> Энциклопедический словарь Гранат, страница 308 > Мартовская революция в Вене

Мартовская революция в Вене

Мартовская революция в Вене. Чтобы сгиастн свою жизнь, М. бежал за границу и вернулся лишь в 1851 г. До самой смерти (1859) продолжал сохранять некоторое влияние на дела. Ср. Австро-Венгрия (I, 281/82), Германия (XIV, 4/5), Наполеоновские войны и Священный Союз. М. был дипломат-психолог. Он был совершенно безсилен находить линию дипломатического поведения, когда перед ним не было лица, доступного изучению. Он не понимал французской революции и был безсилен с ней бороться. Он не понял немецкой революции и потерпел окончательное крушение. Но он обладал искусством изучать и разгадывать людей. Никто не умел так пользоваться ошибками Наполеона, как М. Никто так не втянул в свои сети Александра, как он. Его политическая деятельность была совершеннолишена идейного содержания. М. нельзя называть идейным представителем реакции начала XIX века. Он вел игру чисто-эгоистическую. Ему нужно было поддерживать реакцию, чтобы была цела австрийская династия. Ему нужно было незыблемо охранять австрийскую династию, чтобы при ней стоял во всем блеске своих успехов и своего богатства он сам, князь М. Самоуверенный, с чувством непогрешимости, какого не было ни у одного папы, слепо веровавший в действительность полицейских репрессий, убежденно отрицавший силу народных движений, циник во всем, начиная от отношений к женщинам и кончая вопросами политики, — он был вполне уверен, что царству его не будет конца. Доказать ему противное не удавалось ни одному из самых близких ему лиц. „Никогда заблуждение не коснулось моего ума“, говорил он. „Политика его императорского величества имеет всю ценность религии“, вещал он в другой раз. Но иногда он и сам давал ключ к пониманию своей политики. „Для политической жизни я был вооружен умом, способным отстаивать только что-нибудь положительное. Мой темперамент—темперамент исторический, проникнутый антипатией ко всему, что отдает романомъ“. Этислова его „Завещания“ правильно определяют форму его действий, его холодную бездушную практичность, его сухой политический прозаизм. А в последней главе своих „Мемуаровъ“ он сказал однажды и нечто совсем правильное: „Je suis l’homme de ce qui etait“, я человек прошлого.—Наследники М. выпустили в свет 8 т. его мемуаров и корреспонденции (1880/84 на нем. и франц. языках). Они полны стилистическим пустозвонством и самовлюбленными, безсодержательными обращениями к потомству. См. Schmidt-Weissenfels, „Ftirst М.“ (I860): Strobl в Bavelshcrg, „М. und seine Zeit“ (1906/07, 2 т.); Sorel, „L’Europe et la Revolution“ (тт. IV—ВШ). А. Дж.

иВетэки, иностранцы, жившие в древних Афинах; число их по временам было довольно значительно (10.000 человек в 309 г.). Они пользовались покровительством закона, за что уплачивали определенную денежную сумму, но не были вполне правоспособными лицами: так, они не могли приобретать недвижимой собственности и вести самостоятельно дела в судах. М. занимались, главным образом, торговлей и приобретали большие капиталы. В некоторых случаях М. зачислялись в ряды граждан, для пополнения числа последних.