> Энциклопедический словарь Гранат, страница 348 > Патентное право

Патентное право

Патентное право. Прообраз современных патентов на промышленные изобретения следует искать в королевских привилегиях, выдававшихся в средние века отдельным изобретателям. В эпоху господства цеховой системы применение какого-либо изобрете ния могло быть осуществлено лишь с согласия цеха. Изобретения, не принятия всем цехом, считались запрещенными, и применение их вызывало иногда самия жестокие гонения (папр., повторный ввоз во Францию материй с набивным рисунком в начале XVIII в наказывался смертью). Исходя из представления, что право на труд даруется королем (le droit de travailler est un droit royal), центральная власть поставила королевские привилегии выше цеховых регламентов и освободила этим путем отдельных лиц от цеховой зависимости. Эти первоначальные королевские

Привилегии обладали чисто дозволительным содержанием; элемента запрещения в них не было. Наоборот, в странах с слабо развитым цеховым строем (Англия, Швейцария) дозволение на изготовление какого-либо нового предмета соединялось с запрещением всем и каждому производить точно такой же предмет. Вторым отличительным признаком средневековых привилегий, вытекавших из того же взгляда на труд, как на droit royal, являлся характер акта милости: у изобретателя не было права требовать привилегии, выдача ея зависела всецело от свободного усмотрения верховной власти. Изданный в Англии в 1623 (по другим источникам в 1624 г.) закон о привилегиях на изобретения хотя и урегулировал несколько их выдачу, по не лишил их окончательно прежнего факультативного характера: король попрежнему в праве был выдавать или не выдавать привилегии, по выдаваемия привилегии были подчинены известным условиям; каждый английский подданный получал по этому закону право требовать уничтожения привилегии, выданной вопреки закону, но изобретатель не получил права требовать выдачи привилегии.

С падением цехового строя, с провозглашением принципа свободы труда и промыслов дозволительные привилегии утратили свое значение, место их заняли привилегии запретительные. Параллельно с этим стал укрепляться взгляд на эти привилегии не как на акт королевской милости, а как на право изобретателя. Эта перемена в воззрениях на привилегии совпала с утверждением нового экономического порядка: первый закон о привилегиях на изобретения был издан во франции 7 января 1791 года. В этом законе, вполне согласно с духом времени, впервые был выражен взгляд па изобретение, как на собственность изобретателя, и право на изобретение впервые рассматривается, как общее гражданское право, приобретаемое при наличности определенных в самом законе условий. Таким образом, то же Учредительное Собрание, которое уничтожило все ненавистные привилегии и монополии, впервые узаконило привилегии на промышленные изобретения, придавим открытый характер монополий. И здесь нет противоречия: новый режим, положивший в основание промышленного строя принцип конкуренции, провозгласивший „права человека“, не мог не оградить прав изобретателя на продукт его умственного труда. В введении к закону так и сказано: „отказ в признании за изобретателем нрава собственности на промышленное изобретение был бы нарушением прав человека (les droits de l’liomme)“.

С превращением привилегии на промышленные изобретения из акта королевской милости въправо изобретателя, с превращением привилегии в собственном смысле этого слова в патент, как юридический титул, впер-вые возникает 11. п. Сущность П. п. заключается в запрещении всем и каждому применять данное изобретение без дозволения субъекта права, каковым является лицо, на имя которого выдан патент, или его правопреемник.

На юридическую прирооу этого права существует несколько воззрений: 1) взгляд на П. п., как на право собственности (проприетарная теория), распространенный, главным образом, среди французских юристов. В основу такого сближения этих двух институтов защитники этой теории кладут сходство их трудового происхождения и сходство в юридических формах их проявления. И то и другое неверно: как неверно то, будто в основе права собственности лежит трудовое начало, так неверно и то, будто охрана права на промышленное изобретение против всех создает право собственности; такая форма защиты права придает ему лишь характер абсолютного права, куда право собственности входит одним из членов этой группы прав. 2) Договорная теория, впервые развитая в докладе по закону 1791 года, определяет П. п., как договор, заключенный между изобретателем и обществом. Теория эта, также распространенная преимущественно во франции, не дает содержания П. п., и, кроме того, из нея невозможно вывести право изобретателя требовать выдачи патента. 3) Взгляд на П. п., как право личное (персональная теория), развитый главным образом в трудах Gierke. Согласно этой теории,

