> Военный энциклопедический лексикон, страница 60 > Милорадовичи

Милорадовичи

МИЛОРАДОВИЧИ, сербская благородная Фамилия, поселившаяся в царствование Петра В. в России, и прославившаяся в нашем отечестве. Замечательные лица этого семейства были :

1) Михаил Милорадович, пожалованный Петром В., в 1715 году, Гадячским полковником. Во время войны с Турками, 1711 года, он оказал значительную услугу государю, пожертвовав всем своим имениемъ для восстановления Черногорцев против Турок. «Предводя Черногорцами, он удержал неверных отъ вступления в Великую и Малую Россию», так сказано в государевой грам-ыате, данной Скоропадскому 1-го июля 1715 года. В 1718 году Милорадовичъ сопровождал гетмана в Москву, для поздравления Петра В. с возвращением из чужих краев. Михаил Ми-лорадовши подписывался Гадячскимъ полковником и Македонским кавалером. Он женился в Украйне на дочери генерального эсаула, Степана Бу-товича. По его смерти, последовавшей в 1727 году, государь пожаловал вдове его 50 дворов в Малороссии: «За службу мужа ея, кроме чина Гадячского полковника, ни чем ненагражденного при жизни».

Петр Степанович Милорадович,

выпущенный из гоФ-Фурьеров в армейские полковники; пожалован императором Петром III, без выборов, в полковники Черниговские.

Брат его, Андрей Степанович, генерал-поручик и кавалер орденов Св. Александра Невского и Св. Георгия 3-го класса, блистательно служилъ в Турецких войнах, был другомъ Суворова и Кутузова, и кончил жизнь, всеми уважаемый, в звании Малороссийского наместника. Он был от-цем героя, жизни которого представляемъ здесь очерк.

Михаил Андреевич Милорадович, граФ Российской империи, родился 1770 года, десяти лет был записан сержантом в л. гв. Измайловский полк, и вскоре потом отправлен в чужие край. Сперва обучался он в Кёнигсбергском университете, под руководством знаменитого Канта, потомъ провел два года в Геттингене, откуда, для усовершенствования в военных познаниях, послан родителемъ в Страсбург и Мец, где особенно прилежал к Фортификации и артиллерии. По окончании курса военныхъ наук в Меце, ездил он в Париж, был представлен Лудопику XVI и королеве Марии Антуанетте, и отличен этой монархинею.

Обогащенный плодами европейского просвещения, Милорадович, возвра^: тясь в Россию, был произведен въ прапорщики Измайловского полка, въ 1787 году, а через год в подпоручики, и в чине поручика участвовалъ в Шведском походе. Взойдя на престол, император Павел пожаловалъ его капитаном. Одним из лучшихъ о-и>ицсров являлся Милорадович, при каждом разводе и ученье удостоива-ясь особенного монаршого внимания, и за отличие и жалован, в 1797 году, полковником, а в 1798 г., геиерал-маиороы, е назначением шефомъ Аишеронского мушкетерского полка, с коим вскоре выступил в Италию. Когда Суворов прибыл к ввереннойему Италийской армии, приветствовал он в Милорадовиче сына старинного соратника своего и с тех-поръ до ковца жизни своей любил его какъ родного сына. Всячески стараясь оправдывать милости великого полководца, Милорадович знамевовал служение свое в Италии непрерывным рядомъ подвигов воинской доблести. Исчислять блистательные примеры мужества и распорядительности его в сеии войне, равно как и во всех воинах, где участвовал он, значило бы именовать сотни сражений. Ограничимся несколькими чертами. Узнав о неблагоприятном для нас ходе дела при Лекко, где сражался князь Багратион, Милорадович, без приказания, поспешил к нему на помощь, и, соединенно с Багратионом, разбивъ французов, уступил победу младшему его в чине, Багратиову, говоря: «Вы здесь распоряжались; я только подкреплял вас.» Наградою подвига была Аннинская лента. На другой день, по получении ея, Милорадович переправлялся на пароме через реку, въ виду французов. «Неприятели целятъ в васъ», сказал ему адъютант его. «Посмотрим, умеют ли они стрелять», отвечал Милорадович и надел на себя ленту. В деле при Бас-синьано, когда наши войска, внезапно очутились среди превосходных силъ неприятельских и начали уступать им, Милорадович, со знаменем в руке, устремился вперед и восстановил дело. С таким же отличием сражался он и при Требии. При Нови, он командовал одною из колонн центра, три раза врывался в Нови безуспешно, но в четвертый раз восторжествовал над всеми препятствиями и был одним из виновников победы. При переходе через Альпийские горы, Милорадович командовал одним изъ авангардов. Когда ведомая им колонна остановилась при спуске с утеса, возвышавшагося над облаками, Милорадович лег на спину и первыйпокатился вниз. Радостно последовала колонна примеру начальника, и, опустясь в долину, ринулась на французов. В Швейцарии Милорадовичъ каждый день бился с неприятелем, -являя примеры необыкновенного безстрашия. При выступлении своем изъ Швейцарии в Богемию, Суворов назначил Милорадовича дежурным генералом армии и с тех пор онъ был всегдашним собеседником героя. Благодарность к нему Милорадович сохранял во всю жизнь. Суворов был кумир его. Наградами его, за войну 1799 Года, были, кроме Аннинской ленты, о коей выше упомянуто, командорственный крест Св. Иоанна Иерусалимского с алмазами, Александровская лента и Сардинский орденъ Св. Маврикие и Лазаря. Цесаревичъ Константин Павлович, узнав въ Италийском походе свойства высокой рыцарской души Милорадовича, удостоил его названием друга. Со времени этой войны имя Милорадовича сделалось в России именем народным и громким в Европе.

