> Энциклопедический словарь Гранат, страница 304 > Мачтет

Мачтет

Мачтет, Григорий Александрович, беллетрист (биографич. и библиогр. сведения см. XI, 663/4). Литературное наследие М. заключается в девяти или десяти сборниках, вышедших под разными названиями, въ> разное время, в различные периоды жизни автора. Но ис какому бы периоду пи относилисьпроизведения, М., все они соединены между собой одним настроением, одними чувствами, нередко одной темой. Обстановка, в которой выступают действующия лица М„ различна для различных рассказов: тут и далекие дебри сибирской тайги, и еще более далекий простор американских степей, и скромные хаты Малороссии, и фантастические пространства сказочного мира. Различны и условия жизни его героев. Но где бы автор ни селился со своими персонажами, куда бы их ни переносил, в какие бы условия жизни ни ставил, он всегда сохранял одно восторженно-стремительное настроение, постоянно вдохновлялся описанием крайних пределов честности или коварства и представлением читателю противоположностей нравственного мира. Для М. были недоступны сложная психология человека, противоречивия стремления, не подлежащая упрощенной квалификации натура: он изображал или добродетель, геройство, правду, или неправду, коварство, злобу,—ни смешения, ни середины быть не могло. Лишь в очень редких случаях он затруднялся в отнесении явления к той или другой стороне морального мира (например, в рассказе „Две правды“); в большинстве же случаев для него сомнений не было. Восторженная стремитель ность, как настроение; упрощенный мир и упрощенные человеческие отношения, как объект для наблюдения; жертва собою для общественной пользы, как идеал,—таковы элементы, из которых складывалось творчество М. Гуманный идеал, соединенный с восторженностью настроения, привлек сначала к М. внимание читателей. Был момент в деятельности его, когда его имя ставилось на ряду с-имеиами, которые и до этих пор звучат в памяти читателей, как нечто дорогое и притягивающее. Но слишком рано обнаружившаяся неспособность к изображению сложной психологии и сложных человеческих отношений, вместе с отсутствием чувства меры, налолсила на все произведения М. печать излишней опрощен-ности и неинтересности. М. потерял свою славу задолго до смерти, хотя

Машина. В пастоящее время понятие о М. вполне выработано и установлено, и под М. в технике подразу-ыевают совершенно определенный класс устройств для произведения движения и получения работы. Но, прежде чем дойти до такой определенности, понятие о Ы. постепенно изменялось и вырабатывалось. В прежние времена под М. разумели вообще почти все искусственные устройства для технических дЬлей, смешивая в понятии о М. то, что мы теперь различаем пои названиями: М., инструмент, прибор и тому подобное. В этом смысле можно сказать, что М. существовали еще в глубокой древности и применялись как для обработки и производства различных предметов, так, преимущественно, и для подъема и перемещения грузов при грандиозных постройках, которые любили воздвигать пароды древности. Неточность определения М. сохранилась до последних десятилетий, и лишь 40 лет тому назад немецкий проф. Рело (Reuleaux, 1829—1905) установил впервые вполне научно и точно попятиф о М., которое было принято затем во всем свете и ограничило область М. вполне определенным образом. Рело определил М. так: М. есть искусственное сооружение, служащее для тою, чтобы заставлять силы природы работать для наших нужд вполне определенным образом, при совершении движений, заранее вполне определенных и обусловленных исключительно уст/ ойством са“ой М., но не зависящих совершенно о > передаваемых М. сил.

Поясним это подробнее. С незапамятных времен людям пришлось в помощь своим природным, весьма несовертепным органам работы и обороны—рукам, ногам и зубам—придумывать различные вспомогательные приспособления, орудия, сперва для грубых и насущных работ, а потом и для болеф тонких. Такие орудия, понятно, не делают человека физически могущественнее, не увеличивают запаса той энергии, которую оп может, безвредно для себя, израсходовать за известпое время. Эта энергия, или работоспособность каждого человека обусловлена его природными данными. Орудие же позволяет только приноравливать развиваемую человеком работу к различным обстоятельствам, сообразно цели ея; опо позволяет изменять характер работы, внешний вид или форму ея, если можно так выразиться. Надобно проколоть кожу или материю для пропуска нити при шитье—и вот вместо толстого пальца это делает тонкая („острая“) пгла; надобно раздробить какое-нибудь тело—и вот вместо мягкого кулака по нему ударяет твердый камень («молотъ“), держимый рукою, и тело раздробляется. Надо вбить гвоздь—и рука, слабое давление которой по может фго вдавить, наносит удар молотом, и развивается на короткое время огромная сила, вгоняющая гвоздь в доску. Меч и топор рубят и врага и дерево, веретено прядет нить и так далее ИИо во всех таких случаях движение орудия есть в то же время и движение, держащей его руки и так же сложно и непостоянно, как и это последнее. Всякий новый взмах руки отличается от предыдущого, и часто меч промахивается мимо врага, топор попадает в ногу, игла колет палец, молоток срывается с гвоздя. Нужно иметь очень верный глаз, искусную руку, большой павык. Кроме того, несмотря на большую сложность и разнообразие возможных движений рук и ног, все-таки для многих работ рука и нога не приспособлены. При шитье для того, чтобы иродерпуть лишь нить и иглу (ничтожная работа), надобно подымать и двигать всю тяжелую руку и тому подобное.

