> Энциклопедический словарь Гранат, страница 306 > Мендельсон

Мендельсон

Мендельсон, Моисей (Moses Mendelssohn; 1729—1786). Среди представителей немецкого просвещения М. занимал одно из наиболее видных мест. Проникнутый глубокой, благородной и одухотворенной искренностью, горячей любовью к человеку и вооруженный всеми знаниями и интересами просветительной эпохи, М. одевал свои мысли в изящную и доступную форму изложения и принадлежал к числу очень популярных писателей своего времени, произведения которых насчитывали сравнительно большой круг читателей.—М. принадлежал к семье бедного еврейского учителя и прошел через традиционную еврейскую школу. Эта школа с ея схоластикой, большой требовательностью и крайней односторонностью, способными погубить слабия и средния натуры, только еще больше разожгла жажду удовлетворения духовных потребностей у М., как это бывало и с другими даровитыми питомцами талмуд - торы. Слабый телесно, но сильный духом мальчик (14 лет) ушел без средств в Берлин, бедствовал там, пробиваясь скудным заработком, но и учился; быстро справился с немецким языком и понемногу через философию Маймонида, Локка, ИПефтсбюри, Лейбница и Вольфа вошел в гущу интересов просветительной эпохи. От домашнего учителя он перешел позже к роли бухгалтера, а затем вошел компаньоном в коммерческое дело. Хотя уже дети М. основали известный банкирский дом, сам М. прожил всю свою жизнь в атмосфере практических забот. В 1754 г. судьба свела его с Лессингом, с которым у него завязалась тесная дружба при большом взаимном влиянии. Вскоре (1755) он выступил с первым своим печатным трудом „Philosophische Oesprache“ (Философские беседы). Далее идут: „Pope, ein Metaphysiker“(Метафизик), „Ueber die Empfindungen“ (Об ощущениях), „Ueber Evidenz in metaphysisehen Wissenschaften“ (Об очевидности в метафизических науках), „Phadonoder liber die Unsterb-lichkeit der Seele“ (Федон, или о безсмертии души), имевший громадный успех, и „Morgenstunden“ (Утренние часы). Последния два сочинения являются основными трудами М. Уделяя много внимания и горячности борьбе за терпимость и человеческие права евреев, он выступил в 1783 г. с книгой „Jerusalem Oder liber religiose Macht undJudentum“ (Иерусалим или о религиозной власти и еврействе). Борясь за права евреев, он, как истый представитель просветительной эпохи, звал своих единоверцев от мрака предразсудков к просвещению. На закате своей жизни М. выступил с опровержением утверждения Якоби, что Лессинг был спинозистом („Moses Mendelssohn an die Preunde Lessings“). — M. высказывается против тонкостей философского умозрения и горячо вступается за права здравого человеческого смысла. Вместо головокружительных высот философского умозрения он предлагает твердо держаться того, что касается человека; это—чистая религия, нравственность и просвещение. Только такая философия спасает и совершенствует, а иных задач М. признавать не хочет. Он — истинный представитель нравственного просвещения. С этой точки зрения рассматриваются у него и эстетические переживания. Все это поддерживается у М. основным религиозно - философским убеждением в существовании совершеннейшого и всеблагого Бога и в безсмертии души. Приобщаясь к Божественному процессу совершенствования, человек обретает блаженство. В блаженстве кроется последняя задача жизни человека, в совершенствовании — прежде всего, конечно, с помощью просвещения—прямой путь к этой конечной цели. В конечном счете и религиозная жизнь насыщается у М. интересами морали. Особенно интересно, что М. выступил в защиту религии против перкви. Перковь в его глазах

Ф. Мендельсон-Бартольди (1809—1847).

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ Т-ва „Бр. А. и И. ГРАНАТb и К°“

претендует быть как бы государ-ствюм религии, т. е. юридическим учреждением, а религия, по его мнению, в самой своей сущности исключает форму юридических обязательств и принуждения. Право церкви существует за счет действительной рел-игип. Тут М. сходится частью со Спинозой, частью же он предвосхищает то, о чем в наше время говорил Джемс („Многообразие религиозного опыта“) под именем субъективного религиозного переживания. В этих его идеях заложены философские корни требования религиозной и общечеловеческой терпимости. Лозунг терпимости у М. общ со всеми представителями эпохи просвещения (Локк, Вейль и так далее). Общ ему с просвещением и коренной недостаток всей этой эпохи: это—непонимание истории, недостаток исторического кругозора, переоценка индивида и игнорирование развития рода. М., как и другие представители просвещения, не сумел уберечь ценное наследство от Лейбница, понятие развития.

