> Энциклопедический словарь Гранат, страница 317 > Муравьи

Муравьи

Муравьи (Formicoidea), название одной из групп стебельчатобрюхих перепончатокрылых (смотрите), кот. прежде считалась семейством (Formicidae), но теперь обычно считается группой, объединяющей в себе 5 семейств (прежние подсемейства). Это—общеизвестные небольшия насекомия с вытянутым в длину, стройным телом, стенки которого состоят из очень твердого хитина. Всюду распространенные, подвижные, полные энергии, замечательные многими особенностями своей жизни, М. издревле обращали на себя внимание людей, упоминаются в священных книгах, сказках, поговорках, баснях и послужили предметом многочисленных ученых исследований с разных точек зрения, представляя собою в общем хорошо изученную группу насекомых. Для М. характерен полиморфизм (смотрите), т. е. воплощение вида не в двух, как обычно, формах (самец и самка), а в нескольких. Полиморфизм М. весьма сложен и в некоторых отношениях доселе не вполне изучен. Самцы бывают обычно крылаты, хотя есть и безкрылые, а у некоторых видов попадаются и крылатые и безкрылые. Безкрылые самцы похожи по внешнему виду на рабочих и называются „эргатонднымн“ (т. е. „подобными рабочимъ“). Самцы существуют в гнездах только короткое время, в период спаривания, а затем погибают, подобно самцам многих насекомых. Самки обычно крылаты, но в виде исключения есть виды, у которых или все самки, или некоторое количествоих безкрылы. Крылья нужны самкам для брачного вылета, а потом оне их отрывают, летательные же мускулы подвергаются после этого жировому перерождению. В редких случаях (Lasius alienus) самки бывают с короткими крыльями, как бы представляя собою переход от крылатых к безкрылым. Безкрылыя, а потому похожия на рабочих, самки называются эргатоидными. Крылатия самки не всегда одинаковы Отличия сказываются не только в величине, но и в строении хитинового скелета и внутренних органов, так что имеется настоящий полиморфизм в пределах пола, причем некоторые формы этого полиморфного ряда приближаются по своим признакам к рабочим, представляя собою настоящия переходные формы. Рабочие у М. женского пола, но не имеют семяприемника, который развит у самок. Этим они отличаются от рабочих пчел, у которых есть семяприемник. Не надо думать, что рабочие М. отличаются от самок лить величиной и некоторыми отдельными признаками; наоборот, отличия проходят через весь организм, что далеко еще не выяснено окончательно во все>ъподробностях. Рабочие КГ. бывают неодинаковы (полиморфны) в иредИ лах одного вида, так что у М. мы видим весьма интересный приме], эволюции признаков в разных и аправлениях в пределах одного ви. а, явление, свойственное всем насей мы.ч, живущим полиморфными семьями, или, как обычно говорят, общинами, каковы, кроме М., осы шмели, пчелы, термиты. Полиморфизм рабочих проявляется у разных видов М. различно, причем и происхождение разных членов полиморфного ряда у разных видов может быть объяснено различно. У семейства Poneridae и некоторых For-micidae и Myrmicidae отличия между рабочими и матками незначительны, полиморфизмъкакъбудто еще не вполне выработался, причем рабочие крупны. У других Formicidae и Myrmicidae рабочие разнообразны, с переходными формами от крупных к мелким, причем крупные приближаются к маткам, и таким образом создаетсянаиболее полный полиморфный ряд, в котором мелкие формы надлежит рассматривать как следствие эволюции. Если переходные формы между мелкими и крупными рабочими исчезли (следующая ступень эволюции), то крупные рабочие становятсявследствиеэтого обособленными и, получивши некоторые добавочные черты специализации, например, сильное развитие головы и челюстей, образуют как бы особую касту (стазу) „солдатъ“, которые получают назначение в боевых столкновениях, происходящих между разными видами М. У некоторых родов (Monomorium, Solenopsis) крупные рабочие отсутствуют, так что разница между самками и мелкими рабочими получается очень большая. Это исчезновение крупных рабочих можно рассматривать, как одно из следствий эволюционного процесса. Относительно некоторых форм (многие Lasius, Crematogaster) резкую разницу между мелкими рабочими и крупными самками объясняют тем, что самки по ходу эволюции увеличились в размерах. Есть и такие М. (Anergates, Epoecus), у которых рабочих вовсе нет, что считается явлением вторичным, в предположении, что они исчезли в ходе эволюционного процесса. Причиной полиморфизма обычно считают различия в пище личинок, но явление это настолько сложно и настолько трудно поддается исследованию, что такое простое объяснение кажется неудовлетворительным.