В первые годы царствования императора Александра, Милорадович находился с своим Апшеронским полком на Волыни. Не прошло четырех лет, загорелась десяти-летняя борьба Александра с Наполео′ном. В 1805 г. Милорадович поступил в армию Кутузова, посланную на помощь Австрии. По прибытии к баварской границе, узнав о бедствии, постигшем Австрийцев под Ульмом, и вынужденный отступить, Кутузов поручил арриер-гард князю Багратиону, приказав Ми-лораиовичу составлять резерв его. Через несколько дней Милорадович заступил место Багратиона, и прикрывая армию, выдержал ряд кровопролитных дел, не давая неприятелю надъ собою поверхности. Дела под Амште-теном и Дирнштейном упрочили за ним славу, стяжанную в Италии и Швейцарии. Под Аустерлицом отрядъ его был в центре, близ Працепа, идействовал в виду императора Александра. Чин генерал-лейтенанта и орден Св. Георгия 3-го класса были наградами Мплорадовпча за поход 1805 года.

В следующем году возгорелась война России с Портою, и Милорадовпчу суждено было па первом шагу ознаменовать себя новым подвигом. Корпус его, после быстрого похода отъ Дпестра к Валахии, был ь расположенъ в Бухаресте. Турки вознамерились овладеть спм городом и двинулись туда с двух сторон. Верховный визирь шел от Силистции, а Мустафа-Байрактар-паша от Журжи. Предупреждая Турок, Милорадовнч выступил на встречу верховному визирю и наголопу разбил авангард его при Обплештп. Визирь поспешно возвратился с армией за Дунай. Дав войскамъ на несколько часов отдых, необходимый в знойный летний день, Милб-радовнч спешил сразиться с Бай-рактаром, уже приближавшимся к Бу-каресту от Журжи; но паша, узнавъ о поражении верховного визиря, немедленно возвратился в Журжу. За этотъ знаменитый подвиг император Александр пожаловал Милорадовпчу золотую шпагу с алмазами и паднпсыр: За спасение Бухареста. Тем радостнее была монарху нашему Обилешт-ская победа, что она одержана в день несчастного сражения под Фридлан-дом. 1808 год прошел в переговорах с Турками, но в следующемъ году военные действия возобновились и — для Мплорадовпча неудачно. Ему¹ велено было взять Журжу приступом. Полки нашн дошли до прикрытого пути; Милорадовнч был впереди первой колонны, и увидев, что ров глубже, нежели у нас полагали, а лестницы оказались коротки, приказал ударить отбой и отошел с контр-эскарпа последний. Донося главнокомандующему о своей неудаче, отдавал он справедливость храбрости войска и с благородным самоотвержением принял вину в неудаче на одного себя. В том же 1809 году, он командовал правымъ крылом в сражении при Рассевате (смотрите это), и за одеряианную здесь победу был произведен в генералы-от-инФантерип, но вскоре получилъ новое назначение — командовать армиею, собиравшеюся близ Могилева па Днепре, а потом определен в Киевъ поенным губернатором, где оставался до начала Отечествеийой войпы.

Весною 1812 года, император Александр поручил Милорадовпчу Формировать в Калуге запасные войска. Исполнив поручение, он пришел съ своим корпусом в Гжатск за несколько дней до Бородинского сражения. В этой битве Милорадовнч командовал сперва правым крылом армии, а потом был переведен в центр; во все продолжение губительной сечи, являлся он одним из первых сподвижников Кутузова. Через день, после отступления от Бородина, Кутузов поручил ему арриергард, и съ тех пор, с 28-ро августа 1812 года до 12-го мая 1813 г., Милорадовнч оставался безсменным стражем армии, предподя в течение десяти месяцевъ то авангардом, то арриергардом. Сражаясь на каждом шагу, он удерживал быстрое стремление французов, давая русской армии возможность отступать спокойно, или открывая ей путь к победе. При оставлении Москвы, Милорадовнч оказал услугу важности неоцененной, послав Мюрату, начальнику Наполеонова авангарда, объявить, что «-зажжет Москву и погребет себя под развалинами ея, если французы пе остановят наступательного движения своегои. Угроза подействовала; Мюрат остановил свои колонны, а между-тем русская армия, арриергард Милорадовича и несчетное мнояиество частпых и казенных обозов вышли из города. После этого подвига, Милорадовнч прикрывал движение русской армии до вступления ея в Тарутинский лагерь, выдерживая

