народным недовольством по поводу мелочных реформ, в роде запрещения национальной прически, и заставило короля обратиться к покровительству России и искать убежища в русском посольстве 11 февр. 1896 г. Прежний кабинет был насильственно низвергнут, и вместе с ним временно сошла со сцены японская партия реформ, столь скомпрометированная в убийстве королевы. Место японского престижа заняло господствующее влияние России, как нового и более серьезного соперника Японии. При этих обстоятельствах в интересах Японии было прийти к скорейшему соглашению с Россией относительно дальнейшей политики в К., что и было достигнуто Сеульским меморандумом от 14 мая и Московским протоколом от 9 июня 1896 г. После этого король вернулся 20 февр. 1897 г. из русского посольства во дворец. После испытанных потрясений в стране наступила реакция: во внутренней политике установилось консервативное течение, во внешней проводилось сближение с Россией, но под лозунгом полной независимости К., для чего 12 окт. 1897 г. король принял императорский титулъг). Сближение с Россией выразилось в приглашении русских военных инструкторов и финансового советника, но, после агитации по этому поводу против России со стороны „Клуба независимости“, возникшого весною 1896 г. под несомненным японским влиянием, советник и инструкторы были вскоре отозваны и, по соглашению от 25 апр. 1898 г., Россия и Япония окончательно признали независимость К. и взаимно обязались воздерживаться от вмешательства в ея внутренния дела. Будучи номинально предоставлена самой себе, К. в течение следующих 5—6 лет становится ареною придворных интриг и борьбы партий; скрытое соперничество русского и японского влияний приводило к постоянной смене министров, склонявшихся на сторону той или другой державы. Хроническое брожение переходило нередко в открытые беспорядки, как, например, в ноябре 1898 г., когда был окончательно ликвидирован радикал-
) Одновременно был установлен счет времени по годам правления самого- корейского императора, обозначенным именем Коанъму (1897 г. был первым годом Коапъму). Уже с 1 января 1896 г. был введен в К. европейский солнечный календарь взамен китайского.
ный „Клуб независимости11 и перевес оказался на стороне консервативных элементов, расположенных к России. Положение осложнялось тем, что представители других европейских держав искали у корейского правительства для своих подданных разного рода концессий и оказывали давление на министров. Действия России неизменно истолковывались Японией в неприязненном смысле и вызывали с ея стороны протесты и более решительные выступления. Устройство Россией угольной станции в Масанпхо в 1900 г. в японских глазах явилось началом захвата К. и угрозою безопасности самой Японии, и ответом последней было заключение в янв. 1902 г. союзного договора с Англией, которым обе стороны гарантировали независимость К. После этого события пошли ускоренным темпом, и вооруженный исход начавшейся борьбы становился неминуемым. Поводом к окончательному разрыву послужила выдача в 1903 г. корейским правительством русской компании лесных концессий по р. Амноккан (Ялу) с правом исключительного пользования гаванью Ион-ампхо. Последняя попытка непосредственных переговоров между Россией и Японией не привела к соглашению, и 6 февр. (24 янв. ст. ст.) 1904 г. война началась японским нападением на русский флот въПорт-Артуре, за которым 9 февр. последовал морской бой у Чемульпхо, вопреки тому, что корейское правительство еще в январе объявило о своем нейтралитете. 