Поэтому уже с давпих пор люди старались сделать потребиое для какой-нпб. цели движение орудия ме-пее зависимым от характера движений руки или поги, иначе говоря, стремились прообразовать неудобное для работы движение органа тела в удобное и, наоборот также, позволить руке двигаться так, как си всего удобнее, и вот (всего 50 лет тому назад) появилась пивейпал М., кот. позволяет руке работать очепь удобно для нея—вертеть рукоятку, почему рука менее устает, а М. шьет иглою сама, в результате чего производительность швеи увеличилась во много раз при той же затратЬ работы, при той же степени усталости.

Различные ручные (и ножные) М. появились очень давно, и мы находим их уже у народов древности: египтян, ассириян, греков,римлян. Одне из таких М. позволяли преобразовывать движение руки или ноги в более удобное, другия же позволяли складывать вместе работы нескольких отдельных людейпли животных. В этом последнем деле древние народы достигли замечательных результатов. Но, несмотря на обширпоо распространение работы животных и умение пользоваться ей в М., древние инженеры все-та-кии чувствовали, что во многих случаях мощность людей и животных оказывается недостаточной, а рабочия особенности живых существ—неудобными для работы. Человек или животное слабы, должны отдыхать, спать и прочие; работа вместе многих животных требует много места, животные работают несогласно, мешают друг другу, их надобно кормить, нужны запасы провизии, кухни, жилища и Dp. Живые двигатели, кроме того, очень тяжелы.

Таким образом, по мере развития техпнкн явилось необходимым заменить людей ии животных какой-ниб. другой энергией, менее грузной, неустающей и удобной для пользования. Пришлось искать в природе таких проявлении ея действий, которые можно было бы утилизировать людям для своих нужд, которые можно было бы заставить работать за себя и для себя. Недостатка в-таких проявлениях сил природы, производящих огромные работы, не было и пет. Наоборот, проявления больших количеств энергии в природе наблюдаются постоянно и иногда в таких колоссальных количествах, что они наводят ужас на человека. Постепенно однако страх перед природой заменяется наблюдением,!!, наконец, человек решается даже обкрадывать природу, отиимая у нея часть запасов энергии ии для своих нужд. Появляются двигатели, работающие силами нрироды.

В настоящее время М. мы и называем такое сооружение, в котором имеются вполне определенные движения, необходимия для производства различных изделий, и которое приводится в движение какой-ниб. силой, животными или эпергией, взятой из запасов природы, так что М. передает работу от источника энергии к местам, где требуется производить изготовление изделий, превращая ее иногда из одной формы в другую.

Самым существенным обстоятельством в устройстве М. является именно полная определенность движения и независимость его от всиьх побочных обстоятельств. Этим именно М. и ея работа отличаются от орудия и ручпой работы человека. Благодаря полной определенности движении, М. может, повторяя свое движение много раз, производить сотпии и тысячи одинаковых движений и изготовлять большое количество одинаковых предметов совершенно однообразно, так что разпица в форме и размерах изготовленных вещей будет гораздо меньше, чем при ручпой работе. Поэтому там, где такое однообразие требуется (массовое производство), М. отдается безусловное преимущество перед ручной работой.

Для более удобного изучения М., именно с точки зрения полной определенности движений, называют такую систему тел, в которой подобная определенность имеется, механизмом {см.), и вопросы о движениях таких механизмов рассматривают в теории механизмов.