-упорнейшия арриергардные дела. В Тарутинском сражении находился онъ в центре, тщетно упрашивая Кутузова о позволении атаковать. При выступлении армии к Малоярославцу, по прежнему предводительствовал он арриер-гардом и с Суворовскою быстротою поспел на поле битвы. «Ты ходишь скорее, нежели ангелы летаютъ», сказал ему Кутузов (смотрите Малоярославец).

Когда началось отступление Наполеона, Кутузов поручил Мнлорадовичу половину армии, приказав ему идти параллельно с неприятелем и наносить ему возможный вред. Ежедневно тревожа французов нападениями, увидел он, 22-го октября, возможность отрезать корпус маршала Даву отъ Вязьмы, и решился вступить в бои без разрешения Кутузова. Корпуса вице-короля Италийского, маршала Нея и Понятовского спешили подкрепить маршала Даву. Неравенство сил не поколебало Милорадовича он продолжал сражение и разбил французов. Потом, следуя неотступно за неприятелем, на плечах его ворвался въ Дорогобуж и гнал французов столбовою Смоленскою дорогою, ежедневно забирая тысячи пленных, обозы и орудия. Особенно велико участие Милорадовича в трехдневном сражении подъ Красным, где он являлся главнымъ сотрудником Кутузова. После того отправлен был он к берегам Березины, куда с невероятною скоростью, по пепелищам и бездонной грязи, пришел на другой день Стаховского сражения, а потом преследовал французов до Вильны. Признательный монарх наградил его, за великой участие в Отечественной войне, алмазными знаками к ордену Св. Александра Невского и орденами Св. Владимира 1-й, и орд. Св. Георгия 2-й степени.

При выступлении армии за границу, в начале 1813 года, Милорадовичу поручено было с двумя корпусами следовать за Австрийцами и Саксонцами,

и склонить их на уступку Варшавы, в чем он, успел искусными движениями и благоразумными переговорами с князем Шварценбергом. Император пожаловал ему право носить на эполетах вензеловое имя его величества. Кутузов писал ему при сем случае: «Отличные заслуги ваши так сблизили вас с августейшимъ монархом нашим, что дарованное вам право находиться при особе императора, сделалось необходимым для вас и для него.»

После покорения Варшавы, главная русская армия двинулась к Кадишу; Милорадовпч пошел с авангардомъ к Одеру, обложил крепость Глогау, и в апреле вступил в Дрезден, откуда направился к Хемницу и Альтенбургу. Вскоре произошло Дюценское сражение, в котором он не участвовал, оберегая из Цепца левое крыло армии. Неоднократно посылал он сказать главнокомандующему, что в Цей-це ему делать нечего, и нетерпеливо ожидал позволения идти в правое крыло французов. Не получив удовлетворительного ответа, он прослезился и сказал: «В первый раз в жизни моей бездействую, слыша пушечную пальбу!» Его жажда битв была вскоре удовлетворена. При отступлении союзников от Люцена, ему поручили ар-риергард. Ежедневно сражался он : 23-го апреля при Вальдгейме, 24-го близ ЭцдорФа, 25-го по дороге отъ Носсена к ВидьсдруФу, 27-го при переправе через Эльбу у Дрездена, 29 го при Веиисснге, 30-го в окрестностяхъ БишоФсверде, мая 3-го между селениемъ Рот-Наустиц и Бауценом. В двухдневной Бауценской битве, 8 и 9-го (20 и 21) мая, он командовал левымъ крылом армии и отразил все нападения неприятеля, действуя перед глазами императора Александра. «Стойте крепко!»говорил оп войску :«государь смотрит на вас.» Но отступлении отъ Бауцена ему опять поручено было предводительство арриергардом. Мая 16-го,

при Рейхенбахе, ов имел жаркое дело, в котором французы лишились известного Дюрока и двух другихъ генералов. Наградою этих действий было возведение Милорадовича в графское достоинство Российской империи. «Победа была неразлучна с вами и въ недрах России и в отдаленных пре-, делах от нея», говорил в рескрипте Александр, жалуя Милорадовича графом. Тогда же император.позволил ему носить на войне серебряный знак Военного ордена, назначаемый внжнпм чинам. «Носи солдатский крестъ», сказал ему государь, «ты друг солдат.»