23 февр. был подписан протокол, которым К. разрешала Японии занимать те места ея территории, в которых окажется необходимость в военных целях, и обязывалась оказывать ей всяческое содействие против третьей державы, которая может угрожать К. захватом территории (т. е. России); вместе с тем К. обещала воспользоваться советом Японии в деле преобразования управления, а Япония гарантировала ея независимость и безопасность императорской фамилии. Пока продолжалась война, которая почти не коснулась территории самой К., Япония воздерживалась от вмешательства во внутреннее управление и только заставила К., по соглашению от 22 авг. 1904 г., пригласить японского финансового советника, для упорядочения денежного обращения, и иностранного дипломатического советника, по указанию японского правительства; соглашение же от 1 апр. 1905 г. передало в японское заведывание почту, телеграф и телефоны в К. Решительный поворот японской политики в К. наступил после того, как Россия, согласно 2-й статьи Портсмутского договора от 5 сент. 1905 г., обязалась „не вступаться и не препятствовать тем мерам руководства, покровительства и надзора, кои японское правительство могло бы почесть необходимыми принять в К.“ Соглашение от 17 ноября 1905 г. передало Японии в заведывание внешния сношения К, и учреждало для этой цели японское генеральное резидентство в качестве представителя Японии при корейском дворе. Этим соглашением фактически устанавливался над К. японский протекторат. Действия японского генерального резидента делали власть корейского императора совершенно призрачной; скрытая оппозиция с его стороны побудила японское правительство принудить его к отречению от престола 19 июля 1907 г. в пользу сына. Вслед за тем, соглашение от 24 июля 1907 г. установило, что корейское правительство будет действовать под руководством генерального резидента и в отношении реформ в управлении. Тем же соглашением судебные функции были отделены от дел общого управления, а 12 июля 1909 г. судебные учреждения и тюрьмы в К. были переданы новым соглашением в японское заведывание и было уничтожено корейское министерство юстиции; еще раньше были введены новия гражданское и уголовное уложения, взятия из Японии. В том же 1909 г. было уничтожено корейское военное министерство вследствие роспуска 1 авг. 1907 г. корейской армии, за исключением немногочисленной императорской гвардии. Все эти акты явились подготовкою к КО нечному событью 26 авг. 1910 г.,
Социально-экономический очерк Кореи.
Население Кореи состоит из корейцев, японцев, китайцев и прочих иностранцев белой расы. 31 декабря 1911 г. общая численность населения была 14.055.869 душ, в том числе корейцев 13.832.376 д., японцев 210.689 д., иностранцев, включая китайцев, 12,804 д.: это население распределялось по 13 провинциям К. таким образом:
|
Назвапие провинций. |
Кореицев. |
Японцев. |
Инострап- |
Илотп. иасел. па 1 яп. | |||||
|
Кёнъгыйдо. . |
1.449.344 |
64.623 |
4.385 |
1.984,7 | |||||
|
Северн. Чхюн- | |||||||||
|
чхёнъдо. .. Южпый Чхюи- |
592.653 |
3.578 |
165 |
1.204,8 | |||||
|
чхёнъдо. . |
912.893 |
10.185 |
884 |
1.604,1 | |||||
|
Сев. Чёлладо . |
968.929 |
10.375 |
451 |
1.906,1 | |||||
|
Южп. Чёлладо . |
1.640.815 |
12.630 |
270 |
2.196,2 | |||||
|
Сев.Кёнъеяпъдо Южн. Кёнъсян- |
1.657.448 |
12.110 |
217 |
1.473,8 | |||||
|
до |
1.454.870 |
50.562 |
367 |
1.807,7 | |||||
|
Хоанъхадо. . |
1.010.782 |
5.139 |
490 |
922,3 | |||||
|
Южп. Пхсииъапдо |
914.469 |
14.098 |
1.205 |
798,8 | |||||
|
Сев. Пхёиъандо |
999.022 |
6.851 |
3 325 |
616,9 | |||||
|
ИСанъубндо. . |
850.110 |
2.968 |
57 |
495,7 | |||||
|
Южн.Хамгёпъдо |
945.046 |
9.224 |
621 |
571,4 | |||||
|
Сев. Хамгёнъдо |
432.995 |
8.346 |
367 |
252,7 | |||||
|
13.832.376 210.689 12.804 995,2 в среди. | |||||||||
|
в 1910 г. |
13.128.78u 171.543 12.694 |
942,6 | |||||||
|
„ 1909 „ |
12.934.282146.147 10.427 |
926,9 | |||||||