Луиза

Луиза, королева прусская, жена Фридриха Вильгельма III, дочь герцога мекленбургского, родился в 1776 г., вышла замуж в 1793 г. Жизнерадостная, веселая, полная неотразимого очарования, готовая первой прийти на помощь к страждущим, она скоро

43У История и литература лужичан.

436

Точно установить время, когда славяне появились па берегах Шпрее, нет возможности вследствие отсутствия исторических данных: Нидерле, без достаточных оснований, готов допустить «исторические следы» Л. в I в по Р. X.; но едва ли раньше VIв. могло совершиться заселение Средней Европы славянами. Как формулирует Нидерле согласно с другими учеными («Обозрение современного славянства»), «первоначально сербы занимали компактной массой весь край между Салою, Веррою, Фульдою, верховьем Гаволы (Гавел), Спревою (Шпрее), между Боброю, Гвиздою (Квейс) и состояли, во-первых, из большого племени собственных серб., между Салою и Лабою, потом из Л., на среднем течении Спревы, и мильчан, при верховье Гальштрова (Ольстер), Спревы и Нисы». Между сербами различался, в свою очередь, ряд отдельных, племен или групп: гломачи, нишане и верхние шку-дичи, нижане, житицы и сербищи, жирмунты, суслы, нлисны (около соврем. Лейпцига) и так далее; между Верхней Салой и Крушными горами находилась область Сербско. В 531 г. франки и саксы победили тюрингов и распространили свои владения до р. Салы, вследствие чего пришли в столкновение с живущими здесь славянами— сербами. Писатель VII в Фредегар, рассказывая о царстве Само, упоминает о «Дерване, герцоге племени сурбиевъ». В 805 г. войско Карла Великого вторглось в землю гломачей, перейдя р. Салу, и подчинило себе их князя Семела. При потомках Карла Вел. борьба с лужицкими сербами продолжалась; при Людов. Нем. Л. обратились к помощи великоморав. княжества, благодаря чему между ними стало распространяться христианство. В конце Хв. из-за обладания Лужицами борются польские, чешские и др. князья, и в 1018—1032 гг. Лужицами владеют польские князья Болеслав Храбрый и Мешко П. В 1032 г. Мешко уступил Мильчанскую область мейсенскому маркграфу, а Лужицы—маркграфу Дитриху; северная часть страны, область любушан, осталась во владении Польши до конца XIII в Т. обр., единство области, установленное в течение×в., было нарушено. Это отразилось на появлении новых местных названий. «В эту эпоху Миль-чанско теряет свое название; северная часть его была названа потом Будышинской (областью или маркой), а юго-восточ.—Заюздом. Но и эти названия исчезают в XIII в., и прежняя Мильчанская область получает наименование Верхней Лужицы, в отличие от настоящей Лужицы, которая была переименована в Нижнюю» (Bogasiawski, «Historija», 56). Маркграф бранденбургский Вальдемар (1317) соединил на короткое время под своей властью обе Лужицы, но вскоре (1319) он умер, и борьба из-за страны опять возобновилась теперь между чешским королем Яном Люксембургским и Людовиком Бранденбургским. В 1373 г. имп. Карл IV присоединил к Чехии вместе с Бранденбургом и Нижнюю Лужицу, тогда как Верхнюю он унаследовал от отца, Яна Люксембургского. Лужицы опять соединились. За эту эпоху своего разложения оне подверглись сильному процессу германизации. Немецкая колонизация страны начинается с падением польского владычества (1032). Но в XI—XII вв. эти колонисты считались с сербской народностью: в судах и в проповеди употребляли серб. язык; еще сохранилось кое-где язычество, о кот. есть свидетельства 1115 и 1123 гг. Верхний класс народа (витязи, wicazow6, lehmann) начал быстро немечитьсяс XIIв., когда немецкая колонизация принимает уже гораздо более аггрессивныйхарактер;местами она насильственно вытесняет славян. Особенно упорную германизацион-ную деятельность проявляют монастыри, число кот. сильно разрастается в XIII—XIV вв. Сильно увеличивается также немецкое дворянское землевладение и немецкая колонизация, так что уже в XIII в славянское население в некоторых местностях (к югу от Бишофсверда, Лаубапа, Герлитца и Лёбау) почти совершенно исчезло. Немецкий язык проникает в суды и в церковь; сербы упоминаются в немецких документах под именем wendische Bauern. Этому процессу германизации лужицких славян, от которого погибли славяне в Бранденбурге, Ганновере и мн. др. странах, некоторая задержка была сделана присоединением обеих Лужиц к чешскому королевству именно в ту эпоху, когда чешский народ переживает интенсивную эпоху своего первого национального возрождения и гуситских войн. Лужицами управляли в конце XIV в наместники короля (Landvogt, proma-