После Пойшвицкого перемирия, в августе 1813 года, Мплорадович былъ назначен начальником резерва главной армии, состоявшего под ведениемъ италийского сподвижника его, цесаревича Константина Павловича, и находился с ним в двухдневном сражении под Дрезденом. Через несколько дней, 17-го августа, последовал другой знаменитый бой, при Кульме, где русская гвардия отразила превосходного числом неприятеля. Приехав к концу сражения, Милорадовичъ принял начальство над войском вместо раненого графа Остермапа. На другой день участвовал он в совершенном поражении Вандаммова корпуса и был награжден золотою шпагою с алмазами, украшенною лаврами, и

50,000 ′ рублями. Австрийский император пожаловал ему орден Св. Леопольда 1-й ст. В сражении при Лейпциге, граф Милорадович командовалъ русскою и прусскою гвардией и получил орден Св. Андрея Первозвадша-, го. 1814-й год застал союзников уже на древних рубежах франции. Графъ Милорадович, начальствуя резервомъ союзных войск, имел мпого случаев, особливо при Париже, явить качества воина, которые отечество издавна привыкло находить в нем, и был осыпан наградами. Императоръ австрийский пожаловал ему комапдорственный крест ордена Марии Терезии, а прусский король орден Черного орла. На возвратном пути из франции в Россию, Милорадович вел часть гвардии и гренадеров, торжественно встречаемый в Германии. В каждомъ городе чествовали солдат наших; генералам и офицерам давали балы, душей которых являлся Милорадович, как бывал он душей битв. По прибытии в Россию, он был назначен командиром гвардейского корпуса, с которым выступил из Петербурга в Вильну, когда, в начале 1815 года, Наполеон возвратился съ острова Эльбы. Но Ватерлооская битва положила конец владычеству завоевателя и потому гвардия возвратилась въ столицу. В 1818 году, граф Милорадо-внчх сопровождал императора Александра в путешествии по Крыму, теша монарха и свиту его неистощимою веселостью своею, остроумием и рассказами; вскоре потом назначен он былъ С. Петербургским генерал-губернатором, и сохранил сие звание до 14-го декабря 1825 года, когда пуля убийцы положила предел славной жизни его, пощаженной мечем неприятельскимъ в безчисленных сражениях, нбо онъ никогда на войне не был ранен.

Прискорбие о смерти Милорадовича было повсеместным в России, видевшей в нем более тридцати лет одного из доблестнейших сынов своих. О неустрашимости его в бояхъ ходило в армии и народе множество поговорок, и рассказов. В полномъ смысле слова был он другом солдат, делил с ними опасности, голод, непогоды. На войне являлся он первым на лошади и последний сходилъ с коня, не предаваясь покою, доколе пе удостоверялся удовлетворены ли все потребности предводимых имъ войск. В неудачах бывал он веселее обыкновенного, шутил и заставлял хохотать в роковия минуты, когда окружавшим его казалась смерть неизбежною. Он имел особенныйдар говорить с солдатами, и если бы сохранились тысячи изречений, произнесенных им в пылу битв, то они послужили бы образцом военного красноречия.

Опасность была его стихиею. Всегда на войне одетый щеголем, рисовался он на статном коне, впереди батарей, или колонн, илр в цепи застрельщиков, в мундире и орденах, в шляпе с пером, а иногда с разноцветными перьями, с длинною трубкою, повязанный богатою шалью. Глубоко изучив в молодости все отрасли военного искусства, сражавшись на равнинах Ломбардии и в пропастяхъ Альпийских, в Германии и России, Турции и франции, приобрел он черезвычайную воинскую опытность, и былъ одарен природою верностью взгляда, отличающого истинных полководцев. Одним взором обнимал он ходъ и обороты битв, распоряжаясь мгновенно и с хладнокровием изумительным. В военное время, перенося возможные труды и ставя себя выше непостоянства стихий, всегда веселый, неутомимый, в мирное время он скучал. На роскошных диванах, окруженный изящными, страстно им любимыми картинами и статуями, онъ грустил, повторяя: «Войны нетъ!» К славе пламенел он, как юноша к первому предмету любви своей. Доброе сердце его было доступно всякого рода благим впечатлениям. Пригоршнями сыпал он червонцы раненым Русским и неприятелям; никто, постигнутый злою судьбою, не выходил от него без помощи и утешения. Таков был Милорадович, — явление редкое, кого Суворов и Кутузов ставили в места опаснейшия, и кому поручали они устройство баловъ и праздников. В последние годы жизни Миилорадовича, любимою мечтою его было кончить славные дни свои въ деревенском уединении, но Провиде-ние не допустило испо′лпепия желаний храбрейшого из храбрых, кого современники справедливо называли Русским Баярдом. М- Д.