> Энциклопедический словарь Гранат, страница 324 > Неодим

Неодим

Неодим, Nd, металл, относящийся к группе так называемым элементов редких земель (смотрите периодич. система). Открыт в 1885 г. Ауэром фон-Вельс-бахом, который показал, что дидим, прежде считавшийся за элемент, представляет смесь, состоящую приблизительно из 1/3 празеодима и 2/8 Н. Атомный в Nd=143,9 (0=16).Въметаллич. сост. получается, как празеодим {см.). Металл—слабо желтого щвета. Уд. в 6,9563. Т. пл. 840° Ц. Вода на него действует, холодная—слабо, нагретая—сильно. Кислоты быстро растворяют его. По своим свойствам очень сходен с празеодимом. Отличается только цветом солей. Окись празеодима Рг203 более сильное основание, чем окись Н.—Nda03. Н. образует три окиси, из которых только низшая Nd203 образует соли. Окись Н. Nd203 —голубой порошок. Соли, ей соответствующия, красновато-лилового или рубиново-красного цвета, например, сернокислая Nd2(S04)3.8H20 выделяется в рубиново-красных одноклиномерных кристаллах, изоморфных с кристаллами сернокислых солей других элементов редких земель. Соли Н. легко образуют двойные соли, например, азотнокислая соль Nd (N03)3.6H20 образует с азотнокислым аммонием двойную соль Nd (N03)3.2NH4N03.4H20. Двуокись Н.—Nd02, получающаяся при прокаливании щавелево- или азотнокислой с. в струе кислорода, с кислотами выделяет кислород, переходя в соли окиси. Перекись Н.—Nd2 05получаетсяв виде гидрата при действии на растворы солей Н. перекиси водорода и щелочей. Растворы солей Н. характеризуются особыми спектрами поглощения. И. Кб.Неозойск. система, см. XIII, 289/96.

Неокантианство, современное философское направление, примыкающее в основных вопросах к точкам зрения Канта (смотрите), имеющее (особенно в Германии) весьма многих представителей. Впечатление от неудачи спекулятивной метафизики Гегеля, с одной стороны, а с другой—потребность уяснить философское значение широко распространившагося в 50-х годах XIX в материализма вызвали в 60-х годах живой интерес к вопросам научной философской методологии, к теории и критике знания, а вместе с тем и к философии Канта, как виднейшого представителя научной гносеологии. С разных сторон откликаются на брошенный в 1865 г. Отто Либманом призыв: „назад к Канту!“ При этом мыслители, обращающиеся к кантианству, частью не вполне отказываются от своих прежних точек зрения, частью понимают Канта в духе этих своих прежних взглядов и лично им свойственных интересов. Поэтому в первую эпоху Н. имеет довольно пестрый характер; к нему примыкают и прежние гегелианцы (Э. Целлер), и гербартианцы (Дробишь), и психолог в духе Фриза Юрген Вона Мейер, и естествоиспытатели (Гельмгольц, см.] астроном Цёлль-нфр), и такие самостоятельные мыслители, как А. Шопенгауэр (смотрите), 0. Либман (его главное соч. „Zur Analysis der Wirklichkeit“, 1876), Ф. A. Ланге (смотрите). Последний сыграл большую роль в истории Н., с одной стороны, широко повлияв на публику, а с другой—привлекши к нему таких представителей его второй фазы, как Г. Коген (ученик Ланге по Марбургу и наследник его кафедры) и Г. Файингер. Внутри этой второй фазы Н., начавшей формироваться еще с 70-х годов, надо различать несколько типов его — в зависимости от того, каким элементам кантовской философии придает особое значение каждая группа мыслителей.