rahio), кот. старались мешать королевской власти проявлять здесь свое верховное могущество, вследствие чего в стране кипели распри. В них участвовали и разбойничавшие рыцари и городское мещанство. К гуситскому движению сербы лужицкие отнеслись отрицательно; в 1429 г. Прокоп Великий осаждал Буды-шин, но скоро снял осаду и обратился против нескольких городов Нижней Лужицы, кот. были взяты. Несколько раз и позже гуситы нападали на Лужицы, пока в 1431 г. Будышин не купил мира за 300 коп грошей. Так же враждебно относились Л. и к Юрию Подебраду, и «шестиградие» (hexapolis, союз лужицк. городов, возникший в 1346 г. для борьбы с рыцарями-разбойниками) в 1467 г. стало на сторону Матвея Корвина против Юрия и в 1469 г. присягнуло ему на верность. После смерти Матвея (1490), кот. мало сделал доброго для Л. и, напротив, боролся с их стремлениями к независимости, Лужицы перешли к преемнику Юрия, Владиславу II Ягеллону, а потом к его сыну Людовику (ум. 1526), последнему славянскому государю на чешском престоле. Положение сербского населения в XIV—XVI вв. было весьма тяжело, так как немецкий элемент все больше заливал страну и приобретал здесь все большую силу. Тем не менее, чешская власть оказывала славянам некоторую поддержку: в 1356 г. Карл IV предписал маркграфам учиться по-славянски, в XV—XVI вв. совершался на языке сербского населения суд (das wendische Land-gericht). В 1487 г. мейсенский епископ Иоанн VI напоминает духовенству об его обязанности испове-дывать и произносить проповеди на сербском языке; но эти напоминания оказывались малодействительными, так как рыцарство, духовенство и мещанство дружно работали над германизацией страны. Однако, в эпоху немецкой реформации еще много приходов за пределами Лужиц и в Лужицах оставалось славянскими (около Сторкова в 1610 г. было еще 40 серб. церквей, от кот. в полов. XVIII в не было уже и следа). Лютеранство получило широкое распространение в Лужицах, благодаря тому, что, кроме немецких проповедников, явились и славянские. В 1554 г. почти весь лужицкий народ уже примкнул к лютеранству. В половине XVI в сословия верхнелужицкого маркграфства (рыцарство, духовенство и города) стремятся учредить школу для обучения сербской молодежи богословию, но неудачно. Ок. 1548 г. в рукописи является первая книга на лужицком языке—перевод Нового Завета, но она не была напечатана, и лишь в 1574 г. пастор Альбин Моллер печатает в Будышине первую сербскую книгу на нижне-лужицком языке—сборник церковных гимнов, к кот. были присоединены молитвы и маленький катехизис. На верх.-лужиц. яз. первая книга, малый лютеранский катехизис, была издана Вацлавом Варихием в 1597 г. Затем в 1610 г. был издан катехизис на наречии сербов мужаковских (Muskau на р. Нисе), в 1627 г. напечатаны 7 покаянных псалмов на верхне-лужицком наречии. Проповедь совершалась на лужицком языке, т. к. население отказывалось слушать по-немецки. Католические сербы оставались без всякой книжной литературы. До Белогорской битвы (1620) Лужицы попрежнему входили в состав владений чешской короны вместе с Силезией и Моравией, но на престоле сидели короли из дома Габсбургов, императоры австрийские, кот. не считали нужным поддерживать славянскую народность. В борьбе между имп. Фердинандом и королем Фридрихом саксонским (курфюрстом пфальцким) маркграфство лужицкое было передано сначала временно (1624), а потом, по договору 1635 г. между имп. Фердинандом и курфюрстом Иоанном Юрием I, совсем во владение саксонской династии. В положении славянского населения наступила еще более тяжелая пора, т. к. его прежде всего захватили ужасы 30-летней войны. С национальными особенностями населения никто не считался; сербская проповедь в Будышине на некоторое время (1634—1647) совсем прекратилась; сословия намеренно ставят крестьян (wendische Bauerleute) в самия унизительные условия существования. Однако, уже под конец XVII в наблюдается в самом лужицком народе реакция против этого направления. Первым будителем народного сознания явился Михаил Бранцель (род. 1628), пастор недалеко от Будышина. Он ввел новую азбуку, основанную на польск. и чешск. образцах и приспособленную для выражения лужицких звуков, тогда как в первых книгах употреблялся немецкий алфавит.

