> Энциклопедический словарь Гранат, страница 351 > Пергамския раскопки по своему ходу и результатам представляют одно изъ ценнейших культурных деяний второй полов

Пергамския раскопки по своему ходу и результатам представляют одно изъ ценнейших культурных деяний второй полов

Пергамские раскопки по своему ходу и результатам представляют одно из ценнейших культурных деяний второй полов. XIX века. В 1864 г. молодой инженер Карл Туман (Humann, родился в 1839 г.) строил по заказу турецкого правительства дороги в М. Азии и посетил Бергаму, где со скорбью видел, как из мраморных обломков пергамского акрополя добывали известь. С трудом удалось добиться от правительства запрещения расхищать древности. В 1868 г. Туман поселился по служебным делам в Бергаме. В 1871 г. он, в присутствии известного историка Курциуеа, выломал из византийской стены два прекрасных горельефа, но прусское правительство, осведомленное о находке, пока не откликнулось, всецело занятое раскопками в Олимпии. Лишь в 1878 г. новый директор берлинского музея археолог А. Конце (Alexander Conze), убежденный, что присланные горельефы—куски огромной пергамской „Битвы гигантовъ“, упоминаемой в античной традиции, настоял на предпринятии раскопок, с разрешения Турции, конечно. 9 сент. 1878 г. началась работа, и вскоре Туман открыл фундамент колоссального жертвенника и массу плит с рельефными сценами „Гигантомахин“. В июле 1879 г. открыта была главная сцена—Зевс, поражающий трех гигантов. Теперь реконструирован был весь алтарь (архитектором Bohn). Раскопки велись в течение трех кампаний, 1878— 79 гг., 1880—81, 1883—86. Турецкое правительство частью безвозмездно, частью за деньги уступило причитавшиеся ему 2/з доли добычи, и ныне пергамские мраморы, с огромными усилиями перевезенные морем и по железным дорогам в Европу, украшают собою специальный музей в Берлине (Pergamon - Museum). С 1900 г. раскопки были возобновлены немецким археологическим институтом под руководством известного археолога Дерпффльда, причем расширена была и самая задача: вместо отыскания художественных произведений стали постепенно отрывать целый эллинистический город, созданный когда-то по определенному плану. Обнаружены городские стены, следы укрепленных башен, колоннады (базилики), нередко построенные в два этажа,— прием, впоследствии усвоенный римлянами. Пергамские храмы строились по греческим традициям; из колонн преобладает ионическая и совсем отсутствует коринфская. Город был вымощен и снабжен водопроводом (вода подавалась напором издалека) и водостоками. В одном месте под мостовой обнаружено сразу 11 труб; сохранились следы бань и фонтанов. При Аттале I (ум. в 197 г.) поставлен был ряд статуй, созданных, как свидетельствуют надписи, художником Эпигоном. Статуи эти исчезли, но в искусстве уцелели их отражения: известные статуи „Умирающий галлъ“ (Капитолий) и „Галл, защищающий жену“, теперь считаются воспроизведениями пер-гамских статуй и связываются с победами Аттала над галатами. Сюда же относят и известного флорентийского „Точильщика“ (Arrotino).Моментом высшого художественного расцвета Пергама была эпоха Эвмена II (ум. в 169 г.), когда сооружен был храм-алтарь Зевса с изображением „Гигантомахин“,символизировавшей победу пергамцев над галатами. Пухштфйну удалось расположить фигуры в порядке: повидимому, старшие олимпийцы занимали восточную сторону алтаря, дневные божества—южную, боги ночи и преисподней—полуночную, а западная сторона занята была лестннцей. В рельефах много нового по сравнению с классической эпохой: прежде всего рельефы фронтальные (большинство фигура, взято не в профиль, а фп face); фон загроможден крыльями гигантов, детали переданы очень реалистично; фигурам приданы резкие движения, притом направленные в разные стороны; боги одолевают гигантов прямо физическою своей мощыо. Словом, Туман был прав, когда утверждал, что им найдена „целая эпоха искусства”; пергамский алтарь едва ли выше Парфенона, в нем уже заметны черты азиатчины, но он показатель большой высоты эллинистической скульптуры, которая относится к классической эллинской, как барокко XVII в к искусству высокого Возрождения. Пергамские памятники свидетельствуют, что искусство еще было живо, когда в самих Афинах оно уже окончательно пало. Другой фриз, тянувшийся по внутренним стенам храмового дворика, изображал судьбы пергамского национального героя Телефа. Но всего любопытнее то, что в Пергаме же найден ряд скульптур, показывающих, что здешнему искусству доступна была и большая утонченность;таков изящный рельеф танцующей вакханки, замечательная женская голова, напоминающая голову Венеры Милосской. Прибавим, что недавния раскопки в Пергаме привели к находке в одном из пригородных курганов прекрасного саркофага с прахом знатного человека, на голове которого лел:ал золотой венок с небольшой статуэткой победы (Нике). В пределах же города найдена прекрасная статуя Гермеса, „Царский законъ”—надпись об астиномах (выборных чиновниках, наблюдавших за внешним благоустройством города, особ. за улицами и постройкой зданий) и их обязанностях, позднейший римский эдикт, касающийся городского банка в Пергаме. Раскопкам, еще незаконченным, посвящено специальное издание „Alter-tiimer von Pergamon. II. Ш.