> Военный энциклопедический лексикон, страница 52 > Лагоц

Лагоц

ЛАГОЦb (Lahoz), генерал бывших Цизальпинских войск, принадлежитъ к замечательным лицам истории Италиянской войны 1799 г. Ои былъ родом из Милана, начал -службу в австрийских войсках, дослужился там до чина поручика в полку Бель-джоиозо (Belgiojoso), состоявшем почти из одних Италиянцев, и приобрелъ общее уважение строгим исполнением обязанностей и личною храбростью. Будучи весьма пылкого нрава и в высшей степени честолюбив, онъ не предвидел себе в императорской армии скорого возвышения, и когда, въ 1792 гбду, французы вступили в Италию, помышлял только о том, чтобы скорее стать под их знамена. При первом благоприятной′!, случае, Лагоцъ перешел к неприятелям с большею частью своей роты, и сделался ревностным их приверженцем. Генералъ Ааиарп (смотрите это имя), заметив въ Лагоце счастливия дарования, взялъ его к себе в адъютанты. По смерти этого генерале, он поступил, в этомъ же звании, к Бонапарте и много отличался в походах 1796 и 1797 годов, так-что французская директория назначила его членом законодательного корпуса только-что образовавшейся Цизальпинской республики. Лагоц тогда твердо полагал, что франция имеет целию сделать Италию самостоятельным, независимым государством; но скоро увидел свою ошибку и начал восставать против французских властей, находившихся в Милане. Он явно протестовал перед директорией против их действий, с жаром защищал права Италии на свободу, и не только не получил удовлетворения, но даже был удален: его назначили бригадным генералом цизальпинскихъ войск, принадлежавших к дивизии французского генерала Монришара, и занимавших местечко Пезаро, на берегу Адриатического моря, к северу от Анконы. Это случилось в то самое время, когда, с одной стороны, соединенные российско-австрийские войска, под предводительством Суворова, шли в Италию, а с другой, российскотурецкий флот, под начальством адмирала Ушакова, взял Корфу и отделил от себя две эскадры к берегам Церковной области и Неаполитанского королевства. Слух, что союзники идут на освобождение италиянскихъ народов и надежда на несомненный въ эгом успех, ободрили Лагоца, и въ его уме возник план: из всех, раздробленных государств Италии, составить одну целую, нераздельную республику. В надежде, что скоро пробьет минута освобождения для его отечества, он стал противиться распоряжениям французского правительства: объявил департамент Рубикона, в котором командовал, в осадномъ положении, и учредил там особое военное управление, под председательством своего друга, также цизальпинского генерала Пино (Pino). Узнав объ этих происшествиях, Аионришар объявил Лагоца врагом франции и лишенным командования бригадою. Лагоц, имея у себя 6 т. человек преданнаго ему цизальпинского войска, мог бы оказать сопротивление, но уклонился от этой меры и простился с своимиподчиненными кратким, но сильным воззванием, в котором излилась вся его ненависть против французов. Если- верить собственным словам Ла-гоца, который сам рассказывал объ этом русским офицерам, то одною из причин, заставлявших его такъ действовать, быль решительный отказ Наполеона выдать за него одну из своих сестер. Как бы то ни было, он явился ожесточенным врагом французов.

В статье: Анконская экспедиция 1799 года, упомянуто, что в первых числах мая 1799, ррссийско-турецкая эскадра, под начальством вице-адмирала Гиустошкпна, явилась у береговъ Адриатического моря, овладела укрепленными местами: Пезаро, Фано, Сиви-галией и сбиралась действовать противъ Анконы. Неожиданное известие о выходе в Средиземное море, пз Кадик-са, соединенного французскб-испавского флота, заставило Пустошкпна, забравъ с берега все войска, поспешать к главному флоту, стоявшему при Корфу и долженствовавшему соединиться с английским флотом лорда Нельсона. Появление Пустошкпна развязало руки Лагоцу. Объявляя французов притеснителями Италии, а самого себя защитником попранной веры, он собрал, в самое короткое время, до 20 тыс. пнсургентов, назвал их Неаполитанскою армией и явился грозою французов, принужденных стянуть все своп войска в Анкону. До неожиданном удалении эскадры вице-адмирала Пустошкпна, Лагоц, не надеясь на свои дурно-вооруженные и устроенныя дружины, засел в Фермо, близ берега Адриатического моря, неподалеку от неаполитанской границы. Как голова его все еще была оценена австрийским правительством и будущее представляло собою только темную неизвестность, то он решился писать прямо к Суворову и просить его о ходатайстве у императора франца. «Прошедшее забываютъ», — отвечал герои

Рымннкскиии к Лагоцу, ^и!/5 июня, из Фиоренцоло, — «если стараются загладить оное столь же чистосердечным и блистательным, как ваше, раскаянием. Мне остается только благодарить вас за подвиги, знаменитые для васъ и полезные для общого блага.» Император франц одобрил распоряжения Суворова и, уважая его ходат&йство, простил Лагоца.