Бранцель и в давал частями перевод Нового Завета. Одновременно с ним для католических Л. стал трудиться Яков Тицин (Ticinus), кот. работал над лужицкой грамматикой («Ргипсириа linguae Vandalicae», 1679). Успешному применению чешской азбуки оказал сильную помеху лютеранский пастор Берлинг («Би-dascalie seu orthographia vandalica», 1689), кот. опять стал применять нем. азбуку и даже увлек за собой Бранцля. Но издание Нового Завета (1706), сделанное последним, послужило сильным толчком для подъема национального сознания в луж. народе. Сын Бранцля, Авраам, продолжал дело отца; его сочинение («Бе originibus linguae sorabicae», 1719) и другия исследования о лужицких древностях (напеч. в «Scriptores rerum Lusaticarum») приобрели европейскую известность; другия сочинения А. Бранцля (словари луж. яз.) остались в рукописи. В той части Лужицы, кот., находясь в составе Бранденбурга, принадлежала прусским королям, германизация проводилась особенно настойчиво; кор. Фридрих Вильгельм I в 1714 г. изгнал серб. яз. из школы, в 1731 г. запретил венчать сербов, не говорящих по-немецки, в 1735 г. издал новый приказ об изгнании серб. яз. из школы и церкви. Но духовенство ради просвещения народа продолжало издавать церковные песни, называвшиеся chyrluszie (от Кирие ИХеиаов, средневек. припева: «Господи помилуй!»). В Саксонии продолжали произносить проповеди на лужицком языке. Два брата Шимоны, оба бывшие католическими священниками, образовали в Праге лужицкое общежитие для юношей, обучающихся в гимназии и приготовляющихся к священству. В 1704 г. в Праге (на Malastrana) была осуществлена эта мысль. Из лужицкого семинария в Праге вышли в XVIII в и в начале XIX в несколько выдающихся деятелей лужицко-сербского пробуждения (епископ Воский, М. Валда, Тецслин Мет и др.). Для лужичан евангелического вероисповедания были учреждены «верхне-лужпцко-сербские проповеднические сообщества» в 1716 г. при лейпцигском и в 1749 г. при виттенберг-ском университетах. Но первое сообщество мало-помалу превратилось в немецкое и откинуло название сербское (хотя здесь и уцелела сербская студенческая корпорация Sorabija) а, второе исчезло с уничтожением университета. На короткое время возникли и две учительские семинарии, в кот. преподавали лужицкий язык. Такую же школу для Л. основал в Великом Волкове (Wulki Wjelkow) Адольф ф. Белов; из этой школы в XVIII в вышли серб. писатели (Гедан и Гаупть и др.). В XVIII в является уже достаточное число лужицких патриотов, кот. по мере возможности трудятся над изучением своего народа. Таковы были Антон, Поних, Хорчанский и др., кот., однако, писали по-немецки. Прусское и саксонское правительства одинаково угнетали сербскую речь. Под конец XVIII в германизационный пресс нажимал особенно сильно.

