> Энциклопедический словарь Гранат, страница 309 > Милан

Милан

Милан (итал. Milano), главный город итал. иров. М. (Ломбардия), расположен в илодороди. равнине на р. Олона(прит. По) и 3 судоходн. каналах: Навильо Гранде, Н. ди Павия и II. делла Мар-кезаиа, на выс. 122 м. над ур. моря; 599.200 жителей Достопримечат.: знаменит. готич. кафедр. собор (1386—1805 гг.), один из лучших в Европе (смотрите XVI, 324, прил.); церкви: С. Винченцо IX в., С. Лоренцо XI в., св. Амвросия XII в., с резьбой IV в и мозаикой V—IX вв., С. Мария делла И’рацие с „Тайной вечерей“ Леонардо да Винчи и др.; Кастелло Сфорцеско XV в., Палаццо делла Раджоне XIII в., П. Борромео XV в с коллекц. ломбардской живописи, библиотека Амброзиана XVII в с картинной галлереей. Богатый художеств. сокровищами, М. имеет картинную галлерей Брера, одну из лучших в Италии, с нроизв. Рафаэля, Веронезе и др., худож. музей Полдп-Пеццоли с произв. стар. живописи; ценными коллекциями скульптуры эпохи Ренессанса и мн.др.располагает также ар-хеологнч. музей. М.—важн. музыкальн.

центр, привлекающий многочисл. учащихся; из его театров знаменит оперный театр „Ла Скала“, обшир-нейш. в Европе. Академии наук и словесности и изящн. искусств, высш. технич. и коммерч. институты, высш. сельскохоз. и ветерннарн. школы, клинический институт. М.—крупный про-мышл. центр; имеет обширн. шелковое (превосходит в этом отношении Лион), хлопчатобумажн., маши-ностропт., металлургич. и др. произв.; фабрикует мебель, музыкальн. инструменты, каучук. изделия и прочие; известен своими нотными издательствами, гелио- и фототипиями.

История. Еще до падения Римской империи М. был взят Аттнлой, йотом он последовательно был во власти Одоакра, остготов, византийцев, опять остготов и, наконец лангобардов. История М., как итальянского города-государства, в сущности начинается со времени лангобардского владычества. В 569 г. Павия сделалась столицей лангобардов, и М. осталась роль главы оппозиции против варварского господства. Лангобарды были ариане, а миланские архиепископы высоко держали знамя православия, освященное традициями св. Амвросия. Энергично проводимая двойная оппозиция, как политическая, так и религиозная, снискала архиепископам большую популярность и послужила превосходным фундаментом для укрепления архиепископской власти в послелан-гобардский период. Политика Карла Вел., завоевавшего лангобардское царство, заключалась, как известно, в том, чтобы поддерживать церковь и разбивать крупные феодальные территории, угрожавшия королевской власти (смотрите XXII, 359/360). И укрепившаяся в каролингский период архиепископская власть, благодаря привилегиям, полученным при Оттонах (смотрите XXII, 363/364), совершенно освободилась от зависимости перед графами. Но уже очень рано, в×веке, сеньеру-архи-епискоиту приходилось считаться с оппозицией внутри города, с недовольством его фискальной политикой со стороны богатых горожан. На этой почве дело могло доходить и до бурных столкновений в роде того, которое случилось в 980 г. (смотрите XXII, 367), и до избрания второго архиепископа. Но в общем, несмотря на многие шероховатости в отношениях между архиепископами и горожанами, к началу XI в установилась некоторая внутренняя гармония. Архиепископ не мешал свободному развитью зачатков самоуправления, а горожане начали свыкаться с мыслью, что архиепископ является символом городского единства. Наиболее яркой полосой в этом первоначальном периоде миланской истории была деятельность архиепископа Гериберта (1018—1045). Этот замечательный прелат, призвавший в свое время имп.ИчонрадаИИ в Италию (смотрите XXII, 364) и возложивший на него железную корону, потом восстал против него, когда он вздумал занести руку на его нрава. II миланские горожане, все эти купцы, мелкие рыцари, вальвассоры, энергичным образом встали на его защиту. Он придумал миланцам символ их коммунальной независимости, священную колесницу, карроччьо, сплотившись вокруг которой горожане устояли против ударов императора. После смерти Гериберта, однако, раскол возник среди самих горожан, причем мотивы социальные и политические осложнились религиозными. Горожане разбились на две группы. Нобили вместе с духовенством стояли за самостоятельность амброзианской церкви и все искали случаев опереться на императора против объединительных церковных стремлений Рима. Наоборот, народная партия была против вмешательства императора в городские дела и, чтобы устроить противовес императорским поползновениям, тянулакъРиму.Рим, разумеется, покровительствовал народной партии, чтобы в ней иметь поддержку против автономистских церковных тенденций высших городских классов, и даже поощрял возникшую в народе ересь патарию.Когда во главе народной партии стад Эрлем-бальд из Котты, партия быстро одержала верх (ок. 1070 г.), и архиепископ не мог уже противиться образованию городского совета (Consiglio) из 30 человек с правящими функциями. Это был настоящий прообраз коммуны.