М. живут в гнездах, которые устраиваются или в земле, в виде подземных ходов, обычно под каким-нибудь прикрытием, например, камнем или упавшим деревом, или одновременно и в земле и над землею, причем надземная часть известна под названием „муравьиной кучи“ или „муравейника“, или в деревьях, пнях, строениях в виде проточенных ходов. Муравейники в виде куч из различного натасканного материала (обломки сучьев, сухио листья, хвоя, кусочки коры и тому подобное.), каковы, например, муравейники обыкновенного рыжого лесного муравья (Formica rufa L.), достигают иногда величины около 2 метров, при 2—2В2м.

в поперечнике, но обычно бывают значительно ниже. Разбирая план постройки такого гнезда, мы можем отличить в нем несколько частей, как-то насыпной конус, стоящий на площадке, земляной вал, окружающий площадку и конус, внутреннюю воронку, наполненную обломочным растительным материалом, и подземную часть гнезда, состоящую из ходов и их расширений. Кроме того, от муравейника идут в разные стороны и по земле и под землей дорожки или тропы, по которым М. ходят на добычу и которых они придерживаются с замечательным постоянством в течение десятилетий. Весьма обычным типом муравьиных жилищ являются луговия кочки, в основе которых лежат кучки земли, выброшенной кротами, а затем обработанной М. и заросшей луговой растительностью. Кочки, населенные М., занимают иногда большую площадь, превращая всю ее в район, где господствующее население — М. Нередко в одном гнезде живут 2 или 3 вида М.

Община М. основывается обычно одной оплодотворенной самкой (редко несколькими сообща), которая, отрывает себе крылья, а затем приступает к откладке яиц и воспитанию личинок, из которых выходят рабочие, тотчас же начинающие помогать своей матери в расширении гнезда и выкормке личинок отрыгаемой пищевой массой. Есть наблюдения, что и взрослые М. кормят друг друга такой же пищей.

М. обладают весьма развитой нервной системой и сложным устройством верхнеглоточного нервного узла(мозга), в результате чего жизнь их весьма сложна. Их инстинкты и привычки послужили предметом наблюдения весьма многих авторов и создали богатую литературу, которая дает много материала для выяснения общого вопроса о психической жизни животных, об уме и инстинкте и тому подобное. Пищей М. служат самия разнообразные вещества растительного и животного происхождения. Их хищнический инстинкт делает их истребителями насекомых и, следовательно, полезными существами. Хорошим примером такого истребителя является рыжий лесной муравей (Formica rufa), относительно которого имеется наблюдение Фореля, что население большого муравейника уничтожает в сутки около

100.000 разных насекомых. Всеядность М. проявляется нередко в истреблении ими запасов различных пищевых веществ, особенно сахаристых. Они являются, между прочим, специальными врагами пчеловодов. Их способность точить дерево делает их иногда врагами построек. В поисках за пищей М. проявляют большую предприимчивость. Между прочим, они используют сладкие выделения (испражнения) тлей, постоянно посещая те места, где держатся тли, и даже унося их в свои жилища. Кроме того, М. иногда окружают сидящих на растениях тлей особыми сооружениями из песчинок и иных мелких кусочков, создавая для них своего рода загоны. Помимо тлей.М. используют в качестве как бы домашнего скота червецов (Сос-cidae), гусениц бабочек из сем. Ly-caenidae и некоторых жуков (Pans-sms, Glaviger и др.). Все эти насекомия имеют сладкие выделения, привлекающия М. Названные жуки вместе с целым рядом других насекомых замечательны по своему образу жизни в том отношении, что живут исключительно в муравейниках или в ближайшем с ними соседстве, являясь сожителями М. („мирмекофилами“). При этом выделение сладких веществ связано у них с очень большой анатомической специализацией (особые железистые волоски). Получая от своих сожителей лакомия выделения, М., в свою очередь, кормят их, отрыгая содержимое своего кишечника, что, между прочим, наводит некоторых исследователей на мысль, что доставляемия мпрмекофилами съедобные вещества имеют не столько питательное значение (ибо в обмен на них отдается тоже пища), а вкусовое или возбуждающее. Существуют различные формы взаимоотношений между обитателями муравейников и М., начиная от безразличных и кончая враждебными, когда от сожителей не только не получается пользы, нополучается даже вред. Явления совместной жизни М. с другими насекомыми вообще весьма сложны, создали большую литературу, в которой далеко не все молено считать достоверным.