I. „Марбургская школа“, главою которой являетсяГ. Коген (смотрите); ея представители: П. Наторп, Р. Штаммлер, Э. Кассирер, В. Кинкель, Иоель, Ф. ПИтау-дингер, К. Форлендер, А. ИНтадлер,

К. Лассвиц, А. Гёрланд и др. Это направление иногда называется Н. в узком смысле. Оно выдвигает на первый план априористический, мате-матико-рационалистическиймоиетъкш-товой гносеологии. Коген начал с критического изложения основ кантианства („Kants Theorie der Erfahrung“, 1871, 2-е перераб. изд. 1885; „Kants Begriindung d. Ethik“, 1877; „Kants Begriindung d. Aesthetik“, 1889), а затем развил самостоятельную „Систему философии“. Коген резкий враг, с одной стороны, всякого эмпиризма, с другой—какой бы то ни было метафизики и вообще онтологии, наконец, с третьей—„психологизма“. Он сторонник „чистой логики“. Нет ничего „даннаго“; всякий „объектъ“, всякий предмет познания „заданъ“,—он составляет задачу, решаемую самимъхо-дом познавательного процесса. Нет никакой „субстанции“, никакой „вещи в себе“, нет ничего за процессом познания и в основе его. Самый же процесс познания совершается при помощи чистого мышления — того самого, которым оперирует математика. Нет объекта без процесса познания: только мысль создает основы бытия; истина конституируется самим признанием ея за таковую со стороны научного разума,—она основывается на факте науки, как последняя изложена в „напечатанных книгахъ“. Основ-нымътипом науки дляКогенаявляется математика и математическое естествознание („точные науки“). „Кант опи-ралъестествознание на математику, а метафизику—на математику плюс естествознание“ (Виндельбанд), и эту основную тенденцию кантианства Коген довел до пределов возможнаго(а кой-где и вышел значительно за эти пределы). Так, он свел к нулю эмпирический элемент познания (чувственное восприятие), что вызвало живия возражения Штаудингера („Kantstudien“, 1903), неофризианца Нельсона (рецензия в Gott. Gel. Anz., 1905 и в друг. соч.). Последний указал, что попытка Ко-

530

гена вывести всю (воспринимаемую) реальность из (математически, отвлеченно мыслимаго) „безконечно-малаго“ основана на неправильном понимании Когеном метода математики и его отношения к реальному, предметному знанию. Ориентируясь на безличной науке, отожествляя „сознание“ (Ве-wusstsein) с научной мыслью и резко отделяя от него индивидуальную, психологическую „сознательность“ (Ве-wusstheit), Коген, в сущности, лишается всякого реального субъекта для своей гносеологии. Наконец, исключительно „методологическая“ точка зрения, „панметодизмъ“ Когена лишает его философию возможности стать „мировоззрениемъ“ в собственном смысле, так как таковое всегда должно иметь дело с той или иной подлинной реальностью. Однако, философия Когена имеет и очень сильные стороны: 1) крайне последовательное проведение в ней критико-познавательных и методологических точек зрения делает ее прочной и основательной (хотя бы и односторонней) теорией метода, 2) даже и односторонний „математизмъ“ ея полезен тем, что, благодаря ему, теория эта совмещает в себе все, что можно сказать о познании с точки метода наук математических, 3) ориентирование на науке придает ей научный характер (в смысле не резюме „содержания“ наук, а обоснования на их „методе“), 4) сводя „истину“ к актам признания истины, она придает знанию динамический характер, согласующийся с фактами истории науки, со сменой содержаний научной истины. Учение о знании есть наиболее интересная из трех частей „Системы философии“ Когена. Свою „Чистую этику“ Коген строит на тех же „панметодическихъ“ принципах: отвергая метафизическое и собственно религиозное обоснование этики, он приводит ее в связь с правом (этика так относится к праву, как логика к математике), а конкретное содержание ея находит в социалистическом идеале.—Основные воззрения Наторпа близки к когенов-ским. Главные соч. Наторпа (р. в 1854 г., проф. в Марбурге): „Descartes’ Erkenntnisstheorie“, 1882; „For-