Основание миланской коммуны нужно считать с появления в М.консулов (в 1085 г.—первый случай в Италия). Устроив коммуну, М. стал быстро богатеть и расти и не побоялся, во главе Ломбардской лиги и поддерживаемый папством, вступить в борьбу с самим Фридрихом Барбароссой (смотрите XIII, 504 509). После Констанцкого мира М. стал развиваться вполне свободно. Старая миланская промышленность, сначала суконная, основанная гумилиатами, потом хлопчатобумажная и оружейная (с.н.ХХИИ, 337/339), беспрерывно росла. М. начал распространять свое влияние на соседнюю округу и даже подчинять себе мелкие соседние города. Но в нем самом обострялись социальные противоположности. Вражда между гибеллинской знатью, всегда готовой обратиться к императору, и горожанами, не утихала совсем. Т. наз. третье городское устройство (смотрите ХХП, 379/382), характеризующееся тем, что ремесленники требуют и добиваются власти, в М. сложилось особенно бурно. Народные— ремесленные и пролетарские — слои организовались в „Креденце св. Амвросия“; „Мотта“ объединила вальвассоров и вообще мелких нобилей, а „Консульская креденца“ — высшую знать. Три коммуны так и существовали рядом, управляясь каждая особо. В других городах такое сожительство проходило мирно. В М. оно сопровождалось безконечными распрями. И в 1237 г. имп. Фридрих M, призванный дворянами, нанес жестокое иииражение миланцам приКортенуове. Тут, строго говоря, кончился свободный период развития М., и город уже не выходил из подчинения. Пагано делла Торре, вождь гвельфов, сумел в некоторой степени восстановить мощь М.и создал своей фамилии огромную популярность. Его преемники сделались уже настоящими синьорами М (смотрите XXII, 386). Но борьба с гибеллинами продолжалась. Сначала они терпели поражения, но в 1277 г. один из Торриани был разбит вождями гибеллинов, Висконти, и власть перешла к дворянской партии. Первым представителем Висконти был архиепископ Оттоне. После небольшого нерерыва, когда Торриани вернулись к власти, в 1310 г., Висконти, с по-мошыо ими. Генриха VII, вернулись в М. С этих пор город был в их руках до пресечения мужского потомства в роде (1447). В последовательное правление Маттео, Галеаццо, Аццо, Лукино и Джованни Висконти (смотрите XXII, 550, приложение хронология Италии, 0) политические порядки были такие, как вообще в городах Италии под владычеством тираннов (смотрите XXII, 387/389). Но экономическое процветание продолжалось, а территория М. все увеличивалась при помощи захватов и наследования. К XV в она слилась с территорией Ломбардии. В 1354 г. Джованни Висконти оставил власть троим племянникам: Маттео, Галеаццо и Бернабб. Двое младших убили старшего, а в 1378 г. умер Галеаццо, оставив сына Джан Галеаццо. Этот в 1385 г. велел схватить и бросить в тюрьму дядю со всеми его сыновьями (они там умерли) и остался править один. Джан Галеаццо (ум. 1402) был настоящим завершителем здания миланской тнраннии. Он округлил территорию, истребив многое множество мелких тираннов, получил от императора инвеституру на герцогство Миланское (1395), окончательно упразднил свободные коммунальные учреждения, улучшил финансы и суд, начал строить собор и Чертозу в Павии. Из его сыновей младший, Джованни Мария, был убит заговорщиками, а старший, Филиппо Мария (ум. 1447), не оставил мужского потомства. Миланцы воспользовались этим, чтобы провозгласить республику, но она просуществовала недолго. Кондотьер Франческо Сфорца, которому город поручил свою защиту, захватил его, женился на дочери Филиппо Мария, Бьянке, сми рил восставш. города и объявил себя герцогом (1450).