Полное собр. соч. М.изд. в Лейпциге 1843/44.—Соч. по философии, эстетике и апологетике издал Бран (2 изд., 1881). См. также „М. Mendelssohn. Un-gedrucktes und Unbekanntes von ihm und iiber ihn“ (Lpzg. 1883).—Нарусск.яз. переведены: „Разсуждение о духовном свойстве души человеческой“ (перев. Я. Толмачева, М. 1806); „Федон, или о безсмертии души в трех разговорахъ“ (2 ч. М. 1811). — О М. см. Кау-serling, „М. М., scin Leben und seine Werke“ (Lpzg. 1888); G. Kanngiesser, „Stellung M.’s in der Geschichte der Aesthetik“ (1868); F. Bock, „M.’s Phiidon und sein Platonisches Vorbild“ (1906).

M. Рубинштейн.

ГЛендельсон-Бартольди, Феликс (1809—47), композитор. Внук изв. философа и еврейск. реформатора Моисея М., сын банкира. Получил превосходное образование и рано обнаружил всесторонния способности. Игру на фортепиано изучал под руководств. Бергера, композицию у Цельтера, который признал М. мастером в 15 лет. 9-ти лет М. выступил публично как пианист, 11 лет написал несколько фортепианных сонат. В 17 летъМ.

написал увертюру ко „Сну в летнюю ночь“ Шекспира,—одно из своих наиболее совершенных по красоте и значительности содержания произведений. В 19 лет М. поставил в Берлине свою оперу „Свадьба Камахо“; больше опер он не писал. В 20 лет М. исполнил с музык. силами общества Singakademie ораторию „Mat-tlniuspassion“ С. Баха,—впервые после смерти композитора. Это исполнение (а вслед за ннм и другия мендельсонов-ские исполнения Баха) явилось исходным пунктом воскрешения баховска-го культа, с тех пор непрерывно возрастающаго; оно представляет собою т. обр. крупную музыкально-культурную заслугу М. Он много странствовал, между прочим в Англии, где сочинения его имели блестящий успех, положивший начало его всемирной славе. Пребывание в Шотландии запечатлелось в Шотландской симфонии, пребывание в Италии—в Итальянской. С 1835 г. М. жил в Лейпциге, где был капельмейстером концертов Гевандгауза. Под руководством М. концерты эти приобрели небывалия до этого значение и славу, надолго сохранившиеся и после смерти М. В 1843 г. М. основал в Лейпциге образцовую консерваторию, вокруг которой сгруппировал ряд выдающихся деятелей: Морица Гауптмана, Р. Шумана, Фердинанда Давида, Мошелеса идр. Он умер молодым, истощенный черезмерной работой, через несколько месяцев после смерти своей любимой сестры Фанни, кончина которой его глубоко потрясла.

М. никогда не знал ни нужды, ни борьбы, ни лишений; горе почти всю зкизнь обходило его, и даже умер он сравнительно молодым, не пережив своей ранней славы. Может быть, это и было причиной отпечатка мягкости, гладкости, благозвучия, который лежит на всей его музыке. Когда М. хочет выразить борьбу, бурю, горе—вообще сильные ощущения, получается впечатление чего-то не столько пережитого, сколько рассказанного. Другой грех, в который нередко случается впадать М.,—слащавость, сентиментальность. Этот сентиментализм и был главной причиной позднейшого охлаждения к М. (между прочим, и у нас в России, со времен кружка „Новой русской школы“). Но он не должен заслонять от нас то гениально-прекрасное, что есть в музыке М.: чувство — мягкое, не переходящее в страсть; огонь—ласкающий, но не сжигающий; мир бодрого оживления и легких грез; капризную грацию эфирного царства духов, созданного народной фантазией и мечтой романтиков; светлые отклики природы, обаяние которой М. так умел претворять в звуки. Романтизм духа сочетался у М. с классической ясностью и красотой музыкальной формы. Эта стройность и красота формы, столь роднящия М. с Моцартом, пришли к нему, как и к Моцарту, не в зрелые годы, а уже в юности, чему свидетелем служит уже упомянутый шедевр М., увертюра к „Сну в летнюю ночь“. Остальную музыку к этой пьесе М. дописал позднее, уже в зрелые годы. Кроме этой увертюры, М. написал для оркестра еще 6 других („Фиигалова пещера“, „Рюи-Блазъ“ и др.) и 5 симфоний. Много создал М. для камерного ансамбля. Среди многочисленных фортепианных пьес М. первое место занимают знаменития „Песни без словъ“, создавшия особый новый тип фортепианной миниатюры. Из инструментальных сочинений М. надо отметить еще классический концерт для скрипки съф.-п. Из сочинений для пения выдаются две оратории: „Павелъ“ и „Илья“, нередко исполняемия и поныне и являющияся в своей области наиболее значительными явлениями после Генделя и Гайдна. См. F. Hiller, „Р. М.“; Reiss-шапп, „F. М.“. По-русски „Ф. М.“ Ламара („Музык.-характеристич. этюды“, перев. с немецк.). Ю. Энгель.