> Энциклопедический словарь Гранат, страница 321 > Наполеон III

Наполеон III

Наполеон III, Луи Наполеон Бонапарт, император французов, сын брата Наполеона, Луи, короля Голландского, и Гортензии Богарне, дочери Жозефины (сплетни о том, что его отцом был один из любовников Гортензии, ни на чем не основаны), родился 20 апр. 1808 г. После Ватерлоо последовал в изгнание за матерью, расставшейся с мужем, детство и юность провел большей частью в Германии. Военное образование получил под руководством швейцарских офицеров. В 1830 г. он примкнул к итальянским карбонариям, принимал участие в восстании Романьи против ея государя, папы (тут он потерял своего старшего брата), бежал во Францию, былоттуда выслан в Лондон, вернулся в Германию и после смерти герцога Рейхштадтского стал смотреть на себя, как на прямого наследника императорской короны во франции. Он начал пристально интересоваться французскими делами, написал для снискания популярности две брошюры: „Reveries politiques“ и „Considerations sur la Suisse“. Июльские порядки давали, казалось, очень благоприятную почву для энергичной бонапартистской пропаганды. Оппозиция начинала относиться к нему с покровительственной пока благосклонностью, у него появились друзья, в роде Фиалэна (будущий герцог ГИерсиньи), которые побуждали его к энергичным действиям. В бывшем карбонарии сидел неискоренимый дух авантюризма. У него было много смелости, и ставкой игры была корона. Он решился.В октябре 1836г. он вздумал с помощью нескольких офицеров взбунтовать гарнизон Страссбурга, но был схвачен. Луи Филипп демонстрировал презрительное великодушие, велел посадить его на судно и отправить в Америку. Но Н. скоро вернулся, похоронил мать (1837) и поселился в Лондоне, где делил время между светскими развлечениями и самыми серьезными занятиями. В 1839 г. он выпустил брошюру „IdeesNapoleoniennes“,BB которой была набросана довольно путанная программа бонапартизма пополам с социализмом. Но мере того, как устойчивость июльской монархии становилась слабее, надежды Н. и его приверженцев, уже более многочисленных, возрастали. В 1840 г. Н. отважился на более крупное дерзание. Он решил взбунтовать полк в Булони и итти, получив поддержку от других воинских частей, на Париж. Заговор и на этот раз не удался. Н. был арестован со своими друзьями, судим и приговорен к пожизненному заключению в крепости. Содержался он в Гаме, где провел шесть лет, отдавшись научным занятиям и литературной работе. Он выпустил „Fragement historiques“ и социальный этюд „Extinction du pauperisme“ (1844).В 1846 г. он бежал из крепости и пробрался в Англию. Он ждал. При первыхвестях о февральской революции он появился во франции и предложил свои услуги временному правительству. Но ему вновь было предложено покинуть пределы франции. Теперь однако он оставил за собою друзей, которые повели самую энергичную- бонапартистскую пропаганду. Он был избран в Законод. Собрание в июне 1848 года и вторично в сентябре того же года, стал выступать, упрочивая свою популярность, а в декабре 1848 года был избран президентом республики 5.434.226 голосами против 1.448.107, полученных Кавеньяком. 20 декабря он принес присягу: „быть верным демократической республике и смотреть как на враговънапии на всех,кто будет покушаться изменить незаконными средствами форму установленного правления11. С этих пор судьба его сливается с судьбами франции вплоть до 2 сент. 1870 года, когда он капитулировал с армией в Седане и был увезен в глубь Германии. Два дня спустя после капитуляции он был объявлен низложенным, и восстановлена республика. — Отпущенный из плена, Н. с семьей поселился въЧизль-герсте в Англии. Последние годы жизни он провел в безсильных интригах, с целью вернуть престол, и умер 9 янв. 1873 года. Он был женат на Евгении Монтихо, графине Тэба, испанской аристократке, от которой имел сына (Н. Эжен Луи Жак Жозеф, 1856—1879), убитого впоследствии в английской экспедиции против зулусов.

Виктор Гюго навек заклеймил Н. прозвищем „малаго“(Napoleon le Petit). И действительно, во всех отношениях Н. представлял ухудшенную копию своего дяди. Дарование, характер были мельче, слабости, недостатки, пороки крупнее. И в великом Наполеоне были черты parvenu, но оне затенялись огромной духовной силой. У Н. III оне выступали ярко, кричаще, порою до смехотворности. Он не умел импонировать никому, и в отношениях к нему людей, даже расположенных,проскальзывала временами брезгливость. Ненависть к нему врагов всегда была окрашена презрением. Он до конца жизни не научился носить горностаевой мантии и остался авантюристом. В его авантюризме было скорее что-то от Казановы, чем от Цезаря. Плащ карбонариев, который ни на ком не вызывал насмешек, на нем стал комичен. Искание популярности, сопровождаемое такими опереточными способами, как приручение орла, де- ладо его притчей бульварного зубоскальства и легкой жертвой памфлетистов. Искание литературной славы превратилось в конце концов в какое-то литературное антрепренерство. „Histoire de Jules Cesar“ (2 т., 1865/69, pyc. пер.) была написана учеными, гораздо более, чем он, авторитетными, и лишь оплачена из императорской шкатулки. Его женитьба на даме сомнительной знатности и не вполне безупречной славы заставила пожимать плечами и на парижских бульварах и при европейских дворах. Выбор им друзей и приближенных не обнаруживал никакой разборчивости: ему важно было одно: чтобы человек всего ожидал из императорских рук и был предан ему, как собака. Он не был лишен ни ума, ни характера, ни воли: все-таки он был настоящий Бонапарт, подлинный внук Летиции Ра-молино. Больше того, дарования его были крупные. Но все это было испорчено тем, что в трудном положении между тюрьмою и престолом и потом на троне, который никогда не переставал колебаться, он не сумел победить ни фальшивой позы, ни повадок авантюриста, не обрел равного своим дерзаниям и своимъуспехам достоинства. Он всегда боялся, что достигнутое будет утрачено и всячески его оберегал. Но не находил для этого настоящих средств: то изображал заговорщика, каменного человека с загадочными глазами, как в период лондонского выжидания, то играл грозного диктатора, беспощадного к противникам, то пытался примирить с собою непримиримых заявлениями в духе демократического цезаризма. Ничто не помогало: над заговорщиком смеялись, диктатора скоро перестали бояться, когда увидели, что притупилось его оружие, а демократизму так и не поверили, памятуя о кровавых усмирениях после переворота

19м

2 декабря и в медовые дни империи. В его положении была какая-то фатальная безнадежность, и он был безсилен ее победить. Крушение его престола было последствием всей социальной конъюнктуры, усложненной еще его собственными ошибками.—См., кроме литературы, указанной в ст. франция, Sylvain-Blot (1899), Fraser (1895), Forbes (1898), Lebcy „Les trois coups d’Etat de Louis N.“ (1906). А. Дж.