В практике обыкновенно принято делить М. на двигатели, М.-орудия и приводы. Поясним это. Если исключить отдельные небольшия, ручные или ножные М. (швейные М., токарные станки и тому подобное.), то можно сказать, что в настоящее время в подавляющем большинстве случаев все превращения энергии для технических целей, производимия помощью М., происходят таким образом, что различные изделия выделываются в большом числе в особых, специальных зданиях (фабриках или заводах), где имеется много отдельных М., называемых станка м и, или М.-орудиями, которые действуют непосредственно на перерабатываемые материалы и производят все пужпия работы. Все такие процессы па стапках изменяют форму и размеры материала, соединяют вместе несколько отдельных тел и прочее. Изучение всех таких процессов и станков составляет предмет механической технологии. ИИо мало станков встречается и в области химической технологии, где меняется не только форма, но и химический состав обрабатываемых тел.

Но фабрика или завод со всеми станками может работать только тогда, когда ыы пустим, так сказать, в них какую-ниб. энергию из запаса, даваемого нам природой. М., приспособленные к тому, чтобы непосредственно получать эту энергию от какого-пиб. тела (воды, пара и прочие), называется М.-двигателями, или простодвигателями. Как показали и теория и практика, удобно двигатели на фабриках и заводах цептралп-з и р о в а т ь, т. е. иметь всего один большой двигатель или несколько таковых. Поэтому число станков на заводе или фабрике бывает в десятки и сотни раз более числа двигателей. От двигателя работа передастся к станкам при помощи промежуточных приспособлении, называемых приводами, или трансмиссиями (Ли.).

Операции технологии почти безконечно разнообразны, и изучить и даже лишь назвать все роды станков невозможно. Важнейшими операциями являются: обточка, строгание, сверление, пиление, прядение, ткачество, удлинение, загибание, перемешивание, уплотнение или прессование и прочие Сообразно этому получают название и станки.

область двигателей гораздо менее разнообразна. Важнейшие источники энергии в настоящее время: энергия падающей с высоты воды (смотрите XIV, 520, прпл.), которая утилизируется в водяных двигателях, и химическая энергия горения, которая утилизируется в тепловых двигателях (или паровых М. в турбинах) или же в двигателях внутреннего сгорапия (смотрите д и-иатели и паровия машины). Прочие виды энергии (ветер, морские волны, прилив и отлив, лучистая теплота солнца и прочие) мало удобны для пользования и пока утилизируются очень слабо (ветер) или совсем еще не утилизируются.

Приводы, или трансмиссии, состоят из вертящихся длинных тонких железных цилипдров (приводных валов), от которых посредством ремней, канатов или зубчатых колес передается движение к отдельным станкам. За последния 20 лет с таким меха-пи ч е с к и м приводом удачно конкурирует электрический привод, или электрическая передача.

Особый класс М. составляют М. подъемные (смотрите) и перевозочные (транспортирующия). В этих М. самое тело не изменяется, а только подымается вверх и перемещается в разные стороны М., имеющия целью гл. обр. подъем тел, но могущия переносить тела и горизонтально, однако в умеренных пределах, называется подъемными крапами. Если же целью является перевозка тЬла па большое расстояние, то получаем М. перевозочные. Источник энергии может и здесь помещаться па центральной станции, где стоит двигатель, от которого работа передается многим подъемным или перевозочным М. (подъемные краны с механнч., гидравлич. или электрич. передачей, элект-рич. трамваи и тому подобное.), или же двигатель помещается на самой подъемной или перевозочной М. (паровые краны, паровозы, пароходы, автомобили, аэропланы, дирижабли, подводные лодки и тому подобное.) и едет вместе с нею. Необходимость нести на себе двигатель и запас топлива (или другой энергии) для него сильно стесняет радиус действия перевозочной М.

О могущество тоста М. судят но количеству работы за единицу времени. Это количество вазыв. мощностью (смотрите единицы измерений).