История лужицких сербов в XIX в и их национальное пробуждение. По Тильзитскому миру 1807 г. вся лужицкая земля была снова объединена под властью саксонского короля Фридриха Августа, но уже в 1817 г. Блюхер объявил присоединенный тогда округ (Хо-тебужский—Cottbus) прусским владением. Венский конгресс присоединил к Пруссии всю Нижнюю Лужицу и больше половины Верхней (всего 125 кв. миль); Саксония удержала только 39 квадратных метров в Верхней Лужице. После наполеоновских войн в Германии, как известно, сильно поднялась волна национализма, и это отразилось и на положении лужицких сербов. Все больше приходов признавалось чисто немецкими, и богослужение в них вводилось исключительно немецкое, хотя фактически оставалось не мало сербов. Навстречу намерениям правительства шли отдельные пасторы, кот. еще старались ускорить германизацию. Редки были исюночепия в роде пастора Шиндлера (ум. 1841), вследствие стараний кот. лондонское Библейское общество дало средства на напечатание Библии на нижне-лужицком языке. Тем не менее, наступило национальное пробуждение уцелевшей части серб о-лужицкого племени, прежде всего в Верх. Лужице. Оно связано с именем будышинского пастора Любенского, кот. в 1814 г. восстановил в лейпцигском унив. сербское проповедническое общество. Он издал свыше 25 книг и брошюр на верх.-луж. языке различного поучительного и назидательного содержания. Товарищ и друг Любенского, д-р Клип, защищал необходимость сохранить сербскую речь в народной школе и церквии сумел на сейме 1833—34 г. в Дрездене отстоять еф от стремлений германизаторов. Вскоре после возобновления лужицкого проповеднического общества в Лейпцигский университет поступил молодой поэт З&йлер (Handrij Zejler), кот. создал среди сербской молодежи сильное национальное движение. Однако, дело настоящого национального возрождения лужицких сербов связано с именем Э. Смолера. В 1838 г. он основывает в бреславльском унив. «Академ. общ. для изучения лужицкой истории и языка», кот. вступает в сношения с другими организациями и встречает горячую поддержку со стороны деятелей чешского возрождения (особ. Пуркине). Благодаря сношениям Смолера с Гауптом, секретарем Гёрлпцкого общества (Oberlausitzsche Gesellschaft der Wissenschaften, основ. в 1779 г.), было задумано издание лужицких песен, которые Смолер, под влиянием романтического интереса к народной поэзии, собирал у себя на родине и которые имелись в архиве Гёрлицкого общества. Это издание, посвященное прусскому королю и получившее от него денежную поддержку, вышло в 1842—43 г. С 1 янв. 1842 г. стала выходить еженедельная газета «Заря». В февр. 1847 г., был утвержден устав «Общества сербской матицы» (Towarstwo Macicy Serbskeje). Общество поставило своей задачей издание словаря Пфуля, беллетристических и научных произведений, журнала и так далее, хотя располагало весьма скудными средствами. События 1848 г. поставили перед сербами лужицкими и в Пруссии и в Саксонии альтернативу, следует ли держаться королевской власти или примкнуть к оппозиции (Франкфуртскому сейму). Л. остались верны прежнему порядку и воспользовались порою преобразований и переворотов лишь для того, чтобы упрочить свое официальное положение в государстве и окончательным внутренним устройством достичь более высокого благосостояния. Королю саксонскому была представлена петиция, домогавшаяся признания за лужиц.-серб. языком таких же прав на родине, какими пользовался немецкий язык. В авг. 1849 г. петиция была удовлетворена. Несколько раньше, на сейме 1848 г., был окончательно урегулирован земельный вопрос на почве выкупа дворянской земли 4-процентньими взносами в течение 55 лет. Деятельность Матицы продолжала развиваться успешно: за первия 25 лет (до 1872 г.) она издала свыше 100 тыс. экз. народных книг. В 1858 г. возникло отделение для развития изящной словесности, которому и посвятил все свои силы молодой воспитанник пражской семинарии М. Горник (с.и.), бывший с 1859 г. (до смерти в 1894 г.) редактором «Часописа», потом председателем Матицы. С начала 80-х годов положение лужицкой народности становится опять весьма тяжелым; с развитием империализма в Германии с национальными требованиями Л. считаются все меньше. Правда, здесь возникают в силу общого культурного подъема страны лужицкие газеты и журналы, но от медленпо просачивающагося процесса германизации они не могут охранить народ. Особенно гибельно действует на сохранение народности отсутствие женской интеллигенции среди лужицкого народа, вследствие чего в обычае браки с немками, а их потомство чувствует себя обычно уже немцами. В 1910 г. была учреждена первая политическая организация в Лужице, «Деревенское избирательное общество», кот. стремилось провести своего кандидата в саксонский ландтаг. Из деятелей новейшого времени следует назвать выдающагося исследователя луж. языка и редактора «Часописа», Э. Муку, поэта Якова Цишинского и журналиста Николая Андрицкого (оба католические ксендзы). Верхне-луж. деятели старались пробудить движение и в Нижн. Лужице; для этой цели в 1881 г. было учреждено при Матице нижне-лужицкое отделение. Вообще же, положение сербской народности в Нижн. Лужице еще более тяжелое, чем в Верхней. Центром умственного движения является гор. Котбзс; но здесь далеко нет той энергии, что в Будышине. Поеле некоторого подъема в 80—90-х гг. прошлого столетия, связанного с именем Иордана, поэта Косыка и студенческим кружком «Zwestk» (союз), здесь наступил упадок. Дело ограничивается изданием (с 1904 г.) духовного журнала «Wosadnik», устройством певческих праздников и т. под. Деятелей движения (Бегаря, Швелу) переводят в другия места. Почти все это пасторы и ка-толич. священники,кот. находятся в распоряжении своего начальства. При таких условиях национальное движение в ИИижыей Лужице быстро замирает. Погодин.

приобрела огромную популярность в стране. Популярность превратилась в прямое поклонение, когда борьба с Наполеоном обнаружила дремавшия прежде свойства характера королевы: твердую волю, мужество и страстную любовь к родине. Л. стала вдохновительницей военной партии и постоянно толкала своего трусливого, нерешительного супруга на героические дерзания. Сложные политические и личные отношения Л. к Александру и Наполеону, закончившиеся Иенским разгромом (1806) и тяжелыми днями Тильзитского унижения (1807), подкосили ея здоровье, подорванное беспрестанными родами (у нея было 10 человек детей, не считая родившихся мертвыми), и Л. умерла в 1810 году, успев перед смертью укрепить в короле мысль о необходимости реформ. См. Р. Bailleu, „Konigin Luise“. А. Доис.