> Энциклопедический словарь Гранат, страница 274 > Лабанд

Лабанд

Лабанд, Пауль, глава германск. т.

н. формально-юриднч., или цивилистич. школы в публичном праве. Родился в 1838 г. Учился в Бреславле, Гейдельберге, Берлине. В 1861 г. сделался прив.-доц. по кафедре германского права в Гейдельберге. Позднее занял профессорскую кафедру в Кенигсберге, а с 1872 г. по настоящее время состоит профессором герман. и госуд. права в Страсбурге. В 1880 г. назначен членом государств. совета Эльзас-Лотарингии. Первое десятилетие своей научной жизнедеятельности Л. занимается изучением источников германского права. Его работы посвящены Швабскому Зерцалу, магдебург-скому праву, саксонскому, прусскому и друг. Политика „железа и крови“и образование Германской империи совпадают по времени с поворотом интересов Л. от источников старого германского права к положительному праву, от истории права отдельных немецк. государств к систематике и догматике слагавшагося на развалинах прошлого нового государственного права. С начала 70-х годов темы последующих работ Л. как бы подсказываются ходом внутри- и внешне - политических событий. Знаменитому бюджетному конфликту в Пруссии соответствует „Das Biidgetrecht nach d. Be-stimnumgen d. preuss. Verfassungsur-kunde“ (1871) и „Finanzrecht d. Deut-schen Reiclis“ (1873); объединению новой Германии—„Ueber d. Begriff der Sonderrechte nach deutschem Reichs-

recht“ (1874) и классическое „Staats-recht d. deutschcn Reiches“ (1876 r. в 3-х том.; 4-е изд. 1901 г. в 4-х том.; сокращ. однотомное изд. Марк-вардсена „Deutsches Staatsrecht“ 1909 г. 5-е изд.); династическим спорам в княж. Липпе—„Die Trohnfolge im Piir-stentum Lippe“ (1891). Общий торговопромышленный подъем Германии совпадает с участием Л. в „Zeitschrift fiir d. gesammte Handelsrecht“. Наконец, обострению вопросов фискального обложения соответствует появление работы Л. „Direkte Reichssteuern“ (1908).—Эта симметрия между вопросами жизни и темами научных трудов Л. в области публичн. права отнюдь не показательна и не характерна для теоретических его взглядов. Напротив. Теория Л. принципиально отвергает какую-либо зависимость научно-юридических построений от исторических и политических условий. Как для старых схоластиков - номиналистов — Nomina sunt ante rem, так и для Л. юридические понятия раньше вещи. Юридическая логика самодостаточна, ея дефиниции довлеют себе и создают и определяют собою действительность. Формально-логическая правильность и законченность совпадают для Л. с юридически справедливым но существу, в реальности. Всякое государство имеет свою систему госуд. права, которое представляет замкнутое в самом себе единство и чуждо пробелов. Такая точка зрения в истории юриспруденции связана ближе всего с именем Бухты и находится в несомненном родстве с гегелевским панлогизмом. Очередную задачу науки госуд. нрава Л. видит в том, чтобы возвысить государств. право до уровня подлинного права. В этих целях из госуд. права должны быть устранены все не-юридиче-ские элементы — исторические, философские, экономические и, особенно, политические. Таким путем госуд. право приблизится к несомненному и подлинному праву—гражданскому. Публицисты, претендующие на звание юристов, должны вдохновляться примером цивилистов и в каждом публично-правовом явлении искать егоправовую сущность и природу, конструировать юридические институты и общие принципы и делать из них соответствующие выводы, словом, создать из публичн. права ту самую Begriffsj urisprudenz, борьба против которой была жизненным делом Иеринга (ель). Такой взгляд дал основание называть метод, который применяют Л. и лабандовская школа, господствующая и по сие время в германской науке, цивилистическим. При этом надо оговорить, что в крайностях, которым грешил этот метод, сводивший все познание о государстве к „догматической концентрации и решительной дедукции“ норм действующого государственного права, не всегда и не столько повинен учитель и глава школы, сколько его ученики, последователи и эпигоны. У самого же Л. недостатки его методологических предпосылок с избытком покрываются мастерским, никем не превзойденным юридическим анализом действующого права Германии и внутренней согласованностью его взглядов с исходными предпосылками. Именно этими предпосылками и, в первую очередь, отождествлением задач публичного права и права гражданского и принципиальным разрывом между исторической .. юридической точкой зрения, между политикой и догмой, особенно чувствительным при исследовании государственно - правовых явлений, объясняется своеобразие взглядов Л. и по тем специальным вопросам госуд. права, которые и поныне усердно дебатируются в научной литературе. К числу таких специальных вопросов относится прежде всего учение Л. о законе: различение закона и указа; законов формальных и материальных; применение этого различения к бюджетному праву и признание, вместе с Бисмарком, закономерности и бозбюджетного управления (ср. XX, 461/2); признание момента, создающого закон, лишь за санкцией закона („Die Sanction allein ist Gesetzgebung im staatsrechtlichen Sinne des ortes“). Затем следует конструкция Л. т. н. сложных государств, в частности Германии. Разделяя абсолютное представление о суверенитете, который „не допускает никакого возвышения или умаления11, Л. не считает отдельные государства, входящия в состав Германии, на государства суверенные. Суверенитетом (или высшей властью), по его представлению, наделена империя, которая представляет из себя не союзное государство (Bundesstaat), как принято думать, а союз несуверенных государств (Staatenbund). Наконец, необходимо упомянуть и воззрение Л. на самоуправление. Община, уезд, провинция, город—корпорации или субъекты публичного права, по представлению Л. и его школы, не в силу исторического процесса и не по собственному праву („nicht aus eigenem iiechte“), а с соизволения госуд. власти; компетенция органов самоуправления не самостоятельна, а производна; она лишь передана им государством, по формуле Selbstverwal-tung — Staatsverwaltung.—Л. не удалось освободить свою госуд.-правовую теорию от злых чар политики. Но корни его политической идеологии ведут не к тем „процессам жизни“, голос которых заставил другого властителя юридических умов—Иелли-нека (<ш.) отвернуться от крайностей лабандовской методы,—а к изжитому, но все еще излюбленному германск. учеными патримониальному государству и т. н. монархическому принципу. М. Вишняк.