Вследствие различных т. иаз. „вредных сопротивлении“ во всякой М. часть подведенной к ней работы теряется на преодоление этих вредных сопротивлений (превращаясь в работу трения, раздвигания среды, работу колебательного движепия, в электричество, в теплоту и прочие), и только оставшаяся работа доходит до орудий и идет для той цели, для которой М. построена, идет, как говорят, па прфодоление „полезнаго® сопротивления. Потеря на вредные сопротивления неизбежна во всякой М., и инженер может только стараться о том, чтобы потеря эта была по возможности меньше. Отпошепие количества работы, подведенной к М. за известное время, к тому, которое за эго же время пошло на преодоление полезного сопротивления, называется коэффициентом полезного действия М., или отдачей („Rendement“). Вопрос о возможно полной утилизации данного запаса энергии является в особенности важным и острым там, где энергия стоит денег (топливо), и рассмотрения всех условий утилизации работы е М., клонящияся к возможному увеличению коэффициента полезного действия, и составляют предмет „теории М.“, или „теоретического машиностроения“. Понятие о коэффициенте полезного действия прилагается как к М.-двигателю, так и к М.-орудию и к целой машинной установке (полной фабрике или центральной станции). Следуетеще заметить, что понятие о запасе работы, подводимой к двигателю, или о так называемой располагаемой работе, является несколько неопределенным.

О степени совершенства М. судят иногда в другой форме, не пользуясь коэффициентом полизного действия. Именно рассматривают расход рабочого тела (пара, газа, воды и прочие) на единицу мощности в М.-двигателе или же в целой машинной установке, относя тогда этот расход к единице веса выработанпого товара. Так, в паровой М. говорят о расходе угля (иефти и тому подобное.) на одну лошадиных силу в час; при насосной установке говорят о расходе угля в котлах или нефти в двигателе Дизеля на тысячу ведер воды, поднятых в час на данную высоту; о расходе угля на. фабрике на один пуд выработакпой пряжи и тому подобное. Сообразно степени возможного совершенства М. данного типа, при покупке или заказе М. во всех серьезных случаях обусловливают в контракте такие „нормы® расхода рабочого тела, которые завод должен выполнить (завод „гараптируетъ“ такой-то расход).

Как нас учить закон сохранения энергии, даже при полном отсутствии всяких вредных сопротивлении, М. передала бы от двигателя к станкам, самое большее, всю ту работу, которую получила от источника энергии. В действительности же передается всегда мепьше. Отсюда понятна бесплодность тех попыток, которые делались и делаются время от времени еще и сейчас лицами, мало знакомыми с физикой, к гому, чтобы устроить М., которая, будучи раз пущена в ход, сама собою работала бы все время без привода в нее какого нвб. работающого тела, обладающого запасом энергии—perpetuum mobile (смотрите).

Технические выгоды работы М. со сравнению с ручной работой следующия: 1) как уже сказано ранее, большая точпость работы, большее однообразие нзгото-вляёмого товара; 2) М., приводимия в движение могущественными двигателями, действующими силами природы, могут совершать такие тяжелия работы, которые совершенно недоступны труду даже тысяч людей; 3) те запасы эпергии, которые даже в настоящее время утилизируются нами, дают нам в сумме такую мощность, которая превышает мощность рабочих целого государства, и поэтому без М. мы не имели бы возможности производить массу работ, которые поддерживают нашу современную жизнь (книгопечатание, пути сообщения и прочие).

Об экономическом значении М. сказано особо (смотрите капитализм). Здесь мы укажем только еще два важных свойства всЬх М., имеющия коммерческое значение. ]) Всякая М. стбит относительно тем дешевле, чем она больше по мощности. Т. обр., стоимость двигателя на одну лошадиных силу или стоимость станка на единицу веса переработанного товара будут тем меньше, чем больше мощность или производительность М. Это свойство, зависящее от условий изготовления М. и тому подобное., весьма важно в том отношении, что дает выгоду в устройстве крупных фабрик иио сравнению с мелкими в смысле обзаведения М. 2) Всякая М. тем совершеннее в смысле расхода энергии, чем она больше по мощности.

Таким обр., большая фабрика или завод с силь-пыми двигателями и крупными станками для обработки больших вещей будет тратить па единицу выработанного товара и гораздо мепьше топлива или ьообще эпергии и на ту же единицу списывать мепьше погашения и процентных денег на затраченный каиитал; это обстоятельство является весьма благоприятным для работы крупных предприятий и затрудняет мелким предпринимателям, маленьким фабричкам и ьастер-ским, конкуренцию с крупными. Прежде для облегчения мелких предпринимателей придумывали всякие так называемые „двигатели для мелкой промышленности“, но все они пе могли изменить названного закона. Когда выяснилась бесплодность попыток устройства таких двигателей, стали стараться устроить раздачу эпергии в малых количествах всем желающем с больших центральных станций, па которыхт, еь силу приведенных выше двух законов, энергия пожег быть получена сравнительно дешево и поэтому но доступной же цене отпущена всем желающим. О г. иаз. „простых М.“ см. простия М.

А. Сидорог.