schungen zur Geschichte des Erkennt-nissproblems im Altertum“, 1884; „Ein-leitung in die Psychologie nacli Kri-tischer Methode“, 1888; „Religion inner-halb der Grenzen der Humanitat“, 1894; „Socialpadagogik“, 1899; „Philosophie. Ihr Problem u. ihre Probleme. Einfilh-rung in den Kritischen Idealismus“, 1911 (о его педагогич. воззрениях см. XXXI, 407). — Соч. Руд. Штаммлера (р. в 1856 г., проф. в Галле): „Wirt-schaft u. Recht nach der materialisti-schen Geschichtsauffassung“, 1896 (есть pyc. nep.); „Lehre von dem richtigen Rechte“, 1902 (о его понимании исто-рич. процесса см. ХХН, 305).—Весьма серьезное значение имеют работы Э. Кассирера (р. в 1874 г., доц. берлин. ун.): „Leibnitz’ System“, 1902; „Das Er-kenntnissproblem in der Philosophie u. Wissenschaft der neueren Zeit“, 2 B-de, 1906 — 7 (встретила очень высокую оценку со стороны критики; в этом соч., как и в книге о Лейбнице, Кассирер прослеживает развитие математизирующей философии в новое время, ставя с ней в тесную связь критицизм Канта); „Substanzbegrilf и. Funktionsbegriff“, 1910 (перев. под заглавием „Познание и действительность“; здесь Кассирер развивает теорию математического, или „функциональнаго“ понятия, в противоположность субстанциально - абстрактив-ному, и прослеживает значение математических понятий во всех областях науки, избегая крайностей Когена—в роде выведения реальности из исчисления „безконечно - малыхъ“). — К. Форлендер (р. в 1860 г., проф. в Золингене) связывает Н. с социализмом („Kant u. Sozialismus“, 1900; „Die Kantianische Bewegung im Sozialismus“, 1902; обе переведены на pyc. яз.).— К. Ласвиц (Kurd Lasswitz, р. в 1848 г., школьный учитель в Готе, изв. также как беллетрист)—автор важного труда: „Geschichte der Atomistik vom Mit-telalter bis Newton“, 2 B-de, 1889—90.

II. Другое направление H. составляет тк. наз. „телеологический, или норма-тивистический критицизмъ“, представленный преимущ. В. Виндельбандом (ель; умер в 1915 г.; последния соч. его: статья о логике в Encyclopaedie der philos. Wissenschaften, 1912 и „Einlei-

tung in die Philosophies 1914) и Г. Рик-кертом (р. в 1863 г., проф. во фрей-бурге). Это направление выдвигает в кантианстве на первый план „регулятивно-телеологический“ момент и строит философию в виде „системы абсолютных ценностей“. Риккерт, с одной стороны, разрабатывает с этой точки зрения проблемы гносеологии („Gegenstand der Erkenntnis“, 1904; „Zwei Wege der Erkenntnistheorie“ в „Kantstudien“, 1909 и др. соч.), частью пытается обосновать особый тип понятий („историч. понятие“) и истолковать в этом духе историческую науку („Die Grenzen der naturwissenschaftli-chen Begriffsbildung“, hob. изд. 1914; есть pyc. пер. с 1-го изд., at.XXII,306).

III. В противополозкность „критическому идеализму “ марбургской и норма-тивистпческой школ, не признающих вне познавательного процесса никакого бытия, А. Риль (смотрите) держится „критического реализма“, допуская бытие „вещи в себе“.

IY. Все перечисленные направления Н. признают познание возможным, так или иначе находят его „предметъ“. В скептическом духе (не без влияния Юма, Лааса. и др.) развивает Н. Ганс Файингер (Vaihinger, р. в 1852 г., проф. в Галле). Примыкая к скептическим моментам кантианства („идеи разума“, только направляющия, регулирующия, но не конституирующия и не завершающия метафизическое познание; „моральная вера“, в силу которой мы поступаем как если бы Бог и душа существовали) и, стоя „на крайней левой кантианства“, Файингер развивает целую „философию фикций“, считая „фикцию“ неизбежным и законным приемом познания („Die Philo-sophie des Als 0b.“, 1911). Однако, теория эта, будучи агностической по своей тенденции, невыгодно отличается от других форм агностицизма слишком определенной постановкой вопроса о „фикцияхъ“: для того, чтобы знать, что есть „фикция“ и что „нефикция“, а истина, надо знать истину. Файингер — автор весьма ценного комментария к „Критике чистого разума“ и основатель (1896) специального журнала Н.—„Kantstudien“.

В. Ивановский.