> Энциклопедический словарь Гранат, страница 310 > Минотавр

Минотавр

Минотавр, см. Милос.

Минская губерния, см. приложение.

Минский (Виленкин), Николай Максимович, поэт и философ, родился в 1855 г. (биографию и библиогр. см. XI, 077). В его творч. было три периода. В первый период певец-гражданин становится продолжателем Некрасова, он пишет „Гражданские песни“, „зачатия в черные дни, рожденные в белия ночи“. Во многих его стих. этого периода можно услышать отзвук поэзии Надсона. „Подожди,—и рассеется сумрак веков, и не будет господ и не будет рабовъ“ (1—183) — это почти слова Надсона. „Зритель с юных летъ“, М. переживает уже в этот период душевный разлад. Полоса „бури и мести“ его не захватывала всецело, он принадлежит к „проснувшимся в ночь безысходную“, к тем, кто с Надсоном повторял: „исхода нетъ“, „исхода мы не знаемъ“. В своем лучшем стихотвор. „Над могилой Гаршина“ М. говорил: „Он жаждал веровать, безверием томимъ“ Он горько жалуется: „Как буря, смерть прошла над нашим поколеньемъ“. Уже в конце 70-х гг. поэт чувствует иго „безвременья“. Он обращается к жертвам безысходности, он чувствует связь с целым поколеньем изнемогших, уставших, больных людей, порывы и мечты которых „изъела ржавчина безсилья“. Он уходит „в сумерки“ чеховских настроений и создает свои песни „Среди мрака“. Свое поколенье он называет больным поколеньем:

„Ною и скорблю о больном поколенью,

Чьи думы умом я согласным ловилъ“ (1—4).

Он не знает „праведного гнева“; там, где в стихах П. Я. великая мука, у М. — жалобы. В первый период М. является рефлектирующим гражданином.

Затем наступает полоса мистических переживаний и личных радостей. В знаменитом „Посвящении“ провозглашается: „Я цепи стария свергаю, молитвы новия пою“. В этот период певец-гражданин становится эстетом, поклонником Верлэна, Бо-длэра, усваивает принципы парнасской школы и воспевает „Холодные слова“ и безстрастье. И теперь настроенье поэта—безотрадное: он признается, что его путь „без исхода“ (IV—236). Он часто говорит о двойственности своего сознанья, но его уже не пугает распутье, он находит, что „нет двух путей добра и зла, есть два пути добра“, и уверяет, что „все равно, каким путемъитти“.Неясность, неопределенность возводится в перл созданья. Вслед за Бодлэром и явно подражая Бодлэру, котор. любит „облаков вереницы“, М. в неуклюжих стихах воспевает „облака“ и провозглашает: „Лишь формы я люблю и отраженьяи. В этих словах ключ к абстрактному символизму М. Вместе с Д. С. Мережковским, выпустившим книгу,Символы“(1892г.), М. становится „зачинателемъ“ новой поэзии у нас в России. Певец-гражданин уступает свое место поэту-декаденту. В этот период поэт обращает внимание на технику, прислушивается к словам, заставляет их звучать. Это ясно обнаружилось в его переводе „Осенней песни“ Верлэна, в стих. „Шелест листьевъ“, „Мертвые листья“, „Поздний колокол гудящий“. Любимая тема его: владычество смерти. Ему удалась поэма „Город смерти“.

В 1905 г. начинается третий период в творч. М., когда поэт-декадент становится мистическим социалистом и в течение месяца издает и редактирует большевистскую соц.-дем. газету в ГИетерб. „Новая Жизнь“. В это время он снова пишет реторические, холодные, надуманные гражданские стихи, в роде „Гимна рабочихъ“.— Во все три периода недоставало поэту главнаго: искренности переживаний. За отсутствием подъема действительного поэт искусственно возбуждает читателя, прибегая к безчисленным междометиям. Стихи М., как и драмы его, отличаются растянутостью. Несмотря на то, что М. в последнем

59

60

Статистико-географический обзор минской губернии.