П. п. есть право на духовное произведение, проистекающее из факта духовного творчества; самое произведение является объектом права лишь постольку, поскольку оно составляет часть личной сферы творца, поэтому в существе своем П. п. вовсе не есть имущественное право. Теория эта не считается с тем, что в действительности защита права на промышленное изобретение не совпадает с защитой интересов личности и иногда даже обращается против личности изобретателя, например, в том случае, если фактический изобретатель передал свое право другому лицу: получив патент на свое имя, неизобретатель может преследовать изобретателя за нарушение права, субъектом которого является уже не изобретатель, а его правопреемник. 4) Нематериальная теория, развитая КоЫег’ом, определяет П. п., как право использовать изобретательскую идею. По справедливому заключению Laband’a, эта теория ничем в сущности не отличается от старой французской теории, видевшей в изобретении духовную собственность. 5) Согласно новейшей теории (Gareis, La-band), юридическая сущность П. п. заключается в праве запрещать всем и каждому эксплуатацию данного изобретения. По выражению Gareis’a, „характеристичным признаком II. п. должна быть признаваема возможность устранять третьих лиц от фабрикации данного изобретения, а вовсе не собственное право эксплуатации; это последнее принадлежит всякому изобретателю и без патента“. Эта теория, принятая у нас Шоршеневичем и Пиленко,должна быть признана единственно правильной. Сохранение за П. п. названия „привилегии“ объясняется только привычкой; в действительности, П. п. принадлежит к числу обыкновенных гражданских прав, входя в группу абсолютных прав и составляя вместе с авторским правом, правом на фирму, на товарные знаки, рисунки и модели категорию т. наз. исключительных прав, характеризуемых указанным выше отрицательным признаком.

Социальное значение патентов на промышленные изобретения определяется их ролью, как орудия конкуренции. Как общее правило, они защищаютинтересы не изобретателей, а предприятий, умножая силу более могущественных и отнимая средства борьбы у более слабых. В этом отношении они принадлежат к той же категории прав, что и право на фирму, на товарный знак, фабричные рисунки и модели. Но долгое время в патентах видели какой-то способ вознаграждения изобретателей, и спор о влиянии их на промышленный прогресс отдалил в некоторых странах создание специального закона о патентах на промышленные изобретения. Так было, например, в Германии в средине прошлого столетия, когда все заинтересованные круги поделились на два резко враждебных лагеря: экономистов—противников патентов, и инженеров—их сторонников, долго боровшихся с переменным счастьем. В конце шестидесятых годов „идейная“ победа, казалось, окончательно осталась за противниками П. и., а в средине семидесятых годов вопрос снова ставится на очередь, и закон о патентах принимается в 1877 г. рейхстагом при полном молчании противников П. п., недавних победителей. Объясняется такая перемена картины не переменой „в правовых воззрениях народа“, а черезвычайным ростом промышленности в Германии, переживавшей тогда панболее напряженный момент индустриализации и нуждавшейся в полном арсенале орудий промышленной конкуренции, в ряду которых патенты занимают одно из первых мест.

В настоящее время все культурные страны имеют законы о П. на промышленные изобретения. Во франции действует закоп б июля 1844 г., дополненный и измененный законом 1902 г.; в Англии—закон 26 августа 1883 г., дополненный в 1886, 1886 и 1888 гг.; в Германии—закон 25 мая 1877 г., существенно измененный законом 7 апреля 1891 г. и законом 6 июня 1911 г.; в Австрии—закон 11 января 1897 г.; в Швейцарии—закон 25 июня 1888 г.; в Италии—закон 30 октября 1859 г., измененный 4 августа 1894 г.; в Бельгии закон 24 мая 1854г., измененный 27 марта 1857 г.; в Голландии—закон 1912 г. (выдача патентов была отменена здесь законом 1869 г.); в Соединенных Щтатах Северной Америки—закон 3 марта 1897 г., объединивший и изменивший все прежние разновременно изданные законы.

В России П. выдавались в виде привилегий в узком смысле еще в XVIII веке (привилегия Ломоносову на делание разноцветных стекол, бисера, стекляруса и других галантерейных вещей в 1752 г.). Первый закон о привилегиях был издан 17 июня 1812 г. (Поли. Соб. Зак. № 25143); 25 ноября 1833 г. закон 1812 г. подвергся существенному изменению: вместо явочной системы была введена система предварительного рассмотрения; 30 марта 1870 г. отменена была Высочайшая санкция, и привилегии стали выдаваться отдельными министрами „по принадлежности“, что вызвало на практике полную неурядицу, так как по целому ряду изобретений никто не мог определить, к „ведомству“ какого министерства они относятся. 20 мая 1896 г. было издано ныне действующее „Положение о привилегиях на изобретения и усовершенствования“ (Св. Зак., т. XI, ч. 2, Уст. о Пром.,ст. 1981—19831), измененное 3 июня 1900 г. и дополненное законом 28 июня 1912 г. о принудительном отчуждении привилегий.