В первых числах июля адмирал Ушаков, получив возможность возобновить действия против Анконы, послал российско-турецкую эскадру, под начальством кап. 2 ранга графа Войновича, вновь осадить эту крепость. Это обстоятельство доставило Лагоцу средства выйти из оборонительнаго положения и, с присланною от Войновича артиллериею, действовать наступательно. При обложении Анконы ему было предоставлено командование на правом фланге осады (смотрите Анконская экспедиция 1799 г ) и он, при содействии русского дессанта, много споспешествовал успехам союзников, советом и делом. французы, озлобленные против него, в особенности обращали внимание на него, стараясь как нпбудь захватить его, живого или мертваго; не успев открытою силою, они прибегли к подкупам и склонили на свою сторону Лагоцова секретаря; но измена была во-время открыта, и виновный повешен в глазах осажденных. В бурную ночь на 29 сентября, часть гарнизона, под предводительством цизальпинского генерала Ииино, произвела сильную вылазку против пункта, на котором находился Лагоц. Предводитель инсургентовъ атакован с ожесточением; окруженный неприятелем, Лагоц долго и упорно сопротивлялся; наконец, тяжело раненный одним цизальпинским гренадером, упал с лошади. Тогда, по приказанию Пино, он получил еще несколько ран и был взят неприятелями. Лейтенант Ратманов (умерший в 1833 году в чине вице-адмирада), командовавший русским отрядом, находившимся у Лагоца, узнав оП участи, постигшей этого последняго, бросился к нему на выручку и, так сказать, вырвал его у французов. Раненный Лагоц принесен въ селение Варано и там, 1-го октября, умер на руках Ратманова, изъявивъ несколько раз сожаление, что не может дожить до освобождения своего отечества; тело его, с воинскими почестями, было погребено в Лоретто. Он умер около 35 лет от рождения. Л. U. В.

ЛАГb. Это слово употребляется у моряков в трех значениях:

′ 1) Ряд бочек, для воды, в трюме, называется лага; их бывает на корабле три: нижний, средний и верхний. Говорится: «у нас тронули уж нижний лагъ» — значит, что оба верхние лага уже вышли. Ныне вместо бочекъ употребляют для воды железные ящики устанавливаемые в два ряда, одинъ на другой.

2) Еще слово лаг употребляется для выражения одного бона или борта корабля, относя это иногда и к артиллерии его. Например, говорят, корабль навалил всем лагом; иди онъ целым лагом ударил но укреплениям и т. и.

3) Наконец лаг есть инструмент, коим измеряют скорость корабля. Чтобы определить скорость плывущаго судна, нужно иметь на море неподвижную точку, от которой бы считать переилытое судном расстояние в известный промениуток времени. Для этого употребляют лаг и полуминут-

- ную стклянку (смотрите Сткллнки). Лаг есть дубовая дощечка, Фигурою сектора или четверти круга, к которой привязана длинная, тонкая веревочка или шнур, называемый лаглинь. Лаг на дуге своей имеет свинец, заставляющий его погружаться в воду, около двух третей своей вышины. Лаглинь, привязанный к вершине лага, поддерживает его особою веревочкою ещев другой точке, и гакам образом лаг плавает вертикально. Брошенный в воду, он в первое время еще следует за кораблем, вместе со струею, которая за ним образуется; но когда корабль удалится от него на длину свою, то лаг почитается неподвижною точкою. По этому на лаглине отмеривают прежде длину судна и означают ее обыкновенно кусочком цветного флагдука, или материи, из которой, шьются корабельные флаги. Отсюда лаглинь раз-меривают на ровные расстояния, по 48 английских Футов в каждом, и означают их узелками: первое — одним, второе дпумя и так далее Разстояния эти называются узлами; их подразделяют на половины—петелы.-ами, и на четверти — кончиками, такого же шнура, как лаглинь. Последний всегда навит бывает на деревянную вьюшку, и когда нужно измерить скорость корабля (чт5 обыкновенно делается через каждые полчаса), то лаг бросают за корму, в подветренную сторону, и выпускают лаглинь с вьюшки, которую держат у самой кормы, выше борта. Когда флагдук придетъ в руку бросающого лаг, т. е. когда сей последний удалится от корабля на длину его, тогда поворачивают полуминутную стклянку и наблюдают, сколько в течении ол выйдет узлов, Темъ кончается измерение хода корабля, ибо как тридцати-секундиан стклннка есть часть целого часа, а один узел, или 48 Фу то в, есть такая же часть итальянской мили, то число узлов, выпущенное в полуминутную стклянку, покажет равное ему число итальянских миль в час; это и будет скорость корабл/и.

Много изобретено было других лагов, но по сие время в общем употреблении находится лаг вышеописанный, как самый простейший. Из прочих, особенного внимания заслуживает лаг Массея, показывающий собственно не скорость корабля, а переплыгое имъ разстояние. Лаг этот, опущенный вводу за корму, на айне, или перепонке, длиною равной длине корабля, следуетъ за ним, вертится и тем оборачиваетъ устроенные на циферблате его стрелки. Как только Массеев лаг вынут изъ воды, то стрелки уже стоят и показывают пройденное кораблем расстояние, в итальянских милях, с того времени, как лаг был опущен въ воду. На ходу до 1 Д узлов лаг этот, тихо влекомый за кораблем, едва вертится, а менее узла и вовсе тонет; тогда он бесполезен. Но известный наш механик, г. Самойлов, изменивъ ныне устройство Массеева лага, исправил и этот недостаток этого инструмента′. ′ С. U. К.