> Энциклопедический словарь Гранат, страница 300 > Мараньон

Мараньон

Мараньон, см. Амазонка, II, 401.

Ийарати, см. маграты.

11.арат (Marat, прав. Мара), Жан Поль, франц. революционер, сын итальянца и женевск. швейцарки, родился в 1743 г. После смерти матери шестнадцатилетний М. уехал из Швейцарии, учился медицине в Бордо, потом в Париже усиленно занимался оптикой и электричеством, был в Голландии и, наконец, поселился в Лондоне в качестве практикующого врача. В 1773 г. появился первый том его замечательного этюда „Philosophical Essay on Мап“, который обнаружил изумительное знакомство с философской литературой на всех языках. М. опровергал наивное положение Гельвеция, что знакомство с наукой необязательно для философа. М., наоборот, доказывал, что одна только физиология способна решить задачу соотношений между душой и телом, и высказывал гипотезу о существовании нервной жидкости. В 1774 г. он выпустил свой первый политический памфлет, „The chains of slavery1“, касающийся английских дел. Практика его развивалась. В 1775 г. он напечатал медиц. работу „Essay on Gleets и франц. перевод первых двух томов книги „О человеке“ (в Амстердаме) ]). В том же году эдинбургский университет присудил ему дипломъдокт. медицины. В Лондоне М. напечатал еще один научный этюд: о глазных болезнях. В 1777 г. М. получил приглашение сделаться вра-

) Вышедший в 1775 г. III том книги „Бф Иbош-

meu вызвал резкую критику Вольтера, заступившагося эа Гельвеция.

чем придворнаи о штата графа Артуа, будущого Карла X, переселился в Париж, быстро приобрел популярность, как врач, и продолжал заниматься наукой. В 1779—1782 г. он выпустил мемуары: „Decouvertes sur le feu, electricite et la lumiere“, „Recher-ches physiques sur l’electricite“. В этих мемуарах много парадоксального, много необоснованных и резких нападок на столпы тогдашней науки, но много и верного. Ими очень интересовался Франклин. Академия наук признала некот. опыты М. новыми, точными и удачными, а метод оригинальным. Тем не менее академия не согласилась принять М. в свою среду, что Гёте, беспристрастный и знающий судья,объявил ярким примером ученого деспотизма. В 1780 г. появилась написанная на конкурс работа: „Plan de legislation criminelle“, отражающая влияние Беккарии, но полная и новых идей. Одно из его положений, например, гласит: „никакой избыток не должен принадлежать кому-либо по праву, пока есть люди, нуждающиеся в насущномъ“. В 1786 г. М. отказался от придворной должности II вновь отдался научной работе. Он перевел „Оптику“ Ньютона и выпустил новые „Memoires academiques, ou nouvelles decouvertes sur la lumiere (1788). Это была последняя его научная работа. С тех пор он все больше и больше уходит в политику. По поводу выборов в генеральные штаты в 1788 году М. выпустил брошюру „Offrande а la patrie“; за ней последовали „Supplement и еще две брошюры: „La constitution и „Les vices de la constitution d’Angleterre“. В первой он требует введения конституции, во второй предостерегает от того типа конституции, который господствует в Англии и приводит к олигархии. Наконец, он стал издавать газету. Испробовав два названия, М. окончательно остановился на третьем Ami du Peuple“, который с перерывами выходил до самой его смерти. Об участии М. в событиях революции см. франция—история.

Занимаясь опытной наукой, М. привык относиться с черезвычайным пренебрежением ко всякого рода авторитфтам и верить лишь в то, что на основании опытов казалось правильным ему. Своего рода нетерпимость была в нем еще до того времени, когда он сделался публицистом и политиком. В гуще политической и партийной борьбы, в которой он оказался с сентября 1789 года, нетерпимость его стала резче. Потом он стал терпеть преследования. В октябре он просидел целый месяц в тюрьме; в январе 1790 г. должен был бежать в Лондон, чтобы спастись от вторичного ареста. Вернувшись и возобновив издание газеты, он стал жертвою все более усиливавшейся травли, должен был со своим изданием ютиться в подвалах разных трущоб; схватил там мучительную болезнь. Нетерпимость его перешла в фанатизм и ненормальную подозрительность: всюду он стал видеть измену. И М. сделался цепным псом революции, готовым вцепиться в горло всякому, кто только приближался так или иначе к тому, что он считал правом или достоянием народа. Он наделал много ненужного зла; но в том зле, которое он сделал, М. никогда не руководился эгоистическими соображениями. Для себя он не хотел ничего: ни почестей, ни благосостояния, ни власти. Он только по-своему любил народ. В этом отношении М.—полный антипод Робеспьера, человека холодной мизантропии, карьеризма, черствого властолюбия. На террор М. смотрел с идеалистической точки зрения, в то время, как Робеспьер смотрел на него с утилитарной. У одного были чисто общественные цели, у другого личные.—Конец жизни М. был полон нечеловеческих страданий. Болезнь быстро вела его к могиле. Мучительные боли облегчались только горячей ванной, и в ванне он делал все, что только было можно: читал корректуры, принимал людей. В один из приемов он погиб от кинжала Шарлотты Кордэ (смотрите) 13 июля 1793 г. О нем см. Vermorel (1880), Ghevremont (2 т. 1880), Cabanes (1891). А. Дживелегов.

iWapaxo (Marajo), остров в Бразилии между Амазонкой и Пара, 259

км. дл., 158 км. шир., с площ. около 38.850 кв. км. -

иbараш, город в турецк. вилайеите Алеппо (Сирия), ткацк. и красилиьн. произв.; 68.000 жителей, преим. армян.

ИЛарафа, см. Амрит.

йиараеон, в древности местечико в Аттике, приблизительно в 30 в от Афин, на юго-западном кр.аю довольно большой равнины и у сев. подножия Пентеликона; замечательно победою, одержанной в 490 г. до Р. X. афинянами, под предводит. Миль-тиада, над персами (смотрите греко-персшд-ские войны, XVI, 490). Ныне близ др<ев-него М. находится небольшая дерев ня Марафона (Marathona).