В длинном ряду итальянских кондотьеров Франческо Сфорца был одним из самых замечательных. Он не имел равного по военным талантам и в то же время был одним из самых искусных дипломатов: „лев и лисица одновременно“. Но в одном отношении он не стоял выше рядового тиранна: он не умел создать в М. основ настоящого управления. Двор его блистал поэтами, учеными, художниками. Членам семьи он дал прекрасное образование, но из народа тянул без конца деньги и не давал ему.за это элементов прочного политического порядка. Это сделалось особенно ясно, когда Франческо наследовал его сын, Галеаццо Мария (1466—1476), необузданный, л{е-стокий деспот, павший в конце концов под кинжалами заговорщиков: Джироламо Ольджиати и Джанандреа Лампуньяни. После Галеаццо Мария остался малолетний сын, Джан Галеаццо. Правителем сделался младший сын Франческо, Лодовико .Моро, который и захватил герцогскую корону после таинственной смерти Джан Галеаццо. Он правил до 1500 г.

При последних Висконти и при Сфорца миланская промышленность, преобладающая форма хозяйственной деятельности в городе, достигла высокого процветания. К шерсти и хлопчатобумажным тканям теперь присоединилась фабрикация шелковых; на ряду с оружием стала изготовляться железная мелочь, золотия и серебряные нити. Но, вообще говоря, М. никогда не стремился к черезчур большому разнообразию в предметах производства. Он расширял и совершенствовал те отрасли, которые уже существовали. Из отчета дожа Венеции, Томмазо Мочениго, относящагося к 1420 г., мы знаем, что М. отправлял в Венецию одного тонкого сукна

4.000 штук, по 30 дукатов кусок. Много миланского сукна потребляли другие города Италии, еще больше Германия. Сырье шло из Англии, франции, Фландрии и Испании, с которыми поддерживались очень деятельные сношения. Л чтобы обеспечить шерстяным товарам внутренний рынок, Франческо Сфорца запретил в 1454 г. ввоз в герцогство каких бы то ни было сукон, за исключением самых дешевых сортов. Такие же блестящия дела делались с хлопчатобумажными товарами, особенно с бумазеей. М. долго будет снабжать бумазеей Италию и Германию, пока поднявшиеся в южной Германии Аугсбург и особ. Ульм не начнут отнимать у него северныерынки. Шелковая промышленность основана в М. в 1442 г., тогдашний герцог Филиппо Мария Висконти осыпал ея представителей целым рядом привилегий. Франческо Сфорца, верный своей покровительственной политике, в 1400 г. запретил совершенно ввоз как чисто шелковых материй, так и серебряной и золотой парчи. Производство это делало большие успехи, а в 1474 г. занимало ок.

15.000 человек Особенно славились миланский бархат и тонкий, легкий zendado. Оружейное производство удерживало свою репутацию блестящим образом.

Весь этот материальный и культурный расцвет кончился с нашествием иноплеменников. Лодовико Моро в 1494 г. призвал французов в Италию, опасаясь за свою корону. С тех пор и до 1870 г. Италия не могла вполне отделаться от чужеземцев (смотрите XXII, 396/397 и 401 сл.). Одной из жертв нашествия сделался сам Лодовико. В 1500 г. ои был схвачен и отправлен во Францию, где умер в каменной клетке, а М. стал уделом французской короны. После Равеннского сражения (1512) герцогство было восстановлено и правил Масси-милиано Сфорца. Но в 1515 г., после Мариньяно, французы снова взяли М., и герцогство было восстановлено в последний раз лишь в 1522 г. Оно было отдано франческо II, сыну Лодо-внко; он умер в 1535 г., и император Карл V, в то время уже безконтрольно распоряжавшийся на севере и на юге Италии, сделал М. вместе с остальной Ломбардией, испанской провинцией. По Утрехтскому миру 1714 г. он перешел к Австрии. Ср. XXII, 556, приложение хронология Италии, 6. Вместе с установлением испанского владычества началась феодальная реакция, которая особенно остро чувствовалась в ИиИ., центре недавно еще столь цветущей промышленности (смотрите ХХП, 402). Экономическое разорение и политическое угнетение шли рука об руку. Недаром Ломбардия и М. так радостно приветствовали французское завоевание. Итальянская кампания Бонапарта освободила Ломбардию; Камию-формийский мир 1797 г. создал Ци-зальпинскуюреспублику, которая послепровозглашения империи (1804) сделалась частью королевства Италии. Венский конгресс снова вернул М. Австрии. О роли его в революционном движении см. XXII, 415/419. По Цюрихскому миру, закончившему франко-итальянскую войну, М. с Ломбардией были присоединены к Пьемонту. См.: Cusani, „Storia di М.“ (1862—1884, 8 т.); „Соп-ferenze di storia Milanese“ (1897; статьи Бонфадини и др.); Ady, „А history of М. under the Sforza“ (1907); Malayazzi Valeri, „M.“ (1906 2 т.); его же, „Lodovico il Moro“ (19.12, 2 t.). А. Дживелегов.