Нередко представители двух видов М. соединяются в одну общину, причем один вид попадает в подчиненное положение по отношению к другому, выполняя необходимия работы в муравейнике. Результатом такого „рабовладельческого1 инстинкта у некоторых форм является потеря господствующей формой способности работать (смотрите инстинкт). Источником рабовладельчества являются войны М., при которых победители уносят к себе в гнездо чужих куколок.

Весьма сложные явления жизни М., создавши вокруг себя целую литературу, во многих случаях объясняются так, что в их действиях оказывается слишком много чисто человеческой психологии. Так, например, говорят иногда о „земледелии“ М., указывая, что они „возделываютъ“ зерна известных растений. В действительности лсе, собирая запасы зерен, М. удаляют из этих запасов нарулсу проросшия зерна, которыя, будучи брошены около муравейника, растут как посеянные. Указывают на „возделывание“ М. в своих гнездах -особых, служащих им пищей грибов, но, быть может, тоже слишком похожее на человеческую жизнь опи-сание этого явления есть известное увлечение и преувеличение. Вообще -сложные и многочисленные факты муравьиной яшзни дают богатый материал для построения теоретических объяснений зоопсихологического характера, причем одни исследователи (Форель, Васманн) пытаются видеть у М. проявление высшей разумной деятельности, другие лсе (Бете) сводят все к рефлексам, придавая при этом громадное значение чувству обоняния, которое у М., как и у большинства насекомых, очень сильно развито. Для изучения жизни М. пользуются, мелсду прочим, содержанием их в искусственных гнездах. При своих малых размерах М. представляют оЬобый интерес, как пример необычайной утонченности строения и. высоты организации. Это—самыямалыя; из высоко организованных существ, j

Распространены М. по всему земному j шару и иногда весьма густо заселяют, местность. Некоторые виды,как,например, > Monomorium pharaonis, Plieidole mega- и cepliala, Prendlepis vividula, стали коемо-1 политами благодарядеятельностичело-; века, развезшого их с разными товарами. Число космополитических М„, вероятно, будет увеличиваться с те- чением времени. Многие виды М., наоборот, живут только в опре-1 деленных районах, что делает интересным изучение М. с зоогео-; графической точки зрения. М. в, большинстве случаев довольно определенно придерживаются известных условий местообитания, известных „станций“, как говорят зоогеографы (тайга, лиственные леса, степь, пустыня и тому подобное.), причем относительно некоторых видов можно подметить зависимость изменчивости. признаков от условий окружающей; среды, что придает интерес изучению систематики этих невзрачных: на вид существ, не привлекающихъ! к себе внимания собирателей кол-: лекций. М. подразделяются на пять семейств, из которых четыре— Gamponotidae, Dolichoderidae, Myrmici-dae и Poneridae—имеют своих представителей в русской фауне, а сем. Dorylidae свойственно только Америке, преимущественно Южной, Африке, тропической Азии и Австралии. Его представители не строят гнезд или устраивают лишь временные жилища и ведут бродячий образ жизни {Eaton). В фауне России в 1905 г. насчитывалось 160 видов и подвидов М. (Рузский), но в действительности их, конечно, значительно больше. После появления монографии М. Д. Рузского о русских М. изучение их стало доступно всякому желающему.

Литература: М. Рузский, „Муравьи России“, Казань, 1905. Часть вторая. Казань, 1907; Леббок, „Муравьи, пчелы и осы“, Спб. 1884; И. В. Насонов, „Материалы по естеств. ист. М., преимущ. России“, М. 1889 (Изв. И. 0. Люб. Ест., т. 58); W. М. Wheeler, „Ants, their structure, developement and beha

vior. New York, 1910 (Columbia University Biological Serie, IX); K. Esche-rich, „Die Ameise“, Braunschweig, 1906.

Г. Кожевников.